Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Мари Жють

И ЭТО ВСЕ О НЕМ...

Квента Нолофинвион
или
о некоторых лингвистических аспектах поединка Финголфина с Морготом

…Я сидела за компьютером и пыталась приглючить Финголфина. Сидела долго. Финголфин не глючился.

Мне это надоело, и я сменила тактику - нарисовала пентаграмму и начала вызывать дух Стеба. Стеб не приходил.

"Да он и не придет" - подумала я. Ну какой порядочный дух ко мне явится? Человек я рациональный до неприличия, а слово "пентаграмма" вызывает у меня исключительно детские ассоциации - красненькая октябрятская звездочка с беленьким кружочком в середине, а на нем - кудрявая головка Володи Ульянова. Правда, я давно подозревала, что во времена, не столь отдаленные, как Первая Эпоха, но столь же обросшие мифами, соединение этой пентаграммы и духа Стеба дало начало небезызвестным "Сказаниям о Вовочке"... Sorry, I digress…

…И тогда, отчаявшись, воззвала я к Единому. Нет, не к Эру Илюватару. К тому, кого Высокие Валар, и дивные Эльдар, и Три дома Атани согласно зовут "JRRT" и "Профессор", да славится имя его! И сжалился он надо мной, и явилось мне - Морж и Плотник.

- Здравствуй, Мари, - сказал Плотник. Морж ничего не сказал, только подмигнул и пошевелил усом в знак приветствия.

- Здравствуйте, - сказала я. Я очень обрадовалась - это же надо: первый глюк - и такой удачный!

- Мы пришли рассказать тебе о королях и капусте, - сказал Плотник.

- Нет-нет, - сказала я. - Короли - это очень хорошо, особенно если это Верховные короли Нолдор. А о капусте, пожалуйста, не надо.

- Ну что ж, - сказал Морж и опять пошевелил усом. - Если ты не хочешь слушать о капусте, мы не станем тебе о ней рассказывать. Но мы расскажем тебе о двух первых Верховных королях Нолдор, о Дивных Именах Эльдар Амана, о Сравнительном Языкознании и о Волосах.

Больше я ничего не успела ни спросить, ни возразить, потому что Морж и Плотник сказали хором: "Смотри и слушай!"

И вот что я увидела:


Финвэ, верховный король Нолдор, как всегда сидел в своем дворце в великой радости, и думал, как он удачно подобрал себе имя. Ведь он сумел его приклеить не только всем трем своим сыновьям, кое-что досталось и внукам. Правда, только некоторым.

В это время в зал вошел его старший сын. Как всегда, он был в великом гневе и в великой печали. Попеременно.

- Папа, - сказал он и сел на верхнюю ступеньку возвышения, где стоял трон Финвэ. - Я в гневе и печали. Великие Валар несправедливы ко мне, а ты зачем-то дал свое имя моим сводным братьям.

- Успокойся, Куруфинвэ Феанаро, - ласково сказал король и своей красивой рукой с длинными тонкими пальцами погладил сына по жесткой смоляной гриве. - Я сделал все как надо. Мое имя в именах твоих братьев - это всего-лишь суффикс, который не ущемляет твоих прав. Если ты займешься Сравнительным Языкознанием...

- А можно я займусь просто языкознанием? - спросил Куруфинвэ, которому сразу полегчало от мудрых слов его отца. - Мне пока-что не с чем сравнивать.

- Конечно, можно, - ласково сказал король. - Тебе еще действительно не с чем сравнивать, а когда появится материал для сравнения, у тебя уже не будет времени, потому что вскоре после этого тебя убъют. Но ты можешь еще что-нибудь изобрести, чтобы прославить свое имя и народ Нолдор.

- Ты не сказал, какое из своих имен я должен прославить. - сказал Куруфинвэ.

- Я думаю, все, - сказал король.

- Но тогда мне придется очень много изобретать - сказал Куруфинвэ.

- Да, - сказал король. - И еще заниматься языкознанием. Но тогда ты сможешь доказать Великим Валар, что ты не только самый умелый (Kurwё), но и самый разумный (Nolmё), и всем придется с этим согласиться.

- Спасибо, папа, - сказал Куруфинвэ.

И с этими словами он направился к выходу и тут же начал изобретать Сильмариллы и палантиры, и фонарики, которые работают без батареек, и новую письменность для Квэнья, и мешал реформам в произношении этого дивного языка. В дверях он столкнулся со своими сводными братьями, но он был так занят рассуждениями о том, что звук [th] совершенно недопустимо заменять звуком [s] , что даже не успел как следует пригрозить мечом этим плаксам. К сожалению, этот небольшой инцидент впоследствии был раздут и приобрел совершенно неожиданные последствия.

- Здравствуй, папа, - сказали Нолофинвэ и Арафинвэ. - Мы узнали, что ты беседуешь с нашим старшим братом о его имени. Это очень интересная тема, и мы тоже хотим об этом побеседовать.

- Хорошо, - сказал король. - Но с вами я буду беседовать о ваших собственных именах. А еще мы поговорим о Сравнительном Языкознании.

- Но нам же не с чем сравнивать! - сказали Нолофинвэ и Арафинвэ хором.

- Вам будет с чем сравнивать, - сказал король, у которого в это время открылся дар предвидения, свойственный Эльфам. - Тебе, Нолофинвэ, придется провести синдаризацию своего имени. Это необходимо, чтобы о тебе могли сложить песни. А еще тебе придется сражаться с Морготом, но это гораздо проще.

- А мне тоже придется проводить синда... ризацию? - спросил Арафинвэ, который был очень благороден и поэтому, милостью Единого, смог произнести это трудное слово с первого раза, хотя совершенно не понимал, что оно означает.

- Нет, - сказал король. - Синдаризацию за тебя проведет твой сын Финдарато. Ведь мы не зря называем его Инголдо.

- А в Средиземье его будут звать Финрод! - сказал Арафинвэ, у которого в это время тоже открылся дар предвидения, свойственный Эльфам. Потом он немного подумал и добавил, - А прозвище у него будет Фелагунд, но это с языка Хазад.

- Не отвлекайся, - сказал король. - Языком Хазад займется мой внук Куруфинвэ Атаринкэ, которого в Средиземье будут звать Куруфин.

- А Моргот - это тоже интересно? - спросил Арафинвэ, который моментально понял, что Cравнительное Языкознание ему не угрожает, и очень обрадовался.

- Моргот - это очень интересно и очень доблестно, - ответил король. - Но этим займется твой старший брат Нолофинвэ.

- Значит, я ничем не прославлюсь, и обо мне не сложат песен? - спросил Арафинвэ, который очень расстроился.

- Обязательно сложат, - сказал король. - Ведь ты прославишься своей мудростью, благородством и дивными золотыми волосами.

(Здесь надо сделать небольшое отступление. Дело в том, что Эльфы гордились своими прекрасными волосами гораздо больше, чем своим тонким интеллектом, грациозными движениями, музыкальными способностями и лингвистическим даром вместе взятыми. В конце-концов, голоса, осанка и способности к произношению - они у всех почти одинаковые, а вот волосы... Особенно почитали тех, у кого волосы выходили из пределов нормы - длиной ли, пышностью или цветом. Дошло до того, что одна из внучек Финвэ, эльфийка исключительно мудрая и благородная, вошла в историю под прозвищем, которое ей дали из-за ее золотых волос - Галадриэль.)

- Спасибо, папа, - сказали хором Нолофинвэ и Арафинвэ. - А нам уже можно прославиться?

- Не так быстро, - сказал король. - Сначала Нолофинвэ должен поссориться с Куруфинвэ, потом они помирятся, а потом все вместе уйдут в изгнание.

Дар предвидения не изменил Верховному королю Нолдор. Все произошло, как он предсказывал. Направляясь в изгнание, Нолофинвэ очень беспокоился. Он хотел все сделать как следует, чтобы о нем смогли сложить правильные песни, и поэтому все время повторял про себя парадигму квэнийских существительных и синдаринских глаголов. Кроме того, он не совсем понимал, как ему придется вести себя с Морготом, но раз папа сказал, что Моргот проще, чем Сравнительное Языкознание...

Чтобы немного отвлечься и успокоиться, Нолофинвэ решил присоединить к своему имени имя папы не только в качестве суффикса, но и в качестве префикса. Получилась очень красивая комбинация - Финвэ Нолофинвэ. Всем Нолдор (кроме Куруфинвэ, разумеется, но на него к тому времени уже мало кто обращал внимание) эта комбинация тоже очень понравилась, но потом им пришлось переходить через Вздыбленный Лед... Словом, когда к Трудностям Перехода Через Вздыбленный Лед прибавились Трудности Произнесения Имени Предводителя (попробуйте-ка внятно и громко сказать "Финвэ Нолофинвэ" на тридцатиградусном морозе и в метель), даже кроткие Нолдор начали роптать. Тут на Финвэ Нолофинвэ снизошел дар предвидения, свойственный Эльфам, и он понял, что пора начинать синдаризацию. Таким образом, когда наконец взошла Луна, и Нолдор добрались до материка, Финвэ Нолофинвэ преодолел не только Вздыбленный Лед, но и Сравнительное Языкознание и звался отныне Финголфин . Первая часть подвига была благополучно завершена. Теперь ему оставался только Моргот.

Поскольку поединок Финголфина с Морготом был и обстебан и воспет по меньшей мере одиннадцати-один раз, я не стану на нем останавливаться. Скажу только, что готовился Финголфин очень основательно (он все делал основательно, чтобы папе у Мандоса не пришлось за него краснеть), и чувство прекрасного ему не изменило. Он действительно был прекрасен как звезда, когда в своих серебряных доспехах и лазурных одеяниях бросил вызов Морготу. К сожалению, у Моргота чувство прекрасного почти совсем атрофировалось, поэтому Финголфина он убил. Довольно быстро.

Когда феа Финголфина покидала его изуродованное роа, у нее вырвался облегченный вздох. Он не был уверен, но ему казалось, что он все сделал правильно. В Мандосе он отдохнет, а потом напишет учебник по Сравнительному Языкознанию - о перегласовке квэнийско-синдаринских корней на примере собственного имени. Тогда о нем смогут сложить действительно хорошие песни.


- Ну как, - сказали Морж и Плотник хором, когда глюк закончился. - Ты довольна?

- Очень, - сказала я. - Только мне жаль Финголфина. Сравнительное Языкознание - это все-таки очень трудно...

Нарн и Хин Хурин
или
о некоторых социально-психологических аспектах поединка Финголфина с Морготом

"... И тогда бесстрашный лорд Финголфин, Верховный король Нолдор, в гневе протрубил в свой рог и бросил вызов Морготу Бауглиру ..."

В Гондорской Королевской гимназии шел третий час письменного экзамена по древнеэльфийской истории. Обычный годовой экзамен, и вопросы не особенно сложные; как всегда - штук пятьдесят multiple choice, тех самых, где надо выбрать правильный ответ среди четырех возможных и пометить его крестиком. Здесь, по крайней мере, шанс есть - двадцать пять процентов, даже если не учить, а вот с эссе ему действительно не повезло. Ну и тема - "Назовите причины, побудившие Верховного короля Нолдор бросить вызов Черному Врагу Мира. Мотивируйте свой ответ. Укажите источники (кроме учебника)."

...Мандос его побери, этого Финголфина и все его причины! Не фиг было Моргота дразнить, вот что! Сидел бы себе тихонько в Валиноре, как Финарфин - на экзамене одной темой меньше было бы. И вообще, кому он нужен, этот ваш Финголфин - все равно круче Кирдана ни в Средиземье, ни в Амане никого не было...

Мальчишка обреченно заерзал на стуле. Порядком истрепанный первый том "Летопи-сей и Анналов. От Айнулиндале до наших дней" лежал у него на коленях, под партой, но заглянуть в книгу он боялся. Госпожа Наставница не сводила рысьих глаз со своих питомцев, а между партами прохаживались "Орлы Манвэ" - школьные надзиратели. На экзаменах гимназистов всегда рассаживали по одному, так что и в тетрадку к соседу не заглянешь, а делать "шпоры" он в этот раз поленился.

Турин вздохнул и, машинально, совершенно не думая о том, что делает, начал рисовать. Получилось хорошо, чертить и рисовать он, наследник пятидесяти с лишним поколений мореходов и корабелов Анадунэ и Гондора, действительно умел. Но рисунок - рисунком, а отвечать на вопрос все равно было надо. Турин решил рискнуть.

Нет, это был не его день! Ему удалось, не привлекая внимания, раскрыть книгу на нужном месте, удалось бросить беглый взгляд на страницу, и он уже начал аккуратно списывать ответ, как сзади раздались шаги надзирателя. Турин вздрогнул, и тяжелый том шлепнулся на пол, на всеобщее обозрение. Преступление было доказано.


... Лорд Ректор сурово взглянул на стоящего перед ним негодника. Мальчишка был щуплый, маленький для своих тринадцати лет, и, по Гондорским меркам, на редкость некрасивый. Рыжие волосы, курчавые и жесткие, как у хоббитенка, вздернутый нос, на котором было тесно оранжевым веснушкам всех размеров и форм ... Парадная форма, которую гимназистам полагается надевать на экзамен - черный пиджак с серебряной эмблемой Белого Дерева и черные брюки с серебряными лампасами - измята, ворот рубашки расстегнут, серебристый галстук сдвинут в сторону... У ректора не укладывалось в голове, что этот разгильдяй - сын лорда Хурина, одного из самых уважаемых членов Государственного Совета, и леди Морвен, славящейся своей красотой и мудростью на весь Гондор. Воистину, неисповедимы пути Единого... Но этот маленький шалопай, оказывается, еще и обманщик.

Ректор на секунду отвел ледяной взгляд от перепуганного Турина и занялся уликами - истрепанным томом "Летописей..." и тетрадью с экзаменационными заданиями. Он брезгливо перелистал несколько страниц, просмотрел ответы. Поразительное невежество, похоже, мальчишка совершенно не утруждал себя подготовкой к экзаменам! Понятно, зачем ему понадобилось списывать, но подобное поведение совершенно нетерпимо для потомка Верных, воистину, граничит с кощунством, а посему должно быть сурово наказано.

- Итак, сын Хурина, - голос у ректора был вкрадчивый, но Турин вздрогнул, не ожидая ничего хорошего, - вопрос о мотивах, побудивших благородного лорда Нолофинвэ к поединку с Черным Врагом Мира, вызвал у вас особое затруднение. Так ли это?

Турин молча кивнул. От страха у него перехватило горло. Великий Эру, нафиг он нервы мотает! Вот он, телефон, стоит на столе - пусть снимает трубку и звонит, хоть отцу, хоть матери. Дома, конечно, начнется жизнь, но с родителями, по крайней мере, можно разговаривать... Или можно было, до последнего времени...

- Осмелюсь спросить, - продолжал ректор с прежней изысканной учтивостью, бравируя воспитанием и выдержкой истинного дунадана, - по какой причине именно этот вопрос оказался столь труден? Сын Хурина считает подвиги Верховного короля Нолдор нестоящими внимания?

- Н-нет, - пробормотал Турин (молчать уже было нельзя). - То есть, да...

- Я не понял вас, Турин Хуринион . Дайте себе труд выражаться ясней.

- Подвиги лорда Финголфина очень важны для истории Средиземья. Нам всем подобает их знать и брать с него пример.

- Прекрасный ответ. Что же помешало вам поступить в соответствии с этими словами?

Опять молчание. Турин смотрел в пол и чувствовал себя самым настоящим Нейтаном. Ректор снова перелистал тетрадь и вдруг позеленел. На секунду Турину показалось, что глаза у него блеснули красным, как у Назгула.

- Что это такое, сын Хурина? - голос ректора перешел в весьма неприятное шипение. - Что означает этот рисунок на странице, предназначенной для эссе о Верховном короле Нолдор?

Турин вспыхнул. Ему не надо было смотреть в тетрадь, он прекрасно помнил свой рисунок - эльфийский корабль, нарисованный очень тщательно, во всех деталях, и надпись на борту, каждая тенгва старательно выведена: "Кирдан - чемпион".

- Это "Вингилот". Корабль Эарендила. Он построил его под руководством Кирдана.

- Очень хорошо. Если предположить, что у вас есть хоть какие-то познания в истории Эльдар, и не обращать внимания на эту вульгарную надпись, какое отношение имеют "Вингилот" и Кирдан к лорду Нолофинвэ? Каким образом сын Финвэ попал в Средиземье?

- Он пошел за Феанором отбирать Сильмариллы у Моргота. А потом их прокляли... Мандос и... и Манвэ... То есть, наоборот... А Ульмо им все-равно все время помогал....

- Я спрашиваю не об этом. Какую дорогу избрал сын Финвэ?

- Он не избрал - это все Феанор виноват. А Финголфин перешел через Вздыбленный Лед...

- Как звучит "Вздыбленный Лед" на Высоком Наречии?

- Ой... Это... Сейчас... (очень тихо) Кельхо... (еще тише) Хэлька.... (умирающим шепотом) Не помню...

- Так. Понятно. Блестяще. В чем разница между Пророчеством Мандоса и Проклятием Нолдор?

- Не... не знаю... Разве она есть?

- Постыдно, Турин Хуринион! Сын члена Государственного Совета, дунадан, потомок Друзей Эльфов демонстрирует кощунственное невежество в заветах Великих Валар и истории Перворожденных! И это уже не первый раз! Я вынужден побеседовать с лордом Хурином и леди Морвен; вам не место в этой школе!


... До самого вечера Турин сидел в своей комнате тихо, как мышка. Дома он был один - отец, как всегда, на заседании Госсовета, Ниэнор - в университете или у косметолога, мать, скорее всего, председательствует в своем дамском клубе. Интересно, какой благотворительностью они сейчас занимаются - требуют занесения Балрогов в Красную книгу Запада или пытаются сохранять уникальные пустыни Харада?

Он включил компьютер и немного поработал. Хорошо было Эарендилу - его Кирдан учил. И Сильмарилл у него был. А вот компьютера не было. Так что посмотрим, кто кого, когда его корабль будет готов и придет время искать Прямой путь...

К ужину его все-таки вытащили из логова. Ели в молчании. Родители, конечно, были уже в курсе, а вот Ниэнор, похоже, еще не посвятили. Турин украдкой покосился на сестру. Одному Мандосу ведомо, что она может отмочить, когда узнает о его школьных делах. Если она по-прежнему влюблена в Финрода, может, еще и пронесет, но вот если ее уже угораздило втюриться в Финголфина... Странные они там все, на этом факультете эльфийской истории и классического языкознания... Вон у Берена сестра тоже на истфаке, правда, человеческом - и ничего, нормальная, в эльфов не влюбляется (причем каждый месяц - в нового), даже разговаривать с ней можно.

- Я бы все-таки очень хотела знать, - мать, наконец, прервала молчание, - что тебе опять помешало подготовиться к экзаменам?

- Ничего мне не мешало, - буркнул Турин. - Я подготовился...

- У твоего ректора другое мнение, - это уже подключился отец. - И у меня, кстати, тоже. Я смотрел твои ответы - ты совершенно не учил. И эта дурацкая картинка... Но дело не в ней - дело в том, что ты списывал...

- Я не списывал!

- Потому что не успел, - снова мать. - Тебя поймали с поличным. Великие Валар, стыд-то какой! Опозорил семью на весь Гондор!

- Скажи еще - на всю Арду...

- Турин, это гораздо серьезнее, чем ты думаешь. И не надо разыгрывать обиду, - отец говорил тихо и печально. - Лорд Ректор настроен очень решительно. Это уже не в первый раз, теперь тебя наверняка исключат из школы. Я за тебя просить не буду - у меня не хватит совести...

- Ну и пусть исключают! Плевать мне на эту школу! Только Квэнья и Синдарин, с утра до вечера! Кому это надо?! Даже программирования нет! А математика - как в детском саду! Какой учебник ни откроешь - только древние эльфы полоумные!

Он осекся, но было уже поздно. Такого Ниэнор не спускала никому. Не спустила и сейчас. В следующие полчаса Турину пришлось выслушать лекцию о блистательных подвигах отважного лорда Финголфина, о значении Дома Финвэ для истории Арды, об изначальной и непревзойденной благости Перворожденных, а также о его, Турина, глупости и злокозненности, воистину сравнимых с пороками Нуменорских приспешников Саурона. К счастью, Ниэнор, наконец, выдохлась. Запал еще не прошел, но сил уже не осталось.

- Отправьте его в "Дориат", - заявила она наконец.

Леди Морвен задумалась. Она не обращала особого внимания на истерику дочери, но ее предложение, как ни странно, было очень здравым. Элу Тингол, ректор школы-интерната "Дориат", пользовался репутацией человека, не боящегося трудностей и не слишком обремененного предрассудками. Школа эта, правда, не давала классического образования, а потому была далеко не такой престижной, как Королевская гимназия, но, с другой стороны, Турину надо закончить хоть какую-то школу... И лучше всего побыстрее увезти его из столицы. Пусть поживет в лесу... По крайней мере, перестанет просиживать за компьютером ночи напролет... Уже не говоря об этих странных разговорах о "Вингилоте" и поисках Прямого пути. Лорд Ректор намекнул ей весьма прозрачно, что Турина исключают из школы вовсе не из-за плохой успеваемости...

Ну что ж, - сказала она наконец. - Пожалуй, это единственный выход. Завтра же позвоню Тинголу.

Турин промолчал и только вздохнул, очень-очень глубоко. Его судьба была предрешена, и он это понял.

Непобедимый
или
о некоторых хронологических аспектах поединка Финголфина с Морготом

- Поздравляю, - сказал Координатор. - Мы опять опоздали.

Ему никто не ответил. Инженер, склонившись над пультом, пытался восстановить связь с орлом, остальные не могли оторваться от экранов.

... Эту реальность они обнаружили совершенно случайно, а обнаружив, очень быстро поняли, что судьба подарила им (а в их лице - всему человечеству) невообразимый шанс. В этом отрезке Пространства-Времени Землю, кроме людей, населяли еще несколько гуманоидных рас и, по крайней мере, одна негуманоидная. Какие возможности для контакта, какие перспективы в изменении не слишком приглядной человеческой истории! Более того, как оказалось, три столетия назад профессор Толкин, каким-то образом войдя в контакт, сумел описать кое-что из истории этой реальности! Подумать только, ведь современники Профессора считали его работы чистой беллетристикой!

К сожалению, за триста лет почти все труды Профессора были утрачены. Если бы не Доктор, запоем читавший все, что уцелело из написанного Толкиным, и даже изучивший восстановленные им языки древней цивилизации, они бы просто не поняли, что обнаруженная ими реальность и есть Средиземье Профессора. Бесконечно далекое прошлое их собственного мира...


- ... Страшные темпоральные помехи, - Инженер поднял лоснящееся от пота лицо. - Радиоволны почти не проходят, все сигналы искажены...

- Это Моргот, - сказал Доктор очень убежденно.

- Может, попробуешь телепатически? - поинтересовался Химик.

- Я вам не эльф, - огрызнулся Инженер.

- О чем вы, дорогие мои? - заметил Координатор. - Какая телепатия, это же наш орел.

Все умолкли. Пальцы Инженера, словно у пианиста, берущего аккорд, взлетели над клавишами пульта.

- Стойте! - вскрикнул Доктор, не отрывая глаз от экрана. - Это не наш орел!

- Как не наш?

- Смотрите сами, - Доктор повернулся к товарищам. - У этого - белые перья в хвосте, а наш - весь бурый...

- Так, теперь быстро... - Координатор почти сорвал наушники с головы Инженера и бросил их Доктору. - Выходи на связь на их языке, скомандуй орлу отбить Финголфина и постарайся заманить его к ковшу. Действуй.

- Шаманство это все, - проворчал Физик, - где гарантия, что орел послушается? Что он вообще поймет, чего от него хотят?

- Гарантии - никакой, - спокойно ответил Координатор. - Но это наша единственная возможность...

- Тихо вы! - зашипел на них Кибернетик. - Смотрите!

Его товарищи бросились к экранам. Зрелище завораживало - от огромной черной фигуры (метров пять выстотой, не меньше) веяло первобытной мощью и ледяным ужасом. Даже здесь, в лаборатории, отделенные от этой реальности безднами времени и пространства, ученые невольно съежились. Каково же было одинокому эльфу?

Но он, казалось, совершенно не чувствовал страха. Ловко уворачивался от ударов огромного молота, отскакивал в сторону. Быстрый и гибкий, он чем-то напоминал разъяренного кота, распушившего хвост и молотящего когтистыми лапами собаку, в несколько раз превосходящую его размером.

Силы, впрочем, были очень и очень неравные. Хоть Моргот и получил несколько ран (и, кажется, весьма чувствительных), преимущество по-прежнему было полностью на его стороне. Его противник явно устал, его стремительные движения замедлились. На секунду он замешкался, и на него обрушился страшный удар щитом. Потом еще один. И еще...

Каким-то чудом он сумел встать на ноги, но исход боя был предрешен. Измученный, оглушенный, он все-таки не сдавался. Ученые затаили дыхание. "Держись, держись, еще немного" - шептал Химик, его переплетенные пальцы побелели от напряжения. Доктор хрипло выкрикивал в микрофон непонятные слова. Координатор, судорожно сжимая край пульта, склонился к экрану, словно пытался в него войти.

... Моргот атаковал. Финголфин снова ускользнул, но на этом чудеса кончились. Он оступился, пошатнулся, и вдруг во весь рост растянулся на краю огромной воронки. Закованная в сталь чудовищная черная ступня опустилась ему на грудь...

... Вихрь бурых перьев заслонил экраны, но через секунду изображение прояснилось. Теперь это точно был их орел! Киборг взмыл в небо, унося в когтях неподвижное тело.

Инженер лихорадочно щелкал тумблерами. Остальные разбежались по местам, готовясь открыть ковш. На экране орла и его добычу окутала зеленоватая пленка темпорального поля, и почти одновременно шестиметровый металлический диск, вмонтированный в пол в центре зала, засиял зеленым светом.

- Готов к приему! - звонко доложил Инженер.

- Начать перенос, - отозвался Координатор. Инженер и Физик, каждый со своего пульта, (темпоральным переносом, на случай возможной аварии, всегда управляли двое) увеличили напряжение поля и задали направление пространственного вектора.

Зеленое сияние в центре зала стало ярче, и вдруг ослепительный столб зеленого света ударил в потолок лаборатории. Все невольно зажмурились; привыкнуть к интенсивности света было все-таки очень трудно. Сияние постепенно угасло, и стала видна распростертая в центре круга темная фигура.

Доктор подбежал первым, склонился над эльфом, приподнял его, осторожно отвел в сторону спутанные, влажные от пота темные пряди. Зрелище было жалкое и страшное - серое от пыли и удушья лицо, широко раскрытые неподвижные глаза, тонкая струйка крови, стекающая изо рта по запавшей от изнеможения щеке...

- Ты сможешь его спасти? - проговорил Химик хриплым шепотом.

- Не знаю, - еле слышно ответил Доктор. Он даже не оглянулся на товарищей, столпившихся у него за спиной. - Почти наверняка, нет. Все, что смогу, сделаю. Готовьте операционную.

Кибернетик исчез, и, пока он приводил в порядок аппаратуру, Доктор сосредоточился на своем пациенте, пытаясь угадать, какие тот получил повреждения. Ребра, безусловно, переломаны, легкие повреждены осколками; в худшем случае - сильное кровотечение, остановка сердца... Сотрясение мозга - почти наверняка... И, самое главное, (не потому, что самое опасное, а потому, что самое вероятное) - Финголфин дрался, не щадя себя, насмерть. Неизвестно, хватит ли у него сил жить...

- Все готово, - вернувшись, сообщил Кибернетик...


- ... Ложись спать, - сказал Координатор.

- Я не могу уйти, пока он не очнется, - Доктор поднял глаза от книги, взглянул на мониторы. Ничего угрожающего, наоборот, дела Финголфина шли на удивление хорошо. Но почему он так долго не приходит в себя?

- Он спит, - сказал Координатор, проследив за взглядом Доктора. - И ты ложись, я подежурю.

- Справишься? - вяло спросил Доктор. Вопрос, собственно говоря, был совершен-но бессмысленный - аппаратура послала бы немедленный вызов, если бы пациенту стало хуже или, наоборот, если бы он пришел в себя.

- Справлюсь, мой дорогой, справлюсь. - Координатор обнял Доктора за плечи и подтолкнул к двери. - А не справлюсь - вызову тебя.

Доктор вышел. Координатор уселся в кресло у кровати, полистал оставленную Доктором книгу, отложил ее в сторону. Взглянул на Финголфина, оклееного датчиками и обмотанного проводами. Так, похоже, этого несчастного эльфа они все-таки спасли. Странно, конечно, что он так долго спит, уже вторые сутки, но, может быть, так и надо? Координатор встал, подошел к мониторам, занимавшим всю стену против кровати, прочитал показания. Все в норме.

Координатор снова сел в кресло. Пора готовиться к контакту. С языком, кажется, хоть на первых порах проблем не будет - во всяком случае, Доктор их заверил, что сумеет объясниться... А потом придется браться за работу всерьез. Надо будет подготовить большой калькулятор, взять в библиотеке фильмы... Объем информации, разумеется, огромный... теория информации, информационные системы. Способы передачи, хранения. Одновременно - логические связи, пропозиционные функции. Грамматичес-кая схема, семантика. Соответствие понятий. Типы применяемых логик. Язык. Словарь. Этим займется Кибернетик. Ну, а когда будет готов такой соединительный мост - придет очередь для остального. Метаболизм, способы питания, тип производства, формы общественных связей, реакции, навыки, разделение, групповые конфликты и так далее...

... Утром Координатора сменил Доктор, свежий, отдохнувший. Ночь прошла спокойно, но Финголфин по-прежнему спал. Доктор начал нервничать. Снял энцефалограмму - ни малейших оснований для тревоги, активность мозга - как у совершенно здорового, крепко спящего человека. Ну что ж, включим томограф, посмотрим, что там у нас...

На экране появилось изображение грудной клетки. На первый взгляд, все в порядке... Нет, постойте-ка, господа мои... Доктор вгляделся в призрачную картинку, привычно отрегулировал контрастность... Не может быть... У него что, галлюцинации?.. Или прибор испортился? Два дня назад он собственными руками скреплял титановыми штифтами сломанные ребра эльфа... выбирал осколки кости, застрявшие в легких... А сейчас - вместо яркого блеска металла на экране томографа видна матовая поверхность живой ткани... Такое впечатление, что кости срослись и затянули титановую подложку...

У него за спиной раздался тихий звук, похожий на сдавленный смех. Доктор стремительно обернулся...

Да, его пациент действительно пришел в себя. Удобно устроившись в постели, он с неподдельным интересом наблюдал за происходящим. Доктор невольно поежился под взглядом голубовато-серых глаз эльфа; собственно говоря, ничего особенного, такой цвет и у людей встречается очень часто. Правда, таких ярких глаз у людей не бывает. И такого неприятно пронзительного взгляда, к счастью, тоже. Доктор никак не мог отделаться от впечатления, что Финголфин не просто рассматривает его, а словно видит насквозь.

- Кто вы и зачем спасли меня? - неожиданно спросил эльф. У него был очень красивый голос - низкий, но ясный и мелодичный. Или, может быть, это особенности произношения?

- Ты не ответил на мой вопрос. - Тон Финголфина стал резче. - Я вижу - вы не эльфы и не посланцы Валар. Может быть, вы рабы Моргота? Или ты просто не понимаешь меня?

- Я понимаю тебя, - Доктор изо всех сил старался справиться с произношением. Трудно говорить на языке, который изучал "вглухую", никогда не слыша. - Мы действительно не эльфы, в нашем мире их нет. А рабы Моргота вряд ли стали бы тебя спасать, тебе не кажется?

- Кажется. Но кто же вы, все-таки?

- Люди.

- Люди?! Смертные люди?! Последователи?! Я не хочу обвинять тебя во лжи, но то, что ты говоришь, слишком невероятно... Я встречал людей и сражался рядом с ними... Люди обладают речью, они умны и отважны, но совершенно невежественны. Самые разумные желают учиться у нас, Эльдар...

- Прошло много тысяч лет, все изменилось, - сказал Доктор с легкой улыбкой. Неплохо, чтобы с Финголфина немного слетел гонор.

- Много тысяч лет?! Я не понимаю тебя!

"Не ты один" - подумал Доктор. Принципы темпорального переноса и множественной реальности на всей Земле понимали не больше десятка теоретиков. Именно этим и занимается их пятерка - экспериментальной проверкой этой теории...

- Откуда тебе известен наш язык? - Финголфин не успокаивался. Доктор слегка поморщился. На его взгляд, беседа начала напоминать допрос.

- Нам кое-что известно о Средиземье, - он старался говорить терпеливо, - правда, очень мало. Как оказалось, это прошлое нашего мира. Триста лет назад один из наших ученых описал ваш язык... Я читал его работы, язык мне понравился, и я его выучил, как смог... Мы нашли вас случайно и какое-то время могли только наблюдать; потом у нас появилась возможность вмешаться, и мы отбили тебя у Моргота.

- Благодарю, я понял, - голос Финголфина звучал глухо. Казалось, он о чем-то напряженно размышлял. - Я ослышался, или ты действительно сказал, что в вашем мире нет эльфов? Неужели Моргот перебил всех Квенди? О Нолдор, мой несчастный народ! Великие Валар не простили нас! Все напрасно!

В его голосе звучала такая мука, такое беспредельное отчаяние, что Доктор едва не прослезился. Ему нельзя нервничать, в его состоянии такие вещи могут кончиться очень плохо!

- Пожалуйста, успокойся! - Доктор бросился утешать. - Я не знаю подробностей, но в конце концов Валар вмешались, и Моргот был разбит. Окончательно. Нолдор получили прощение и вернулись в Валинор.

- Как это произошло? - Финголфин просиял. Отчаяния как не бывало.

- Я же сказал - не знаю. До нас дошло очень мало...

- Я благодарен тебе за исцеление. Когда вы отправите меня обратно?

- Обратно? - переспросил Доктор. Как ни странно, эта простая мысль - что Финголфин захочет вернуться обратно - никогда не приходила им в голову. - Но ты не можешь вернуться... Ты погиб в поединке с Морготом...

- Но я жив!

- Только пока ты здесь, - сказал Координатор. Никто не заметил, как он вошел. Доктор перевел его слова. Финголфин нахмурился.

Наступило молчание. Эльф медленно обвел взглядом людей, стоявших у его постели, вздохнул и опустил глаза.

- Значит, мне придется остаться здесь, - сказал он медленно.- В таком случае, мне надо выучить ваш язык. Я хочу узнать как можно больше о вашем мире, даже если это всего лишь мир людей...

- Прекрасно, - сказал Координатор, не обращая внимания на последнее замечание, на взгляд Доктора, довольно оскорбительное. - Когда ты окрепнешь, мы возьмем калькулятор - это такое приспособление для перевода...

- Я не желаю пользоваться приспособлениями, - перебил его Финголфин. - Постигать чудо нового языка - одно из самых больших наслаждений для любого Нолдо. Впрочем, очень немногие из смертных это понимают... Неужели среди вас нет никого, кому музыка слов приносит радость, и кто захочет разделить ее со мною?

- Я займусь с тобой, когда поправишься, - сказал Доктор со вздохом. Финголфин начал его немного раздражать. Ну и характер!

- Благодарю. Мы можем начать немедленно. Я уже здоров!

- Я этого не вижу, - сказал Доктор. - Зачем ты снял...- он хотел сказать "датчики", но осекся, не в силах подобрать нужное слово. Эльф не спускал с него глаз. В конце концов, Доктор указал на моток проводов в ногах постели и промямлил -эти штуки?

- Они мне мешали. Зачем они тебе?

- Ты ранен, и я должен знать, как ты себя чувствуешь. Они мне об этом докладывают.

- И для этого тебе нужно все это? - Финголфин обвел комнату красивым плавным жестом. Доктор и Координатор переглянулись. То, что эльф (пусть и с подсказкой) умудрился понять связь между датчиками на своем теле и мониторами на стенах, было поразительно. - Чтобы понять, как я себя чувствую? Эльфийскому целителю было бы достаточно положить руку мне на лоб...

- Не будем спорить, - устало сказал Доктор. - Мы люди, а не эльфы, у нас свои методы. Если до вечера тебе не станет хуже, завтра сможешь встать.


... После ужина ученые, как обычно, собрались в малом конференц-зале. Это было, пожалуй, самое уютное помещение на станции, неизвестно почему прозванное "курилкой" (на Земле никто не курил уже больше ста лет). Интерьер "под старину" - книжные шкафы от пола до потолка, посреди комнаты - большой овальный стол для заседаний, в углу - солидный кожаный диван и кресла, вся мебель - дерево темных тонов. Практически никаких примет двадцать третьего века, лишь у стены - консоль для связи с Гиперпьютером - универсальной базой данных и электронным мозгом планеты...

- Итак, мои милые, - начал Координатор, - впервые за всю историю человечества мы вступили в контакт с представителем иной гуманоидной расы. Какие впечатления?

- Кроме Доктора и тебя с ним пока никто не общался, - сказал Физик. - Так что о впечатлениях нужно спрашивать вас.

- У меня кое-что есть, - подал голос Химик. - Я занимался его кольчугой...

- Ну и?...

- Вот именно - ну и...Это технологический нонсенс.

- Эмоции - потом. Объясни толком!

- В том-то и дело, что здесь нечего объяснять! Кольчугу все видели?

- Все... Мельком... - хор голосов был нестройный, но, в общем, утвердительный.

- Ну так вот... - Химик мялся, явно подбирая слова, потом вдруг махнул рукой - Я же говорю: полнейшая бессмыслица! Начать с того, как мы ее снимали... Снять Доктор не разрешил; пришлось разрезать... Ты помнишь, Хенрик? - обернулся он к Инженеру.

- Еще бы, - усмехнулся Инженер. - Такое не забудешь... Мы все перепробовали, проклятая проволока не поддавалась, как заколдованная... Невероятная вязкость... Доктор подгонял нас, мы страшно нервничали... А потом кольца вдруг распались - получился прямой, ровный разрез снизу доверху... Ты определил материал? - повернулся он к Химику.

- Определил... - голос Химика звучал довольно безнадежно, - легированная сталь, как ты и думал... Присадки я занес в компьютер - посмотрите сами, кому интересно... Дело не в этом... Во-первых, эта гадость весит почти в два раза меньше, чем следует...

- Как это?

- А вот так это! Это сталь, у нее нормальная удельная плотность; а вот диаметр проволоки в два раза меньше, чем должно быть...

- Что значит "должно быть"? - спросил Физик. - По-моему, все естественно - тонкая проволока - следовательно, малый вес...

- Правильно, - отозвался Инженер, - но чем тоньше проволока, тем меньше прочность.

- Вот и я об этом, - мрачно сказал Химик, - диаметр проволоки совершенно не соответствует прочности и вязкости изделия. Нонсенс...

- Ну, хорошо, это - во-первых, - сказал Кибернетик. - А что "во-вторых"?

- Покрытие...

- А с этим-то что?

- Так, пустяки... Слой серебра, примерно пять микрон... Но, во-первых, такое тонкое покрытие наносят только гальваникой... грязный и энергоемкий процесс,.. во-вторых - серебро сверхчистое, почему оно не окислилось - одному богу ведомо,.. в-третьих - коэффициент отражения... я не помню цифры, сам посмотришь, все в компьютере... во всяком случае, теоретически это покрытие способно отражать чуть ли не все виды радиации, не говоря уже о видимом свете...

- Выходит, эта цивилизация не так уж примитивна технологически, - усмехнулся Кибернетик.

- Похоже на то, - сказал Физик. - Но я не понимаю, отчего ты так разволновался - кивком головы он указал на Химика. - Наш гость сам все объяснит.

- Мне кажется, - тихо сказал молчавший до сих пор Доктор, - что наш гость пока гораздо больше настроен спрашивать, чем объяснять.

- Это совершенно естественно - он один, в совершенно чуждом мире, - отозвался Координатор. - Должен сказать, его реакция, когда он узнал, что должен навсегда остаться здесь, меня поразила. Если честно, я ожидал истерики... У него поразительное хладнокровие...

- Я думаю, это шок, - сказал Доктор. - Истерика, скорей всего, еще будет. И, вполне возможно, не одна…

- Может быть, - ответил Координатор. - Как бы то ни было, мы должны показать, что ничего от него не скрываем. Дружелюбие без навязчивости, ответы на любые вопросы... Он любознателен и очень умен. Возможно, умнее любого из нас...

- Ну, это ты загнул, - проговорил Физик.

- Нисколько, - сказал Координатор. - Подумай, сам поймешь... Интеллект - это ведь не просто сумма знаний, это в первую очередь способность воспринимать новое и делать выводы. А выводы он делает быстро и безошибочно...

- Ну что ж, давайте сюда вашего гения, - почти весело сказал Химик. - По крайней мере, будет с кем поговорить.

- С разговорами придется немного подождать, - сообщил Доктор. - Общаться с ним напрямую пока могу один я.

- Невелика беда. Настроим калькулятор...

- Калькулятором он отказался пользоваться наотрез, - усмехнулся Координатор. - Причем с очень любопытной мотивировкой - собирается сам выучить наш язык. Это, оказывается, большое удовольствие...

- О вкусах не спорят, - расхохотался Кибернетик. - Ну что ж, подождем. В конце концов, он никуда не денется.

- Еще одно, - сказал вдруг Доктор. - Пожалуй, лучше вас предупредить заранее. О социальной структуре этого общества мы знаем очень мало, но, во всяком случае, наш гость - кстати, его зовут Финголфин - очень высокопоставленный аристократ. Это чувствуется - он может быть весьма высокомерен, правда, без намерения оскорбить, но, тем не менее...

- Это правда, - подтвердил Координатор. - Судя по всему, эльфы о людях не слишком высокого мнения. Надеюсь, Финголфин быстро поймет, насколько все изменилось...


... На следующее утро Доктор понял с первого взгляда, что никакая сила в этом мире уже не удержит Финголфина в постели. Впрочем, выглядел он настолько здоровым, что Доктор даже не стал включать аппаратуру и разрешил эльфу встать после простого осмотра. Без сюрпризов, правда, не обошлось...

Утренние человеческие процедуры Финголфин перенял легко. Ему явно понравился ионный душ (он торчал в душевой кабине так долго, что Доктор начал волноваться); чистка зубов вызвала недоумение, однако, подчинился он без спора. С одеждой были проблемы - некогда роскошные одеяния эльфа безнадежно пострадали. Как бы то ни было, он без малейшего неудовольствия облачился в запасной комбинезон Кибернетика, пришедшийся ему по размеру. Рукава и штанины, правда, были коротковаты, но Финголфин преспокойно закатал рукава до локтей и подвернул до колен брючины. Он аккуратно причесался, привычно встряхнул головой (его роскошные локоны картинно рассыпались по плечам) и с легким недоумением оглядел комнату.

- Что ты ищешь? - спросил Доктор.

- Здесь есть зеркало?

- В ванной.

- Оно слишком мало. В нем видна только голова и плечи.

- На станции нет больших зеркал, - Доктор растерялся. Неужели эльфы настолько тщеславны?

- Это неважно, - Финголфин пожал плечами. - Пора заняться языком.

- Может быть, ты сначала позавтракаешь с нами? Потом мы позанимаемся, а потом... мне нужна твоя помощь...

- Как пожелаешь, - спокойно сказал Финголфин.


... "29 мая 2267г. Физический контакт с реальностью "Средиземье" не возобновлен. Поиск причин продолжается. Личный контакт с представителем эльфов Финголфином развивается успешно..."

Координатор внес последнее сообщение в Главный компьютер станции и вышел из системы. С одной стороны, им действительно не везло - после спасения Финголфина связаться со Средиземьем удалось только один раз, да и то, чтобы вернуть на место орла-киборга. В последнюю неделю Средиземье трудно было даже наблюдать - экраны слепли от невероятных темпоральных помех, держать ориентацию пространственного вектора было почти невозможно...

С другой стороны, отношения с Финголфином, вопреки невысказанным опасениям Координатора и Доктора, развивались прекрасно. Присутствие эльфа не только не тяготило ученых, наоборот, каким-то странным образом подбадривало. По утрам Финголфин обычно проводил час-другой в лаборатории. Он никогда не вмешивался в эксперименты, достаточно редко задавал вопросы, но Кибернетик утверждал (неизвестно, в шутку, или всерьез), что стоило Финголфину подсесть к его столу, как точность вычислений повышалась минимум на семнадцать процентов.

Остаток дня Финголфин предпочитал заниматься в "курилке", в одиночку, или в компании Доктора. Он очень быстро научился читать, и еще быстрее перенял скверную человеческую привычку читать лежа. Судя по всему, кожаный диван пользовался его особым расположением.

Иногда, после ужина, эльф соглашался почтить своим присутствием остальную компанию. Ко всеобщему удовольствию, он оказался очень приятным собеседником и превосходным рассказчиком. Говорить о Средиземье он, правда, не очень любил, зато его рассказы о жизни в Валиноре были неисчерпаемы и невероятно заразительны. В те вечера, когда Финголфина с ними не было, ученые вели бесконечные споры о природе Валар. То, что эти существа не были гуманоидами, не вызывало ни малейших сомнений, копья ломались лишь в дискуссиях об их происхождении. "Земляне" утверждали, что Валар - индогенная, земная раса, "Космисты" обвиняли противников в мистике, настаивая, что Валар - типичные инопланетяне. Обычно к концу вечера оба лагеря сходились во мнении - необходимо как можно скорее установить связь со Средиземьем и войти в контакт...


…На ночь свет в лаборатории, разумеется, тушили, но несколько работающих обзорных экранов продолжали светиться, и эльфу этого было достаточно. На мгновение Финголфин застыл в дверях, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте, потом медленно обошел зал. Задержался у экранов. Подошел к пульту, склонился над ним, постоял несколько минут, кусая губы, не то вспоминая, не то сравнивая, затем выпрямился и направился к выходу, легко и беззвучно, как тень. Время ожидания закончилось. Наступало время действовать.


... Гроза? Землетрясение? Взрыв в лаборатории? Здание станции качнулось, задребезжали стекла окон и шкафов, откуда-то донесся низкий, на пределе слышимости, гул. Координатор вскочил, спотыкаясь спросонья, бросился к выключателю, зажег свет. На часах было полчетвертого. Что случилось? Он набросил халат и помчался в лабораторию.

Остальные были уже там, стояли в дверях, не сводя глаз со стартовой площадки. Металлический круг в центре зала светился зеленым светом.

- Все целы? - спросил Координатор. - Что случилось?

- Похоже, кто-то только что провел темпоральный перенос, - отозвался Физик очень странным голосом.

- Какой перенос, о чем ты? - взвился Инженер. - Мы даже на связь не можем выйти уже неделю...

- Мы не можем, а он смог, - продолжал Физик все тем же непередаваемым тоном.

- Кто "он"? - растерянно спросил Химик и осекся. Ученые растерянно переглянулись. Неужели Финголфин?

Доктор бросился в комнату эльфа и почти сразу же вернулся.

- Его там нет, - сообщил он в полной растерянности.

- Думаю, что он уже в Средиземье, - отозвался Координатор, осматривая пульт. - Подойдите-ка сюда, мои милые, проверьте переключатели...

Больше одного взгляда Инженеру и Физику не понадобилось.

- В стартовом положении, - мрачно сказал Инженер. - По крайней мере, на моем пульте. Вектор пространства ориентирован на Средиземье...

- Естественно, - ответил Координатор. - Судя по всему, Финголфин запомнил положение переключателей, когда мы вызвали обратно орла. При его сообразительности и хорошей памяти...

- Вы что, с ума сошли? - крикнул Кибернетик. - Он же не мог задать хронокоординаты!

- Этого и не требуется, - сказал Координатор. - Компьютер автоматически вводит координаты двух последних удачных пусков. В нашем случае они совпадают...

- Подождите-ка, - почти прошептал Физик, осматривая свой пульт. - Вы знаете, что все пропало?

Одним прыжком Координатор оказался рядом с ним, бросился в кресло; пальцы легли на клавиатуру, вводя команды. Безрезультатно.

- Боюсь, что ты прав, - Координатор повернулся к остальным, - Средиземья нам больше не видать. Финголфин своим переносом сбил настройку пространствен-ного вектора и полностью заблокировал хроноканалы. Это очень вероятная авария. Именно этого мы так боялись, именно поэтому всегда дублировали запуск.

- Нет, послушайте, - Доктор обвел всех взглядом, казалось, он только сейчас понял, что произошло. - Вы говорите, что Финголфин вернулся в Средиземье? В то же место? В то же мгновение, откуда мы его забрали?

- Не совсем, - ответил Инженер. - Земля ведь вращается, абсолютно точное возвращение невозможно... Во всяком случае, в пространстве он окажется в пределах видимости от Моргота, а во времени... - Он быстро подсчитал что-то на карманном калькуляторе - Разница с моментом переноса - плюс/минус пятьдесят четыре минуты...

- Но это же самоубийство, - крикнул Доктор, - он ведь совершенно безоружен!

- Нет, не думаю, - вдруг усмехнулся Координатор. - Дней десять назад, когда мы испытывали скорчеры, я показал Финголфину, как ими пользоваться...

- ... Записка... - неожиданно сказал Кибернетик, ни к кому не обращаясь. В руках он держал лист бумаги.

- Дай сюда! - Доктор бросился на него, как коршун. - Где ты это взял?

- Лежала здесь, под самым носом. Странно, что мы ее сразу не заметили...

- Ничуть не странно. Мы смотрели только на переключатели...

- Да читайте вы, наконец, - простонал Химик. - Что там?

- Не знаю, - сказал Кибернетик растерянно. - Это, кажется, по-эльфийски...Читай ты - он подал листок Доктору.

- Не могу, - на Доктора было жалко смотреть. - Это тенгвар, эльфийский алфавит. Но я его еще не выучил...

- Жаль, - сказал Координатор. - Впрочем, все и так понятно. Это прощальное письмо. Финголфин знал, что дела его соплеменников плохи, и считал, что он не вправе отсиживаться здесь, в покое и безопасности... Как только у него появилось оружие, он решил им воспользоваться...

- Неужели мы ничем не можем помочь? - пролепетал Доктор. - Он же погибнет!

- Боюсь, что не можем, - тихо ответил Координатор. - Средиземье нам уже недоступно; но даже будь у нас доступ, мы не можем спасти Финголфина против его воли...

- Скорей сюда! - Инженер крикнул так, что все вздрогнули. - Есть изображение!

Действительно, один из экранов внезапно ожил. Как тогда, почти два месяца назад, они столпились у него, чуть не сталкиваясь головами. И снова, как тогда, на экране возникли две фигуры - одна огромная, черная, вызывающая неодолимый ужас, и вторая - чуть выше колена великану...


... Мелькор не мог прийти в себя от дерзости этого Нолдо. Финголфин стоял перед ним, широко расставив ноги, подбоченившись, вызывающе откинув голову. Глаза Черного Валы метнули молнии. Ну ничего, сейчас у проклятого Мандоса будет одним эльфом больше...

...Черный Враг мира воображает, что он неуязвим. Был. До этой минуты... Медленно, с невообразимо злорадной усмешкой, Верховный король Нолдор потянул из-за пояса скорчер...