Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Эланор

Эльфийская кровь

          "Поговаривали, будто давным-давно кто-то из Туков взял себе жену из эльфов.

          Глупости, конечно, но и до сих пор во всех Туках и в самом деле проскальзывало что-то не совсем хоббитское: время от времени кто-нибудь из клана Туков пускался на поиски приключений."


          Дж. Р.Р. Т. "Хоббит"


          - Так чего это Бильбо балрог знает куда потянуло? Жил же себе тихо, мирно.

          - А у него же в предках эльфы были. То ли кто-то на эльфийке женился, то ли какая-нибудь из прабабушек-Туков за эльфа выскочила...

          Из разговора.


1


- Ужин готов! - позвала Фиалка. Люди, эльфы и невысоклики потянулись к костру: каждому в свой черед хоббитянка протягивала миску каши, пахнущей ароматными лесными травами.

Гэладан подошел последним. Подав ему еду, Фиалка спросила.

- А до места нам еще далеко?

- Довольно таки, - ответил следопыт, -дней двадцать пути. Я знаю, вы, невысоклики непривычны к таким переходам, но что поделаешь, иначе ведь нельзя.

- Мы вовсе не жалуемся, Гэладан. - сказал подойдя, Марчо Тук, глава хоббичьего семейства, - Мы же сами решили переселяться. А вас благодарить должны, за то, что нас сопровождаете. Да еще и эльфы тут...

- Но мы ведь оказались здесь случайно! -откликнулся старший из двух братьев-нолдор, Ломэллос. - Могли и не встретится.

- Однако мы рады этой случайности, - добавил Ломэлин.


И верно, подумал Гэладан, путешествовать большим отрядом для представителей всех трех народов гораздо безопасней. Здесь и сейчас им вряд ли предстоят стычки с врагами, однако семейство невысокликов, решивших вдруг перебраться из Рохана в Шир, к родичам -Тукам, следопытам просто необходимо было проводить до их границ, а Ломэллос и Ломэлин, направлявшиеся из Лориэна в Митлонд, с радостью присоединились к дунэдайн, встретив их в пути.

Таким образом, теперь их было шестнадцать: сам Гэладан, его отряд, двое эльфов и четверо хоббитов: Марчо Тук, Нарон Тук, Дарго Тук и Фиалка Тук, которая замечательно готовила.

После ужина Гэладан назначил часовых, и все, кроме двоих, стороживших первыми, отправились спать.

Да, сказал себе дунадан, поход будет спокойным. По крайней мере, на это можно надеяться.


2


Утро было прохладным но солнечным, природа словно напоминала, что еще немного -и настанет настоящее лето.

Путники позавтракали, и отправились в путь, радуясь хорошей погоде.

Хоббиты разговаривали оживленно хоть и в пол голоса, дунэдайн и эльфы улыбались...

- Смотрите! - сказал вдруг, идущий около Гэладана Ломэллос. - Там люди.


Да. Две повозки и лошади.

И - люди.


Кочевники - это следопыты поняли еще издалека. Ну что ж, не удивительно: тракт, по которому шли, безымянный, давно запущенный, был все же трактом.

Гэладан укорил себя за то, что не повел отряд лесом. Хотя... в этом ведь не было особой нужды: они ни от кого не таились на этот раз.

И все же...

Но, возможно, эти люди не желают зла.

Впрочем, сейчас все выяснится...


Двинулись дальше по дороге. Кочевники (их было полтора десятка, как отметил командир дунэдайн, и среди них -ни женщин, ни детей, только державшийся позади мальчишка-подросток) напряженно ожидали приближения путников.


Шагах в пяти от южан Гэладан и остальные остановились.

- Приветствую, - негромко сказал следопыт, держа однако руку на эфесе меча.

- Приветствую, - ответил плотный смуглый бородач лет сорока. И добавил. - Мы мирные торговцы, дайте нам идти своим путем.

Гэладан предположил, что, возможно, кочевники приняли их за разбойников, и немного отлегло от сердца. В конце концов - ведь у обеих сторон не было причин для вражды.

Явных причин...


- У нас - наша дорога. - ответил. - Нам нет нужды задерживать вас.

- Тогда идите с миром! - ответил бородач. Гэладан кивнул, и путники (хоббиты оказались в середине, прикрываемые товарищами спереди и сзади) прошли дальше по тракту.

Но не успели сделать и двадцати шагов...


- Берегитесь! -воскликнул Ломэлин, шедший последним. Свистнула стрела.

Гэладан молниеносно развернулся, выхватывая меч.

Обман!


Кочевники напали подло, ударив в спину. Они всегда были сильны в свалке, вот и решили устроить свалку, месиво...

- Берегите Фиалку! Невысокликов прикройте! - успел выкрикнуть Гэладан, уже отбив первый удар того самого смуглолицего бородача.

Дальнейшее видел урывками: парни, обступившие хоббитов, Ломэллос, метнувший кинжал в живот одного из противников, Марчо и Нарон, дерущиеся яростно, несмотря на малый рост, Дарго, подкатившийся под ноги южанину, уже готовому ударить Дармэла в спину...


Бились недолго: количество воинов было примерно равно, но у четырех следопытов, и у обоих нолдор были самострелы, а о меткости Эльдар недаром слагают песни...

Бородач, первый противник Гэладана оказался на редкость умелым -справится с ним удалось с большим трудом. Зато второй... дунадан с первого удара выбил меч из руки подскочившего к нему подростка, чьего лица даже не успел разглядеть, и занес уже клинок, но мальчишка вдруг упал на колени, уткнувшись лицом в землю и взмолился:

- Не убивай, господин!..


Дунадан замер на миг. Опустил руку. Бросил быстрый взгляд на происходящее вокруг: все уже закончилось. Из противников в живых не осталось никого, но причина нападения кочевников все же была непонятна.

Однако, может, этот паренек все разъяснит...


А тот по-прежнему лежал в пыли, скорчившись у ног Гэладана, и весь дрожал.

Подошедшие следопыты и их попутчики ( убитых к счастью не было - только пятеро легко раненных: двое следопытов, двое невысокликов: сам Марчо и Дарго, а так же Ломэлин. Фиалка перепугалась до полусмерти, но осталась невредима.) полукольцом окружили Гэладана и перепуганного мальчишку. Молчали, вряд ли зная, что говорить.

Дунадан посмотрел: парню было, кажется, лет пятнадцать -шестнадцать. Босой, спутанные, давно не мытые черные волосы, изношенная одежда...


- Встань. - велел коротко. Тот поспешно вскочил -и следопыт отшатнулся.

Но воскликнул не он -Ломэлин:

- Urc!1


Да, это был орк - хотя, скорее, орчонок - подросток. Высокий, нескладный и перепуганный он не сводил узких темных глаз с Гэладана, и взгляд его был полон страха и мольбы.

- Ты орк? - сам не зная почему переспросил командир дунэдайн.

- Да, господин... - голос орка дрожал.

- Твое имя?

- Шаргх, господин. - он опустил глаза.

- Кто были эти люди? Почему они напали на нас? И что ты делал среди них?

- Они... - Шаргх боязливо покосился на трупы, - они мои хозяева. Б-были... Они шли, чтобы соединится с вастаками на юге. А напали, потому что ненавидят вас, господин... Смертельно ненавидят. И... и... - посмотрел на эльфов, и умолк.


Что ж. С подобной ненавистью, делавшей пораженных ею хуже безумцев, дунэдайн и эльфы сталкивались, к несчастью, не раз. Это было понятно. Неясным оставалось другое.

- Ты сказал - они твои хозяева?

- Да, господин, - орк стоял съежившись, все еще мелко вздрагивая. Страхом от него несло за милю.

- Как получилось что кочевники держали в рабстве орка?

- Это давно было, господин... Я был еще маленький, девять лет... Мы жили в лесу, у меня было много младших братьев и сестер. Было трудно прокормится, а однажды зимой стало совсем туго, и тогда отец продал меня кочевникам за зерно...

- Продал? - Гэладана передернуло: каким же должен быть отец, поступающий так со своими детьми?!

А впрочем... . чего еще ждать от орков!

- И кому же ты... принадлежал? - спросил.

- Господину Карну... - Шаргх указал на одного из убитых: высокого мужчину лет тридцати. В груди его торчала эльфийская стрела.

- Ладно... - следопыт, признаться, не был уверен, как поступить теперь.

И вдруг орк вновь опустился перед ним на колени.

- Ты что это? - Гэладан даже сделал шаг назад.

- Я теперь принадлежу тебе, господин, - прозвучал ответ. - Не убивай меня, пожалуйста! Я полезный, я всякую работу делать могу...


Вот тут дунадан, - едва ли не впервые за последние лет сорок, - растерялся. Он бывал во многих переделках, и видел всякое, но такое...

Около следопыта стоял Ломэллос, и Гэладан, на миг отведя взор, встретился с ним взглядом.

Глаза нолдо были серой сталью.

- Покончи с ним, - сказал. - Это орк. Хорошего от них ждать нечего.


При этих словах Шаргх вздрогнул и по-собачьи ткнулся лицом в ноги следопыта.

Дрожал весь, но молчал, не смея больше просить пощады.

- Погоди, брат. - вмешался Ломэлин. - Недостойно убивать его... вот такого. Мне кажется, это будет неправильно - ведь речь не идет о смерти в бою.

- О бое, кстати, - проворчал старший Тук - Чего он-то с мечом на нас полез?

- Ответь, Шаргх. - негромко произнес Гэладан. -

- Мне приказали, господин... Мой прежний господин приказал... - орк -

по-прежнему лежал на земле. - Я не умею биться... Не умею!... Господин Карн всегда говорил, что такому ничтожеству, как я это ни к чему.

- Так тебя держали для черной работы? -

- Да, господин...


Дунадан подумал немного.

- Дармэл, - позвал, - свяжи орка, пока что. У нас есть раненые, ими нужно заняться. А потом - посмотрим.


После того как Ломэлин (он учился целительству) и Фиалка позаботились о раненых, говорили путники недолго: лошадей, что принадлежали кочевникам, решили забрать с собой, повозки оставить -лишь отвезти подальше в лес, взяв оттуда только запасы еды на дорогу и оружие. В лесу же укрыли и тела убитых, и позаботились о том, чтоб с тракта были убраны все следы боя.

Что же касалось орка... за то, чтобы убить его с понятным упорством ратовал лишь Ломэллос. Остальные считали неправильным лишать это создание жизни.


Да и сам командир дунэдайн, признаться, думал так же. Одно дело -уничтожить в битве вооруженного противника, пылающего к тебе ненавистью, но совсем другое - перерезать горло беззащитному жалкому мальчишке...

А он ведь еще мальчишка, - эта мысль особенно саднила.


- Убить его, значит, навеки запятнать себя недостойным поступком - сказал, наконец. - Отпускать сейчас - может быть неосторожно. Я думаю, следует довести его до Мглистых Гор, где обитают ныне многие его сородичи и там оставить.

- Но поворачивать сейчас, когда пройдено более двух третей пути, ради этого отродья Тьмы!... - воскликнул Ломэллос.

- Мы и не станем поворачивать - ответил Гэладан.

- Тогда что же, командир? Ты разделишь отряд? -спросил Райнол.

- Нет. Это небезопасно. Нам придется взять его с собой, и он останется с нами, пока не проводим до места вас, невысоклики. И только тогда я и те из дунэдайн, которые решат сопровождать меня, отправимся к горам вместе с этим существом.


Не все были согласны с таким решением, но возражать никто не стал.

В конце концов, раз уж орк сам признал Гэладана своим хозяином...


Шаргху объявили, как поступят с ним. После чего командир дунэдайн отойдя в сторону, задумался: как теперь вести орка с собой?

- Ты собираешься все время держать его связанным и под стражей? - спросил Дарго, будто угадав мысли следопыта.

- Не знаю. -ответил тот. - Будь он пленником - да, так бы я и поступил. Но тут...

- Я не чувствую в нем ненависти. Только сильный страх. - сказал Ломэлин.

- За свою жизнь дрожит, - добавил Ломэллос.

- А может быть, взять с него клятву? - предложил хоббит, - Клятву, что он не попытается сбежать или причинить кому-то из нас вред?

- И ты поверишь клятве орка? - осведомился старший из братьев-нолдор.

- Клятва есть клятва, - ответил Дарго.

- Да у этих тварей нет представления о совести и чести! С ним надо было покончить сразу, так было бы и проще и вернее!

- Нет, Ломэллос! - покачал головой дунадан. - Я сказал - этот орк останется жить.

И, - добавил, подумав, - ты прав, Дарго, пускай принесет клятву. Но - глаз с него не спускать!


Шаргх поклялся быстро и охотно. Уже развязанный, сам опустился на колени и не поднялся, пока Гэладан не велел "Встань!". После чего пошел, как приказал командир дунэдайн, меж четырьмя воинами, сказав, что привычен таскать любые тяжести и, если господа велят, то понесет все.

"Господа" переглянулись, и, хоть в их распоряжении и было теперь двое лошадей, отдали орку часть поклажи, разгрузив невысокликов. Однако надрываться Шаргха никто не заставил.


Днем на привале орк уселся около Гэладана, и затих. Подошла Фиалка, делившая меж спутниками хлеб, сыр, и сушеные яблоки, следопыт взял предложенное ему и хоббитянка сделала шаг к орку.

- Возьми, - протянула яблоко и ломоть хлеба с сыром. Шаргх вздрогнул, и, заморгав, растерянно посмотрел на дунадана.

- Можно, господин?

- Можно конечно. Бери, если дают.

Орк осторожно принял еду, пробормотав "Спасибо, госпожа... " Глядя, как он жадно ест, подбирая с одежды и из травы все, до последней крошки, Фиалка, никогда раньше не видевшая орков, ощутила острую жалость. Убить такого было все равно, что утопить бездомного щенка.


Они продолжали путь. Вечером, когда остановились на ночлег, Шаргх вместе с молодыми хоббитами и двумя людьми пошел за хворостом и притащил едва ли не половину того, что принесли остальные. Он изо всех сил старался быть полезным: набрал воды (ходил вместе с одним из дунэдайн и тащил от источника три четверти наполненных фляг), ломал для костра слишком толстые и длинные сучья...

Видя такое, Гэладан, после ужина, когда Нарон и Фиалка отправились к ручью мыть котелки, велел Шаргху "Пойди, помоги им."

Орк с готовностью вскочил, а когда трое отошли, командир следопытов велел двоим воинам незаметно присмотреть, чтобы все было в порядке.

- Зачем ты это делаешь, Гэладан? -спросил Марчо.

- Действительно, - с недоуменным недовольством добавил Ломэллос. - Если ты боишься, что Морготово отродье причинит вред невысокликам, почему послал его с ними?

- Не беспокойся, Марчо. -ответил следопыт прежде всего хоббиту - Я уверен, с твоими детьми ничего плохого не случится. И уверенность эту подкрепляют двое моих людей.

- Но для чего? - настаивал Ломэллос. Да и старший Тук смотрел вопросительно, явно ожидая ответа.

Гэладан помолчал, ища название странному чувству, охватившему его.


- Не знаю. - сказал наконец. - Но уверен, -в реда от этого не будет.


... А последовавшие за хоббитами и орком дунэдайн, укрывшись в зарослях наблюдали, как Шаргх послушно отскребал котелки.

- Молодец, - похвалила его Фиалка, разглядывая посуду, блестевшую в предзакатных солнечных лучах. - Теперь последний, из под каши.

Шаргх вроде принялся за дело, но, когда хоббиты, спинами к нему, присели у воды, моя ложки, орк торопливо провел рукой по стенкам котелка, выскребая остатки и облизывая пальцы.

- Эй, ты это что? - Нарон, обернувшись, застиг Шаргха за этим занятием. Тот вздрогнул, котелок выскользнул из рук.

- Что случилось? - Фиалка повернулась на миг позже, но взглянув на перепуганное виноватое лицо орка, на его пальцы, и губы измазанные кашей, поняла.

- Ты все еще голоден, Шаргх? - спросила. - Ты ведь поужинал.

- Я... прости, госпожа, я просто... Я не хотел, госпожа... - забормотал орк, и вновь упал на колени, уверенный, что сейчас его точно накажут -такое ведь не прощают!


Хоббитянка посмотрела... а потом подошла и положила руку ему на плечо.

- Не бойся, Шаргх. Ты, наверное, очень голодный. Ну ничего, вот давайте домоем посуду, а потом, я думаю, Гэладан будет не против дать тебе поесть еще раз.

- Фиалка, мы в лесу а не в деревне, здесь лавок нет, и огородов тоже. - напомнил Нарон. - Я сам часто голодный, и не жалуюсь.

- Но всего один раз... Шаргх, ты ведь и сам понимаешь, что наши запасы пищи ограниченны.

- Да, госпожа. - орк все стоял на коленях, - Мне ничего не надо, госпожа... - перевел взгляд на Нарона, - Я больше не буду, господин! Я прошу прощения... Только не надо плетью бить, пожалуйста, господин...

- Бить?! -воскликнула потрясенная Фиалка, - Тебя никто не тронет, Шаргх! Слышишь, никто не тронет! И встань наконец, надо все-таки котелок этот домыть!


Когда следопыты рассказали командиру об увиденном, он только головой покачал. А Марчо Тук, стоявший рядом, и слышавший всю историю, пробормотал "Бедняга. Тоже еще орк... "


3


Шаргх как-то незаметно прижился в отряде, -так становится своей и привычной приблудная собачонка, однажды в холодную ночь заснувшая у порога, и утром встретившая хозяина дома виляньем хвоста.

Дунэдайн, включая и самого Гэладана, мало говорили с ним. Эльфы сторонились: Ломэллос с откровенной ненавистью, несколько дней спустя, правда, немного поугасшей и сменившейся брезгливой неприязнью, а Ломэлин скорее потому, что не было никогда на его памяти чего-то общего между эльфами и орками, хотя на этого, не принадлежащего Мордору, смотрел с любопытством.

< Невысоклики же приняли Шаргха по-разному: Марчо, уже достаточно поживший, жалел забитого мальчишку, не забывая, однако, о том, кто он, Нарону, кажется, нравилось отдавать мелкие распоряжения и видеть, как старательно Шаргх исполняет их, Дарго просто принял то, что орк есть, и только Фиалка старалась расшевелить, разговорить парня, но у нее мало что получалось: Шаргх беспрекословно слушался любых приказов, однако на вопросы по возможности старался отделываться ответами "Да, госпожа, нет, госпожа"


- Чего ты пытаешься добиться от него? - спросил как-то Марчо у дочери.

- Ну, - хоббитянка пожала плечами, - Он такой... такой жалкий и одинокий. Он же всех нас боится. Наверное я просто хочу чтобы он стал немного... счастливей, что ли...

- Ты готова дружить со всеми, - заявил Дарго. -Но он орк! Это тебе не Ломэлин и не Гэладан!

- Да знаю я, что орк! Только он же не Врагу служил. Что плохого в том, если ему будет, с кем поговорить?

- Плохого ничего, но о чем тебе с орком то разговаривать?

- Еще не знаю. - Фиалка улыбнулась, - Но, наверное, найдется.

- Ну ты даешь! -заявил Дарго, - В пять лет ты птенца, выпавшего из гнезда, домой притащила, в двенадцать больного зайца, в четырнадцать лиса, ногу сломавшего, а теперь, значит, орка приручать взялась.

- И вовсе не приручать, он же не зверь. Ему всего лишь нужен друг! Это ведь так просто, неужели вы не видите?!

- Фиалка, - сказал отец. - Ты у нас очень добрая. Но Шаргх - орк, а с орками хоббитам не по пути. Я хочу, чтобы ты об этом помнила.

- Хорошо папа, - девушка склонила голову и отошла.


... - Ломэлин!

Эльф, несший стражу, обернулся. Еще до оклика он знал, что хоббитянка у него за спиной, но не подал вида.

- Что, Фиалка?

- Я поговорить хочу. -ее глаза, странного фиолетово-синего цвета, блестели, отражая полную луну. Ночью было прохладно и хоббитянка поверх обычных рубахи и штанов завернулась в одеяло.

- О чем? - эльф улыбнулся: ему нравилась эта девочка. В смутные тревожные времена, когда нельзя доверять никому, кроме своих, и любой чужак может оказаться врагом, суровое благородство дунэдайн казалось Ломэлину крепостью, за крепкими стенами которой можно укрыться от бед, а чистота и жизнерадостность хоббитов , - очагом, освещавшим и согревавшим мрачные каменные залы.

Хотя... огонь ведь обжигает. В этом эльф тоже успел убедиться.


Фиалка же была похожа на свое имя: милый цветок, омытый утренней росой, прячущийся в зеленом полумраке леса от нескромных глаз.


- Я хотела спросить про... - она запнулась, - про орков. Правду говорят, будто они когда- то были ... эльфами?


Ломэлин вздрогнул.

- Ты из-за Шаргха спрашиваешь? -кивнул на орка, свернувшегося в своем одеяле клубком у ног Гэладана. -Я заметил, ты пытаешься... подружиться с ним, так?

Девушка пожала плечами.

- Ну, вроде. Мне просто жаль его. Он такой несчастный.

- Его с детства учили быть рабом. Я слышал где-то, что рабы счастливы, пресмыкаясь перед своими господами.

- Но рабство - это неправильно!

- Согласен - кивнул эльф. - У нас никогда ничего подобного не было. Да и у вас, насколько я знаю, тоже.

- Не было. Это придумали люди. Но Гэладан и остальные ведь не такие!

- Не такие. - согласился Ломэлин.

Он плохо представлял себе, какими же должны быть "такие" принимающие как нечто обыденное то, что разумное создание можно продать или купить, будто вещь.

Должно быть, их души изначально искажены Тьмой, - ведь страшно даже подумать, что может быть иначе, что люди, обычные люди, способны...


Слова хоббитянки прервали нить его мыслей.

- Так и Шаргх ведь не родился рабом. Он рассказывал и Гэладану тогда, и потом мне, что его семья жила в лесах и других орков поблизости не было. Значит, он не служил Врагу.

- Выходит, что так. - кивнул Ломэлин. И признался. - Да и, говоря откровенно, я не вижу в нем зла... хоть и не думал, что скажу когда нибудь подобное об орке.

- Шаргх не обычный орк! -возразила хоббитянка.

Эльф улыбнулся.

- Ты так горячо защищаешь его. Да и заботишься о нем, - я же вижу. Вчера, вон, свое яблоко подсунула. А позавчера, когда палец шипом проткнул, ты же его и перевязала.

Девушка, смутившись, отвела взгляд.

- Я сама не понимаю, почему я так. Наверное, из-за того что у него никого нет. Сам посуди, - у тебя брат, да и идете вы в Гавани...

- У нас там важное дело.

- Вот видишь. Гэладан и его отряд тоже вместе, и они охраняют границы. Мы тут семьей, и наши родичи в Шире нас ждут. А Шаргх что? Ни родных ни друзей -и неизвестно, что с ним станет в будущем. Ведь его соплеменники в Мглистых Горах могут его и не принять. И убить...

- Или сделать своим рабом, что гораздо хуже. - дополнил эльф.

- Вот именно!

- Я понимаю, Фиалка. У тебя доброе сердце.

- Да при чем тут сердце! - воскликнула девушка, - Просто... ну нельзя же, чтобы его все отталкивали, только потому, что орк. Это жестоко! Он ведь не виноват, что таким родился!

- Так чего же ты хочешь? -спросил Ломэлин.

- Чтобы он хоть раз улыбнулся. И чтобы глаза перестали быть перепуганные.

А у тебя я просто решила спросить...

- Про орков и эльфов?

- Да. - и добавила тише, - Мне показалось, - лучше у тебя, чем у Ломэллоса.

- Не вини моего брата за его суровость, Фиалка. - эльф откинул со лба прядь черных

волос. - Он старше меня на много десятков лет, и он... видел разное. В том числе и такое, о чем трудно забыть.

- Я знаю, орки делают много зла. - сказала хоббитянка - И часто те, у кого они родных или просто близких убивали, не могут простить им.

- Да. - кивнул Ломэлин, - Труднее всего простить то, что видел своими глазами. И... чаще гораздо труднее простить за других, чем за себя.

Эльф надеялся, что Фиалка не станет расспрашивать подробней. Да и что он мог рассказать ей, - он, которого младенцем старший брат унес от трупов отца и матери, и, сам жестоко израненный, добрался с ним на руках до Лориэна, где вырастил брата скорее как целителя и менестреля, чем как воина.

Нет, не мог Ломэлин винить Ломэллоса за непримиримое, а порой и просто слишком жестокое отношение к оркам. Не мог... да и не собирался.

Чуткая девушка догадалась: вспомнилось плохое, - и не спросила больше ничего.


- Орки, согласно преданиям, действительно некогда были эльфами. - смог сказать нолдо. - Но Моргот исказил их души, и изменил тела. С тех пор пути наших народов разошлись, а сойдутся ли ранее конца мира, - ведомо лишь Единому.

Фиалка выслушала и кивнула.

- Я поняла. Спокойной ночи, Ломэлин.


... Утро. Прохладное. Облачное.

- Ну что тебе стоит, Дармэл? Или у тебя запасной рубахи нет?

- Есть, а как же. Пойми - мне отдать не трудно. Но ты уверенна, что он возьмет?

- У меня - возьмет. Да и Гэладан разрешит. И - ему это правда нужно, иначе я не стала бы просить.

- Ну хорошо, - следопыт порылся в дорожной сумке и протянул хоббитянке небольшой серый сверток. - Вот, возьми. Отнеси своему орку, если уж так тебе хочется.


4


... В один из вечеров когда, поужинав, собрались у костра, Ломэлин взял в руки лютню.

Слишком теплым и чистым был воздух, слишком яркими звезды, чтобы просто лечь спать.

Звонкий голос эльфа вплелся золотистой нитью в очарованье ночи, и оживали образы и лица давно покинувших Эндорэ, и вновь звучали смех и голоса, погребенные песками столетий.

Ломэлин повествовал о сотворении Арды, о Сильмариллах, о красоте Валинора, пел и иные песни, сочиненные им самим и другими уже здесь, в Средиземье, а закончил балладой об Эарендиле, которого и указал на небосклоне.


Растаяли, улетели ввысь вместе с дымом костра последние чистые звуки, и еще какое то время все сидели молча, охваченные непонятным, горьким но светлым чувством, - такой бывает тоска ранних осенних дней, когда желтеют листья и свет дня становится прозрачней.


Наконец зашевелились, заговорили, стали благодарить. Ломэлин лишь улыбался в ответ: для него по сей день и всегда лучшей похвалой оставался полный гордости взгляд старшего брата.


Фиалка посмотрела на Шаргха: орчонок, по своему обыкновению находящийся около Гэладана, стараясь при этом оставаться как можно более незаметным, и сейчас сидел тихо у могучей сосны. Но почему-то он опустил голову так низко, что не было видно лица.

- Шаргх! - позвала хоббитянка. Орк вздрогнул, вскинул голову, вскочил.

- Да, госпожа?

Она подошла. Гэладан тоже посмотрел на орка... во взгляде следопыта промелькнуло недоумение. Он отошел, и Шаргх растерянно завертел головой, не зная, следовать ли за хозяином, или остаться, раз уж окликнули.


Его сомнения разрешил сам дунадан.

- Ты мне пока не нужен, Шаргх. - сказал. - Но вроде бы ты нужен Фиалке.

И направился к эльфам, заговорил с ними о чем-то.


Орк смотрел на хоббитянку, готовый выслушать и исполнить приказ. Она же, подойдя совсем близко, поглядела на него сверху вниз...

Неужели?

Нет, наверное кажется!

Или ... или у Шаргха вправду влажные глаза?


- Тебе понравилось, как пел Ломэлин? - спросила.

- Да, госпожа. - и это было не обычное его "да", потому что в узких темных глазах вдруг зажглись две звездочки.

Вспыхнули - и угасли.

- Я никогда раньше такого не слышал, госпожа. Особо последнее...

- Ну, может быть еще услышишь. Ты все эти истории можешь и в книжке прочитать.


Орк вздохнул.

- Я слишком туп, чтоб выучится читать, госпожа.

- Что? Кто это тебе такое сказал?

- Еще мой прежний господин говорил... - он опустил голову.

Хоббитянка вздохнула:

- Шаргх, научится грамоте не так уж трудно. Проще, чем кажется. И, - добавила, - если хочешь, я могу поучить тебя.

Орк вздрогнул, растерянно захлопал глазами. Ему - читать?...

- Господин Гэладан, наверное, будет против, госпожа.

- Это почему? - и Фиалка решительно направилась к следопыту, беседующему с нолдор.

- Гэладан, извини... - начала. Он обернулся.

- Да, Фиалка?

- Прости, что прерываю вас - я только хотела задать один вопрос.

- Слушаю тебя.

- Ты согласен, чтобы я немного поучила Шаргха читать и писать?


Несколько мгновений тишины...

Эльфы переглянулись. Следопыт пожал плечами.

- Если хочешь... пожалуйста.

- Отчего ты так упорно возишься с этим зверем? - резко спросил хоббитянку Ломэллос.

И Фиалка порадовалась, что у нее нет повода так сильно не любить кого-либо... порадовалась, и пожалела пораженных ненавистью, и подумалось вдруг, что Враг, эту ненависть и злобу сеющий, должен быть, скорее всего, очень несчастен.

А Ломэллосу девушка ответила:

- Да потому, что Шаргх - не зверь.


Возвратилась к орку.

- Ну вот. Гэладан согласен, чтобы ты читать учился. Так что давай ближе к костру, там светлее.

Огонь озарял напряженное лицо орка, внимательно следящего за тем, как хоббитянка выводит острым концом щепки на земле руну а.

- Готово. - сказала. - Это а, первая руна вестрона, всеобщего, языка на котором говорят почти все в Средиземье. Звук "а. Ааааа" Понятно?

- Да, госпожа.

- Теперь попробуй начертить сам.

- Хорошо, госпожа. - Шаргх взял щепку. С первого раза не получилось, зато на второй вышло как следует -ну, конечно, чуть кривовато, косо, да и хвостик почему- то норовил загнуться не вниз а вверх,-но Фиалка решила, что это мелочи.

- Молодец! -одобрила. А вот это руна b. Она вторая по счету. Звук "Б" "Бэ" Начерти.

Орк выполнил и это.

- Отлично. Теперь, - хоббитянка очистила от лесного мусора гораздо больший клочок земли, - начерти мне здесь обе руны, каждую по десять раз.

Шаргх кивнул и принялся за дело, сосредоточенно сопя. Даже закусил нижнюю губу от старательности, и не замечал как потихоньку приблизились остальные: хоббиты, кое-кто наиболее любопытный из следопытов и Ломэлин. Фиалка знаком попросила их отойти чуть в сторону, не смущать паренька.

- Вот, госпожа! - Шаргх отложил щепку. Хоббитянка улыбнулась, взглянув на четыре ряда неровных, разной величины рун.

- Так. А теперь давай их посчитаем. Ну - ка...


Орк добросовестно сосчитал руны. В первый раз у него получилось семнадцать, взволновавшись он попросил и получил позволение сосчитать еще раз, вышла двадцать одна, и хоббитянка решила заняться сложением сама.

- Руна а. Один, два... девять, десять. Хорошо. Теперь руна b. Один, два, три... семь восемь, девять. Их девять, Шаргх. -сказала, с легкой укоризной.


Орк растерянно оглядел начертанные знаки, перевел взгляд на поднявшуюся с земли Фиалку... и вдруг, коротко всхлипнув, кинулся ей в ноги.

- Госпожа, прости меня! Я не хотел! Тут... тут места мало, госпожа!... У меня не получилось!... Прости меня пожалуйста, госпожа, я исправлюсь!... Клянусь!...


Фиалка застыла, ошеломленная как и все остальные. Первым пришел в себя Гэладан, подошел к тихо плачущему и бормотавшему бессвязные просьбы орчонку, взял его за плечи и поставил на ноги.

Увидев, кто его поднял, перепуганный взъерошенный Шаргх сделал попытку снова упасть на колени, но дунадан удержал его.

- Перестань, ты не сделал ничего плохого. Ведь правда, Фиалка?

- Конечно правда! - поспешно отозвалась хоббитянка. - Ну, ошибся на одну руну, мало ли. Это бывает со всеми, Шаргх, и ничего страшного не произошло, наоборот, ты молодец, чертишь очень красиво.

- Так ты не сердишься, госпожа? А ты, господин? - орчонок с собачьей покорностью заглядывал в лица.

Следопыту сделалось неловко.

- Не сержусь, конечно. За что мне на тебя сердится...

- Не за что! -поддержала Фиалка. - И знаешь, Шаргх, давай продолжим урок завтра. Мне кажется, на сегодня уже хватит.


... За пять дней орк выучил все руны наизусть. А на шестой, вечером, долго возился в стороне, а потом робко подошел к хоббитянке, и в первый раз заговорил с ней сам.

- Госпожа...

- Что, Шаргх? -спросила она.

- Могу я что-то показать тебе, госпожа?

- Да, конечно. А что?

- Оно там, госпожа... . - и подвел ее к раскидистому кусту в дальнем конце поляны, опустился на колени, раздвинул ветви, нависавшие над землей: на траве сухими тонкими веточками было выложено "ФИАЛКА", а рядом улыбался лесной цветок -и хоббитянка ответила улыбкой зеленому малышу, носящему ее имя.


- Это замечательно, Шаргх! - сказала искренне.

- Я очень старался, госпожа. - тихо ответил он.

- И это заметно, - девушка протянула руку и погладила орка по жестким черным волосам.

Он вздрогнул от нежданной ласки, прикрыл глаза и замер, - до слез захотелось, чтобы госпожа не убирала руки.


5


Небо, налившееся темными тучами, далекие раскаты грома, резкий холодный ветер- все предвещало близкую грозу.

- Будем мокнуть, командир? - спросил один из воинов.

- Нет, - ответил Гэладан, еще раз оглядев окрестный лес. - Я знаю эти места. Тут неподалеку есть одно укрытие. Идемте.


Вскоре начался дождь, почти сразу превратившийся в настоящий ливень, так что до укрытия, о котором говорил Гэладан, добрались уже насквозь промокшими.


А место было необычное...

Когда-то пятеро могучих дубов росли просто около, но много лет назад, во время ненастья, двое из них уступили натиску бури, однако братья росшие рядом подхватили их своими ветвями, не дав упасть. Раненые деревья продолжили жить - и теперь все пятеро навеки слились в невиданном доселе объятии, а ветви их переплелись, образовав навес, почти непроницаемый для воды. Там нашлось достаточно места для всех семнадцати путников и двух коней -они смогли даже с относительным удобством устроится на сухой земле, устланной ковром из трав и прошлогодней полусгнившей листвы.

А гроза пришла, и разразилась над лесом: черноту туч то и дело прорезали вспышки молний, озарявшие все вокруг синим светом, гром оглушительно грохотал, ливень хлестал с такой силой, будто сам Ульмо, забавляясь, поднял море на небо и перевернул его вверх дном.


Фиалка всегда боялась гроз. Вот и сейчас съежилась меж своими, прильнув к отцу: Марчо успокаивающе гладил ее по волосам.


Сверкнула ослепительно голубая молния, и почти сразу сотряс землю особенно сильный раскат грома: хоббитянка жалобно всхлипнула, вся дрожа, сжалась в комок, спрятав лицо в коленях отца.

- Госпожа, - сказал неожиданно Шаргх, до того молча сидевший около, ( едь рядом, на случай если с невысокликами что-то будет не так, находился Гэладан) - Не бойся, госпожа, не надо боятся. Посмотри, вон звери по небу бегут.

Удивленная словами орка, Фиалка подняла голову.

- Какие звери? Шаргх, ты что это?

- В чем дело, Шаргх? -добавил Гэладан.

- Нет, правда же, господин, звери! Взгляни. Только дождись молнии, господин!

И молния сверкнула, осветив землю и небо, а дунадан, проследив за пальцем орка, действительно увидел...

То ли тучи не были сплошь темными, то ли тут вмешались ветер и дождь и растрепанные ветви деревьев, а может это была просто игра теней... но, так или иначе, в месиве грязи, которым стало небо, Гэладан отчетливо разглядел бегущего волка...

Волка из тучи, без зеленого сверкания глаз -но сходство было поразительное.

- Действительно, звери. - сказал следопыт, и остальные, после слов орка тоже следившие за небом, подтвердили его правоту, и стали с любопытством ждать новой молнии.

Вскоре хоббитянка совсем забыла о страхе - она подобралась поближе к Шаргху и после каждой вспышки оба хором восклицали "Лиса!" "Мумак!" "Лошадь!"

Только один раз разошлись во мнениях: Шаргх сказал "Собака", а Фиалка возразила "А по-моему, это была кошка"

И орк склонил голову и ответил. "Да, конечно, госпожа... "


6


- Еще семь дней пути, - ответил Дармэл на вопрос Марчо. - Так что скоро вы будете дома. Но следует соблюдать осторожность, -в этих местах водятся волки. Лучше посоветуй своим детям не отходить далеко.

- Ну, они у меня послушные, - улыбнулся хоббит, - Дарго, правда, непоседа, да вот Фиалка совсем девчонка - ей ведь даже двадцати нет! Но я скажу им, спасибо, что предупредил. - и обернулся к старшему сыну. -

- Нарон, где Дарго и Фиалка?

- Дарго вон там, его Ломэллос стрелять учит, а Фиалка, - молодой хоббит завертел головой, - Фиалка... .

- Так где она?

- Не знаю, только что здесь была!

- Дарго! - позвал Марчо Тук. Сын подошел и с ним нолдо, держащий самострел.

- Что, отец?

- Где Фиалка?

- Тут конечно, где ж ей быть?

- Так нет ее тут! - теперь уже все трое хоббитов оглядели поляну, где путники остановились на дневной привал: девушки видно не было.

- Фиалка пропала? - встревожено переспросил Ломэллос.

- Ты же видишь, нет ее!

Подошел Ломэлин.

- Что произошло? Вы взволнованны.

- Взволнуешься тут, когда девчонка куда то исчезла!

- Фиалка? Исчезла? Но я еще недавно ее видел, она сказала, что... - эльф запнулся.

- Что сказала? - переспросил Марчо.

- Что пойдет посмотрит, нет ли поблизости кореньев, для ужина.

- И давно ушла?

- Довольно таки...

- Идем искать! - решительно сказал старший Тук. Может ничего и не случилось, но надо ее привести обратно.

- Командир! - позвал Дармэл - Командир!


... Услыхав об исчезновении хоббитянки Гэладан велел начать поиск, разделившись на пары. Сам он отправился вдвоем с Марчо, Шаргху же, не владевшему оружием, велел не покидать стоянки, -на случай, если Фиалка возвратится сама.


... Затих шум шагов и орк остался на поляне один, если не считать лошадей, спокойно жевавших траву.

Шаргх постоял, поскреб пятерней затылок, огляделся вокруг.

Потом сел на землю, и задумался.

Госпожа Фиалка... она хорошая. Никто еще не был к Шаргху так добр.

У своего прежнего хозяина-кочевника орку доводилось выносить и голод и побои.

Господин Гэладан обходился с ним ровно, не кричал и не наказывал, но все же сторонился, как и прочие.

А маленькая госпожа... она делилась едой, и улыбалась. И попросила для него у одного из господ-людей новую рубаху, и палец перевязала, и читать научила, и по голове гладила... вспомнив об этом орчонок счастливо прижмурил глаза -совсем как голодный котенок, которого вдоволь накормили сметаной.


Он подумал о волках - слышал слова Дармэла. А еще о том, что госпожа Фиалка совсем беззащитна, и если какой нибудь зверь нападет, пока она одна...


При этой мысли защемило в груди, а спустя пару мгновений зуд перешел почти в боль - острую, нестерпимую. Шаргха словно толкали какие-то руки, ноги сами рвались бежать сквозь заросли... куда-то, и тысячи пронзительных голосов в голове вопили, что если он сейчас же не сдвинется с места, то случится страшная, непоправимая беда!


Орк совсем растерялся, не представляя что делать. Господин Гэладан ведь четко велел ему - со стоянки никуда не уходить. И потом: они же все -и люди, и эльфы, и даже невысоклики -воины. У них оружие и они умеют с ним обращаться! Они найдут госпожу, а ему, Шаргху, вовсе незачем вмешиваться! Его всегда учили, что годен лишь на то, чтоб исполнять приказы, самому что-то решать строго запрещалось...

Да и кто он, чтоб преступить слово господина?


Но госпожа Фиалка... она там! А они не найдут ее, они очень стараются, но не успеют!...

И орк, не думая больше ни о чем, кинулся бежать со всех ног, проламываясь сквозь заросли, прыгая через коряги, падая и вскакивая вновь. Мчался быстрее, чем когда- либо, сам не зная, почему бежит туда, куда бежит...

На прогалину буквально вылетел - и замер, лишь пару раз моргнув.


Фиалка была там. Застыла, прижавшись спиной к огромному валуну, а шагах в пяти от нее стоял волк.

Большой.

Серый.

И явно очень-очень голодный.


На земле перед хоббитянкой были разбросаны коренья - рассыпала, видно, со страху.


Волк не торопился. Добыча была беспомощна, и так напугана, что даже не пыталась удрать.

Это было хорошо.


На шум лишь повернул голову и досадливо зарычал, увидев помеху.

Впрочем... от помехи тоже разило страхом. И она была без острой стали и назойливых деревянных палок, с кусючими концами.

А значит - не опасна.


Может, крик подымет. А, может, больше мяса будет - это волк еще не решил.

Первая дичь была явно вкуснее - вот ею он и собирался заняться.


Это был матерый, умный зверь - он мог бы стать вожаком стаи, но предпочел жизнь одиночки, бродя и охотясь где вздумается. И доселе никто из посмевших заступить ему дорогу не прожил настолько долго, чтобы рассказать, чем все закончилось.

А сейчас волк был голоден. И хотел утолить голод. Все пять чувств говорили ему, что маленькое двуногое существо -легкая еда, а большое само слишком перепугано, чтобы нападать.


Волк шагнул к девушке.


... Шаргх был скован ужасом; руки и ноги налились свинцом, а перед глазами с потрясающей четкостью нарисовалась картинка: два изодранных трупа на прогалине, и зверь, сыто облизывающий окровавленную морду.


Он нагнулся. Поднял какой то сук.

Волк еще раз посмотрел: показалось - насмешливо.


... Фиалка будто обратилась в статую, не сводя с хищника широко распахнутых глаз.

Она видела Шаргха, и хотела закричать "Беги!" но губы не слушались. А потом серый охотник сделал еще шаг, - в нос ударил резкий звериный запах, хоббитянка увидала, как приподнялась верхняя губа волка, обнажая белые зубы, и поняла - это смерть.


И тут Шаргх будто взлетел в воздух, а приземлился уже на спине зверя, повалив того, и вроде, долбанув суком по голове.

Волк извернулся, сбросил орка, и напал на него.


Фиалке показалось -это длилось века. На самом же деле прошел едва ли миг, - и она завизжала.


... .Свистнули стрелы: две, одна за одной, волк коротко рыкнул, как-то нелепо завалился на бок, и еще раз дернувшись, затих навсегда.

Выбежавший на прогалину Ломэллос кинулся к Фиалке, подхватил на руки.

- Ты цела?!

- Шаргх... - выдохнула. Эльф перевел взгляд на орчонка - тот сидел на траве, около убитого зверя. На боку и груди по одежде медленно расплывались темно-красные пятна


Быстро осмотрев хоббитянку, и убедившись, что с ней все в порядке, нолдо подошел к орку.

- Ты ранен?

Шаргх поднял взгляд.

- Господин...

- Я спросил - ты ранен? - голос эльфа был резок.

- Госпожа... она...

- С ней все хорошо. Зверь убит. А ты... Впрочем, я сам вижу.


Тут, немного прихрамывая, подоспел Ломэлин - он подвернул ногу, и старший брат оставил его в лесу, сам кинувшись на визг.

Эльф увидел зверя, хоббитянку, орка...

- Волк хотел напасть на Фиалку. Орк кинулся на него по-глупому, без оружия. Я успел, к счастью. С девочкой все в порядке, а вот этого... героя... поцарапали. Не знаю еще, насколько серьезно. -ответил короткой речью на немой вопрос брата Ломэллос.


Младший нолдо кивнул, и подошел к Шаргху, опустился на колени около него.

- Сиди спокойно. Я тебя осмотрю.


7


Раны орка оказались болезненными, но не глубокими и не опасными: задеты были лишь мягкие ткани. Эльфы отвели Шаргха на место стоянки, перевязали, и велели сидеть тихо.

- Господин Ломэлин, - начал орчонок, - Я ослушался приказа господина Гэладана... Я не хотел, поверь, господин... Я просто... сам не знаю, что заставило меня все бросить, я...

- Успокойся, Шаргх. - ответил эльф. - Вот вернется Гэладан - ему все и расскажешь.

- Да, господин... - орк опустил глаза. Подошла Фиалка, села рядом с ним.

- Что-то не так, Шаргх? Ты чем-то огорчен?

- Нет, госпожа. Я рад, что с тобой все хорошо.

- Ты спас мне жизнь. Шаргх. - серьезно сказала хоббитянка. - Спасибо тебе.

- Я, госпожа? - орк недоуменно моргнул, - Но ведь это господин Ломэллос убил волка!

- Но если бы не ты, он бы не успел!

- Он все равно был там, поблизости.

- Однако, не кинься ты на зверя, я не закричала бы, Ломэллос не услыхал бы и не пришел на помощь. Я была напугана Шаргх, слишком напугана, чтобы издать хоть звук. Это когда ты появился, у меня голос прорезался.


Орк робко улыбнулся.

- Я рад, что был полезен, госпожа.

- Но что-то тебя все-таки тревожит? Я же вижу...

- Просто... - растрепанный, взъерошенный Шаргх выглядел сейчас совсем мальчишкой, - Господин Гэладан ведь накажет. Я же посмел ослушаться его...

Но я не хотел рассердить господина Гэладана, клянусь, госпожа!...

- Не бойся, Шаргх. - Фиалка ласково коснулась его плеча. - Не думаю, чтобы Гэладан рассердился. Вот увидишь... А, кстати, -воскликнула, поглядев в сторону, - вот и он! И отец с ним. Ой... - втянула голову в плечи, - Ой, и влетит же мне сейчас... .


... После короткого рассказа нолдор о происшедшем на поляне, и приказа отныне никому поодиночке дальше чем на двадцать шагов от стоянок не отходить, Гэладан предоставил хоббитам самим решать внутрисемейные дела, и подошел к орку.

Шаргх, увидев господина, вскочил. Дернулось лицо - потревожил раны.

- Сядь. - велел дунадан, первым подав пример, - Сядь, тебе сейчас не стоит делать резких движений, в том числе и так вот вскакивать. Понятно?

- Да, господин. - орк вновь сел.

- Я сказал тебе оставаться здесь, когда все мы направились на поиски Фиалки. И вдруг ты оказался там, где была она, очень вовремя оказался... Как это объяснить?

- Господин... -Шаргх весь сжался, -Я не хотел нарушать твое повеление, господин! Просто... я сам не знаю... я был тут, стерег, и вдруг... вдруг у меня внутри заболело, а потом все сильней и сильней, и я понял, - с госпожой Фиалкой беда, надо бежать выручать, а потом ноги сами понесли, а как я на волка кинулся я даже и не помню, в голове туман был... -Шаргх умоляюще вскинул взгляд, - Прости меня, господин! Прости, этого больше никогда не повторится, я всегда буду послушным! Я знаю, я заслужил наказание, но я не хотел тебя прогневать, господин... Я не хотел!


Следопыт посмотрел на дрожащего жалкого орка и только вздохнул.

- Я не стану наказывать тебя, Шаргх, - сказал, - потому что ты заслуживаешь не наказания, а награды. Ты спас жизнь Фиалке, хоть я и не совсем понимаю, как это произошло. Но, видно, так судили Валар. Ты совершил достойный поступок, Шаргх, поступок, которым можно гордится.

Черные глаза орка засияли.

- Правда, господин?!

- Конечно правда. Но скажи, Шаргх - как сам думаешь, откуда тебе стало известно где Фиалка, и что ей грозит опасность?

- Я не знаю, господин, -растерянно пожал плечами орк. - Я просто был тут один, и очень беспокоился за госпожу Фиалку и... и тут все сталось.

- Беспокоился за Фиалку... - задумчиво повторил следопыт.

- Да, господин. -подхватил орк, - Госпожа... она... такая хорошая... Было бы ужасно, если б с ней что случилось

Дунадан кивнул.

- Верно. Было бы ужасно.

- Но от меня все равно толку было не много. Я же ничего не умею... Даже меча в руках как следует держать не могу.

- Это так, - признал следопыт. И вдруг прибавил, - Если хочешь, когда чуть подживут твои раны я сам начну обучать тебя владеть клинком.

- Ты, господин?! - на лице орка отразилась такая по-детски открытая радость, что Гэладану даже стало неловко.

- Да, я. -кивнул. - Много мы вряд ли успеем, но хоть что-то... Значит, начнем заниматься во время привалов, как только почувствуешь себя лучше?

- Да, господин. Конечно!

- Ну, вот и договорились. - кивнул дунадан, - Ладно, Шаргх. Отдыхай пока, тебе это необходимо.

Орк кивнул, но добавил.

- Господин...

- Да?

- С госпожой Фиалкой действительно все в порядке?

- Действительно, Шаргх. - улыбнулся Гэладан, - Не волнуйся.

- Да, господин. -успокоено вздохнув, ответил орк.


... Весь вечер он, большей частью предоставленный самому себе (Фиалка подошла бы, да отец не пускал, в который уже раз выговаривая за безрассудный поступок) сидел на траве, и выплетал кое-что из ветвей близ растущих кустов. Этому он научился еще в детстве, и получалось всегда хорошо, вот и теперь дело шло на лад.


Госпожа Фиалка едва не стала обедом той зверюги а теперь ее еще и родные ругают... Хотелось порадовать ее, пусть той мелочью, которую Шаргх умел.

Конечно, это совсем пустяки и глупости, и, может, она не примет этого, но хотя бы попытаться ведь стоит!

Когда хоббитянка принесла Шаргху ужин (он собирался сам подойти, кто он, чтоб вокруг него бегали? Но Фиалка его опередила.) орк, поблагодарив, вдруг вынул из густой травы и протянул девушке маленькую плетеную корзиночку.

- Возьми, госпожа, - сказал тихо, - Это для тебя.

- Ой, - радостно удивилась Фиалка, - Какая милая. Откуда она?

- Я сам сплел из ветвей, госпожа, пока тут сидел. Тебе - в нее и коренья собирать можно и ягоды.

- Спасибо, Шаргх, - хоббитянка приняла подарок.

- Только не ходи больше одна по лесу! -добавил орк, - Это ведь опасно! И зверей полно и... и мало ли, кто обидеть может! Не ходи, не надо!

- Хорошо, я больше не буду. -улыбнулась девушка.

- Правда не будешь?! - тревога и страх за нее вдруг поднялись в груди волной и выплеснулись быстрыми, не совсем внятно произносимыми словами, - Не гуляй в одиночку, госпожа, тебе защитник нужен, кто-то сильный и быстрый и ловкий, чтобы всегда хранил от беды!

- Так где же мне взять такого защитника? - спросила хоббитянка, присев около Шаргха.

Орк отчаянно покраснел.

- Вот если бы кто из следопытов... Или даже нолдор... - поднял глаза: отчего-то полные слез они показались вдруг по-эльфийски прекрасными, - если бы я был воином, если бы бою был обучен, я бы псом за тобой ходил, госпожа! Ты ведь как тот цветок, чьим именем названа, такая же нежная и красивая, и я никому и никогда не позволил бы этот цветок растоптать!

Тронутая горячей искренностью Шаргха, Фиалка пожала ему руку.

- Спасибо, друг.

Орк вдруг вспомнил о том, кто он и где его место.

- Как же я могу быть твоим другом, госпожа?... Я всего лишь орк... Я раб...

- Перестань! Те, кому тебя когда-то ... продали... - слово вымолвилось с трудом, - давно мертвы! Ты больше не принадлежишь никому!

- Но господин Гэладан...

- Ты ведь сам назвал его своим господином, - сказал звонкий голос; Фиалка и Шаргх подняли глаза - рядом стоял Ломэлин.

- Я мешаю? - спросил.

- Нет, что ты, садись. -поспешила ответить хоббитянка: она обрадовалась эльфу, надеясь, что тот сможет лучше объяснить орку то, что она, Фиалка, лишь чувствовала, но не могла облечь в слова.

Нолдо опустился на траву.

- Шаргх. Дунэдайн никогда не держали рабов. Гэладан просто вынужден был принять правила, которые ты сам, по сути, навязал ему.

- Но... Но господин Гэладан же меня помиловал... не убил...

- Не убил, потому что недостойно воина убивать безоружного, молящего о пощаде. Да еще мальчишку, и в бой то ввязавшегося не по своей воле. А рабы Гэладану не нужны - из свободных, по-настоящему свободных, господ еще не выходило никогда!

- Так для чего же я ему?... - совсем растерялся орк.

- Да ни для чего! - с досадой воскликнула Фиалка, но Шаргх понял ее по-своему.

- Я не нужен? Госпожа, я вам не нужен?

- Глупый... - вздохнула хоббитянка. - Нужен... еще как... Ломэлин, ну хоть ты объясни ему!

Нолдо скрестил пальцы.

- Это нелегко, но я попробую. Видишь ли, Шаргх... конечно, Гэладан никогда бы не пожелал по собственной воле иметь ничего общего с орком, но ты... ты просто попался на его пути - видно, так предначертано в Замысле. Гэладан, как, впрочем, немного позже и Фиалка, увидел, - ты нуждаешься в заботе и... опеке. Поэтому и стал... присматривать за тобой. Ему не по нраву было считаться чьим то хозяином, но он ничего не мог поделать с тем, что ты сам назвал его таковым. А приказать тебе стать свободным не в его власти. Свободу вернуть себе ты в силах только сам - за тебя этого никто делать не станет. Мы можем разве что помочь советом, но и только. Ты понимаешь, Шаргх? Понимаешь о чем я?

- Я пытаюсь, господин... Но не очень получается...

Эльф посмотрел ему в глаза.

- Тогда придется оказать помощь. Небольшую. Потому что так дальше нельзя - окажись ты такой в Мглистых Горах -съедят живьем. Или навсегда превратят в тупую покорную скотину. Так что начнем.


При этих словах орк весь как-то подтянулся и преданно уставился на Ломэлина, ожидая указаний.

- Скажи, Шаргх. - прозвучал вопрос. -Почему ты называешь меня и Фиалку и всех прочих, - о Гэладане речь не идет, это понятно, -почему называешь господами?


- Но... - орк заморгал, - Но это же... Ну, так ведь положено... Так меня учили... Господин Карн учил...

- Не всему, чему учат нужно верить безоговорочно, - сказал нолдо, - Меня вот тоже учили, что орки - все, без исключения, - злобные и жестокие тупые твари, с которыми надо расправляться без пощады. И таких я действительно видел много - но ты иной. У тебя хорошее, чистое сердце, Шаргх, и никто не назовет тебя глупцом. Тебе просто не повезло с учителями.

- Я не понимаю... - в растерянности, орк даже забыл добавить "господин" - Что... что я должен делать?..

- Тебе нужно научиться слушать свое сердце, Шаргх, - улыбнулся эльф, - Сердце ведь привело тебя на помощь Фиалке, оно же подсказало сделать ей подарок, - устремил взгляд на корзиночку, - Ведь так?

- Я просто хотел порадовать... - смутился мальчишка.

- Вот видишь. Это желание тоже идет от сердца. Ты должен лишь суметь прислушаться к его зову и понять его.


Шаргх помолчал, напряженно обдумывая сказанное Ломэлином. Затем кивнул.

- Я... . Я попытаюсь... Постараюсь... Очень.

- А я, - тряхнула каштановыми кудрями Фиалка, - тебе в этом помогу!


8


Нести вторую ночную стражу эльфам выпало вдвоем.

Стояли молча, время от времени оглядывая ночной лес. Было прохладно, в небе сверкали звезды, большие и яркие. Молодая луна цепляла рогом редкие облака, но они, лишь на миг скрывая ее лицо, вскоре спешили дальше - наверное, у облаков был свой Путь...

В кустах что-то прошуршало, судя по звуку, - зверек не больше зайца. А потом вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев да, время от времени, далеким уханьем совы.


Ломэллос вдруг посмотрел на брата.

- Ты говорил с этим орком. - едва ли не обвинил. - И долго. О чем?

- Я пытался помочь ему стать свободным. - просто ответил нолдо.

Старший брат резко повернулся к нему.

- Пытался помочь? Орку?! - не повысил голоса, но все равно прозвучало как крик.

- Он не такой как другие орки... - начал было Ломэлин,... и осекся.

Потому что в глазах брата увидал вдруг такую жгучую обиду и боль, что дыхание перехватило.

- А какой же он? - спросил Ломэллос подозрительно ровно.

- У него чистое сердце... Брат, послушай! -горячо воскликнул эльф, - Я знаю сколько горя причинили нам орки, я сам не раз убивал их в боях на границах Лоринанда, но Шаргх не такой! Он не имеет отношения ни к Тьме ни к Врагу, он же сам просто жертва, неужели ты не видишь?!

Нолдо не ответил, и брат продолжал уже тише.

- И Гэладан не нашел в нем зла. И я, признаться, тоже - пусть это и звучит... до смешного странно. И - без него Фиалка погибла бы. Ведь ты же видел. Ты сам выпустил те стрелы...

Ломэллос кивнул. Ломэлин заговорил вновь.

- Орки всегда были нам врагами, были и будут, и Шаргх - скорее исключение чем правило, но зачем же всю ненависть к тварям Тьмы переносить на одного-единственного мальчишку, случайно оказавшегося под рукой? Ведь так поступать неправильно, брат! Просто неправильно! И... и то, чем когда-то были орки...

- Довольно! - жёстко прервал Ломэллос. - Не время сейчас для болтовни. Мы на посту - не забывай об этом.


Ломэлин сконфуженно умолк. А когда их сменили Дарго и Дармэл, эльф, улегшись и плотно запахнувшись в серый теплый плащ, еще долго не мог заснуть, ворочаясь с боку на бок. Но потом он притих, потому что от места, где спал Ломэллос -(а он был в двух-трех шагах, отчего то на сей раз наотрез отказавшись лечь около, как братья поступали доселе в походах, грея друг друга живым теплом) - донеслись звуки.

Эльф прислушался - и застыл, не шевелясь, боясь даже вздохом выдать, что не спит.


Закутавшись в плащ с головой, и свернувшись едва ли не в клубок, Ломэллос плакал.


9


... - Не отправляй меня в Мглистые Горы, господин!

Гэладан немного озадаченно смотрел на Шаргха.

За последние дни орк начал заметно меняться: изо всех сил боролся с привычкой опускать глаза при разговоре, гораздо больше говорил, иногда сам начиная беседу (однако на такое отваживался только с невысокликами и Ломэлином), учеником в искусстве боя оказался хорошим, (раны не особо мешали, -заживало на Шаргхе все, по его же выражению, "как на собаке") а самое примечательное, - честно пытался перестать называть окружающих господами, и выходило даже не плохо, но только не с командиром дунэдайн.

Его Шаргх, кажется, по прежнему считал хозяином, и это огорчало следопыта, успевшего, к своему удивлению, довольно сильно привязаться к мальчишке.


А подойти сам с просьбой орк решился, только когда до границ земель хоббитов осталось всего два дня пути.

- Почему нет, Шаргх? - спросил дунадан.

- Я... - орк с отчаянной смелостью выпрямился и посмотрел в глаза следопыту; видно было, каких усилий ему это стоит. -Я не хочу туда!

- Ты боишься не поладить со своими сородичами?

- И это тоже. Но не только. Я... я не хочу с орками жить.

Гэладан изумленно приподнял брови.

- Но ведь ты же орк, а иные народы Средиземья к вам относятся враждебно.

- Не все. - Шаргх покраснел, раза два хлопнул глазами, и опустил их. - Ты ведь не гонишь, господин.

- Я не гоню, - вздохнул Гэладан, - и я рад бы взять тебя с собой, к моему народу, хоть там многие не поймут меня... - показалось, что догадался верно. - Так ты этого хочешь, мальчик?

- Хотел бы, - совсем смутился Шаргх, - если бы не...

- Если бы не что?

Орк помялся немного.

- Фиалка... - выдавил наконец, - Она звала с ними остаться...

- Остаться жить среди невысокликов? -переспросил следопыт.

- Да, - кивнул мальчишка.

- А ее родные что на это говорят? -поинтересовался Гэладан.

- Они, - Шаргх улыбнулся, - Они согласились. Из-за той истории с волком, наверное. А отец Фиалки сказал, что я неплохой парнишка, хоть и орк.

Следопыт развел руками.

- Ну, если так... Что же, Шаргх. Мне остается лишь пожелать тебе удачи.


... Прощались недолго: несколько слов, крепкое пожатье рук, и дунэдайн отправились своей дорогой, а путь хоббитов был гораздо ближе: они ведь почти достигли дома.

Эльфы же пока оставались с ними - все равно путь в Митлонд лежал через Шир, и невысоклики охотно предложили друзьям гостеприимство.

- Старый Тук будет рад видеть вас! - обещал Марчо, - Немногие среди нас встречались с Дивным Народом, ну да тем лучше. Будет, что порассказать друг другу!

И нолдор согласно улыбались.


Но был еще Шаргх.


Прощаясь, Гэладан похлопал его по плечу и вложил в руку короткий меч. "Это, чтоб ты смог защитить свою Фиалку, и других. И себя заодно. Не много уроков я успел тебе дать, но невысоклики обучат тебя остальному -они искусней и умелей, чем может показаться с первого взгляда. Да будет прямой твоя дорога, мальчик!"

И, в ответе Шаргха, полном благодарности и пожеланий доброго пути, ни разу не прозвучало слово "господин".


... Глава рода Туков и его домочадцы приняли родичей и их друзей весьма радушно; после застолья даже эльфы еще какое то время просто сидели и отдыхали.

На орка бросали недоуменные взгляды, но Марчо решил все, сказав. "А вот это Шаргх. В пути он и наши друзья-нолдор спасли жизнь моей дочери. Ею чуть было не пообедал волк, и, не подоспей Шаргх вовремя, быть бы Фиалке лакомством для зверя."

После этого не к месту показалось задавать дальнейшие вопросы о мальчишке.

Хотя некоторые из семейства Туков и видели орков - в битве в Зеленополье, больше десяти лет назад, - но даже предположить, что этот тихий, немного неловкий и некрасивый, однако вежливый и умный паренек и есть злобное отродье Тьмы, никому и в голову не пришло!


Правда, старый Ралдо Тук, в свое время побывавший у подножий Мглистых Гор, и кое-что там переживший, шепнул своей жене, Аймолии, что вот, мол "Этот парнишка , Шарегх, вроде чем-то на урука похож", на что гораздо более дородная и крепкая супруга постучала его по голове собственной же клюкой и заявила:

- Совсем старый пень из ума выжил. Какие уруки, когда эльфы с ним рядом, вон, тот, что с лютней, с ним вместе смеется. Э, нет, парнишка-то верно из ихних, хоть бы и в половину.

- Да разве эльфы такие бывают? - попытался возразить Ралдо.

- Так в семье-то, как верно говорят, не без урода, - сказала Аймолия - И не виноват он, что таким уродился, главное, чтоб голова была на месте и сердце доброе. А за Фиалкой -то как увивается, ох, славно пляшут! Девочка ведь совсем взрослая, то-то парочка получится, загляденье! И ничего, что он не наш, кровь народа-то этого, Дивного, говорят, везде пользу приносит, и детки от них рождаются сильные, крепкие да умные!


А Фиалка действительно в тот день почти все время танцевала с Шаргхом: вначале было забавно учить его двигаться в такт музыке, не наталкиваться на других, и не отдавливать им ноги, но потом движения его из неуклюжих и скованных сделались мягкими, плавными, и хоббитянка с изумлением обнаружила, что ей приятно ощущать его рядом.

А после в небе зажглись звезды, и стал сильней аромат цветущих деревьев. Ломэлин играл эльфийские мелодии, пел, как тогда у костра, и Фиалка, сидя на траве около орка, и слушая дивные напевы впервые, кажется, поняла, что значит быть по-настоящему счастливой.


... -До встречи, друзья! - Ломэлин по очереди пожал руки Марчо, Нарону и Дарго, а Фиалку поднял и поцеловал в щеку.

Ломэллос, последние дни странно задумчивый, ограничился улыбкой и словами:

- Удачи вам на новом месте. Желаю хорошо устроится.

- Легкой вам дороги, и поскорей добраться до цели! Когда будете возвращаться, загляните к нам. - улыбался Марчо.


Шаргх стоял в стороне, чувствуя себя немного потерянно. Но вот перед ним оказался Ломэлин.

- До свидания, Шаргх.

- Я надеюсь, гос... ой, прости, - Ломэлин. - совсем смутился орк.

Эльф серебристо рассмеялся.

- Будь счастлив, хорошо? И помни мой совет.

- Я постараюсь. И в том, и в другом. - Шаргх моргнул, наконец поднял глаза от земли, и... напоролся на взгляд Ломэллоса.

Тот какое то время просто стоял и смотрел. Орк же в эти мгновения ощутил себя настолько грязным и ничтожным, что едва не кинулся вновь на колени, вымаливая прощение за то уже, что он, - мерзкое порождение Тьмы и Зла, - существует на этой земле...

Старший нолдо шагнул вперед, и передал орку самострел.

- Возьми. Этому легче научится, чем мечу. Он тебе пригодится.


Шаргх ошалело поморгал, робко протянул руку. Взял подарок и сжал в руке.

- Спасибо.


... - Смотри, смотри, - шипели друг другу в уши скрывающиеся в ветвях раскидистого дуба, растущего у ограды, десятилетние Туки-близнецы, Нидор и Надор, - Глянь, он ему самострел подарил!

- Слушай, Нидор, так бабка Аймолия права была - эти нолдор с ним точно если не братья, то родичи!

- Верно, вон у них даже волосы одного цвета. Да и так - схожи же! Видно!

- Тише ты, не пихайся! В прошлый раз я из-за тебя отсюда слетел. Слушай а чего ж те такие красивые, а этот...

- А кто меня два раза подряд отсюда спихивал, еще и четверти луны не прошло! Так может этот неправильным уродился, - говорили ж, такое бывает - вон, как старшая дочка Шерстолапов, - у нее на ногах по шесть пальцев, а по деревьям еще получше твоего лазит.

- И вовсе не получше! Не, этот Сарг, или как там его, точно из Дивных... . Да не толкайся ты, Надор! Опять из-за тебя грохнусь!

- И вовсе нет, это я из-за тебя... А звать его вовсе не Сарг а Шорог! И перестань уже меня отпихивать, и так не вижу ничего!


... В конце концов на землю шлепнулись оба, сильно, правда не пострадав, но ободрав и руки и колени, так что справедливость в этот раз нарушена не была.

Вот только Нидор и Надор, сколько не спорили и не дрались, так и не смогли выяснить, по вине кого из них это на сей раз произошло.


10


Был чудесный солнечный день: вот в такие как раз легко верится, что в мире больше нет зла...

Ломэлин шагал по веселой тропинке, меж зелеными травами, негромко напевая новую песню, и подсвистывая чирикавшим над головой воробьям.


А вот и калитка, на которую ему указали! И круглая дверь за ней.

Эльф вошел (конечно же, калитка была не заперта) и окликнул громко.

- Эй! Эй, есть кто дома?

Дверь (а была она хоть и круглой, но все же побольше чем иные двери в этой маленькой стране, и Ломэлин догадывался, почему) отворилась почти сразу, и увидев стоявшего на пороге, нолдо улыбнулся.

- Приветствую, друг!

- Ломэлин! - открывший вначале изумленно заморгал (ох, не уходят давние привычки!) а потом глаза его радостно засияли.

- Я так рад тебя видеть, Ломэлин!

- А я - тебя, Шаргх.

- О, нет, - тот покачал головой - черные волосы, теперь как следует вымытые и расчесанные, вились кудрями ниже плеч. - Больше не Шаргх. Им здесь трудно это произносить, так что меня теперь зовут Сорон.

- Сорон. - повторил эльф. -Ну что же. Значит, я рад тебя видеть, Сорон. А Фиалка где же?

- Да Нара, нашего старшего, искать пошла. Весь день мальчишка где-то носится, сладу с ним нет. Я говорю ей - пусть побегает на воле, но женщины все такие...

- Так у вас уже дети? - улыбнулся эльф, - И много?

- Двое пока. Нардок и маленькая Ландыш, только она в доме спит. А ты откуда узнал, где нас искать?

- Я стал расспрашивать о вас, как только пересек пределы Шира. И мне сказали,- на этот раз улыбка нолдо была чуть лукавой, - что герой четырехлетней давности битвы с волколаками, странный эльф, живет здесь. С женой и детьми.

- Ну, насчет эльфа, это не я первый начал... - смутился Сорон. Ломэлин похлопал его по плечу.

- Я понимаю. Но, пожалуй, это к лучшему. Да ты и не похож больше на... такого, каким был.


И в самом деле - Шаргх-Сорон изменился. Нет, он по-прежнему был некрасив: неправильные черты лица, узкие, слишком близко посаженные черные глаза, и для эльфа слишком широк в кости, но все же...

Да, конечно, тут сыграла роль и чистая, ладно сидящая одежда, и длинные, как носит Дивный Народ, волосы, и прямая, а не скрюченная в три погибели спина, и спокойный взгляд, - так смотрят лишь свободные.

Но, кроме этого, было и кое-что еще.


Шаргх теперь просто светился счастьем -спокойным и ясным, свет этот, струящийся изнутри, озарял его лицо. И возможно именно это ( а может быть и нечто иное) служило причиной тому, что от молодого мужчины исходило теперь то самое странное ощущение, которое можно выразить тысячью понятий, или одним лишь словом "эльф", в коем и заключено все, что бессильны описать языки Смертных.


"Что же нужно, чтобы обратить орка в эльфа?", невольно спросил себя Ломэлин, "Могущественные чары? Древние знания? Да. Или просто... просто доброта.

О, нам всем есть, чему поучится у невысокликов!"


- Ломэлин! - донеслось от калитки. Эльф обернулся - там стояла Фиалка, держа за руку насквозь промокшего черноволосого карапуза, лет четырех.

- Здравствуй, Фиалка. Это и есть твой первенец?

- Да, это Нардок. Вот несносный мальчишка, Сорон, представляешь, он с этими своими дружками из Бэггинсов и Брэндибэков кошку чуть в ручье не утопил! Так конечно, несчастное животное удрало, а этот теперь мокрый как... как я не знаю что!

- Ну, я же только хотел ее плавать научить... - жалобно протянул хоббитёнок, и шмыгнул носом.

Сорон посмотрел на мокрое, виноватое лицо сынишки, и рассмеялся. К нему присоединился Ломэлин, а вслед за ними и Фиалка, и мальчишка понял, что отчитывать его сегодня, кажется, не станут.

"Эх, знал бы, не тратил бы время на кошку, а пошел бы в Дальний лес, по грибы. За такое, конечно, отец в другой раз уши надрал бы, а сегодня бы все так сошло!

Вот жалость-то, что не догадался... "


Нардока переодели и отправили присматривать за сестренкой, которую мать предварительно накормила.

- А она похожа на тебя, -заметил Ломэлин, увидев годовалую малышку.

И действительно, у девочки были каштановые кудряшки и фиалковые глаза.

- Зато Нардок в меня! - заметил Сорон, с истинно отцовской гордостью.

- Да, верно, - улыбнулась мужу Фиалка. Ломэлин не мог не отметить, что и она изменилась, повзрослела. Волосы теперь заплетала в косу, речь и манера двигаться стала более спокойной; из девчонки хоббитянка превратилась в женщину, и женщину счастливую, это было понятно.


И эльф порадовался за нее. За них обоих.


А потом, после ужина они погрузились в беседу, решив не тратить времени на сон, - ведь Ломэлин спешил, в Лориэне его ждала подруга.

Эльф рассказывал друзьям о Гаванях, и о том, как выполнив поручение, они с Ломэллосом получили еще одно, из-за какового и должны были срочно возвратится домой. А еще - как прошлой весной он встретил ее, -свое счастье, свою судьбу, и как радовался за него старший брат. И как он, Ломэлин, отправился навестить друзей потому, что скучал... .

И говорили Сорон и Фиалка - о жизни на новом месте, о лунной ночи в которую оба поняли, что не могут друг без друга, о страшной зиме, и волколаках, битва с которыми, как подчеркнула хоббитянка (муж ее лишь смущенно отмахнулся) была бы проиграна, если бы не мужество Сорона, и о том, как медленно вставала на ноги придавленная долгой нуждой страна, и о рождении их детей, и о том, какой урожай ждут нынешней осенью, и как поживают отец и братья... .


Проговорили всю ночь, а утром Ломэлин отправился дальше.

Но с него взяли слово вернутся. И эльф непременно собирался его сдержать.


11


Старый хоббит рассказывал, удобно устроившись в кресле. У ног его, на маленькой скамеечке сидел хоббитёнок, лет семи, и слушал, не сводя с деда глаз.

- Длинной и холодной, малыш, была зима 2758-59 года, а за ней пришли дни голодные и тяжелые, позже прозванные Днями Нужды.

Но, пускай нас зовут маленьким народом, однако мы умеем за себя постоять! Мы победили и одну из самых тяжких напастей -голод, и свирепых волколаков, пришедших в один из зимних дней, в поисках добычи сюда, в Шир, по реке, затянутой льдом.

Говорят, что не одолеть бы нам жутких тварей, если бы не странный некрасивый эльф, пришедший с востока вместе с одним из семейств Туков. Рассказывают, что он собирал отряды, давал указания четкие и ясные, и сам был впереди, в гуще битвы, и ни один зверь не ушел от его стрел.

- А откуда он был, этот эльф, дедушка?

- Не знаю. Никто не знает. Вроде, были у него два брата, только те здесь не задержались, сразу на Запад дальше ушли. А один из них на прощание ему свой самострел подарил -ну, его ты видел, над камином у твоего дяди висит.

- Ага, видел! А почему тот эльф здесь остался?

- Потому что полюбил одну из наших девушек, Фиалкой ее звали. Они поженились и было у них восемь детей - а вторая как раз и была твоя прабабка со стороны матери, понял, Бильбо?

- Понял, - кивнул хоббитёнок. - А как хоть того эльфа звали?

- Ну... имена-то у них чудные... Кто говорит - Сорог, кто - Сорон... Но, вроде, это не полное имя было, помню, твоя прапрабабка, Фиалка, писала подруге, что пришел к ним то ли друг, то ли родич мужа ее, эльф, именем Ломэлин, он часто их навещал. И ... да погоди, сейчас, -старый хоббит проковылял к письменному столу, и, порывшись в ящиках, достал кучку пожелтевших бумаг, из которых, поискав, отделил одну.

- Вот оно. То самое. Вот, она пишет ... . "А, послушав, как он играет на лютне, Ломэлин рассмеялся и воскликнул: Соронвэ, это чудесно!"...

- Соронвэ... - повторил Бильбо. - Ух ты... А почему же он еще не живет, если эльфы бессмертные?

- А он вслед за твоей прапрабабкой ушел, не захотел жить без нее. Сильно, говорят, ее любил. Но запомни, малыш - хоть и не любит твой отец говорить об этом, да и в роду Туков теперь помалкивают, - ох привыкли все за последние лет семьдесят дальше своего носа не глядеть, и всего, что не наше, сторонится! - так вот, запомни: в тебе эльфийская кровь! А это что нибудь да значит -не зря же чудеса рассказывают о Дивном Народе. Так что, есть в роду Туков немного от эльфов, есть!

- И во мне, да?

- И в тебе, малыш Бильбо, и в тебе. Ну да, скрывается оно до поры, но, чую, придет время, и ты еще себя покажешь, попомни мои слова.

Маленький Бильбо Бэггинс расплылся в улыбке и радостно кивнул: уж этого-то, он не забудет никогда!


Лия Шмидт, сентябрь 2002


1Urc - Орк (синдар.)


Текст размещен с разрешения автора.