Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы
Игры Юмор Литература Нетекстовые материалы


Альвдис Н. Рутиэн

Сказка о потерянном глаголе

Город.

Кривые, извилистые улочки, грубая кладка домов, обтесанный камень в кварталах побогаче.

Вверх - по булыжной мостовой, тут и там выщербленной, мимо трех островерхих домов, направо, ежась от сквозняка переулка, налево, несколько ступеней, широких настолько, что и коню впору… направо, долгий подъем вдоль глухой стены, и вот - дом с башенкой.

В окне башни - огонь.

Здесь? Вроде здесь.

Мануэлю боязно. Вдруг - ошибка? Не тот дом… или доктор в отъезде?

Бронзовое кольцо, вытертое до золотого цвета.

Стук. Стук.

Дверь - сама - внутрь. Медленно. У магов всегда так: если не запрещено - то открыто. Нет у магов обычных замков.

Темная передняя. Лестница на второй этаж. Дубовые перила. Дверь кабинета.

- Можно? - робкий вопрос. - Доктор…

Фауст на пороге:

- Можно, мой юный друг. Давно пора.

- Давно? - изумление, смешанное с восторгом.

Приветливая улыбка. Приглашающий жест.

- Ваше стремление сюда отлично слышно. Давно слышно, между прочим. Ваши решительные поиски, редкие расспросы и упорный поиск линий силы, оставленных мною. Я польщен вашей настойчивостью. У меня нет такой целеустремленности, увы.

- Почему вы рады мне, доктор? Мы даже не знакомы. Я - вчерашний ученик… за моими плечами всего одно серьезное дело…

- Вот кресло, мой юный друг. Кстати, как ваше имя?

- Мануэль.

- Рад, что вы у меня в гостях, Мануэль. Вы - потрясающе талантливый маг; это не новость для вас?

- Доктор, вы слишком добры к начинающему.

- Ничуть. Ваше стремление сюда слышно уже месяц. Дорога вам совершенно не известна - но найдена. Что вам угодно от старика Фауста, Мануэль?

- Доктор, вы - великий маг. Величайший маг нашего времени…

- Иными словами, вы здесь просто ради встречи?

- Да…

- Хорошо. Вина? - улыбка, - а, мой восторженный почитатель?

- Вы мне - вино?! Это…

- Это совершенно естественно. Вы с дороги.

Быстрые шаги Фауста вниз по лестнице.

Мануэль один. Юноша очарован, восхищен, поражен. Он - в гостях у самого Фауста!

Быстрый взгляд по сторонам.

Восковые свечи в старых шандалах. Огромный стол, несколько деревянных кресел. На столе - книги, свитки, минералы: от глыбы кварца размером с человеческую голову до крошечных сколов - в такой темноте не видно, какие именно это камешки. По стенам - стеллажи. Обычный для кабинета беспорядок.

- А вот и вино. Мануэль, у вас за спиной шкаф - там кубки.

- Эти?

- Да.

Тяжелые серебряные кубки на высокой ножке. Отблески на изящном узоре.

- Это старинное вино. Драгоценный букет.

- За вас, доктор?

- За вас, дорогой Мануэль.

Вино… густое, душистое, как луг в летний полдень, обжигающее. Вино - и беседа. Тихая, неспешная. Беседа двух магов - о едва уловимых ощущениях, которые - основа их искусства, о жизненных токах природы, о пляске солнечных лучей и глубинных токах земли, о силе минералов… о многом.

- У вас с собой лютня, Мануэль? Вы еще и менестрель?

- Без ложной скромности - да. Для меня музыка - окно в мир магии. Она - кристалл, делающий незримое понятным, бесцветное - ярким, скрытое - близким.

- А голос?

- Голос? Голос - это сила, подчиняющая себе…

- Что? Или - кого?

- Меня самого, наверное. Сначала - именно меня и лишь потом - остальных. Голос - это лук, посылающий стрелу моей воли…

Смущение:

- Это так сумбурно…

Внимательный взгляд Фауста:

- Ничуть. Всё вполне четко. Однако, Мануэль, ваша лютня до сих пор без дела.

Улыбка юноши:

- Я готов.

Недолгая настройка лютни. Веки Фауста полуопущены, но это не усталость, это - внимание.

Первый аккорд. Осторожный перебор струн. И голос - низкий, грудной; даже удивительно, что в хрупком теле юноши - такой мощный, выразительный, богатый голос, которому тесно даже в этом высоком кабинете, голос, немедленно заполняющий собой всё пространство, голос, гневный и нежный, прекрасный и резкий…

Бледный Мануэль, выкладывающийся сейчас без остатка, выкладывающийся сейчас больше, чем в день битвы при Майнце, когда именно его чары, ставшие преградой войскам…

- Это потрясающе… Мануэль, для волшебника слова о чудесах неуместны, но твое пение - чудо.

- Доктор… спасибо… Но это не чудо, нет. То есть - оно такое же, как и все наши чудеса. Рукотворное. Ничего сверхъестественного, только долгая работа - и всё.

- Еще, Мануэль. Пожалуйста, еще. И, если ты не против… у меня есть несколько кристаллов, ждущих обработки.

- Конечно, доктор. Я счастлив, если мое пение - помощь вашей работе.

Голос и огонь. Две сплетающиеся стихии. Люди - только тени в ночном кабинете. Реальны лишь высокое дрожащее пламя свечей и могучий голос юноши.

Над пустым третьим креслом - мерцающие в воздухе серебристые отблески. Но - чего? на чем? - странно…

Бликующий воздух, сгущающийся… это череп?! Череп, обтянутый изжелта-бледной кожей? Живой череп с внимательным взглядом? Сероглазый череп?!

Да нет, что за глупые мысли! Нет сероглазых черепов! Это лицо - худое, скуластое, высоколобое… Откуда за столом этот третий, бледный мужчина в черном, сливающийся с темнотой кабинета, так что видно одно лицо?

Черный берет с петушиным пером - рядом с ним на столе.

- Доктор, кто это?

- Мой товарищ. Мануэль, всё в порядке. Его приход всегда странен.

- Как ваше имя, сударь?

- Имя?!

Смех. Сухой, колючий смех.

- Мое имя - Мануэль. А может быть - Валентин. Так, Фауст?

Нахмуренные брови доктора:

- К чему эти насмешки?

Задорно, язвительно в ответ:

- Так как же мое имя, Фауст? Мануэль - или Валентин?

- Довольно! - гнев. Гнев, рокочущий штормовым морем.

- Сударь… - замешательство, и всё же отчаянная готовность закрыть доктора от насмешек этого, - вот песня… для вас.

- Чьи это стихи? - резкий выдох Безымянного.

- Мои. Сочиненные прямо сейчас.

Спокойная улыбка Мануэля. Боевого мага, который в битве при Майнце один…

Бледные губы, растянувшиеся в улыбке:

- Ты чертовски талантлив. Чертовски.

- Мануэль, еще! Еще песен! - хриплый голос Фауста. - Камни от твоего голоса… в них теперь жизнь!

- Да, учитель.

Можно? возможно теперь такое обращение?

Наверное, можно.

Странный узор песен. Голос, рвущий ткань мироздания, голос, связующий бывшее и небывшее, настоящее и будущее, человеческое и… этого, с лицом как череп.

Ночь, полная дрожащих огней и низкого, мощного, чудодейственного голоса.

…Рассвет. Серый и хмурый.

- А где твой гость, учитель?

- Где угодно. Это его дело… - глубокий вздох.

- Кто он?

- Мой… помощник.

- Это всё?

- Нет. Но остальное…

- Не для меня, да?

- Да. Ты прав.

- Он не человек? - уже не вопрос.

- Нет. Не человек.

- Тебе тяжело с ним?

- Это мой выбор. Давний… очень давний… тому четыре сотни лет.

Тишина.

- Учитель… - виноватый тон юноши.

Улыбка Фауста:

- Ни мига задержки? Дорога - госпожа ревнивая?

- "Ни мига" - вряд ли. Но - ни дня.

- Как насчет подарка на память?

- Учитель, это…

- "Огромная честь", с тобой всё ясно. Вопрос в том, что именно?

- А можно… кинжал?

- Кинжал?! Боевому магу?! Который при Майнце один…

- Учитель, то - магия. Моя жизнь. Мои будни. При Майнце - грязные будни. Очень грязные. А мечта - ладонь, сжимающая рукоять клинка, которую когда-то…

- Понятно. Ох, молодежь… за искусство удерживания армий маги готовы душу дьяволу… а ты - наоборот.

- Учитель, ведь боевое искусство тебе доступно…

- Прием вместе с кинжалом - тебе это нужно? - ласковая усмешка. - Похвальное желание, Мануэль. Дерзкое, и именно поэтому - похвальное.

Отпертый сундук. Несколько предметов странного назначения выкинуты на крышку.

После них - кинжал в потертых ножнах.

- Учитель… - восторг. Детский, чистый восторг. Но потом:

- А прием, учитель?

- Конечно. Но позже, Мануэль. Наш завтрак - внизу.

Улыбка Фауста. Несколько шагов вперед. Перед Мануэлем, думающем о еде, спина доктора. Но через миг - неуловимый разворот. И - клинок у горла юноши.

- Прием ясен?

- Акх… кх.. да.

- Какова первая часть приема? - требовательный взгляд.

- За твоей спиной не видно, как ты…

- Нет. Первая часть - мои слова о завтраке. Лишение противника чувства опасности. Ясно?

- Ясно. Спасибо, учитель.

Завтрак. Шипящая яичница с ветчиной. Разговоры ни о чем. Уже врозь, хотя еще вместе.

- Удачи, Мануэль. Имя молодого боевого мага скоро…

- Учитель, слава боевого мага - ничто. Спасенные жизни воинов - да. Спасенные жизни простых людей - тем более. Но не слава.

Оседланный конь.

- Спасибо за урок, доктор Фауст.

- Что за урок, Мануэль?

- Встреча с дьяволом, учитель. Урок прост: дьявол не опасен, если в душе нет слабости или страха перед ним.

16 ноября 2004


1 Авторство песни принадлежит непосредственно Мануэлю. Не успеешь этого гада придумать, он уже живет своей жизнью и сочиняет стихи, совершенно игнорируя мой замысел написать рассказ без единого глагола.