Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Азрафэль

Легенды Умбара

Легенды, здесь собранные, я, Айлиос, записал со слов морэдайн Умбара в годы 192-198.

Предание о Горе в море и об Истинном Западе

Вот одно из древнейших умбарских преданий - о Горе в море.

Некогда над Анадунэ возвышалась гора - на старом адунайке Минул-Тарик, "Небесный Столп". Когда же остров погрузился в воду, вершина Небесного Столпа не затонула навечно, но вновь поднялась из моря одиноким островом, затерянным среди волн, ибо было то священное место. И иные потомки Азрубэля позднее искали тот остров, ибо говорили мудрые, что в древности зоркий глаз мог разглядеть с Горы сияние Счастливой Западной Страны,

Чтобы достичь Истинного Запада, другие адунайм пытались создать корабли, которые бы летали по верхнему воздуху. Но им лишь удалось построить корабли, которые могли плыть в слое дыхания, над землей и водой. И эти корабли, отправившись на запад, огибали мир и возвращались обратно, потому что Счастливая Страна окутана волшебными туманами и достичь ее могут только мертвые: ведь это страна теней, наполненная призраками вещей из смертных земель. Тени мертвых приходят туда, неся тень своего имущества, ибо не под силу им достичь Истинного Запада во плоти. По сей причине принято хоронить мертвецов в кораблях, отправляя их с пышностью по морю от западных берегов Старого Мира.

Однако иные люди верят, что и живые могут попасть Счастливую Страну. Вот что рассказывают в Умбаре о Капитане Инсекторисе.

В те времена, когда Умбар был свободен, жил да был Капитан Гаваней по имени Инсекторис. Испугавшись подступающей старческой немощи, он решил заняться черной магией, вызовом духов и продлением жизни. От того сошел он с ума и приказал собрать все зеркала из Умбара и окрестностей и принести ему. Что он делал с зеркалами, осталось загадкой, однако вскоре возле его дворца обнаружили огромные кучи битых зеркал. Про многочисленные причуды Капитана ходили легенды, но когда он велел собрать флот и плыть на Запад всем Умбаром, утверждая, что знает Прямой Путь, Совет не выдержал. Инсекториса сменил его сын, человек более благоразумный и спокойный. Говорят, что Инсекторис через несколько лет после своей отставки сбежал из-под надзора и уплыл в лодке на Запад, один-одинешенек.

Бэрутиэль

В давние-давние дни жила на свете прекрасная девушка. Звали ее Бэрутиэль. Волосы ее были цвета меда, глаза - цвета моря, темно-синие и такие же глубокие. Была она высока и стройна, и любила гулять по берегу моря, и плавать в воде, и играть с волнами. Многие славные юноши заглядывались на нее, но девушка не обращала на них никакого внимания. Ведь ее мать, очень мудрая женщина, обладала даром пророчества и говорила дочери, что та выйдет замуж за короля.

Как-то раз Бэрутиэль, по своему обыкновению, играла на морском берегу ракушками. Кроме нее, на берегу никого не было, и девушка очень удивилась, когда ее неожиданно окликнул кто-то. Она обернулась и увидела рядом прекрасного юношу в богатых одеждах. Одежды его были двух цветов - черные и серебряные, на голове сверкал серебряный венец с самоцветами. Юноша походил на морэдайн, но был выше ростом всех, кого знала Бэрутиэль, а черты лица его светились небывалым величием и благородством. Юноша ласково улыбался девушке.

- Кто ты? - спросила Бэрутиэль. - И откуда знаешь мое имя?

- Я давно знаю тебя, Бэрутиэль. Я живу здесь, неподалеку и смотрю, как ты купаешься.

Бэрутиэль хотела было убежать, но юноша так ласково говорил с ней, что она осталась. И они вместе плавали в море, а потом юноша подарил Бэрутиэль серебряную цепочку с серебряной подвеской в виде дельфина. С тех пор Бэрутиэль и юноша встречались каждый день, кроме тех дней, когда бушует шторм и волны захлестывают берег, мешая песок с водорослями и медузами. Девушка заметила, что молодой человек не оставляет даже самых легких следов на песке и поняла, что это дух моря - слуга Владычицы моря. Но это ее не испугало. Бэрутиэль стала носить только черное с серебром и украшения, подаренный морским духом.

Однажды в гавань пришли незнакомые корабли. Бэрутиэль, вместе со всеми молодыми девушками, пошла посмотреть на чудных моряков и послушать, если получиться, их рассказов. Это был сам король Гондора и его свита. Король заметил Бэрутиэль на причале, среди прочих девушек она была как жемчужина среди песка. По сердцу пришлась девушка королю, и он велел узнать, кто она и откуда. Родители Бэрутиэль были самыми знатными людьми во всем Умбаре, ее батюшка был Капитаном Гаваней. Потому король решил, что он может жениться на Бэрутиэль и что такое родство не уронит его чести. Родители девушки, обдумав все как следует, тоже решили, что честь Дома не пострадает. Ведь король был не только знатен и богат, он был еще и хорошим мореходом, и флотоводцем.

Одна Бэрутиэль не радовалась предстоящему браку. Она побежала на берег, чтобы пожаловаться своему духу. На беду, ее мать, давно уже подозревавшая что-то, тайно отправилась вслед за дочерью. Она увидела, что Бэрутиэль встречается с морским духом, и страшно испугалась. Ведь морские духи, поиграв с девушкой, топят ее в море или отнимают у нее разум. Потому мать Бэрутиэль, вернувшись домой, сварила чародейское зелье, настоянное на ядовитых травах, собранных в новолуние. Она произнесла над зельем страшное заклятие, Бэрутиэль же ничего не знала! Мать дала девушке свое зелье и та выпила его, думая, что это простой отвар от простуды. В тот же миг она погрузилась в глубокий сон, а когда проснулась, то забыла морского духа, как будто бы никогда с ним и не встречалась. Ее мать, пока она спала, спрятала все украшения, подаренные ей духом, и всю ее черно-серебряную одежду. Забыв о духе, Бэрутиэль с радостью согласилась выйти замуж за короля, веря, что пророчество наконец-то сбылось.

Король увез молодую жену к себе, в Гондор. Жить бы им счастливо, да Бэрутиэль все время чудилось, что она забыла что-то важное, и от этого она все время злилась. К тому же она обнаружила, что ненавидит море, которое раньше так любила - и это все из-за заклятья матери. Носила Бэрутиэль по-прежнему только черное с серебром, хоть и не могла вспомнить, почему ей так нравятся эти цвета. А украшений она не носила вовсе, ведь все то, что ей подарил дух, забрала ее мать. С тех пор, как она перестала встречать духа, Бэрутиэль не любила песен, плясок и веселый смех. Ей было нечему радоваться, но королева даже не могла вспомнить, почему ей так грустно и одиноко, заклятье матери действовало отлично, недаром ее считали самой мудрой женщиной в Умбаре.

У Бэрутиэль не было друзей, только десять кошек, девять черных и одна белая. Они ходили по городу и рассказывали королеве обо всем, что происходило. Как-то одна из кошек рассказала Бэрутиэль, что на берегу моря лежит чудесная черная жемчужина. И королеве так захотелось посмотреть на нее, что она пошла к морю, преодолевая свое отвращение к соленым волнам. Жемчужина и вправду лежала на берегу, мерцая, как огонек свечи, как упавшая звезда. Бэрутиэль наклонилась поднять ее, а когда вновь подняла глаза, увидела перед собой юношу-духа. Тут заклятье рассыпалось, и Бэрутиэль все вспомнила. С тех пор она каждый вечер ходила на берег моря и встречалась с морским духом.

Прознав о том, ее супруг, король, страшно разгневался. Он приказал Бэрутиэль не ходить больше на берег, не встречаться с духом.

- В городе все и так боятся твоих кошек. Поговаривают, что ты занимаешься черным чародейством. Не порочь мое имя, не встречайся с другим мужчиной.

Но Бэрутиэль только рассмеялась в ответ, и это был первый смех, что услышал от нее король. Тогда король велел посадить Бэрутиэль на корабль и отправить в море.

- Если тебе так мил твой морской любовник, отправляйся к нему!

И Бэрутиэль, смеясь, села на корабль, и команда ее была только - десять кошек.

С тех плывет корабль Бэрутиэль по волнам. Морской дух сделал ее призраком моря, тонким, как туман, ее и всех кошек. С тех пор, плавает по морю старинный корабль, на носу которого и на мачте сидят кошки, и корабль тот предвещает несчастье. А если кто-либо с берега увидит призрак женщины в черном с серебром, бредущий по волнам, значит, несчастье грозит не только кораблям в море, но и всему Умбару.

Говорят, перед большим кровопролитием Бэрутиэль выходит на берег и моет руки кровью, возвещая войны и усобицы.

Дочь Уинэн и моряк

Жил на свете моряк. Он был молод и хорош собой, отлично управлялся с кораблем, был храбрым и веселым. Как-то раз во время шторма он заметил, что его корабль поддерживает на волнах дева, прозрачная, как морская вода. Это была одна из морских дев, дочерей Уинэн. А потом, прибыв на родину, моряк нашел морскую деву сидящей на скале возле берега.

- Я давно полюбила тебя, - сказал дева.

Моряк обещал ей не встречаться с земными девушками. С тех пор удача была всегда сопутствовала моряку: его сети вытаскивали больше всех рыбы, его товары приносили огромную прибыль, его корабли никогда не тонули. Морская дева хранила моряки и его удачу. Но вот однажды моряк увидел на берегу девушку и решил на ней жениться. Ведь живая девушка из плоти и крови любезнее сердцу мужчины, чем прекрасная, но холодная, как вода, дочь Уинэн. А моряку хотелось завести хозяйку в доме, хотелось продолжить свой род. Перед самой свадьбой моряк шел берегом моря и увидел свою деву моря, сидевшую на мокром песке.

- Я понимаю, дочь земли лучше, чем дочери моря. Но почему ты даже не попрощался со мной? Давай сплаваем в последний раз к вон той скале, где нам было так хорошо! В последний раз, и можешь идти к своей невесте!

Дева упрашивала моряка, но он не согласился и поскорее ушел с берега, опасаясь, что дева утащит его в море и утопит. С тех пор моряк не выходил в море, а жил на берегу, опасаясь мести морской девы. Но корабли его по-прежнему привозили лучшие товары, удача не оставила моряка, и он успокоился. Как-то раз, по случаю рождения наследника, моряк крепко напился и дал слово выйти в море нынче же с утра. Утром он пожалел о своем поступке, но в море пришлось выйти. Сначала все шло хорошо, и моряк уже было подумал, что дева забыла о нем. Но вдруг поднялся ужасный шторм. Корабль разваливался на части, и тут моряк увидел свою деву. Она сидела верхом на волне, волосы ее разметались по плечам, глаза горели страшным зеленым пламенем, а бледные руки тянулись к моряку. Следующая волна была угольно-черной, она смыла моряка с палубы корабля, и он исчез в пучине навеки.

Ночь Мертвых.

Всем известно, что накануне Дня Мертвых призраки некогда живущих возвращаются в свои родные места. Собираются у Дома Мертвых и те, кто был изгнан из своего Дома и не смог попасть в счастливый Западный край. В эту ночь смелый человек может увидеть мертвых и говорить с ними.

Вот однажды один человек, по имени Амнос, решился заночевать в Дома Мертвых накануне Дня Мертвых, дабы вызнать будущее и узнать тайны прошлого. Он пришел в Дом Мертвых вечером, устроился поудобнее возле чье-то полуразвалившейся гробницы, имя владельца которой стерло время. Сначала ничего не происходило, и Амнос понемногу стал клевать носом. Но ровно в полночь послышался слабый посвист ветра, деревья зашумели, и вокруг стали появляться призраки, принесенные западным ветром. Призраки были серыми, как тени или дым, они колыхались, словно листья. Мертвые были полупрозрачными тенями, а глаза их горели бледным огнем, словно огоньки на мачтах корабля перед штормом. Они перешептывались, вначале чуть слышно, а затем все громче и громче. Амнос расслышал их жалобы на потомков, позабывших славу и былое величие Домов морэдайн, растративших память о днях старины. Но вот мертвые заметили Амноса. Они столпились вокруг него, и Амнос стал расспрашивать их о днях былых. Духи чинно, по очереди, сначала представились Амносу, и он узнал, из какого Дома тот или иной дух, о его деяниях при жизни. Затем Амнос увидел у ворот Дома Мертвых толпу страшных призраков: волосы их стояли дыбом, изо рта торчали длинные зубы, а на руках были острые когти. "Кто это?" - спросил Амнос у мертвых. И самый старший дух ответил: "Это те души, что не смогли уйти в счастливый Западный край, это души проклятых, изгнанных из Домов за преступления. Вечно бродят они, не находя покоя, по земле живых, и вредят людям. Вечно голодны они, ищут поживу среди живых, оттого у них такие длинные зубы и острые когти. Скитаниям же их придет конец не раньше, нежели Солнце и Луна сойдут с неба и прозвучат трубы, зовущие на Последнюю Битву". "Что это за счастливый Западный край, куда попадают души славно живших людей?" "Это великолепная страна за Морем, там обитают Бессмертные. Людям при жизни вряд ли возможно достичь ее, ибо мир изменился, и смертные обречены плавать кругами по морю, не находя истинного Запада. Но после смерти души людей отвозит туда корабль Морниэ. Черен тот корабль, и черен его парус, и ведет его кормчий без лица. Морниэ отвозит души людей прямым путем на истинный Запад, где и обитают они в чертогах Мандоса. Сумеречны те чертоги, и нет там ни Солнца, ни Луны, ни звезд. Не звучит там смех, не звучит плачь, вечно безмолвны там тени. Они ждут Последней Битвы и хранят воспоминания о прошлом. Вайрэ-ткачиха ткет полотна из их памяти, и дивные видения вырастают на гобеленах. Лишь раз в год, в эту ночь, дозволено душам вернуться в свои родные места и нарушить молчание. Западный ветер приносит нас сюда в полночь, но как только первый луч рассвета коснется вод моря, поднимается восточный ветер и уносит нас обратно, в безмолвные чертоги Мандоса". Много еще чего рассказали духи Амносу, и про будущее, и какой корабль не вернется в этом году в свою гавань, и кто женится, и кто умрет. Рассказали духи и о том, что души утонувших в море вылавливает своими сетями Владычица Уинэн и сама сажает их на Морниэ. И о том, бледные огоньки, зажигающиеся на мачтах кораблей перед штормом - это огни Владыки Оссэ, он зажигает их как предупреждение морякам.

Наконец, приблизился рассвет, и подул восточный ветер. Тут души мертвых стали улетать к себе на Запад, а самый старший дух сказал Амносу: "Вот и кончилась эта ночь. Ты узнал много тайн, и мы не можем позволить тебе остаться в мире живых. Говорящий с мертвыми с мертвыми же и уходит". С этими словами дух ударил Амноса призрачным мечом, и Амнос умер.

А днем в Доме Мертвых нашли труп Амноса. Он изменился так, что родные его с трудом узнали: волосы его совершенно побелели, а лицо, руки и все тело высохли и сморщились, как у древнего старика.

Рассказывают еще, что известный певец и знаток старины Аман тоже ходил в Дом Мертвых, разговаривать с мертвыми. Он остался жив, и узнал множество удивительных историй, и рассказывал их людям, за что и был прославлен. Как ему удалось избежать рук мертвых, про то говорят разное. Иные говорят, что Аман при приближении рассвета стал загадывать духам загадки, и они прозевали рассвет, и восточный ветер унес их раньше, чем они успели убить певца. Другие же говорят, что Аман так хорошо воспел деяния старины, что духи заслушались и не стали трогать его. Рассказывают и так, что у Амана мать была очень мудрой женщиной и научила сына заклинаниям против мертвых, посему те не смогли приблизиться к Аману и унести его с собой. На самом же деле Аману помог Владыка Оссэ, которого Аман воспевал особенно часто. Оссэ поднял бурю и разметал мертвых, прежде чем они успели добраться до певца. С тех пор Аман не уставая прославлял Оссэ, Уинэн, волны и все морские творения.

Выкликательница мертвых

Много есть в Умбаре рассказов о мудрых женщинах, которые могут заклинать бурю, выспрашивать мертвых, видеть, что было, что есть и чему еще только суждено сбыться. Недаром даже старые морские капитаны, просоленные морем с головы до пят, и те ходят за советом к мудрым женщинам. Да что простые капитаны! И знатные лорды, и сам Капитан Гаваней не гнушаются в ночь Нового Года сходить к ворожее за предсказанием. Вот одну из таких историй я вам сейчас и поведаю.

Было это не так уж и давно, во времена, когда мой дед был молодым и только собирался жениться. Молод он был и горяч, а чтобы удача всегда сопутствовала ему на море, привозил он богатые и редкие подарки одной мудрой женщине по имени Нимуэ, которая приходилась ему дальней родней; а та в благодарность заклинала шторма, морских призраков и морских чудищ. Хорошо шли дела у моего деда, и ни разу не были потоплены его корабли штормом, и не была команда его пожрана морскими призраками, что заставляют людей в безумии кидаться за борт, и не съело ни одного моряка чудище. И радовался дед, и прибывала его честь и его богатство. Но пришла тут другая беда.

Убит был сын Капитана Гаваней, и обвинили в том моего деда. Доказательства: волосы деда в руке убитого, клочки одежды - были налицо. Надо сказать, что у деда были редкого цвета волосы - ярко-рыжие, прямо огненные. Во всем Умбаре ни у кого таких волос не было, потому и понятно было, что убийца - мой дед.

Схватили бедолагу и бросили в узилище, а потом стали творить суд. И не миновать бы деду сурового приговора, а то и кровной мести родичей убитого, если бы не Нимуэ. Пришла она, седая и строгая, на суд. Волосы ее были уж белее снега в горах, лицо избороздили морщины, как кожу черепахи, но шла она так прямо и гордо, и глаза ее горели таким непреклонным огнем, что все, даже знатные лорды, поневоле расступались, пораженные силой ее духа. И сказала ведунья:

- Напрасно судите вы этого человека. Я знаю, что невиновен он и обвинен ложно, и могу доказать свои слова.

- Как же? - спросил Капитан Гаваней.

- Я перед всеми вызову свидетельствовать дух убитого. Пусть он нам сам скажет, в чем правда.

И вот собрались все лорды Умбара ночью на тайный суд, и привели моего деда. Встала Нимуэ в круг, спела заклятья, рассыпала вокруг пепел и пролила слезы, смочившие пепел. Холодно стало вокруг, даже на траве показался иней, а собравшиеся стали зябко кутаться в плащи. Как будто бы духом склепа пахнуло, и встала перед собравшимися бледная, смутная тень. Ахнул сначала Капитан Гаваней, а за ним - и все собравшиеся, и мой дед ахнул. Потому что была та тень ничем иным, как призраком убитого юноши. Страх овладел всеми, а были то бывалые моряки, не боявшиеся ничего на свете - ни шторма, ни змея, ни бунтующих южан. Но холод могилы и их испугал, а будь на их месте кто-нибудь иной, южанин или северянин, убежал бы прочь, не оглядываясь. Одна Нимуэ была спокойна, как изваяние. Вопросила она призрака громким, звучным голосом, как в колокол ударила:

- Отвечай нам, Асклин, сын Алвэга Дома Мортана - кто подверг тебя сей злой участи? Кто убийца твой? Говори, не медли!

И медленно, словно во сне, протянул призрак руку к двоюродному брату своему, а тот пал на колени и не мог сказать ни слова. Брат тот был приятелем деду моему, не слишком близким, но все же встречались они время от времени. Дух же сказал еле слышным шепотом, но так, что присутствующие все как будто бы ощутили у себя внутри комок льда:

- Вот мой убийца. Это брат мой…

И с этими словами растаял дух: изгнала его сила Нимуэ. А убийца, стоя перед собравшимися на коленях, рассказал им все. Как повздорил он с братом из-за девушки и как задумал убить его, да опасался, что изгонят его за такое зло из Дома. Потому он потихоньку срезал прядь волос деда и обрезал край его одежды, и дал в руку трупа, чтобы деда обвинили вместо него. Молча внимали лорды преступнику, и лица их были суровы. Только дед был рад: избегнул он несправедливой смерти за чужую вину. И, рассказав все, крикнул убийца:

- Прости, брат! - и с этими словами отлетело его дыхание, и рухнул он мертвым к ногам судей Умбара.

Вот так и закончилась эта история. Деда, конечно, отпустили, а он-то постарался уж наградить Нимуэ.

Мертвая невеста

У одного молодого человека по имени Алдир была невеста красоты необыкновенной. Ее золотистые волосы ниспадали до пят, глаза были синими-синими, словно небо в полдень, а уж в песнях и плясках ей и подавно ровни не было. Радовался Алдир, что женится на такой замечательной девушке, радовался и любил ее. Только вечер - а он уж опять у ворот ее дома стоит, ждет: может, выглянет. И девушка тоже любила Алдира, каждый вечер выходила к нему, за ограду отцовского сада, полюбоваться звездами, погулять по узким тропкам над морем. Помолвлены были они уже год, и вот-вот должна была состояться их свадьба.

Но случилась беда. Невеста уж примеряла свое свадебное платье, сшитое из белого тонкого шелка, Алдир уж держал свои свадебные подарки наготове - но вдруг девушку сразила болезнь и она, несмотря на все старания лекарей, угасла в три дня, словно свеча на ветру. Горе Алдира было неописуемо. Как безумный, бродил он то вокруг могилы любимой, то ходил туда-сюда по берегу моря. Родня уж стала беспокоиться, как бы не наложил он с горя на себя руки, и обратилась к мудрой женщине.

Алдир же, придя к ведунье, пожилой, но еще крепкой женщине со строгим лицом, сказал ей:

- Говорят, что можешь ты, мудрая женщина, выкликать мертвых и говорить с ними.

- Истинно так, - степенно ответила женщина. - Но лишь тех могу я кликать, кто не сел на Корабль Мертвых Морниэ. Через сорок дней увозит корабль мертвецов, желает он того или нет. Но иногда сильная привязанность или невыполненный долг гонят мертвых в мир живых, и не им покоя до конца света.

- Чувствует сердце мое, - сказал ей юноша, - что не отлетела душа возлюбленной моей на далекий Запад. Чудиться мне, что рядом она, даже порой слышится мне ее дыхание, шорох шагов за спиной - но обернусь, и нет ничего. Сниться и во сне она мне, каждую ночь сниться, вся бледная, печальная. Нет уж в ней прежнего веселья, а только тянет она руки ко мне словно в мольбе. "Холодно мне, как холодно!" Хочу взять за руки ее, отогреть - и просыпаюсь. Смилостись, ведунья, научи, как вызвать ее, как поговорить мне с ней! А за то я тебе дам все богатство, какое только есть в Доме моем…

Долго отнекивалась мудрая женщина, говорила, что дело это опасное. Но юноша так убивался, так ее упрашивал, что сказала она ему так:

- Вижу, судьба это твоя. Дам тебе знания - погубишь себя, не дам - тоже погубишь, все едино. Научу тебя, как позвать невесту, только не говори никому про то, и все делай так, как я скажу, иначе не миновать беды. Выбери ночь потемнее да место понадежнее, где никто тебя не потревожит. Возьми маленькое зеркальце, в которое девушки любят глядеться. И, как придет полночь, зажги свечу, поставь ее сзади себя так, чтобы свеча в зеркале не отражалась, а свет от нее был. В зеркало гляди, представляй ту, которую позвать хочешь и зови ее по имени, не тихо, не громко. Зови долго, пока не придет. Если до первого луча Солнца не придет, значит, либо Морниэ увезла ее, либо держит что-то. Когда придет она, сразу заметишь: в зеркале белый туман заклубиться и станет отражением ее. Не оборачивайся, говори так. Если просить тебя станет тело свое уступить, не соглашайся! Нельзя мертвым в мир живых вернуться…

Так наставляла Алдира мудрая женщина. Сделал он все так, как велела она, и явился ему призрак умершей невесты. Была она вся бледная, и дрожала, мерзла. Упросила она Алдира пустить ее на время в тело… С тех пор стал Алдир, как помешанный. Призрак в его теле гонял его по местам диким, по кладбищам, по местам, где льется кровь. Родственники хотели поймать его, но он убегал. Как-то раз море выбросило на берег его труп: у него был страшный оскал и вылезшие из орбит глаза.

Морские птицы

Как известно, морэдайн не причиняют вреда чайкам, как то было в обычае у нумэнорцев. Так же есть у них немало преданий об этих птицах.

Один умбарский корабль попал в жестокий шторм и стал тонуть, но капитан приказывал матросам вычерпывать воду и управляться со снастями даже тогда, когда корабль лег на борт и положение стало совершенно безнадежным. Когда один матрос спросил его, зачем они все это делают, капитан отвечал: "Пусть мы погибнем, но люди узнают о нашем мужестве и споют о нас песню". "Но как же люди узнают о нас, ведь мы все погибнем, и некому будет рассказать о нас?" "Как-нибудь узнают. Может, чайки расскажут, может, море нашепчет". И действительно, после гибели корабля к жителям Умбара прилетела чайка, которая и рассказала всю эту историю человеческим голосом. Люди сложили песню о храбром капитане и его команде, которые не сдавались до самого последнего мига.

Вообще же морэдайн очень ценят мужественно сопротивляющихся людей и могут предложить им стать членами их команды. В случае гибели таких людей пираты рассказывают про их подвиги бродячим певцам, и те слагают песни о храбрых защитниках кораблей, павших в бою с пиратами. Разумеется, певцы не рассказывают, откуда они узнали ту или иную историю, а на вопросы отвечают обычно: "Море нашептало".

Есть у морэдайн и легенды и об иных морских птицах: рассказывают, что давным-давно, еще во времена свободного Умбара, некто Албарт, сын одного из Князей Старших Домов, влюбился в девушку, по имени Марлена, происходившую из Младшего Дома. Меж их Домами была вражда, ибо родичи девушки мечтали занять место Дома юноши, и кровь лилась с обоих сторон. Албарт и Марлена тайно встречались, и, наконец, решились бежать. Юноша уговорил верного ему капитана одного из кораблей, и они бежали под покровом ночи. Но за влюбленными следили, об их победе тотчас стало известно обоим Домам, и разъяренные родичи бросились в погоню. Когда над морем поднялся рассвет, юноша и девушка поняли, что им не уйти от погони. Тогда они взялись за руки, произнесли слова обета и прыгнули вместе в море. По легенде, они не утонули, но оделись в белую пену и, по воле Владычицы Моря, превратились в прекрасных и печальных альбатросов, чьи голоса исполнены скорби. И жители Умбара никогда не убивают альбатросов, в память о несчастных влюбленных. Но перо альбатроса, или голос его, услышанный перед свадьбой, считается дурным знаком, потому не ходят помолвленные девушки на скалы, где живут альбатросы.

Морские чудища

Кроме морских птиц, рыб и китов, моряки рассказывают и о странных чудищах: о гигантском   морском змее, у которого в пасти помещается целый корабль, о чудовищном спруте с одним глазом, утаскивающим под воду неосторожных ныряльщиков, об акулах, неделями и месяцами плывущих за кораблем в надежде поживиться упавшим за борт человеком. Вообще считается, что акулы могут вызывать шторм.

О змее есть такое предание. Морской змей - это огромных размеров чудище. Моряки рассказывают, что в толщину тот змей - как три корабля, и такой длины, что плыть вдоль него можно несколько часов при хорошем ветре. На голове у змея растут маленькие круглые рожки и грива, как у льва, только зеленая. Змей тот редко есть корабли, и его появление обычно не предвещает несчастья. Говорят, что он умеет успокаивать шторм и выпускать из пасти радугу. Иные говорят, что сама радуга - это и есть тело змея, видное издалека.

Пиратские клады

Много рассказывают в Умбаре о сокровищах, что спрятали "сборщики пенной подати", пираты. Вот одна из таких историй.

Один молодой моряк по имени Гэтрон любил рыбачить ночью, в лунном свете на одной из скал вблизи Умбара. И приметил он, что каждую ночь на убывающей луне приходит на берег старик в потрепанной, старой одежде и исчезает где-то под скалой. Юноша решил посмотреть, куда ходит старик, и прокрался за ним. Под скалой старик разделся и нырнул. Он долго был под водой, а потом вынырнул уже под утро, оделся и ушел, не заметив юношу. "Видать, там, под водой, есть пещера с воздухом",  - подумал Гэтрон. Смело нырнул он туда, куда нырял старик. И действительно, под водой чернел вход в пещеру. Проплыв по темному проходу, Гэтрон вынырнул в пещере. Зажег он свечу, которую прихватил с собой, и что же: пещера была полна сокровищ! Различные украшения, золотые и серебряные, кубки, изукрашенные драгоценными камнями, - все это было очень тонкой, древней работы. "Старику, наверное, ни в жизнь не потратить такого богатства. Ничего страшного, если я возьму немного", - подумал Гэтрон и взял одно из украшений. Так и повелось: время от времени брал Гэтрон то кубок, то гривну, всегда понемногу и то, что не было на виду.

А у юноши был сосед, весьма прижимистый человек крови харадрим. Приметил он, что зажил моряк намного лучше, чем раньше. Стал он приставать к Гэтрону, но тот ничего не рассказывал, отговаривался моряцкой удачей. Но как-то раз застал сосед Гэтрона с драгоценностью в руках. "Вот, значит, какова твоя моряцкая удача! Я вижу, пират ты, и все богатство твое добыто кровью! Сейчас же иду, расскажу все Наместнику Умбара!" Тут Гэтрону волей-неволей пришлось открыть харадцу свою тайну. Загорелись глаза у южанина. Взял он осла и отправился к заветной скале. Нырнул, оказался в пещере. И принялся набивать себе сумки золотом и всяким добром. Да и не заметил, что, пока он глазами рыскал и руками загребал, приплыл в пещеру хозяин - тот самый старик. Долго глядел он на харадца, а потом сказал: "Вижу, жадный ты человек. Пока все не заберешь, не успокоишься. Так бери все, оставайся с золотом, не тобой добытым!" - и с этими словами ушел. Харадрим не обратил на него особого внимания: ведь это был всего лишь старик. Но загудело что-то, и посыпались со свода пещеры камушки. Тогда харадец взял набитые мешки и нырнул, но сокровище тянуло его вниз. Кое-как проплыл он коридором, но выхода не было - старик устроил обвал, и выход из коридора закрылся! Поплыл харадрим обратно в пещеру - но мешки были слишком тяжелы, и он захлебнулся.

 У Гэтрона с тех пор дела пошли на лад. Много раз рыбачил он ночью, но старичка так и не увидел больше, а вход в пещеру оказался закрытым.

 

Еще говорят, что многие пираты проклинают свое золото, и любой, взявший хоть малую часть сокровища, неизбежно погибает. Или же начинают преследовать его призраки, охраняющие мертвое золото. Потому, рассказывают, опасно брать вещи из могильников, особенно древних, и опасно такие вещи покупать. Хоть среди них и находятся всякие диковинки, вроде меча, что мерцает, если опасность близко, или кубка, превращающего плохое вино в хорошее.  

Моряки шутят

Сад тетушки Инзиль

Рыбу в Умбарском заливе обычно выходят ловить на широких, но быстрых шаландах. Команда запасает побольше свежих овощей, сушеное мясо, долго хранимые сухофрукты и специальные морские хлебцы. Хлебцы эти, к слову сказать, в шутку называют "морскими лембасами", твердые они такие, что можно откусывать лишь по маленькому кусочку, и совершенно пресные. "Соли в море и так хватает", - говорят моряки и размачивают хлебцы в соленой морской воде. Так вот, запасает команда провиант и отправляется в долгое плавание. Пока трюм корабля заполниться рыбой доверху, проходит месяца два-три, а то и все четыре. Рыбу же бросают в соль, чтобы не испортилась, так что когда шаланда прибывает в порт, она вся уже соленая - можно есть.

Самое трудное в таком промысле - определить рыбное место. Обычно, где глубже, там и рыбы больше. Но и вблизи отмелей самые рыбные места бывают. Но главное - какое тут дно. Если плохое - хоть глубоко, хоть мелко, не будет рыбы, и все тут. Хороший капитан раскроет все тайны морского дна с помощью обыкновенного лота. Всякий лот заканчивается свинцовой чашечкой, в которую набивается ил, песок, морская земля. Ее вытаскивают и изучают. Вот она-то и подсказывает морякам, как идет жизнь под водой.

 Так вот, жил в Умбаре один старый капитан, который, попробовав на вкус землю из чашечки своего лота, мог сказать точно, в каком месте залива находится сейчас его посудина. Кроме него, такого никто не умел!

Однажды его команда решила подшутить над своим стариком и подсыпали в лот глинистой земли их родного города. А потом и спрашивают капитана:

- Как вы считаете, где мы сейчас находимся?

Старый рыболов по своей привычке взял в рот щепотку земли из лота, да как гаркнет:

- Беда! Наш родной Умбар затонул! Точно под нами сейчас сад тетушки Инзиль!

  Следуя неверным курсом

- Что-то небо над заливом хмуриться, - заметил капитан своему молодому помощнику, стоящему у румпеля. - Вон как все вокруг обложило! Поворачивай-ка, сынок, домой, - отдал он приказ.

- Каким курсом держать? - спросил молодой моряк, еще не умеющий отличать восточный ветер от юго-юго-восточного.

Дом их был в Умбаре, а находились они на полпути к южной оконечности полуострова Умбар, у мыса, называемого "Собачий хвост".

- Следи за чайками, - ответил капитан. - Они доведут тебя, куда надо.

И скрылся в своей каюте. Через шесть часов он проснулся. Смотрит - они все еще плывут, а земли как не было, так и нет! Пригляделся - батюшки, плывут-то они не к Умбару, а от Умбара, к Собачьему хвосту!

- Ты что, спешишь к своим предкам? - заорал на помощника капитан, прибавив еще пару соленых морских словечек.

- Почему же? - удивился тот. - Я держу курс на чаек. Как вы и сказали.

- Ах ты, деревенщина с харадскими мозгами! Надо было идти за умбарскими чайками, а не за теми, что с Собачьего хвоста!

Далеко ли до порта?

Плавание на судах, ищущих новые торговые пути, всегда приключение: неизвестно, когда и чем оно закончится. Длиться оно самое малое полгода. В шутку моряки называют такие плавания "заплывом в честь весеннего праздника": уплыли осенью, приплыли весной.

Рассказывают, что жена одного капитана никак не хотела отпускать своего мужа в столь рискованное и долгое странствие. 

- Ты можешь погибнуть, и твои дети могут забыть твое лицо, пока ты плаваешь! - причитала она.

- Стоит ли волноваться из-за пустяков, - невозмутимо ответил моряк. - Я ведь ухожу всего-навсего на год или на три, не больше.

А другой капитан, вернувшись после четырехлетнего отсутствия и не привезший ничего, кроме крыс в трюме, сказал:

- Зато наплавались вдоволь, Оссэ свидетель!

Говорят еще, когда однажды один из новых гондорских галионов заплыл далеко на юг и подошел к шебеке под умбарским флагом, чтобы спросить, далеко ли до ближайшего порта, то один из длиннобородых старцев, из которых состояла вся команда, ответил:

- Не помним. Мы вышли оттуда, когда были еще молодыми.

Имя корабля

Само собой, все моряки души не чают в своей посудине. Она у них всегда и первая красавица, и самая быстроходная.

Один капитан ждал постройки нового судна, и все хвастался им: и ход будет ровный и быстрый, что, как говориться, и каплю воды рассечь может, и что для этого над судном трудятся лучшие корабелы Умбара. Корабль свой он задумал назвать "Барракуда", на страх неприятелям.

Но, когда корабль не был еще достроен, капитан решил жениться на деве из хорошего Дома, по имени Аэрин. И все стали интересоваться, не хочет ли он изменить имя кораблю и назвать его "Аэрин".

- Нет уж, - отвечал капитан. - У моего корабля я имя менять не собираюсь. Вот если Аэрин окажется настоящей умбарской женщиной, какой я ее всегда считал, она может поменять имя на "Барракуда". Я не возражаю.

Мореходный гроб

Один корабел на старости лет стал выполнять разную мелкую столярную работу, благо в том месте, где он жил, столяров было - днем с огнем не сыскать. И вот однажды тяжело заболела одна старушка. Родственники старушки стали просить сделать для нее гроб. Они все торопили и торопили корабела, все наседали на него и наседали: старушка-то была уж очень плоха. Вот, наконец, точно в срок, гроб был готов. Только по рассеянности корабел приделал к нему румпель.

  Про старого капитана Энтора

Как-то на берегу моря два фермера собирали водоросли. Сами знаете, лучшего удобрения не найти. И наткнулись невзначай на утопленника. Они в нем не признали никого из знакомых, и все-таки один из фермеров с неуверенность заметил:

- Я вот что думаю: а не капитан ли это Энтор, что жил в домике на берегу, во-он там на косе.

И они решили сходить туда и проверить.

Пришли они к домику, постучали. Дверь открыл им сам капитан Энтор.

- Ну, слава Уинэн, - вздохнул первый фермер. - Значит, с вами все в порядке. А то мы нашли в водорослях на берегу утопленника и подумали, что это вы.

- Хм, - покачал головой старый капитан. - Говорите, нашли утопленника? А что на нем было, уж не старый ли морской плащ зеленого цвета?

- Угу, - отвечали фермеры.

- И морская туника с желтыми шнурками?

- Угу.

- И сапоги?

- Угу.

- А какие сапоги: до колен или выше?

- До колен.

- Так, стало быть, это я и есть, - задумчиво заметил капитан.

Спасательный крючок

На севере Умбарского залива лежит остров Тол Аэлин, остров Птиц, на котором стоит маяк. Жители острова живут тем, что собирают после шторма все, что выкинуло море. Нередко к ним выносит остатки утонувших судов, и, по морскому обычаю, жители острова забирают себе все, что могут выловить из воды. Так что главным доходом острова были и сейчас есть кораблекрушения.

А если бы не ветер да волны, не видать им ни рыбы, ни мяса, как говорят. Особенно часто крушения случаются зимой. Суда тонут, а все имущество и груз всплывает наверх и прибивает к острову. Жители острова в такие дни день и ночь стоят на берегу, все, от мала до велика. И внуки и прабабушки, кто только на ногах держится. Стоят они с удочками в руках и ловят добычу. Крючки у них специальные - с зазубринами, чтобы не соскальзывали, и называются "спасательными крючками". Среди удильщиков такие страсти разгорались, что наконец решено было делать всем крючки одинаковой длины.

Как-то раз на Тол Аэлин прибыл с большой земли молодой менестрель. Он вовсю веселил жителей, пел им и забавные, и грустные песни, и про старину баллады. Аккуратно пел на всех праздниках и мало-мальски важных событиях, и надеялся, что жители острова так же аккуратно ему платить будут. Однако песни-то они слушали, а платить не платили и кормить не кормили. И через некоторое время менестрель совсем обносился и отощал, непонятно, в чем и душа-то держалась. Остались от него кожа да кости.

Жителям острова не хотелось, чтобы он умер с голоду, это порядком бы испортило репутацию острова. К тому же, им бы тогда пришлось его хоронить. И стали они решать сообща, как тут быть. Один предложил было пустить плошку по кругу, чтобы собрать певцу на прожитье. Но это был чудак какой-то, и с ним никто не посчитался. Некоторые говорили, что можно давать менестрелю репы и клубней с урожая, другие предлагали рыбу, когда улов богатый. Но к единогласию никак прийти не могли и спорили до глубокой ночи.

Наконец, один мудрец предложил дать певцу спасательный крючок на целый дюйм длиннее. Если и уж с ним он не сможет прокормить себя, пусть только на себя и жалуется.

Историю эту рассказал мне тот самый менестрель. Он так и уверен, что жители Тол Аэлин до сих пор не могут понять, с какой стати он покинул их на редкость гостеприимный остров.

 

Источник - Приют изгнанников



Текст размещен с разрешения автора.