Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы
Игры Юмор Литература Нетекстовые материалы


Л. Бочарова

Кардинальный Квадрат



Кабинет кардинала. Играет куртуазная музыка. За столом, накрытом со всевозможной роскошью, кардинал и дама играют в шахматы.

Кардинал (вертя в пальцах коня) - ну что, мадам, вы сами расскажете, как продвигается наше дело, не так ли?

Дама (поправляя локон) - Я все еще в смущении, ваше высокопреосвященство... Я столько слышала о вас, я столько времени руководствовалась вашими письмами... И вот теперь воочию созерцаю самый блестящий ум Европы!..

К. - Ах, не преувеличивайте, мадам! (делает ход) Впрочем, скажите - я правда настолько не похож на все свои портреты?..

Д. - Не смею утверждать. Пожалуй, на портретах вы выглядите менее величественно...

К. - Вы очень умны. Вам шах.

Д. (передвигая фигуры). - Берегите ферзя!..

К. - Итак, вернемся к нашей теме. Как продвигается наше дело?

Д. (улыбаясь) - Наше дело двигается к мату. Возможно, Ваше высокопреосвященство имеет в виду ВАШЕ дело?

К. (рубя конем ладью) - Точность никогда не была вашей добродетелью... К чему играть словами? Итак?

Д. - Ваше дело, монсеньор, требует большого терпения и большой искусности.

К.- Одним словом, вы не справились? (делает ход и впивается в даму глазами)

Д. - Отчего же, монсеньор? Все письма дошли по назначению (шевелит пальцами, выбирая фигуру для хода). Однако возникло маленькое препятствие.

К. - Насколько маленькое?

Д. - Сущая безделица.

К. - Вероятно, вы стеснены в средствах? (кривится)

Д. - Ха-ха-ха! Мои средства!..(поправляет лиф). Мои средства хотя и стеснительны, но вполне способны оплатить ваше дело.

К. - Прошу, не тяните, мадам (барабанит пальцами по доске), что за препятствие у вас возникло?

Д. - Один человек.

К. - Человек - это вообще не препятствие.

Д. - Не все так просто, монсеньор (делает ход слоном). Вам шах, ваше высокопреосвященство.

К. - Ваш офицер слишком ретив (рубит слона ферзем). А вы слишком скрытны. Разумеется, ничто не сравнится с удовольствием видеть вас тет-а-тет и играть с вами за одной доской, однако я сгораю от любопытства... Кто же этот наглец, эта безделица, заставляющая меня ждать?

Д. - Сначала я думала, что это один из случайных воздыхателей, но я ошиблась... Из-за него я опоздала в порт, он дважды перехватил свежих лошадей прямо передо мной, я видела его под Ла-Рошелью, я видела его в Лондоне, и я уверена, что он шпион.

К. - Шпион? Но чей же? Не смешите меня. Я знаю каждого шпиона на обоих берегах Ла-Манша. Каждому из них был отдан приказ содействовать вам во всем.

Д. - В таком случае, это тот шпион, которого вы не знаете.

К. - Ха-ха-ха! И что же собой представляет этот неуловимый вредитель?

Д. - Я не видела его лица.

К. - Надеюсь, вы видели хотя бы его спину.

Д. - Совершенно верно, ваше высокопреосвященство. И эта спина меня испугала.

К. - Бедняга горбат, не так ли?

Д. - О нет. Но эта спина напомнила мне одну историю... Весьма неприятную.

К. - Прошу вас, расскажите. Я чрезвычайно люблю истории. Особенно неприятные.

Д. - Это очень давняя история, и очень печальная.

К. - Отлично. Нет ничего лучше старых историй, особенно о несчастной любви (впивается в даму глазами).

Д. - Вы правы, ваше высокопреосвященство. Дело в том, что одна моя подруга...

Осторожный стук в дверь. С поклоном появляется дежурный офицер. Это швейцарец. Он говорит с акцентом, немного горбится и прихрамывает, потирая ногу.

Д.О. - Фаше фысокпреосвященство, прибыль испанский посол и просить аудиенций.

К. (приподнимает ладонь) - Пусть подождет.

Д.О. - Осмелюсь долошить, он ошень спешить и нервничать.

К. - Пусть подождет, у меня дама. Предложи ему "Вдову Клико" 1572 года или шартрез 1314... Что угодно, пусть подождет.

Д.О. - Бутет исполнено (почтительно удаляется).

К. - Итак, мадам... ваша подруга...

Д. - Да, одна моя подруга, знатная, как Анжу или Монморанси... Моя подруга, а не я, запомните хорошенько (грозит пальцем) - в возрасте 16-ти лет влюбилась в молодого человека, прекрасного, как сама любовь. Сквозь свойственную его возрасту наивность просвечивал кипучий ум, не светский ум, ум поэта... Они встретились на охоте, которую ее дядя устраивал в своих лесах на границе... допустим, Шампани (задумывается. Тяжело вздыхает).

К. (живо) - Вина, мадам?

Д. - Да, пожалуй.

К. (Свистит в свисток, висящий на груди под одеждой).- Белого, красного?

Д. - Шампанского.

Появляется дежурный офицер.

К. - Два бокала шампанского.

Д.О. - Бутет исполнено, монсеньор. Отнако испанский посол...

К. - Поите испанского посла, дружок, и не мешайте мне вашей болтовней. (офицер пятится за дверь). - И что дальше? Прелестная история...

Д. - Моя подруга ничего не знала о юноше, кроме того, что он был не богат, но благороден. Он жил в охотничьем домике на дядиных землях со своим братом-священником... (кардинал приподнимает бровь). Они начали встречаться - тайно, в парковой аллее... Ее отец ничего не знал.

Хромая, входит дежурный офицер с двумя бокалами вина и открытой бутылкой, ставит их перед говорящими, откланивается. Кардинал в глубокой задумчивости никак не реагирует.

Д. (отпивая маленький глоток) - Моя подруга была красива, умна и богата, и могла составить любую партию. К несчастью, она была честной девушкой и вышла замуж по любви. Дура, болванка, ослица!

К. - Ну что вы, мадам... (тянет к ней руку, но застыват на пол-пути. Его рука дрожит)

Д. - Послушайте, что было дальше!

К. - Я весь внимание. (С притворной веселостью) - Надеюсь, однако, что молодой супруг не оказался буйнопомешанным или незаконным сыном Папы Римского. Это было бы слишком банально (кривится).

Д. - Не волнуйтесь, монсеньор... могу я попросить вас об одолжении?

К. - Да-да.

Д. - Меня знобит... Будьте добры, монсеньор, подайте мне шаль (указывает вглубь комнаты).

Кардинал нервно поднимается и идет за шалью. Дама моментально вытаскивает из-за корсажа флакон и вливает в его бокал.

К. (подает шаль) - И что же, что же было дальше?

Д.(кутаясь) - Дальше супруги прожили несколько счастливых месяцев. Отец моей подруги был против этого брака, и молодоженов принял дядя, любивший охоту... И вот однажды на охоте - а это была охота на дикого вепря - молодой супруг не справился с лошадью, зверь напугал ее, и лошадь оступилась, свалив седока... Вепрь кинулся на него и вцепился клыками в его одежду... Охотники едва успели забить его из ружей... моя подруга кинулась на тело возлюбленного, боясь, что он мертв. Но он был всего лишь без сознания. Его порванная одежда была в крови... И под этими лохмотьями на его плече красовалось... Угадайте, ваше высокопреосвященство, что было на его смуглом, сильном, молодом плече?..

К. - О Господи!.. Только не это! (бледнеет)

Д. - Именно. Клеймо! (Залпом выпивает свой бокал и снова наливает его). Бедный юноша был банальным преступником..

К. (дрожа, не находя места рукам) - И что случилось после?..

Д. (выпивая полбокала и дополняя его) - После! Бедная супруга не снесла позора, поскольку тайна была раскрыта на глазах у всех... Она вскочила на коня, помчалась к пруду, и утопилась.

К. - А муж?..

Д. - Муж?.. (рассеянно глядит перед собой) - Полагаю, его товарищи по охоте окончательно разорвали на нем одежду... да... полагаю, да... и отомстили за свою поруганную честь... а после этого повесили на дереве.

К. (закрывает лицо руками) - Какой ужас!..

Д. (деланно смеется) - Ужас?... О нет!... Ужас был после...

К. - А что было после? (трет виски)

Д. - После... ничего.

К. - А что случилось с братом несчастного?

Д. - Каким братом?

К. - С братом-священником?

Д. - Ах, это!.. Я никогда его не видела вблизи. Должно быть, сбежал. К тому же он не был ничьим братом. Это был сообщник или любовник, стащивший рясу для маскировки...

К. - Вы слишком плохо думаете о людях!

Д. - Я имею право думать о людях то, что думаю...

К. - Бедный священник! Он ведь тоже мог ничего не знать, как думаете?

Д. - Да уж конечно!.. Думаю, он-то все и подстроил. Хотел получить денежки от выгодного брака своего протеже... И уж конечно, он прекрасно знал, кем является его сожитель!

К. - Несчастный! Несчастный!

Д. - Несчастный?!.. Ах, я вас умоляю!..(усмехаясь, встает). А если это был и вправду священник, то он ничуть не лучше своего дружка!

К. - Откуда вам знать?!

Д. - От заклеймленного супруга! (поворачивается спиной к кардиналу). Он ни разу не помянул своего так называемого брата добрым словом. Он вообще его ни разу не помянул... Зато очень интересовался моим годовым доходом! (делает несколько шагов)

К. - О Господи!.. (быстро поворачивает перстень на руке и высыпает содержимое в бокал дамы). О Господи!.. В это невозможно поверить! Уж не приснилась ли вам эта душераздирающая история?

Д. (с сарказмом) - Приснилась!.. (поворачивается) Я бы постриглась в монахини, если б это был сон! К несчастью, ваше высокопреосвященство, все это я видела собственными глазами. И подлость, и обман, и преступление, и британского льва.

К. (давится кашлем) - К-кх-кх-какого льва?!

Д. - Британского льва на его плече! Английское клеймо!

К. - Английское клеймо?!?.. Разве там была не лилия?!

Д. - При чем тут лилия?

К. (поспешно встает) - Постойте, постойте... (поднимает руки) - На каком плече вы видели клеймо?

Д. - На правом.

К. - Подумайте хорошенько. Вспомните... Не на левом?

Д. - На правом. Я видела это так же хорошо, как свое последнее жалованье. На правом плече, в том месте, где арабы носят браслеты - поднятый на дыбы английский лев... эта рука лежала на пистолете - он выхватил его перед падением...

К. - (падает на колени) - Благодарю тебя, Господи! (крестится)

Д. - Не будет ли нескромностью спросить ваше высокопреосвященство - вы благодарите бога за то, что перепутали героя моей истории с кем-то другим?

К. (живо поднимается) - О нет! Просто дело в том... я, видите ли, знал того священника...

Д. - Неужели? (берет бокал).

К. - Да. Он умер. Я принимал его последнюю исповедь (тоже берется за бокал).

Д. - Судя по всему, это был не тот священник. У вашего на памяти была лилия. (выпивает, испытующе гладя на кардинала).

К. - Да, у него на памяти была лилия... (тяжело вздыхая, выпивает). Прекрасная французская лилия на левом плече...

Стук в дверь. Крики "Попрошу вас, сударь!.." "Не фелено пускать! Монсеьор с тама! С молотой тама!" "Это неслыханно!.. Я посол Его величества испанского короля! Монсеньор лично назначил мне на три часа по-полудни!.."

В комнату врывается офицер, силясь удержать посла.

Д.О. - Монсеньор! Изфольте фитеть! Этот господин выпиль все вино и рваться сюда!

К. - Проси!.. (бессильно машет рукой)

Входит посол. Д.О. скрывается.

П. - Ваше высокопреосвященство!.. Кхм-кхм... Прошу нижайше сообщить мне, как движется мое дело.

К. - Ваше дело выполнено. Она выпила свой бокал.

П. - Когда это совершится?

К. - Минут через десять...

П. - Отлично!

Д. - Прошу простить меня... (бледнеет) Что происходит?!... (пошатывается)

П. - Счастлив видеть вас, мадам! Вы действительно столь же умны, сколь красивы. К несчастью, ваше дело приблизилось к мату. Я бы сказал вплотную.

Д. - Какое дело, сударь?

П. - Вы проиграли, мадам. Не стоило обманывать нас с той перепиской... Не стоило делать с нее копии и перепродавать англичанам.

Д. - (Падая в кресло)- Господи боже! Я не верю своим ушам! Вы отравили меня?!

П. - На войне как на войне, мадам.

Д. - Нет, не может быть. Неужели сам кардинал?..

К. - О нет, не кардинал... (бледнеет, садится в кресло, держась за живот)

П. - Жермен, прекрати дурить.

К. - Ваше высокопреосвященство... Похоже... Эта мадам всыпала мне яда!

Д. - Ха-ха-ха... Подставная пташка!.. Проклятие...(кашляет, обвисает на кресле.)

П. - Жермен, Жермен!.. Ах, дьявол!..

К. - Прощайте, ваше высокопреосвященство!.. Я честно исполнил свой долг! Ах, кто бы мог подумать!..(кашляет, держится за живот). Какая нелепая смерть! (кашляет, падает головой на стол, затихает).

П. - Аминь! Гийом! Гийом!

Появляется Дежурный Офицер.

Д.О. - Да, ваше высокопреосвященство!

П. - Гийом, позволь тебя поблагодарить... Ты отлично справился со своей ролью... А теперь будь добр, убери трупы (снимает с шеи Жермена цепь с крестом (очевидно, очень дорогим), бразгливо дует на пальцы).

Д.О. - Да, монсеньор... (вздыхает. Его акцент и хромота теперь отсутствуют. Он подходит к столу, снимает шляпу и парик. Кладет их на стол, смотрит на даму)

П. - Прошу, побыстрей!

Д.О. - Монсеньор... Я не могу...

П. (собирает шахматы) - Чего не можешь? Не можешь вынести тела?

Д.О. - Не могу видеть ее мертвой... Даже когда я думал, что она утопилась, я не видел ее мертвой. А теперь - здесь... Я так любил ее!

П. - Постой-ка... Ты знал эту ужасную женщину?

Д.О. - Видите ли, ваше высокопреосвященство... Она моя жена.

П. - Твоя жена?!.. И эта тоже?!..

Д.О. - Что делать, монсеньор. Я поставляю вам шпионок и наемных убийц в юбках... Для этого, видите ли, сначала на них приходится жениться.

П. - Да, теперь я понимаю, почему ты так пристально следил за ней и в Лондоне, и в Ла-Рошели... Выходит, и тебя не пощадил Амур? (нюхает бокал)

Д.О. - Да уж, выходит... (зло) - Все могло бы быть иначе, если б не ваш Жермен! (усмехается). Я совершенно, абсолютно, необыкновенно счастлив, что он сыграл в ящик! (Поворачивает кресло, сбрасывает труп на пол и тащит за рясу).

П. - Очень любопытно (закрывает доску с фигурами). А, впрочем, не очень... Я уже знаю, за кем он гнался по всей Франции пять лет назад... (Д.О. скрывается, П. смотрит вслед). Ну что ж, добегался, пора на покой... Чертов осел. Чертов сентиментальный осел.

Возвращается Д.О.

П. (вальяжно развалясь в свободном кресле, чистит ногти) - А что, Гийом, не поехать ли тебе в Испанию? Меня крайне заботит мадридская поверенная нашей королевы. Ничто так не мешает, как чужие друзья детства.

Д.О. - Это приказ?

П. - Разумеется. Деньги на дорожные расходы тебе выдаст казначей.

Д.О.(с сарказмом) Испанское клеймо мне тоже поставит казначей?

П. - А разве еще осталось место?...

Д.О. медленно расстегивает камзол.

П. (скучным голосом) - Ступай, Гийом, убери труп.

Д.О. медленно застегивает камзол.

П. - Поторопись! Через час я жду герцога де Вандома.

Д.О. (толкает перед собой кресло с дамой) - Прощай, любимая. Прости, так получилось. (скрывается за дверью)

П. (меланхолично) - Прощай, Гийом. Прости, так получилось. Чем только не пожертвуешь ради государства?..


Занавес.