Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы
Игры Юмор Литература Нетекстовые материалы


Сирано (С. Козинцев)

Водопады Гриндира

Где-то среди гор, отвесными скалами выходящих к самому морю, есть проход в пещеру, в которой, как говорят, полным-полно сокровищ. И хотя вход в эту пещеру всем известен, никто не может попасть туда. Говорят также, что только невинная девушка из рода Теннехи сможет открыть дверь к богатствам. Но мало ли что говорят. Столетия идут, а пещера по-прежнему заперта. Видать, не всем пророчествам суждено сбыться.

На самом краю большого города, уже в тех окраинах, что не поместились внутри крепостной стены, стоял дом. К самым его окнам подступал угрюмый лес. А в доме всегда горел веселый огонь и был слышен смех. В нем жил кузнец со своей женой.
Как-то раз у кузнеца умерла кошка. Решив похоронить её, он выкопал яму под терновым кустом, и неожиданно обнаружил там горшок с золотыми монетами. Поразмыслив над находкой, кузнец решил не забирать горшок. Он взял из него лишь несколько монет, а все остальное закопал.
Так он и жил. Зная о сокровище, но, используя его лишь тогда, когда наставали трудные времена. Тогда он вновь откапывал горшок, брал несколько золотых и опять закапывал диковинный клад на прежнем месте.
В один из солнечных дней в семье кузнеца родилась девочка, которую назвали Фэй. Когда ей исполнилось пять лет, кузнец взял очередную золотую монетку из клада и купил дочери новое платьице и башмачки. Именинница просто сияла в этих обновках, и пришедшие гости не могли не радоваться, глядя на нее. Ночь уже давно обступила дом, и ели подошли поближе к светящимся окнам, а у кузнеца все продолжалось веселье. Очаг с бесшабашным огнем прогрел все комнаты, и тепло рвалось через окна наружу. Но с внешней стороны к оконным стеклам прижался влажный ночной холод.
А в глубине леса среди болот просыпалось гигантское чудовище. Оно открывало один за другим свои двенадцать глаз и неспешно поднималось из хлюпающей трясины.
О нем много говорили в этих местах и звали его Гриндир. Громадный, но бесшумный он бродил ночами по лесу, и макушка его головы поднималась над верхушками сосен. Говорили, что с каждым годом он становился все выше и больше. Бесформенное его тело цепляло деревья, и среди густого леса дровосеки иногда находили просеки там, где проходил Гриндир. Раньше чудовище держалось вдали от населенных мест, но в последнее время его все чаще видели у самого города и герцог, правивший там, с беспокойством думал о той ночи, когда монстру вздумается проломить стену.
А в доме кузнеца никто не боялся страшного Гриндира. Никто, кроме маленькой Фэй. Когда девочка плохо себя вела, мама сердилась и говорила ей:
– Не будешь слушаться, придет Гриндир из темного леса и утащит тебя к себе в болото.
У Фэй становились большие испуганные глаза, а ночью девочка просыпалась и звала родителей:
– Он здесь, он заглядывал сейчас в окно! – плакала она.
– Кто заглядывал?
– Страшный Гриндир!
– Все в порядке, – утешали ее родители, – посмотри, во дворе никого нет.
– Потому что он здесь! Он уже в комнате и прячется под кроватью!
– Глупышка, – смеялись взрослые. – Гриндир такой большой, что не поместится под кроватью. Он больше даже нашего дома! Ему здесь не спрятаться. Не бойся, малышка, и спи спокойно.
Многие видели Гриндира, но не многие знали про его чары. Иногда, искатели приключений отправлялись вслед за гигантом, чтобы найти его берлогу, если та у него была. Уж такую-то громадину не потерять, даже в лесу. Но неожиданно опускался туман и путники теряли Гриндира из виду, и долго еще блуждали среди деревьев, кляня неудачную погоду, и не догадываясь, что туман и есть сам Гриндир. Это нелепое бесформенное чудище могло превращаться в легкое облако, в клубы утреннего тумана над рекой, в тонкую струйку дыма от погасшей свечи. И хоть и не верили родители ночным страхам Фэй, но Гриндир действительно частенько припадал к окошку уютного домика одним из своих двенадцати глаз. А иногда сгустком дыма проникал сквозь оконные щели и прятался, еле видимый, в темном углу или под кроватью. Бывал он тут и во время людского веселья и тихими ночами. Бесшумно лежал он под кроваткой Фэй в полной темноте и слушал ее дыхание во сне.
А однажды утром родители пришли к своей дочери и обнаружили ее постель пустой. Лишь тряпичная кукла осталась под теплым одеялом.

Среди злых деревьев, поросших старым мхом, сидела маленькая Фэй и плакала. А рядом с ней, нависая над крохотным ребенком, высился страшный Гриндир и глядел на нее дюжиной своих глаз. От этого взгляда мороз продирал по коже, хотелось бежать прочь быстро-быстро, но ноги не могли пошевелиться… Стоило девочке успокоится и поднять глаза, как она натыкалась на взгляд чудовища и вновь начинала захлебываться слезами. Так продолжалось весь день, а когда солнце склонилось к горизонту и в тени Гриндира стало совсем холодно, Фэй устала и стихла. Тогда Гриндир накормил её диким яблоками и дал утолить жажду волшебным напитком. Девочка уснула, а когда проснулась, не помнила ни дома, ни родителей, только её имя осталось с ней.
Утро было волшебным. Мягкий теплый мох, на котором спала Фэй пах лесными чудесами. У самого лица проснувшейся девочки дразнились своей спелостью вкусные ягодки брусники. Чуть ближе к сияющему зеленью болоту трава была покрыта капельками росы, в которой отражался лес, девочка и глаза Гриндира.
Фэй посмотрела на чудовище и засмеялась, таким нелепым и смешным оно ей показалось.
– Ты кто, – спросила Фэй.
– Я – Гриндир. Большое и страшное чудовище.
Девочка вновь захохотала, и Гриндир тоже улыбнулся:
– Пойдем, – сказал он, – я покажу, где в лесу много земляники.
Так они и стали ходить по лесу вместе. Гигант и крохотная девочка. Иногда они шли рядышком, и Гриндир останавливался на каждом шагу, ожидая свою спутницу. Иногда он нес ее на руках, и тогда поднимал к небу, над верхушками деревьев, и девочка кричала от страха и восторга, видя мир так, как его видят только птицы.
В теле Гриндира была небольшая дверца, а за ней комнатка. В ней и поселилась Фэй. Ей очень нравилось спать там, внутри, в то время когда монстр шел куда-то. Его походка убаюкивала и навевала волшебные сны. И Гриндир, вместе со своей ношей, спутником и подружкой отправился в путешествие.
Девочка росла, а путешествие продолжалось. Друзья поднимались на высокие горы и смотрели, как солнце на закате касается горизонта уже где-то внизу, под ногами. Они резвились на лугах, и тогда Гриндир превращался в туман, и струился между цветов, покрывая все пространство клубящейся белой пеной, над которой поднимали свои головки маки и колокольчики. Фэй бегала среди травы, по колено в клубящемся облаке, а иногда беззаботно падала навзничь на бесплотное одеяло, зная, что Гриндир бережно подхватит ее и уложит среди пахучих трав.
Бывало, что Гриндир превращался в дым, но не в едкий и горький дым, а в дым приятный и сладкий. Он щекотал ноздри Фэй и касался ее губ, и долгие дни после этого волосы девочки пахли лесным костром. А когда шел дождь, Фэй пряталась внутри Гриндира за своей дверцей и пела там своим чистым голосом, выдумывая слова на ходу, а Гриндир, ничуть не боявшийся ни ливней, ни града, ни зимних морозов, шел все дальше, слушая песню, звучавшую внутри него и улыбался.
Наступил день, и путники вышли к морю. Гриндир обернулся айсбергом и отправился в плаванье с девочкой внутри. Сквозь дверь, ставшую ледяной и прозрачной, Фэй видела множество чудес. Корабли с белоснежными парусами, моряки которых, разглядев ее силуэт в глубинах льда, принимали ее за замерзшую русалку. Морских чудовищ, пожирающих друг друга. Северное сияние, превращающее небо в холодный костер, бросающий свои отблески на сверкающие ледяные грани Гриндира.
А когда девочке захотелось вновь ступить на твердую землю, странники выбрались на берег в том месте, где этого захотели.
На своей макушке чудовище переносило девочку через озера, а Фэй дотягивалась пальчиками до поверхности воды и смотрела, как за ними тянется длинный водяной след. А, очутившись на берегу реки на песчаном пляже, друзья купались и брызгались, и когда Гриндир с разбегу плюхался в воду, девочку накрывала и сбивала с ног поднявшаяся волна.
Так шли годы. Среди смеха, веселья и чудес Фэй росла. А потом начали случаться дни, когда то ли еще девочка, то ли уже девушка начинала грустить ни с того ни с сего, и подолгу молча сидеть, обхватив свои колени и глядя на дорожный костер.
– Отчего ты грустишь, девочка моя, – расстраивался Гриндир. – Разве жизнь твоя не похожа на сказку?
– Моя жизнь чудесна, милый Гриндир, – отвечала Фэй. – Но мне так тоскливо одной.
– Разве же ты одна? – удивлялось чудовище и глядело на собеседницу всеми своими глазами.
– Нет, конечно, – улыбалась Фэй. – Но я хочу встретить человека. Такого же, как я. С двумя глазами и двумя руками и одного со мной роста. Ну, разве что чуть повыше.
– Твоя мечта исполнится, – смеялся Гриндир, – Эта сказка со счастливым концом. Лишь потерпи еще немного. И ты встретишь прекрасного принца. Может быть, ты не сразу поймешь, что это он, ведь он будет заколдован. Но твой поцелуй разрушит чары. Вы будете счастливы вместе. Наше путешествие закончится, и он увезет тебя в свой замок с высокими башнями, за которые цепляются облака и разноцветными витражами в окнах, на которых будет нарисован весь мир.
От таких слов Фэй веселела и безмятежно засыпала у костра, а глаза Гриндира долго еще глядели на нее из темноты.

Однажды некий юноша ехал верхом по лесной дороге и сбился с пути. Небо было затянуто облаками, луны не было видно. Путник соскочил с лошади и двинулся на ощупь через лес, в поисках места для ночлега. Неожиданно рука его наткнулась на скалу. В следующее мгновение в скале открылся громадный глаз и посмотрел на юношу.
– Ты кто? – испуганно спросил молодой человек.
– Я? Гриндир. – ответил глаз.
– Не подскажешь ли, любезный Гриндир, где здесь можно переночевать?
– Не знаю, чего бы это мне тебе помогать, – проворчал Гриндир, – но иди налево. Там ты встретишь еще один глаз, а вскоре за ним будет поляна.
– Спасибо тебе, глаз, – поблагодарил юноша и двинулся дальше.
Вскоре на скале действительно обнаружился еще один глаз.
– А тебя как зовут? – спросил путник.
– Ты глуп. Меня зовут Гриндир, – ответил глаз. – Поляна там, дальше.
Наконец юноша нашел место для ночлега и заснул тревожным сном.
Когда он проснулся, то увидел холм среди леса. В разных местах этого холма находились глаза. Сейчас все они спали, и сам холм мерно колыхался, будто дышал во сне.
Пытаясь найти дорогу, юноша двинулся в путь вокруг холма. В какой-то миг деревья расступились, и странник увидел чудесный луг. На нем, среди цветов спала девушка, и стебли травы бросали длинные тени на ее стройное тело. Солнце только поднялось, роса еще не успела высохнуть, и маленький прозрачный шарик воды, сорвавшись с кончика листа, упал девушке на лицо, разбудив ее.
Девушка поднялась, увидела юношу и заулыбалась так, как будто случилось то, чего она долго-долго ждала. Робко подойдя к нему, она застенчиво посмотрела на его лицо и тихо сказала:
– Здравствуй.
Юноша онемел от изумления и не мог не вымолвить ни слова.
– Почему ты молчишь? – чуть наклонила голову Фэй.
– Потому, что я околдован тобой, – наконец выдавил он.
– Околдован? – засмеялась Фэй. – Может быть, мой поцелуй спасет тебя?
Не успел юноша кивнуть, как девушка поднялась на цыпочки и своими губами коснулась его губ.
Поцелуй был долгий, и когда юноша открыл глаза, он увидел, что его и девушку укутал туман, клубящийся алым облаком в лучах восходящего солнца и скрывающий влюбленных от нескромных взглядов лесных зверей.
– Пойдем, – сказал путник. – Я отвезу тебя в мой замок, и ты станешь моей женой.
Девушка счастливо рассмеялась.
– Все именно так, как ты и рассказывал, – крикнула она, обращаясь неизвестно к кому. – Все именно так!
Туман расступился, указывая им путь к лесной дороге. Когда принц усадил Фэй на лошадь перед собой, девушка оглянулась и посмотрела в лес.
– Он даже не попрощался, – грустно сказала она.
– Кто, – спросил юноша.
Но Фэй так ничего и не сказала в ответ.

Принц женился на Фэй и они счастливо зажили в родовом замке Теннехи. Он был точно такой, как описывал Гриндир, его башни доставали до облаков. Лишь витражей не было в окнах.
Сам Гриндир продолжал скитаться по свету, его видели то там, то тут. А иногда, когда осень поджигала желтым и алым пламенем леса вокруг замка, всю долину до горизонта затягивал сплошной белый туман, плотный, как молоко.
Шло время, и у Фэй родились дочь. Девочку назвали Альба.
Однажды вечером принцесса Альба никак не хотела засыпать. Стояла чудесная весенняя ночь, пела малиновка, фруктовые деревья цвели в лунном свете, и лепестки их цветов ветер заносил в открытое окно.
– Нянюшка, расскажи, сказку, – попросила девочка.
Кормилица посмотрела на нее и странно улыбнулась.
– Ты уже большая девочка, – сказала она, – и я расскажу тебе особенную сказку, не такую, как раньше. Только ложись в кровать и лежи тихонько.
Принцесса быстро забралась под одеяло и приготовилась слушать.
– Не так уж и давно, – начала кормилица, – случилось одному путнику встретить нищенку. Она стояла на перекрестке дорог, и вид у нее был совсем жалкий. Ветхая одежда, спутанные волосы, совсем развалившаяся обувь. Если башмак на левой ноге еще как-то и держался, то на правой его вообще не было и босая нога стояла в дорожной пыли.
Путник пожалел старую женщину и хотел бросить ей несколько золотых монет. “Золотые монеты, это слишком много для меня, - заявила нищенка. – Дай мне лучше самую мелкую, самую потертую монетку из твоего кошелька”. “Я принц, – ответил путник, – у меня много золотых монет. И я могу позволить себе помочь тебе золотом, а не мелкой монеткой”. Старуха почему-то рассердилась: “Кто учил тебя, невежа, спорить со старшими, – начала браниться она, – мне не нужно твое золото, мне нужна лишь медная монетка”. Принц удивился, но не стал перечить старухе и развязал кошелек. “Подожди, – остановила его нищенка, – дай лучше кошелек мне, я сама найду то, что мне нужно”. “Зачем же тебе утруждать свои старые глаза, – ответил путник, – Да я вот уже и нашел медную монетку. Держи” – и принц протянул монету старухе. К его удивлению старуха исчезла, а напротив него стоял маленький человечек, не достающий человеку и до пояса. На нем был зеленый камзол, смешная шляпа и кожаный передник.
– Кто же это был, нянюшка? – спросила Альба.
– Это был лепрекон, – ответила кормилица. – Но ты обещала слушать молча. Так вот, принц увидел перед собой лепрекона. Лепрекон злобно посмотрел на путника и выкрикнул: “Будь ты проклят, тупица!”. И наложил на принца заклятие. От неожиданности монетка выпала из рук путника, лепрекон подхватил ее и исчез.
– А что за заклятие он наложил? – не удержалась Альба.
– А заклятие состояло вот в чем. Когда принцу доведется встретить ту, которую ему суждено полюбить навеки, он превратится в жуткое громадное чудовище. И будет таким до тех пор, пока его избранница не полюбит его и не поцелует. Тогда он вновь станет человеком.
– Целовать чудовище должно быть очень неприятно, – рассудительно заметила девочка.
– Не перебивай. На чем я остановилась? Ах, да. После встречи с лепреконом принц отправился дальше. Проходя мимо одного города, он услышал веселый смех в домике на окраине и заглянул в окошко. Он увидел чудесную девочку, веселую и смеющуюся так заразительно, что было невозможным сдержать улыбку. Путь был еще долог, и, не задерживаясь, принц отправился дальше. Но к вечеру он обнаружил, что кожа его стала морщинистой и потемнела, а рост увеличился. Изо дня в день внешность его менялась, он все рос и рос, и становился все бесформенней, и в какой-то из дней то там, то здесь по всему его телу начали прорезаться глаза.
– Стра-а-а-ашный, – сказала Альба.
– Ты опять меня перебиваешь, и совсем и не думаешь засыпать! – рассердилась няня. – Вот не буду я тебе дальше рассказывать, и не узнаешь, чем все кончилось.
– Ну и не надо, – надулась принцесса. – Ты обещала особенную сказку, а эта ничуть не лучше тех, что были раньше!
– И все-таки разница есть, – смягчилась кормилица. – Она в том, что та самая монетка, из-за которой все случилось, теперь у меня.
Кормилица разжала ладонь, и девочка увидела на ней потертую медную монетку.
– Ты все врешь, – засмеялась принцесса. – Это обычная монетка, и я ни за что не поверю, что она из сказки.
– Обычная, да не совсем. Недаром лепрекон так хотел заполучить ее.
– Что же в ней особенного?
– Тот, кто ее возьмет в руку увидит истинное положение вещей. Всю правду, какой бы она ни была. Пока монетка в руках, такого человека нельзя обмануть, ни словом ни чарами. Вот, держи! – и кормилица опустила монетку в ладошки принцессе Альбе.
Как только денежка коснулась девочки, в тот же миг кормилица обратилась в маленького, ниже Альбы, человечка в зеленом камзоле, смешной шляпе и одном башмаке. Лепрекон грустно улыбнулся и сказал:
– Я сразу же пожалел о наложенном заклятии, но увы, сделать что-либо уже было невозможно. И по праву, эту монетку, мне следует вернуть. Ни принцу, ни той кого он полюбил монетка эта уже ни к чему. И ее некому отдать, кроме как тебе.
– Почему же именно мне? – удивилась Альба
Лепрекон лишь покачал головой.
– Подбрось-ка монетку, – сказал он.
Девочка подбросила монетку и вновь поймала ее. За это время человечек успел исчезнуть без следа.

Муж Фэй стал королем и сделал свою жену королевой. Вместе они прожили долгую жизнь. Известно, что за все время их правления, земли королевства ни разу не подвергались нападению неприятеля. Лишь только кто-нибудь желал войны, войско его либо начинало блуждать в тумане, либо сталкивалось со страшным монстром и бесславно гибло в болотах на далеких подступах к землям Фэй.
Альба выросла и оказалась очень разборчивой невестой. Многие достойные рыцари получили отказ, а выбрала она одного, вроде бы не самого красивого и знатного. Но в последствии, когда ее избранник, в свою очередь, стал королем, он явил многие свои особенные качества, и все дивились мудрости и прозорливости девушки.
Гриндиром продолжали пугать детей до самой кончины королевы Фэй. В день же, когда смерть забрала ее с собой, чудовище окаменело где-то в горах, превратившись в бесформенную скалу.
Из тех мест, что прежде были его глазами, сейчас струятся водопады. Но эти водопады не похожи на могучие полноводные потоки. Лишь по одной капельке сочится вода из скалы и стекает к подножью в маленькую лужицу. Таких лужиц у основания горы двенадцать, из многих текут ручьи, и звери пьют из них воду. А ранним утром над этими озерцами собираются небольшие облачка тумана.
Дверца в теле Гриндира, за которой раньше жила Фэй, до сих пор есть в этой скале. Сколько не пытались люди открыть ее, ни у кого это не вышло. Говорят что за дверью пещера, заполненная сокровищами. Но самые глубокие старики говорят также, что сокровище это может сделать счастливым, но его все равно нельзя унести с собой. Да мало ли что говорят…