Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Эланор, в соавторстве с Анжелой

ОТНЯТЬ ВЕРУ

              "...Но долог путь, и яростны враги.
              И только сила силу остановит...
              Как в Тишину войти по лужам крови,
              Меча не выпуская из руки?!"
              М. Семенова.


              "...Каждый сам, Его любя,
              Так решает для себя,
              Что выходит, будто Он решил.
              Но обходимся мы без
              Всяких Валарских чудес
              И других потусторонних сил.
              Вот стоим мы на плацу,
              И по каждому лицу
              (Этих лиц почти что миллион)
              Ясно видно, что все мы
              Индивидуумы -
              Просто каждый мыслит так, как Он!"
              Эоэлла.
1

Дверь была очень красивая, резная, с мелкими изящными завитушками...

Потолки высокие, сводчатые....


(Бой... крики...кровь, лязг оружия... Страх... всегда боялась битв, но попробуй, признайся кому-то, - засмеют.

Но я должна была быть там, это мой долг!

А что потом? Что там случилось?

...Свистели стрелы и с глухим чмокающим звуком втыкались в живую плоть. Я отчетливо слышала это, среди шума битвы... как странно...

А дальше?...Как тяжело вспоминается...

...Гарэйн! Увидала его белое, искаженное болью лицо, кровавое пятно, расплывающееся на рубахе, и рванулась вперед, - так поступил бы на моем месте любой целитель - ведь для этого я и при войске.

А после, - острая боль, и мрак...)


Ари откинула одеяло, попыталась приподняться на локтях... и бессильно упала обратно на подушку, ощутив сильнейший всплеск боли. Нет. Раны слишком тяжелы, скорее всего, потерянно много крови...

Повязка на груди была наложена, умело, - ей ли не знать.... И кто то позаботился переодеть ее в тонкую, приятно холодившую тело рубаху.

Голова кружилась, - от слабости, наверное.


(Но, - где я? Что это за место?... Неужели?!...

Нет!... Нет, только не у белых демонов!

Да, ладно, глупости, какие... Разве враги стали бы держать меня здесь, в такой просторной комнате, на мягкой кровати, да еще и не связанной и безо всякой охраны! Конечно же, нет! Мне ведь ведомы их жестокость и коварство!

А что если... что если все же...

Н...нет... Нет, быть этого не может, не должно!)


В коридоре, совсем рядом, послышались голоса. Девушка прислушалась - и похолодела.

Говорили на языке белых демонов! Эльфов!


"Значит, все же в плену" - первая мысль протекла как-то мутно, лениво, и лишь затем навалился страх.


Охваченная ужасом, Ари была не в силах даже рукой шевельнуть. Захотелось стать маленькой-маленькой, забиться в какую нибудь дыру, потемнее и поглубже, зажав уши руками... куда угодно, как угодно, только бы не видеть, не слышать их!


Дверь бесшумно растворилась, и он вошел и встал на пороге.


Эльф был высокий, в простой одежде, длинные золотые волосы собранны и подхвачены то ли лентой, то ли шнурком, - Ари помнила, это называется "конский хвост".

Он приблизился, - девушку начала бить дрожь, она съежилась под одеялом, моля Великую Тьму, чтобы демон не коснулся ее!


Ведь эти душу вынимают одним взглядом...


Эльф склонился над ней.

Ари напряглась, сжалась едва ли не в комок, боясь дышать. Перед глазами вдруг поплыли разноцветные пятна, и комната начала раскачиваться.... На миг девушка погрузилась в беспамятство, но почти сразу же, - будто водой холодной облили, - пришла в себя, вот только слабость нахлынула: теперь Ари была, вряд ли способна даже голову приподнять.

- Не бойся, девочка. - демон говорил на ее языке. Ари глубоко вдохнула.

- Как ты себя чувствуешь? - продолжал враг. Девушка вздрогнула: он что, издевается?!

- Где я?! - ее голос сорвался, - Что это за место?!


Эльф посмотрел ей в глаза: будто окунул в бездонное, серое озеро. Ари поспешила отвести взгляд: ведь вот так вот они и зачаровывают...

- Ты в Нарготронде. - ответил он.


Нарготронд!


О, она знала! Столько раз слышала об этом эльфийском городе, сокрытом так, что до сих пор не удалось его отыскать. И где, как не тут, жили самые искусные, самые опасные вражеские чародеи!

Здесь нужно остерегаться всего. Всего. Пищи, которую ешь, воды, которую пьешь, воздуха, которым дышишь. Все здесь пропитано их колдовством!


(Все. Это конец. Сколько здесь наших, наверное, сгинуло... Что меня тут ждет, кроме пыток и смерти?)


- Нарготронд... - чуть слышно повторила она.

Вдруг эльф взял ее руки в свои и сжал их. Ари дернулась, пытаясь вырваться, но демон держал крепко.


(Бедная девочка, как напугана... неудивительно, - мы для них чудовища. А ведь ей и двадцати нет...

Нужно ее успокоить, иначе и разговора не выйдет.)


Ари ощутила, удивившись самой себе - страх отступает. И сил вроде прибавилось....

Сама того, не замечая, она натянула одеяло, чуть ли не до подбородка, - всегда так делала в детстве, когда приходили плохие сны.

Демон отпустил ее руки. Сел у изголовья кровати.

- Ты... ты, что со мной сделал? - спросила девушка.

- Извини, - эльф улыбнулся. Голос его был красивым, звучным, - под стать прекрасному лицу. - Мне пришлось. Ты просто излучала страх, это мешало тебе говорить.

- Мне не о чем говорить с тобой! - воскликнула Ари.

- Тебе никто не причинит здесь вреда, - демон будто и не слышал, - Я просто хотел успокоить тебя.

Ари постаралась взять себя в руки. Нет, она не покажет этому, насколько боится его! Не даст врагу повода глумится над ее слабостью!

- Считай, что я спокойна. - Процедила сквозь зубы.

- Я рад, что тебе лучше. Постарайся сейчас не делать резких движений, чтобы не раздражать рану, хорошо?


Ха! Какая заботливость! Да за кого он ее принимает?!


- Тебе ничего не добиться от меня показным добродушием, демон!

Еще одна улыбка.

- А я разве чего-то от тебя добиваюсь?

- Если бы не хотел добиться, не оставил бы меня в живых!

- Добиваться я ничего не хочу... я желал бы познакомиться с тобой поближе, когда у тебя будет достаточно сил.

Ари села прямо, сжала кулаки.

- У меня и сейчас достаточно сил, чтобы не сломаться перед тобой, проклятый!


(Проклятый!... Собралась вести себя, как и подобает людям ее народа, попавшим в плен к нам - жутким тварям... Она так юна и горяча. И вряд ли поверит, что я не желаю ей зла...

Как объяснить?)


- Послушай, девочка, - успокаивающе сказал эльф, - Тебе никто не хочет вреда. Когда ты поправишься, сможешь вернуться домой.

- Это когда же? - язвительно осведомилась Ари, - Когда ты и подобные тебе, вашим чародейством вынут из меня душу?

- Чародейством... - он вздохнул - Ну, что ты. Если не захочешь - я не буду использовать чары даже в лечении. Но тогда оно займет больше времени.

- Зачем тебе лечить меня?

Золотоволосый демон пожал плечами.

- Чтобы ты выздоровела, разумеется.

Ари фыркнула.

- Скажешь, - вы всех пленных заботливо лечите, гладите по головке и отпускаете?

- У нас, их не было до сих пор. Почти не было.

- Почти? - она нажала на это слово.

- У меня живет твой соплеменник, - ответил эльф, - но он может покинуть город, когда пожелает. Он попал к нам случайно.

Девушка вскинулась, спутанные каштановые волосы разметались по подушке.

- Кто-то из наших?! Что вы с ним сделали?! И - как понять - случайно?

- Его раненным привез один из моих воинов... как оказалось, несколько лет назад этот человек спас его от смерти. Долг чести не позволяет убить того, кому обязан жизнью.

- А ты отобрал у него свободу?!

- Он едва не умер, пока его довезли, и я вылечил его. Он пока остался здесь моим гостем. Хасдор его имя, быть может, вы знакомы?


Хасдор.... Имя довольно редкое... Ари припомнила: был такой воин в одном из отрядов.... Из тех, что не вернулись.


- Что значит, - остался?! - девушке стало плохо, при одной лишь мысли о... - Как кто-то из нас может добровольно оставаться здесь?! Что вы сотворили с ним?! С его разумом, памятью?! Что???

- Ничего. Ровным счетом ничего. Он остался по своей воле.

- Не верю! - выкрикнула Ари. - Я хочу говорить с ним, хочу видеть, на что вы способны! А если,... если он предал... - ее серые глаза пылали гневом.

- Ты увидишь его. - Пообещал эльф - Но позже. А сейчас, не назовешь ли свое имя? Тебе, наверное, неприятно, когда тебя называют девочкой.

Девушка ответила не сразу.

- Меня зовут Ариаланна. А ты, - задумалась, на несколько мгновений. - Ты все время говоришь "мой воин", "мой гость" " здесь, у меня..." - кто ты?

Эльф помедлил.

Ариаланна была довольно бледна, но губы решительно сжаты: готова ко всему.


- Мое имя Финрод. Финрод Фелагунд.


Девушка вздрогнула. Неужели?!...

- Ты... ты здешний правитель!

- Верно.

- Неужто я настолько важна, что ты сам явился сюда?! Или тебе поразвлечься захотелось?!

Он молчал.

- Что тебе нужно от меня?! - Ари сорвалась едва ли не на крик. Грудь пронзила боль, девушка закашлялась и умолкла.

- А ты поверишь, Ариаланна? - Финрод смотрел очень серьезно.

- Вначале скажи.

- Дело в том, что я почти не знаю людей вашего народа. И боюсь, что наша вражда - плод непонимания. Когда я познакомился с Хасдором, то увидел - мы способны понимать друг друга. И я велел своим воинам: когда ясно, что ваших раненых не смогут после боя подобрать свои, - привозить раненых ко мне.

- Чтобы разрушать их души?!

- Разве я трогаю твою душу, Ариаланна?

- Пока - не трогаешь! Возможно, поджидаешь удобного момента! Вы, эльфы! Вам только поддайся!


(Ну да, не трогает он! Конечно, - сейчас нет! Ждет, чтобы я расслабилась - хотя бы на миг, чтобы доверилась ему! Ну уж нет - не дождется! Потому что... потому что они - подлые лжецы, чародеи и убийцы! Отец на их совести, и...и Гарэйн...

Нет, только о нем не надо. Если я сейчас расплачусь, - этот будет торжествовать. Нельзя плакать, нельзя выказывать даже тень слабости, нельзя!)


(Она не верит мне. Не хочет поверить. Как же объяснить ей, как доказать, что я не лгу? Ведь во всем она видит лишь хитрости и ловушки...)


Финрод попытался заговорить о другом.

- Ариаланна, может, ты голодна или хочешь пить?


Только тут девушка ощутила, что в горле пересохло. Фелагунд взял кувшин, стоявший на столике у кровати, наполнил из него прозрачный бокал. Жидкость была ярко-желтого цвета.

- Вот - протянул Ари. Она подозрительно покосилась на него.

- Что это?

- Яблочный сок. Пей, не бойся.


(Что они туда подмешали? Какую-то гадость, дурман?

Но выбора нет, - не могу же я совсем не есть и не пить...)


Девушка отхлебнула немного. Сок. Вкусный прохладный яблочный сок. И только.

Эльф наблюдал за ней.

- Все еще не доверяешь мне, так? Не желаешь поверить... или - не можешь?


Ари промолчала. Что бы она ни сказала, или ни сделала, - демон может постараться использовать это для своих целей. Необходимо беречься, - эти то твари всегда начеку.


...Тишина напрягала. Кусочек неба в окне раздражал своей синевой. Звук поставленного на стол бокала показался почти угрозой...


...И вдруг в полуоткрытую дверь комнаты просунулась рыжая кошачья мордочка. Зверек, - ему было не больше трех месяцев, - с любопытством огляделся, и вошел, с весьма важным видом.

- Ой! - изумилась девушка. И позвала - Кис-кис-кис.

Финрод оглянулся. Улыбнулся, увидев звереныша.

- Миэо! Опять прибежал!

Котенок тем временем подобрался к кровати, легко вспрыгнул на нее и принялся тщательно обнюхивать девушку.

- Чей он? - спросила Ари.

- Мамы кошки, конечно. Опять от нее сбежал... А вырастет - будет свой собственный.

Ариаланна погладила котенка, почесала за ушком. Тот развалился на одеяле, довольно урча, и девушка могла бы поклясться именем Тано Мелькора, что зверек улыбается.

- У вас что, животные вот так без призора и бегают? - спросила.

- Почему нет? - эльф пожал плечами - Они никому не мешают.

- Но на него же и наступить могут ненароком... или дверью зашибить...

- Что ты! Никто на него не наступит.


Ари почесала котенку животик, осторожно взяла двумя пальцами мягкую лапку. Зверек блаженствовал. В глазах Финрода искрился смех.

- Любишь кошек? - спросил эльф.

- Да. Я вообще животных люблю. А этот такой хорошенький!

- Ты ему понравилась. - заметил Фелагунд.

- Он мне - тоже... - Ари ласкала котенка. Просто девушка: милая, добрая... Это стало понятней, когда вдруг, незаметно для нее самой исчезли враждебность, отчужденность, страх.

Но Финрод не знал, надолго ли...

- Теперь он наверняка будет к тебе бегать, - сказал, и тоже погладил зверька. Тот принялся лизать его пальцы, видно, по старой памяти: несколько дней назад он получил из этих рук кусок вкуснейшей жареной печенки.

- Он знает тебя. - сказала Ари, - Ну, неудивительно, раз ты его хозяин.

- Говорю же, не хозяин я ему! Ведь не могу я быть хозяином всем котам и котятам, сама посуди! Они просто живут с нами.

- Живут... с вами... Ну, пусть. Но ты все еще не сказал, чего хочешь от меня.

- Поговорить хотел бы, если ты не возражаешь. Если не желаешь, - скажи, я уйду.


Остаться в одиночестве... Ари это не понравилось. Она знала: за притворным дружелюбием демона наверняка таится нечто совсем иное....


(Ну что же, эльф.... Почему бы и не померится силами... Ты оставайся, болтай побольше, - так ты, может быть, и проговоришься. А я буду начеку! Я пойму, чего ты добиваешься, какие хитрости используешь, и тогда... о, тогда я попытаюсь поймать тебя в твои же сети! А если не выйдет, - что ж, и проигрывать надо уметь достойно.

И Тано Мелькора я не посрамлю!)


- Поговорить... - она все гладила котенка, вольготно развалившегося на одеяле и жмурившего глазки от удовольствия. - Ну, можно и поговорить.


- Я видел - начал Фелагунд - ты очень испугалась, когда поняла, что находишься в Нарготронде?

- Испугалась. - зачем скрывать то, что так или иначе, понятно, - Я ведь знаю, на что вы способны.

- И на что же? - полюбопытствовал эльф.

- Вы... ваше коварство и жестокость мне известны! Я достаточно слышала об этом!

- Кто же тебе это рассказывал?

- Наши... Наши воины.

Девушке вспомнились долгие вечера у костров, лица товарищей, освещаемые бликами пламени, истории, от которых кровь стыла в жилах. Но тогда... тогда страх лишь щекотными мурашками разбегался по телу, заставляя сердце быстрее биться, ведь она-то находилась в безопасности, среди своих. И Гарэйн... Гарэйн был рядом, сильный и уверенный в себе.

Да, тогда он еще был рядом....


- Но ведь никто из ваших воинов к нам раньше не попадал. - продолжал Финрод.

- Не к вам в город, так вообще к эльфам! Все знают, что от вас не возвращаются, а если и возвращаются, так то уже не они... лишь бездушные тела их.

- А если не возвращаются, или возвращаются без души, - кто тогда мог рассказать об этом?

- Те, кому бежать удалось! И те, кого предупредили о вас.

- И ты сама с ними говорила?

- С ними - нет, но мне рассказывали, говорю же!


(Рассказывали...Интересно было бы послушать эти рассказы.... Моргот - отец лжи. Что он мог измыслить, какие распустить слухи? Истории о том, что мы похищаем , искажаем души - и эти люди им верили... Как велика сила веры, - и как часто ее обращают во зло!)


- Понимаешь, Ариаланна, - вздохнул эльф, - я точно знаю, что никто из ваших людей у нас не был раньше.

- У вас возможно. Но есть ведь и другие.

- Есть. Дориат, укрытый за Завесой. Хитлум, в который никогда не проникали ваши воины.

- Мне ведомо то, что, я слышала, - упрямо повторила девушка - А откуда мне знать, что ты сейчас мне не лжешь?

Финрод улыбнулся. Ари взглянула на него исподлобья.

- Я не лгу, - проговорил эльф, поймав ее взгляд - Если бы мы могли соприкоснуться разумами, ты бы это увидела.


Позволить ему захватить ее разум! Девушка отшатнулась, в ужасе.

- Нет, не смей!!!

Задремавший было Миэо, напуганный ее криком, вскочил и, выгнув спину, зашипел на невидимого врага.

- Я и не пробую, Ариаланна. - попытался Финрод успокоить девушку. - Если ты боишься этого, - твое нежелание само по себе будет щитом.

- Но ты способен проникнуть в мой разум, когда я засну! Я знаю!

- Не буду я этого делать, Ариаланна. Не бойся.

- Не будешь, да как же! - она уже была не в силах сдерживаться: горе, страх, гнев, - все всплыло на поверхность, и переливалось через край. - Это ты так говоришь! Но вы способны на любую подлость! Вы оставили меня в живых, скорее всего, лишь потому, что я не воин - это ведь было понятно! или потому, что я женщина - думали, со мной легче будет справиться! А так, - разве вам есть разница, кого убивать, - даже если они уже не в силах сражаться! Вы же все равно прикончите без всякой жалости!

В голосе Ари звенели слезы.

- Знаешь, Ариаланна, - произнес эльф, как можно мягче, - в том бою погибли многие, кого я знаю с детства.... Война не нужна ни моему народу, ни вашему.

Девушка опустила голову, рука, бессознательно поглаживающая золотистую спинку вновь улегшегося около зверька, застыла.

- Война отнимает любимых... - прошептала Ари чуть слышно.


(Война отнимает любимых... Амариэ.... Война отнимает любимых, ничего не давая взамен...)


- Он... был там? - эльф спросил, неожиданно даже для себя. Ариаланна вздрогнула: вопрос и ее застал врасплох, возможно, поэтому она и ответила.

- Да... был... но он, наверное, мертв теперь... вы же добиваете раненых... А вам... что вам смерть, я же знаю, что вы возрождаетесь вновь!


(Возрождаемся.... Если бы так просто!)


- Погоди немного. - Финрод вышел, сопровождаемый вдруг решившим оставить комнату котенком, однако вскоре возвратился, неся какой то сверток и кожаный пояс с искусно сделанной пряжкой в виде дракона.

- Посмотри, - протянул его девушке - Он тебе не знаком?


У Ари задрожали руки.

- Такие пояса были у многих... у него тоже... У нас их один мастер делал, в городе, парням нравилось... Но... зачем ты мне это показываешь?.. Ты что... - и побледнела, ошеломленная внезапной догадкой, - хочешь сказать, что кто-то... кто-то из моего отряда...

- Взгляни еще сюда, - Финрод развернул сверток: это оказалась разорванная рубашка с вышитым воротом.


Ари посмотрела.

И - узнала.

- Гарэйн! - воскликнула, закрыв лицо руками. В голове зазвенело, перед глазами поплыла тошнотворная зелень...

Финрод коснулся пальцами ее висков, и муть прошла. Девушка вырвала у эльфа рубаху, прижала к груди.

- Значит, - произнес Фелагунд, - его имя Гарэйн. Не волнуйся, Ариаланна, он жив!

Ари вскинула голову, глаза ее засияли.

- Жив! О, Великая Тьма! Но где он?!

- Здесь, недалеко. Он...

- Ему очень плохо, да? - слова посыпались, перегоняя друг друга, - Он был ранен, я видела, я же вытащить его пыталась, когда и меня тоже! У него серьезная рана?! Его жизнь в опасности?!

- Говоря честно, он чуть не умер... ты могла бы его потерять, если б мы опоздали привезти его.

Финрод предпочел умолчать о том, что, чтобы вытащить Гарэйна, пришлось прибегнуть к чарам. Спрашивать согласия было некогда - еще немного, и парня было бы уже не спасти....

Но Ари поняла: эльф чего-то недоговаривает.

- Ты над ним колдовал? Так?! Я ведь видела, куда его ранили!

- Я его вылечил, Ариаланна.... нашими способами. - пришлось признать, - Был вынужден - иначе бы он умер. Так что сейчас он почти здоров, хотя и ранен, был серьезнее тебя.

Она закусила губу, помолчала.

- Я смогу увидеть его? - спросила, наконец.

- Ты не встанешь сейчас сама... разве что я отнесу тебя или позову его сюда.

Вновь пауза.

- Ты говорил с ним? О чем?

- Он почти ничего не сказал. Не назвал даже имени. Он не верит мне и боится, хотя скрывает страх. И он не знает пока, кто я.

- Погоди, - девушка потерла лоб рукой, - Я не понимаю, почему ты вообще показал мне пояс? И рубаху? Откуда ты мог знать, что он... что он... что мы.... Или ты влезал в его мысли?! Или в мои?!

Финрод улыбнулся.

- У вас на одежде одинаковая вышивка.

- Ах, ну да... - Ари закраснелась: веснушки утонули в румянце.

- Красивая вышивка, - сказал эльф, - моя невеста тоже любит похожее...

- У тебя есть невеста? - в голосе девушки прозвучало неподдельное удивление.

- Есть, но она осталась в Амане. За Морем. Не знаю, увидимся ли мы еще....

Девушка была изумлена: белый демон и... и любовь? Раньше она как-то не задумывалась о том, могут ли враги испытывать это чувство. Ну да, конечно, они тоже живые существа, и все такое, но... ей просто не приходило в голову...

Однако Финрод как будто не лжет: вон какие у него глаза грустные стали...


И тут, словно кинжалом кольнуло: если Гарэйн здесь, то, возможно...

- А Гарэйн у вас один? - спросила торопливо, - Или есть еще кто-то, из наших? После этого боя?

- Да. Есть еще один. - Финрод не собирался лгать.

- Кто?

- Он не назвался.

- Он тоже ранен? Опасно?

- Не очень, слава Эру.

Девушка дернулась, при упоминании Единого, но Финрод, будто ничего и не заметил.

- Какой он? Опиши. - Попросила Ариаланна, - Я всех наших знаю.

Эльф задумался на миг.

- Темноволосый, высокий, по виду лет на десять тебя старше, глаза зеленые. На лице у него шрам - на лбу и через бровь....

- Ах да! - встрепенулась Ари, - Конечно же, Хаттар!

- Вы родня? - полюбопытствовал эльф.

- Мы из одного рода.

Финрод кивнул, принимая к сведению. Но к девушке вдруг вернулась вся ее подозрительность: она будто вспомнила, что беседует с врагом.

- А с ними ты как намерен поступить?

- Так же, как с тобой, конечно.

- Почему я должна верить твоим словам?

- А ты не должна, Ариаланна. Вера твоя принадлежит лишь тебе.


(Вера моя... Вера моя в Тано Мелькора , а такие как этот эльф, - самые опасные лжецы...

Вначале котенок, потом вся эта болтовня о вышивках и невесте за Морем...

И я ведь позволила себе расслабится! Так, что я уже наговорила? Пока вроде ничего - только имена. И о том, что Хаттар старший, не обмолвилась.... Но надо быть осторожнее - намного осторожнее! Хитростям белых демонов нет числа!


С Гарэйном бы сейчас посоветоваться, - не зря же он в детстве беседовал с самим Тано...

Да, Гарэйн научит, что делать, а то я совсем уже ничего не понимаю.... Запуталась,...

Мне нужен он, его помощь, совет... Его или командира.

Но пока - как можно скоре увидеть Гарэйна. Самой убедится, что он в порядке.

Вот будет рядом, обнимет: хоть на миг станет легче...)


- Тебе я верить не могу. - голос Ари был сух.

- Со временем ты во всем убедишься сама. - ответил эльф.

- В чем - во всем?!

- Вы - все трое - сможете, когда полностью поправитесь, уехать, как только пожелаете. Вас никто не собирается удерживать здесь силой.


(Это ловушка! Какой-то коварный замысел! Мне не разобраться в этом одной...)


- Я хочу видеть Гарэйна. - произнесла девушка.

- Прямо сейчас?

- Да. Мне нужно поговорить с ним. Если это не... не повредит ему.

- Наоборот, надеюсь, это ему поможет.

- Тогда я хочу к нему. Теперь же.

- Лучше я приведу его к тебе. - предложил Финрод.

- Приведи! - кивнула Ариаланна.

Эльф покинул комнату. Девушка осталась ждать.


2


Финрода не было довольно долго. Но, наконец, дверь, растворилась вновь, и он вернулся. А вслед за ним вошли двое эльфов-стражей, и между ними - они поддерживали его, - стоял светловолосый парень... Гарэйн!


Долгий, бесконечно долгий миг узнавания...

Ари вскочила, забыв о слабости и ранах, кинулась к любимому... и была наказана за свое безрассудство: молнией сверкнула боль, подкосились ноги, успела лишь проклясть собственную беспомощность, да увидать, как колышется, расплываясь, вдруг оживший пол...

...Чьи-то руки подхватили девушку, не дав упасть, прохладные надежные руки, и послышался гневный голос Гарэйна "Не смей касаться ее!"... а потом она вдруг оказалась в объятиях милого.

Юноша отвел ее к кровати, усадил, ни на миг не отпуская, и Ариаланна блаженно склонила голову к нему на плечо.

- Гарэйн... любимый.

- Ари... - он ласково гладил ее по волосам. - И ты тоже здесь.... А я так надеялся, что ты спаслась!

- Я уже и не думала, что вновь увижу тебя... - прошептала девушка. Каждое слово отдавалось глухой болью в груди: раны растревожила.

- Мы вместе, - парень осторожно прижимал ее к себе, словно желая защитить от всякого зла, - Я тебя им не отдам, не бойся!


Правитель Нарготронда наблюдал за людьми, отойдя к столу. Один из эльфов подошел к нему.

- Финрод, надо бы осмотреть раны девушки. Они открылись вновь, это может быть опасно. Все же, две стрелы в грудь...

- Да, - кивнул Фелагунд. - Но ее жизни уже ничто не угрожает, так что дай им еще немного времени. А пока выйдем....

Эльфы вышли. Люди, занятые друг другом, едва обратили на это внимание.

- Гарэйн, скажи, тебе ведь не причинили зла? Что с тобой было здесь? - спрашивала Ари. Потому ли, что любимый был теперь рядом, или из-за чего-то иного, но ей вновь стало легче.

- Пока ничего и не было... я ведь совсем недавно пришел в себя. За мной хорошо ухаживали, являлся и тот, с золотыми волосами, а сегодня, едва я успел проснуться, пришли эти...

- А о чем правитель Нарготронда говорил с тобой?

- Правитель Нарготронда? - недоуменно переспросил Гарэйн. Ари вспомнила: Финрод не назвался ему.


(Хм, а интересно, отчего? А вдруг он никакой и не правитель?...)


- Да, - сказала, - этот эльф, золотоволосый... по его словам он Финрод Фелагунд, правитель Нарготронда... Хотя, конечно, он мог и солгать.

- Он, - правитель? - изумился юноша, - Да разве же такой может быть правителем? Одет как.... - он замялся, - и вообще... Короли их - они со свитой должны быть... а этот...

- Верно, - согласилась девушка, - для правителя одет он слишком просто. Но - он что-то с тобой делал? О чем вы говорили? Что было-то? Расскажи!

- Да ничего, в общем, - Гарэйн пожал плечами, - целитель как целитель,... пришел, спросил, как я.... Но, - он помедлил, собираясь с мыслями, - знаешь, когда я очнулся -, здесь, в первый раз, - я вроде как уже был здоров,... но я точно помню, что меня ранили... и от таких ран, поверь, просто не вылечить! Я бы сейчас должен лежать пластом, если не...

- Если не в яме, - докончила за него Ари, - Ты мне рассказываешь! Ведь я же была поблизости, когда в тебя стрелы попали!

- Вот-вот, - кивнул юноша, - Ну, и как это понимать?

Ари молчала, теребя уголок подушки. Финрод (или тот, кто зовет себя его именем) ведь сказал ей, сказал.... Но - как открыть такое Гарэйну? Она и сама исподволь приглядывалась к другу, стараясь понять: он ли это? Остался ли прежним? Ведь колдовство эльфов так могущественно...


Гарэйн слишком хорошо знал свою милую, чтобы не заметить: она чем-то смущена, ей известно, нечто, что, должен бы знать и он, но Ари боится говорить об этом... почему?


(Что она скрывает?... Неужели?... Неужели все же - чары?.... Нет, во имя Тано Мелькора, нет!...

А вдруг... а вдруг это уже не Ари?... Что если они вынули ее душу и использовали тело, для того, чтобы?...

Да что ты, Гарэйн, перестань! Как будто ты можешь не узнать свою малышку...

Взгляд, и голос, и привычки - все то же.... Это она, Ариаланна-целительница, моя Ари...

Но, все же....)


Гарэйн молчал, терзаемый мрачными мыслями. Ариаланна не смела поднять на него глаз.

- Чары... - наконец вымолвил юноша. И тут Ари решилась.

- Милый... эльф мне сказал,... что действительно лечил тебя чародейством.


Словно оборвалась звенящая струна мгновения...


- НЕТ! - в отчаянии выкрикнул Гарэйн, обхватив голову руками. Вокруг все рушилось, менялось с непостижимой быстротой, из пасти белых зверей вырывались языки пламени, обвивая ослепительно-смертельные клыки, раздирающие на клочки родной, привычный мир...


Теперь он знал, как сбываются кошмары...


- Что же это... как же... я теперь - не я?!.. Ари, Ари, скажи, что со мной?!

- Гарэйн! - девушка обняла милого, прижала к себе изо всех сил, словно стараясь удержать, оттащить от края неведомой бездны.... - Ты,... но разве,... ты разве чувствуешь что-то... не то?....


Юноша вроде бы успокоился, помолчал, прислушиваясь к себе.


- Нет... пока, кажется, нет.... Но разве можно этим доверять?! Они же могут вынимать души,... я знаю... или искажать так умело, что и не заметишь...

Гарэйн дышал тяжело, светлые волосы растрепались. Ари готова была заплакать: да что же это такое творится?!

- По словам этого эльфа, - вспомнила, - ты умер бы, если б тебя не лечили чародейством... но опять же - только по его словам...

- Да разве можно их словам верить?! - вскричал юноша, - Они же - нелюдь!!!

- Верить нельзя... - девушку начало колотить, она прильнула к милому, ища спасения в тепле его любви, - Мне страшно, Гарэйн... очень страшно...


Парень покрепче обнял подругу. Какое-то время оба молчали.


(Вот что. Я обязан взять себя в руки. Успокоится, хоть как-то.... Быть в состоянии рассуждать.... Во имя Тано, который был уверен, что вырасту хорошим воином, - пусть и говорил я с ним всего лишь раз... И ради Ари...

Да, теперь убедится - бы, что она - действительно она...

И я - я...

И это все - настоящее, а не морок какой-нибудь...)


- А тебе... говорили, что нибудь о том, что собираются делать с нами? - немного погодя спросила Ариаланна.

- Нет, пока ничего. Только золотоволосый сказал, что мне ничего не угрожает. Чтобы я не боялся.

- А мне он говорил...

- Что?

- Что нас отпустят, как только мы поправимся,... что мы сможем уехать домой. Но разве можно верить подобному - да еще и из уст белого демона?

- Отпустят? - Гарэйн был в недоумении, - Отпустят просто так, безо всяких условий?

- Да.

- Странно.... Здесь что-то кроется, Ари. Что-то нехорошее.

- Я тоже так подумала... Я больше всего боюсь их колдовства. - призналась девушка, - А если они вложат в нас нечто,... нечто, что проснется лишь, когда домой прибудем,... и тогда...

Гарэйн не знал, что на такое ответить, однако понимал: Ари права, подобное вполне может случиться.

- Послушай... - вспомнила девушка, - ты, верно, не знаешь... Хаттар тоже здесь. Он в порядке... по словам эльфа.

- И он тоже... - защемило сердце, но вместе с тем легче стало: командир рядом. Может быть, втроем они найдут какой-то выход, разгадают хитрость демонов?

- И еще... - продолжала Ариаланна, - Этот эльф сказал мне, что тут довольно давно живет еще один из наших... Зовут Хасдор... И он остается здесь по своей воле...

- Добровольно? Как такое может быть? Что они с ним сотворили?

- Не знаю. Я еще не видела его.

- Возможно, он просто предатель. - над этим Гарэйн долго размышлять не стал. Встретятся, - и все станет ясно. А вот Хаттара повидать бы надо... и поскорее.

- Гарэйн, - Ари смотрела с надеждой, - что же мы теперь будем делать?..

- Посмотрим.... Дадут уехать, - уедем. Но нужно быть начеку, и выбора особого у нас нет.

- Но неужели никак нельзя распознать, замешано ли во всем этом чародейство?

- Не знаю... однако, даже если замешано - нужно ему противиться, а не падать духом.

- Но как противится? Ведь мы-то не колдуны. Отвратительно ощущать подобную беспомощность! Милый, я чувствую себя мухой в паутине!

- Ничего не бойся. - парень сжал руку подруги в своей, - Ведь Тано Мелькор всегда с нами, его Сила охранит нас! И потом - я рядом. Ищи опору в вере в Великую Тьму и во мне.


(Во мне,... да что я тут могу?... Вот разве что - убить всякого, кто ее хоть пальцем тронет...

Со всеми, конечно, не справлюсь, но одного-двух с собой заберу...

А в остальном, - молится надо Великой Тьме и Тано Мелькору... Он нас не оставит!)


Ари благодарно поцеловала любимого. Она и не сомневалась: он найдет нужные слова, те, что заставят ее почувствовать себя уверенней и сильнее, знала, что на Гарэйна может положиться во всем и всегда.


... Дверь растворилась, - уже в который раз. Фелагунд вернулся, сопровождаемый теми же воинами.

- Простите, что я помешал вам. - сказал, - Ариаланна, я хотел бы осмотреть твои раны.


Девушка глядела с опаской, в глазах же Гарэйна читалась, наряду со страхом, почти неприкрытая ненависть.

- Что ж... - промолвила Ари, - Смотри.

Эльф приблизился.

- Ты позволишь? - протянул к ней руку.

- МЫ позволим. - сказал человек, - Но только попробуй причинить ей вред!..

Финрод развязал рубашку на груди у девушки, обнажив перевязки, наложил пальцы поверх них. Ари ощущала, как эльф слегка надавливает, будто массирует края раны прямо через повязку... и боль, все еще досаждавшая ей, постепенно улеглась.

- Не вздумай применять свои чары! - предупредил Гарэйн: в голосе его прозвучала угроза.

- Не потребуется. - Ответил Финрод, - Итак все идет хорошо. Дней через шесть твоя подруга уже сможет ходить без опаски за свое здоровье.

- А когда она поправится, - когда мы все будем здоровы - вы дадите нам уйти? - спросил юноша.

- Да, Гарэйн. И я обеспечу вас всем, необходимым для дороги: лошадьми, припасами, чтобы вы смогли до своих добраться. Если же захотите скрыть, где вы были - можем даже придумать подходящую достоверную историю, чтобы вас не заподозрили в предательстве.

Человек продолжал внимательно разглядывать эльфа, и ничего хорошего этот взгляд не предвещал.


(В какую игру ты играешь, демон? Что ты замыслил?...)


- И что тебе это даст? - спросил, - Вначале пленил нас, теперь отпускаешь. С тем же успехом могли бы нас не трогать - свои бы подобрали.

- Гарэйн, я просто хотел познакомиться с вами, - ответил эльф, присев на стул, - Посмотреть, какие вы. А ваши вас бы не подобрали. Тот отряд уничтожили, а других поблизости не было... вы бы просто умерли там.

- Уничтожили? - повторила Ари. Они с Гарэйном растерянно переглянулись.


Финрод отвел взгляд: этим двоим лишь предстоит осознать, насколько глубока потеря... Их товарищи, еще недавно живые, мыслящие, чувствующие... - никого из них больше нет теперь.

Нет. Страшное слово.

А больнее всего от необратимости случившегося: да как же это так?! Ведь еще совсем недавно!.. с этим я говорил, с тем поспорил, тот передал мне забытый плащ...

И вдруг...

Постигнуть почти невозможно - это Фелагунд знал по себе. Поэтому и предпочел сообщить об этом вот так, просто, как бы мимоходом, без тяжелых красивых слов.


Ариаланна молчала, отвернувшись. А Гарэйн спросил:

- Значит, ты действительно здешний правитель?

- Да. Я Финрод, прозванный Фелагундом, и я правитель Нарогарда.

- Хм... Ты не похож на правителя.

- А каким должен быть правитель, по-твоему? - эльф не мог не улыбнутся.

Юноша не сразу решил, как сказать.

- Ну... более величественным, что ли... Правители и одеваются по-другому... И вряд ли сами ухаживают за раненными пленными, будто простые целители.

- Значит, - в тон Гарэйну ответил Финрод, - я неправильный правитель.

- Странный ты, это правда... - подала голос Ари.

- Да, странный, - подтвердил ее друг, - Только враг - всегда враг.

- Жаль, если вы будете считать меня своим врагом, - покачал головой эльф, - ведь вы не враги мне.

- Разве? - язвительно усмехнулся человек, - тогда отчего же твои воины продолжают убивать наших? Или они не разделяют взглядов своего владыки?

- Война есть война. - У Фелагунда не было иного ответа, хоть он и знал, что этот из рук вон плох, - А вы разве не нападаете на эльфийские отряды, что попадаются вам, чтобы их уничтожить?

- Мы лишь исполняем приказы. - Гарэйн замешкался, прежде чем ответить, но взгляда не отвел.

- Верно, - кивнул правитель Нарготронда, - Именно поэтому вы не враги мне.

И поднялся.

- Что ж... Я оставлю вас. Кстати, распоряжусь, чтобы вам принесли поесть. Гарэйн, ты теперь можешь приходить к Ариаланне, когда захочешь. Но все же постарайся слушаться целителей. А тебе, Ариаланна, было бы неплохо сейчас поспать.

Финрод вышел, и стражи последовали за ним. Но, в оставшуюся полуприкрытой дверь, люди видели, что оба эльфа остались снаружи.

- Охраняют... - проговорил Гарэйн.

- Да... - Ари зевнула, ощутив вдруг ужасную сонливость, - Но в одном он прав: очень спать хочется...

Девушка легла, и друг прикрыл ее одеялом.

- Тебя будить, когда еду принесут?

- Нет... Я не слишком голодна, спать больше охота... - у Ари просто глаза слипались. - Гарэйн... ты побудешь со мной?...

- Да, милая, конечно. - Юноша коснулся губами ее щеки. - Я рядом. И, когда проснешься, я тоже буду здесь...

- Хорошо... - она закрыла глаза, и почти сразу же глубоко уснула.


Гарэйн сидел на краю кровати, рассеянно поглаживая руку подруги. Он вспоминал.

Вспоминал их, - друзей, почти братьев... Больше двух лет они воевали бок о бок... Да, теряли многих, но чтобы вот так...

Человек не знал, чем заполнить вдруг возникшую горькую пустоту. Верно, всегда есть Тано Мелькор... И Ари... И Хаттар, вот, жив... Но,... но ребята...


Хаттар.

Им нужно встретится.

Сейчас.


(Фелагунд ведь не запретил мне выходить отсюда... а стражи, возможно, проводят меня к командиру,...раз уж они тут решили играть в доброту и благородство...

Ари будет спать еще долго, - я успею, к ней вернутся...)


Гарэйн обратился с вопросом к эльфу, принесшему еду.

- Еще один наш друг здесь. Его имя Хаттар, его взяли вместе с нами. Я могу его видеть?

Белый демон помедлил немного. Поставил поднос на стол.

- Хорошо. Я провожу тебя к нему. Потом ты собираешься вернуться сюда?

- Да. До того, как она проснется.

Эльф склонил голову, в знак согласия.

- Пойдем. - сказал. И кивнул на дверь, как бы веля человеку идти первым.


3

Облаченный, подобно Гарэйну, в одежды, данные эльфами, Хаттар выглядел немного непривычно. Однако, уже после первых фраз, которыми они обменялись, Гарэйн подумал, что кто-кто, а уж его командир точно настоящий: спокойный, жесткий, уверенный в себе.

- Значит, из всех остались в живых лишь мы трое, - сказал, выслушав рассказ своего воина, - Что ж. А в Ариаланне ты уверен?

- Я ни в ком сейчас не уверен, - признался юноша, - Даже в себе.

- Это правильно, - кивнул Хаттар, внимательно разглядывая парня, от которого его отделял лишь стол... да еще восемь лет воинского опыта. - И я не знаю, Гарэйн ли ты, или лишь его оболочка. Точно так же как и тебе не ведомо, я ли тот человек, под началом которого ты пробыл последние два года.

- Но... - растерялся юноша. - Но как же тогда... то есть, я хочу сказать, если мы не можем верить друг другу...

- Верить, - нет. Однако держатся вместе, - обязаны. И я, разговаривая с тобой и с Ариаланной, буду надеяться, что вы те, кого я знаю вот уже столько времени. Точно так же должны поступать и вы, однако при малейшем подозрении...- Хаттар сделал выразительную паузу. - Ясно?

- Не очень, командир...

- Повторяю: здесь и сейчас я буду по-прежнему видеть в вас Гарэйна и Ариаланну, пока некое слово или поступок не заставит меня считать иначе. Так же и вы должны относится ко мне. Теперь понятно?

- Да.

- Отлично. Тогда запомни - нас здесь всего трое, против белых демонов. Нет сомнений: их разговоры о том, что нам предоставят свободу - хитрая ловушка.

- Чего же они добиваются, командир?

- Скорее всего, пытаются рассеять наше внимание. Для чего, - пока не уверен, но, судя по тому, что мне известно, эльфам гораздо легче завладевать душами, когда человек доверяет им.

- Я понял. - с готовностью кивнул юноша, ощущая все возрастающую уверенность в себе.

- Хорошо. Как твое здоровье?

- Нормально.... Вот только.... То, что сказала Ари... о чарах... Командир, если я...

- Успокойся, Гарэйн. Пока - насколько это возможно в нашем положении, - я не вижу причин для волнения. Все что вам надо делать, это - быть начеку. И оставаться готовыми к моим распоряжениям. Любым. Понятно?


(Действительно, Гарэйн кажется самим собой. Но, возможно, только кажется. Нельзя терять бдительность. И - я должен побеседовать с Ариаланной. Может быть, это поможет мне понять, является ли Гарэйн Гарэйном.... И она - прежней Ари. Однако, так или иначе, верить мне здесь нельзя никому, кроме самого себя...надеюсь...

А белые демоны... что ж, если они действительно вернут нам свободу, мое пребывание тут пойдет на пользу нашему делу... насколько это возможно.)


- Да, командир.


Гарэйн почувствовал облегчение: наконец-то все встало на свои места - был солдат, и был командир, твердо знающий, как должен поступать его воин.

Ну что ж, все правильно. Кому еще принимать решения, как не более опытному и старшему по званию?


- Я могу вернуться к Ари, командир?

- Конечно, - Хаттар, наконец, позволил себе улыбнутся, - Передай ей от меня, чтоб быстрее поправлялась: она нужна Тано Мелькору. И нам. А чуть позже я сам навещу ее. Тогда и поговорим втроем. И, может быть, даже встретимся с нашим соплеменником, что находится здесь... возможно это нам что-то даст.

- Хорошо, командир. - Гарэйн поднялся, Хаттар тоже, и, приблизившись к юноше и, понизив голос, добавил, - Вот еще что. Помни - и у стен есть уши... Особенно у этих.

- Я понял. - и воин покинул комнату старшего товарища, обнадеженный его решимостью, но все же взволнованный и немного напуганный: ведь из под знакомых лиц подруги и командира расплывчато, но все чётче и чаще проглядывали уродливо оскаленные морды чужаков....


Тот же эльф проводил его обратно к Ари: Гарэйн заметил, что, стража у двери ее комнаты, как и у комнат его самого и Хаттара, расположенных одна за другой, была очень хорошо вооружена.

Собственно говоря, человек ничего иного и не ожидал.


4

Хасдор почти не выходил из комнаты, отведенной ему. Вначале был слишком слаб, потом - просто не хотелось. Занять себя было особо нечем, если не считать размышлений, и он много упражнялся, восстанавливая силы после ранения.


Меч того эльфа рассек плоть и задел кость - нога почти омертвела. Да еще и удар кинжалом пришелся под левую руку: войди клинок на волосок выше, и даже Фелагунд, со всем своим чародейским искусством, не смог бы спасти человеку жизнь.

Теперь ему казалось иногда, что лучше бы так и случилось.


...Послышался негромкий стук в дверь. Хасдор вытер рукавом вспотевшее лицо, отворил, и несколько удивившись, при виде стоящего на пороге, посторонился, давая ему пройти.

- Государь Финрод!

- Приветствую, Хасдор. - кивнул эльф, - Как себя чувствуешь? Вижу, ты времени зря не теряешь....


Бывший воин Моргота присел на поврежденной ноге, и, чуть поморщившись, поднялся.

- Я здоров. - усмехнулся.

- Отлично. Значит, я не зря старался.

- Что ж, жаловаться грех... - пробормотал Хасдор, надеясь, что Фелагунд не станет продолжать беседу на эту тему.

- Хасдор - начал Финрод, - я пришел сказать тебе, что у нас в гостях твои соплеменники.

Человек помрачнел.

- Сколько их и что с ними? - спросил.

- Их трое, - Фелагунд назвал имена, - девушка еще совсем юна, - она целительница, ее друг - простой воин, и командир их отряда. Обычная история: бой на границе моих владений... спасти удалось только их. Ведь ваши раненые предпочитают убивать себя, когда понимают, что могут попасть к нам.

- Ты знаешь, почему я не могу их за это осуждать. - стоило лишь вспомнить, и сердце заныло. Все казалось, что совершил нечто постыдное: только вот Хасдор так и не смог понять - когда?: приняв решение, или же в последний миг отступившись.

- Знаю, - согласился эльф, - У вас свое отношение к смерти, у нас свое. Но, как бы там ни было, сейчас они живы. И не верят, что им ничего не угрожает. Девочка, увидев меня, поняв, где находится, перепугалась, и мне стоило большого труда успокоить ее. А мужчины полны ненависти. Ненависти и страха.


Лицо Хасдора было спокойно, но услышанное он принял гораздо ближе к сердцу, чем старался показать.

- Они и не поверят тебе. - лишь промолвил.

- Мне - нет, - согласился Финрод, - Но тебе - возможно. Ты мог бы объяснить им, что они в безопасности?

- Не уверен. - человек задумался: ведь он и сам сейчас стоял на перепутье, не зная, в какую сторону свернуть, - Всего сорок дней назад я бы вряд ли поверил....Но ты прав, государь. По крайней мере, попробовать стоит.

- Они ожидают подвоха. - Сказал эльф, - Уверены, что я желаю изменить их, сломать их души. Из-за этого страха девушка запретила лечить ее нашими способами - теперь ей придется выздоравливать дольше...

- Не вижу в этом ничего странного. Я так понимаю, ее жизнь вне опасности, иначе бы запрет тебя не остановил?

- Верно. Как и жизнь их командира. А вот ее друга пришлось вытаскивать почти из-за грани смерти.

- И его лечили Силой?

- Да. Быть может, милосерднее было не делать этого, - но я понял, что девушка - его... подруга. Каково было бы ей пережить гибель любимого?

Хасдор вздохнул.

- Разве тут скажешь, что милосерднее? Это зависит лишь от них.

- Навести их, Хасдор. - человеку показалось, или в голосе эльфа действительно прозвучали просящие нотки?... - Они в палатах исцеления - я провожу тебя, когда ты будешь готов.


(Когда буду готов?... Ох, вряд ли.... Не теперь, уж точно.... Да что там, я просто боюсь этой встречи!... Тем более, если окажется, что кто-то из них мне знаком...

Страшно.... Но не признаваться же в этом Фелагунду!)


- Я готов. - спокойно сказал человек. - В любое время.

Эльф кивнул.

- Тогда пойдем сейчас, если ты не против.

- Пойдем. - Коротко ответил Хасдор, и оба покинули комнату.


...Ари отлично выспалась, но возвращаться в жизнь не хотелось. Разомкнуть веки, снова осознать события последних дней, размышлять, мучительно сомневаться, - все это сейчас было слишком тяжело. Девушка предпочла оставаться в сладкой полудреме, ласковой, будто речные воды в солнечный день...


- Ариаланна? Ты не спишь? - этот голос заставил ее открыть глаза. У двери стоял Финрод.

- Нет... уже нет... - девушка зевнула, прикрыв рот ладонью. И тут же спохватилась, - А Гарэйн где же?! Он обещал, что будет здесь, когда я проснусь!

- По-моему, он в комнате Хаттара. - Эльф приблизился к кровати, - Ты проснулась раньше, чем он ожидал.

- А, вот как... - Ариаланна выглядела теперь лучше: исчезли бледность и затравленный взгляд. Но недоверие никуда не делось.

- Я вижу, ты быстро идешь на поправку, - заметил Фелагунд.

- Я себя нормально чувствую, - отозвалась девушка.

- Это хорошо. Ариаланна, я рассказал про вас Хасдору, - помнишь, я говорил тебе о нем?

Ари потребовалось пара мгновений, чтобы понять, о ком идет речь.

- Да.... Помню.... И что?

- Он здесь. Если хочешь, я позову его.


(Наш, остающийся тут по доброй воле.... Эх, если бы Гарэйн был сейчас здесь! Но ладно: я и сама разберусь, в чем дело, я смогу распознать, были ли пущены в ход чары...

Надеюсь, смогу...)


- Позови. - сказала девушка и села в постели, укрыв захолодевшие отчего-то ноги одеялом.


Финрод выглянул в коридор, знаком подозвал Хасдора, напряженно ожидавшего у двери. Тот криво улыбнулся, стараясь не выдать волнения, и вошел.


Ари увидала мужчину лет тридцати, черноволосого, худощавого, одетого в темно-коричневые рубаху и штаны. У него были плечи лучника и немного мрачный взгляд темных глаз. С огромным облегчением, отчего то сопровождавшимся разочарованием, девушка поняла: она не знает его.


- Ариаланна, это Хасдор. - представил Фелагунд.

- Здравствуй. - произнес человек. Голос был хрипловат.


(А она совсем молоденькая... Целительница.... Хм.... Но мы не знакомы...

Ну что ж, оно и к лучшему.)


- Приветствую. - кивнула Ари. Предатель ли перед ней, или лишь жертва белых демонов: - это еще предстояло выяснить...

- Извини, не могу сказать, что рад видеть тебя - здесь, - человек немного смутился под пристальным взглядом девушки.

- Но ты, как видно, своим пребыванием здесь не тяготишься, - заметила она.


Хасдор бросил быстрый взгляд на Фелагунда, державшегося чуть позади.


- Не суди, не зная всего, - сказал.

- А хотелось бы узнать...

Мужчина понимающе кивнул

- Что ж, от тебя у меня секретов не будет


(Не будет,... кроме тех, что таю от себя самого....)


Тут Финрод будто прислушался к чему-то, и, бросив уже на ходу, "Я вас оставлю. Хасдор, дорогу обратно ты найдешь..." поспешно вышел.


Люди переглянулись.


(Ушел...не хочет мешать, или испугался, что разоблачу его колдовство?)


(Интересно, что там произошло такого срочного? Надеюсь, нас-то это не касается...)


- Ты, значит, был одним из воинов Тано Мелькора? - чуть погодя, спросила Ари.

- Да, был. Наш отряд попал в засаду и весь погиб.

- А что стало с тобой? Как ты попал сюда?

- Меня нашли еще живым и не стали добивать. Взяли, притащили...

- И ты - остался здесь? - глаза девушки сузились.

- Остался - не стал отрицать Хасдор, - Пока заживала рана.

Он догадывался, каким будет следующий вопрос. И не обманулся.

- Разве ты до сих пор страдаешь от нее?

Человек придвинул стул поближе к кровати девушки. Сел.

- Уже почти нет.

- А сколько времени прошло с того дня, как тебя пленили? - тон Ари по-прежнему был жёсток.

Хасдор подсчитал в уме.

- Месяца два... чуть больше...

- Больше - это сколько?

- Ну... три...

Девушка окинула собеседника придирчивым взглядом.

- Мне кажется, ты вполне способен выдержать путешествие!

- Я способен, - ответил мужчина. - Сейчас.

- Так что же, благородный правитель Нарготронда не предлагал тебе свободы, как мне и тем, кто со мной? - язвительно осведомилась Ариаланна.

- Он мне уже сказал, что я волен отправляться куда пожелаю.

- И давно он тебе это сказал?

- Говорил уже несколько раз.


(Выходит, этот золотоволосый, действительно Финрод Фелагунд...)


- Отчего же ты все еще здесь? Что тебя держит?!


Хасдор опустил голову. Затем поднял, взглянул прямо.


- Не могу решиться, - признался.

Ари мгновенно вскинулась.

- Не можешь решиться на что?! Возвратится домой?!

Мужчина усмехнулся, но усмешка вышла печальной.

- Нет, не это.... Но я не знаю, что мне делать дальше...

- Объяснись! - потребовала Ари.

- Я понял, что больше не могу быть воином.

- То есть?... Не можешь убивать? - вот это девушке было близко: она сама никогда бы не смогла лишить жизни разумное создание, - разве что, защищаясь, да и то сомневалась порой.

- Это сложно объяснить. Хочешь, я тебе просто все расскажу?

- Да... Да, расскажи.


Человек помедлил. Он не знал, как начать...

- Меня сюда привезли, считай что мертвого, - первые слова дались с трудом, - Я должен был умереть и был к этому готов. Но все оказалось не так, как я, как все мы представляли... Не было ни пыток, ни иных ужасов, о которых мы сызмальства наслышаны... Финрод просто исцелил меня. Вернул мне жизнь, насильно, своими чарами - я этого не хотел, но был слишком слаб, чтобы сопротивляться.

Хасдор сделал паузу.

- И?.. - Ари чувствовала, что сейчас услышит нечто важное.

И я его решил за это убить. - произнес человек, пожалуй, слишком невозмутимо, - За то, что он не дал мне умереть спокойно.


Девушка едва не задохнулась, ошеломленная услышанным.

- Но он до сих пор жив. - только и смогла сказать.

- Вот именно. - Кивнул Хасдор. - Когда... когда я зашел ему за спину и был готов ударить - понял, что не смогу. Что так нельзя - убивать того, кто вернул жизнь. Пусть даже я сам хотел бы умереть


Ариаланна помолчала.

Уж она то знала, что такое - возвращать жизнь...


Вспомнилось ее первое серьезное исцеление: всего - то дней шесть была в отряде, когда в стычке одному из воинов отрубили ногу. Парень истекал кровью, рана воспалилась, и он умер бы, если бы Ари тогда не сотворила того, что ее соратники не желали именовать иначе как чудом.

Да, она совершила невозможное: парень выжил. Но... но все дело было в том, что он не желал жить, - жить вот таким, беспомощным калекой!

Тот воин умолял ее о смерти. А Ари, из-за происходящего сама находящаяся едва ли не в беспамятстве, (она и не думала, что это может быть настолько отвратительно, настолько ужасно!) крикнула ему как-то, потеряв самообладание "Глупец! Жизнь слишком ценный дар, чтобы ею вот так разбрасываться! Так что, жить ты все равно будешь, - хочешь ты того или нет, слабак!"

После она горько сожалела об этих словах, но сказанного не воротишь, - тот воин возненавидел ее. Навсегда.


(Да, я не осуждаю Хасдора... Я тоже не смогла бы... и Гарэйн... и командир... хотя нет, - у них бы получилось, но, наверное, только в честном бою, а не вот так, исподтишка, пусть даже речь идет о правителе белых демонов...)


- А Финрод, - спросила, - знает о том, что ты хотел сделать с ним?

Хасдор вздохнул.

- Я уверен, он понял. Я промедлил, он обернулся... и не сказал мне ничего.

- И почему?... и что?... - девушке не удалось сразу подобрать подходящее выражение, - И что ты теперь будешь делать?

- Не знаю. Понимаешь... вот поэтому я и тяну. Не могу решиться. Проще всего мне вернуться к нашим - и стать целителем, как ты, например, раз такое дело

- Тогда отчего не возвращаешься?

- Потому что я здесь нашел нечто невиданное для себя. Эльфов, с которыми можно о чем-то договариваться. Которые готовы тебя выслушать, а не хвататься за оружие, лишь увидев.

- Выслушать... - повторила Ари - О чем же ты говорил им?

- Я больше расспрашивал.

- И что узнал?

- Не так уж много. Я пытался понять, что гонит их воевать.

- Понял?

Мужчина ответил не сразу.

- Пока нет. У них своя правда, у нас своя.

- Тогда уходи отсюда! - воскликнула девушка - Вернись, и живи как все мы! Как велят Тано Мелькор и Великая Тьма! Как учит наша правда!


Хасдор помолчал, задумчиво оглядывая Ариаланну.

- Знаешь... - сказал, - я ведь, в конце концов, так и сделаю...

- Значит, ты понимаешь, что так будет вернее! - с торжеством воскликнула девушка.

- Вернее.... Да, пожалуй.

- Тогда чего ты ждешь?! Почему медлишь?!

- Ари, - Хасдор и не заметил, что назвал девушку уменьшительным именем, будто они были знакомы уже давно. - Скажи, а тебе никогда не хотелось остановить эту войну?

- Что?! - она даже не сразу осознала...


(Остановить войну?... Остановить?... ВОТ ЭТО?... МНЕ?... Таким как я?

Да он безумец!)


- Остановить войну. - повторил мужчина, - Подумай... вдруг с ними, - бросил взгляд на дверь, в которую вышел правитель Нарготронда, - можно договорится?


Договорится?!....


Ариаланне даже мысли о подобном никогда не приходили в голову.

- Договорится? - повторила, ошеломленная, - Но не нам же... Мы просто слуги Тано Мелькора - это ему решать, будет ли мир или война.

- Решать - ему. - кивнул Хасдор, - А от кого он все узнает, как не от нас? Я хочу понять, - возможно ли такое. Можно ли прийти с ними к соглашению. Хочу понять, - поэтому и сижу тут.


Вот тут девушка отчетливо поняла: то ли от ран, то ли вследствие чар, но этот воин просто-напросто лишился рассудка.


- Хасдор, - сказала уверенно, - ты либо глупец, либо сумасшедший! С кем - с ними?! Собираешься всех по одному убеждать?! Или ты Тано решил давать указания?! Неужели ты думаешь, что Тано - при его то мудрости и доброте, - не взвешивал возможности мира?! Да ведь война эта ведется уже не считанное число лет! Если бы можно было ее прекратить путем мирного договора - Тано давно сделал бы это!


- Не знаю... - вздохнул Хасдор, - Я просто чувствую, что должен делать то, что в моих силах.

- Да пойми же ты, что мир с ними НЕВОЗМОЖЕН, и лишь, поэтому Тано Мелькор еще продолжает войну! - щеки девушки пылали, в глазах появился нехороший блеск, - Их необходимо уничтожить, Хасдор! Хоть это и тяжело, но так НАДО! Так меня всегда учили! Так учили всех нас!


(Учили... это верно, учили.... Только вот, - переучивать не пора ли?)


- Ты раньше встречала светлых, готовых к переговорам? - Ари отрицательно мотнула головой, - Вот и я не встречал. А теперь...

- Готовы к переговорам!... Знаем мы, эти переговоры!... Улучат момент, и тут же пустят в ход свое колдовство!


Хасдор только вздохнул. Опять она за свое... Колдовство...


(Ох, не потому ли дергаюсь, что и сам еще боюсь...

Да, страх никуда не делся, и я вряд ли когда нибудь от него избавлюсь...

Жить, и не знать, - ТЫ ли - ты.

Ну...придется, видимо, привыкнуть... Куда тут деться-то?...)


- Разве Тано Мелькор не учил тебя смотреть своими глазами? - спросил.

- Смотреть своими глазами!.. Но не на подобные же дела! Это все равно, что букашка, живущая одно лето, стала бы судить нас, людей, по сравнению с которыми ее жизнь - миг! Мы просто не в состоянии познать всю глубину замыслов Тано Мелькора. И уж конечно не мне, и не тебе, рассуждать о том, как остановить войну, потому что, причины ее слишком глубоки, чтобы мы могли их осознать. Рожденный ползать летать не может, Хасдор!

- А разве я предлагаю летать? - усмехнулся воин: искренняя горячность Ари была и трогательна и забавна. Еще недавно он и сам был таким.... Да, был - до того, как судьба свела его с Фелагундом...


Не бывает дыма без огня.... И прозваниями вроде "Черный Враг", просто так не бросаются.

Верно,... так же как и "белыми демонами".


- У тебя есть глаза. - Сказал. - И есть неглупая голова. Наше дело - смотреть и пытаться понять. Кто, если не мы, расскажет обо всем увиденном Тано? Или ты считаешь, что он не должен об этом знать?

- Думаешь, Тано Мелькор хуже тебя осведомлен о нынешнем положении дел? Он все прекрасно знает! И гораздо лучше, чем мы! Уж он то понимает, почему мира с этими быть не может! иначе, он бы, - повторяю! - давно его установил!

- Конечно, он знает лучше. Но от кого? От нас же! И свой кусочек знания, я ему принесу.

- Тано не нуждается в нас, для того чтобы ЗНАТЬ. У него свои способы узнавать о происходящем в мире.

- Ты думаешь, наша с тобой помощь ему не нужна?

- Мы оскорбим его такой помощью. Тем более - откуда тебе известно, что твоя убежденность в том, что эльфы готовы к миру, не есть плод их же чародейства? А вдруг, - и похолодела от внезапной догадки, - А вдруг все это - лишь хитрая ловушка, направленная против Тано? Об этом ты не думал?! Что если этот Финрод и прочие просто умело, управляют нами?

- Мы оскорбим Тано, если не сделаем всего, что от нас зависит. Если это ловушка - поверь, он разберется.

- Но может быть слишком поздно!

- Тогда это наш долг - побыстрее вернуться к нему и рассказать обо всем, что видели.

Девушка мотнула головой.

- Вот ты отправишься к Тано... а кто знает, что там затаилось внутри тебя, о чем ты не ведаешь?..


И привиделось: Хасдор стоит перед Тано, говорит, убеждает в своей правоте, а Мелькор слушает, терпеливо и внимательно, и... и вдруг из тела человека, клубясь паром, прошитым лазурными нитями, выходит туча, огромная, грозная, ослепляющая сияющей белизной, и молния, - невыносимо золотая молния вырывается внезапно и поражает Тано прямо в сердце, и он падает... бесконечно медленно падает...


Ари представила это с такой отчетливостью, будто все уже произошло...

Окаменела, застигнутая страхом, на миг перестала дышать...


Тано Мелькор... Наставник и Владыка...

Нет, нет, нельзя допустить, чтобы произошло подобное!


- Я не считаю себя вправе подвергать Тано Мелькора такой опасности. - сказала девушка, пряча под одеяло задрожавшие руки. - Они же могли зачаровать нас, без нашего ведома, неужели ты не понимаешь?!


- Ари, я бы заметил. - ответил Хасдор.

- Ты слишком самоуверен. - возразила она, - Разве ты не был на грани жизни и смерти? Разве не был без сознания? Вот как раз в такие - то моменты чародеям легче всего завладеть душой человека!

- Я думаю, если так - Тано с этим разберется

- А если он НЕ УСПЕЕТ разобраться?! Если все произойдет слишком быстро?! - Ари все еще была во власти жуткого видения. Сама мысль о том, что они могут лишиться Учителя Мелькора, лишится окончательно, бесповоротно, навсегда, была выше ее сил.

- Ты плохо думаешь о Тано. - возразил мужчина, - Чтобы ему мог повредить простой человек, пусть и зачарованный...

- Не забывай КЕМ зачарованный!... ведь за белыми демонами стоят,... стоят, - с трудом выдавила слово, - Валар... Их много! И вместе они вполне... вполне способны нанести Тано... ощутимый вред... А простой человек - самое удобное оружие!

- И ты думаешь, - не согласился Хасдор, - что если вернешься домой, Гортхауэр сразу допустит тебя к Тано, не проверив? Вряд ли что укроется от его взора.


(Гортхауэр... еще лучше! Тано Мелькор никогда не простит тем, кто повредит его любимому ученику! Он же дорог Учителю как сын!)


- Тогда значит, вред будет нанесен Гортхауэру. А это причинит боль Тано, - и всем от этого будет только хуже.


Мужчина покачал головой.

- Я знаю Гортхауэра. Его врасплох не застанешь.

- Я не хочу рисковать! И вообще - если они уж так мечтают о мире, могли бы обратится прямо к Тано! Он бы их выслушал!

- Ари, ты не понимаешь. Им мира не хочется. Пока. Но война их тяготит. И у меня теперь есть надежда, что их можно уговорить. А если Тано об этом - еще - не известно?

- Такого не может быть! Тано Мелькору известно все! - решительно заявила девушка. Мужчина вздохнул.

- Я надеюсь на это. Но вдруг?

- С могуществом, подобным могуществу Тано не может быть никаких "вдруг". Ему отлично ведомы их помыслы!

- Ари, если он могуч настолько, что знает все помыслы, не стоит опасаться чар. Если кого-то из нас околдуют, он поймет это, едва взглянув на нас.

- Все помыслы эльфов, но не... - выплюнула, - Валар.

- Разве тут есть кто-то из Валар? - спросил Хасдор.


Девушке надоел бесполезный разговор. Ведь все равно ему не докажешь, что она права... К тому же разболелась голова, и вдруг очень захотелось есть. Ари поймала себя на том, что уже несколько раз косилась в сторону оставленной эльфом еды.


- Тут нету.... - все же ответила Хасдору, - для нас, явно, нету, но у Валар ведь столько разных путей и лазеек... В отдельности каждый из них почти равен Тано..., а уж вместе... нам и мыслить нельзя, разгадать их коварство. Поэтому Тано нельзя подвергать опасности, если есть хоть малейший намек на нее, его надо оберегать.

Хасдор встал со стула, подошел к кровати.

- Что ж будем смотреть в оба. - лицо его было серьезно.

- Вот именно, -кивнула Ари, - И это - единственное, что я согласна делать.


Воин, ничего не ответив, взял со стола поднос, принесенный белым демоном, и передал Ари.

- Возьми. Тебе, наверное, не стоит вставать лишний раз. Уж прости - ты ранена, а я тут со своим занудством.

- Спасибо. - сухо произнесла девушка, и принялась за еду, стараясь не смотреть в сторону Хасдора. Непонятно почему, но она чувствовала себя неловко.

Человек понимающе молчал. Ари выпила уже остывший куриный суп, немного поковырялась в салате... Она не знала, что говорить теперь, да и стоит ли что нибудь говорить...


5


Гарэйн увидел незнакомца, сидевшего подле Ариаланны, едва войдя в комнату.

- Ты кто такой? - почти подбежал, хоть и не видел явной угрозы. Но уж очень хотелось доказать самому себе, что все еще на что-то способен, все еще может защитить подругу, быть ей опорой даже здесь...


Неизвестный поднял голову.

- Мое имя Хасдор. А ты, должно быть, Гарэйн?


(Хасдор? А, да! Тот самый предатель.)


- Да. - бросил юноша, не сводя с мужчины настороженных глаз. Тот, промедлив миг, поднялся и отошел от кровати. Как он и ожидал, юноша чуть успокоился, и заняв место Хасдора, обнял Ари за плечи. Она улыбнулась ему.

- Ты где пропадал? Был у командира? Я уже и выспаться успела, и поесть.

- Да, я видел командира. - ответил ее друг. - А ты... Ты как?

- Лучше.

- Я рад.


Юноша чувствовал себя странно, очень странно: неужели теперь всегда, до конца дней, находясь рядом с любимой, он будет и радоваться ее близости и одновременно терзаться мучительными сомнениями, подавляя судорожное, мучительно-постыдное желание вскричать "Кто ты?!"


Да... так и будет теперь.... С ними, со всеми тремя.

Вот Ари, а вот... а вот ужас в ее оболочке...


И он сам, не узнающий своего лица в зеркале...


Об этом и говорил командир...


Но как же выдержать подобное?!

Как?..


- Гарэйн, - прервал ход его мыслей Хасдор, - мне тоже хотелось бы поговорить с вашим командиром... с вами обоими. Ариаланну мое общество, кажется, утомило, простите за это. Но мы трое - когда можем встретиться?

- Да хоть сейчас.

- Ты не поешь? - встревожилась Ари: она не могла не заметить, что юноша побледнел.

Да и сам Гарэйн почувствовал голод. Хоть и не хотелось ему касаться этой пищи, но не подыхать же тут как собаке! Тано Мелькору это бы пришлось не по душе, - ему ведь нужны живые воины...


(Умирать надо было раньше... Когда к ним в руки попал... Не валялся бы в обмороке, ушел бы от всего этого, и Ари помог бы... А теперь-поздно... поздно уже...)


Даже себе, даже в мыслях, юноша не посмел признаться, что теперь он бы просто не смог...


- Может быть, я приду к Хаттару ближе к вечеру? - предложил Хасдор, ощутив, что сейчас и здесь он лишний.

- Хорошо. - чуть подумав ответил Гарэйн. - Думаю, командир не будет против.


... Хаттар выслушал Хасдора молча, с каменным лицом, и лишь презрительно усмехнулся, когда бывший воин Моргота признал, что не нашел в себе достаточно сил прикончить не ожидавшего опасности врага.


- На твоем месте я бы не колебался. - сказал. - Только этот эльф ни разу не поворачивался ко мне спиной.

- А, глядя в глаза, ты не смог бы? - бросил мужчина.

- Не успел бы. - ледяным тоном обронил собеседник.

На это Хасдор не возразил, подумав, однако, что и стоя спиной к нему Фелагунд прекрасно знал о его намерениях... Ведь тогда эльф посмотрел ему в глаза... и промолчал. А человек вдруг ощутил себя нашкодившим ребенком, которого как следует отшлепали.

- Ты все еще не объяснил, почему до сих пор остаешься здесь. - напомнил Хаттар.

Рассказ продолжался, становясь все более путанным: было трудно говорить под этим пристальным, давящим взглядом. Да и упорное молчание Гарэйна, стоявшего за спиной командира (все трое оставались на ногах, в продолжение беседы) будто телохранитель, угнетало.

-... И я знаю - многие уже устали от войны! - говорил Хасдор, - Не сомневаюсь, - эльфы не стали бы отказываться от мира, поэтому необходимо поведать об этом Тано Мелькору, и попробовать уладить все другими путями. Крови пролилось в избытке, - вряд ли найдется плата достаточно высокая за прекращение смертей и страданий!

- Ты думаешь, - медленно проговорил Хаттар, - что возможен мир?

- Думаю - да.

- И белые демоны тоже так думают? - собеседник стоял, странно напрягшись. Хасдору даже стало не по себе.

- Война нужна им меньше чем нам. - Ответил он, - Они согласятся на мир.

- И каким же он будет? Какие условия примут они от нас? Как ты себе представляешь этот договор?

Хасдор замялся, - вопрос застал его врасплох. Действительно, страстно желая прекращения кровопролития, о деталях он как-то не подумал...

- Ну... - начал, - возможно... прекратить бои на границах, не вмешиваться в дела друг друга,... не мешать жить... учится друг у друга чему-то полезному...

Хаттар презрительно хмыкнул. (Хасдору, однако, показалось, что за усмешкой его собеседника скрывались иные, гораздо более сильные, и готовые вот-вот вырваться наружу чувства...)

- Думаешь, они захотят у нас учится?

- Ну не только они у нас... - проговорил мужчина.

И вот тут Хаттар сорвался: грохнул кулаком по столу, его лицо побагровело от гнева.

- Предатель! - вскричал, - Ты довольно молол тут языком! Вижу, чего ты добиваешься: усыпить нашу бдительность, заставить пойти у демонов на поводу! Нет уж!

- Я лишь хочу мира...

- Мира?! - злоба, яростная, беспощадная захлестнула и понесла, - Нет, и не может быть мира с врагами Великой Тьмы, - они должны быть уничтожены без остатка! Хороший эльф - мертвый эльф, - или ты об этом никогда не слышал?! Эти бессмертные твари слишком сильны, они не потерпят нас у себя под боком! Нет нелюди места рядом с людьми!

- Послушай меня... - начал было Хасдор, но командир погибшего отряда прервал его:

- Я не желаю ничего слушать! Я демонов буду резать, пока могу меч в руках держать, а ты - пошел вон! Руки о тебя марать не хочется!


И мужчина ушел. Нет, здесь дело безнадежное...

А всего отчетливей запомнилось, отчего то, как кусал губы, но не промолвил ни слова Гарэйн.


6


Время тянулось медленно, слишком медленно... Ари выздоровела, полностью оправились Хаттар и Гарэйн, и всем троим, казалось, что вот уже годы находятся они в заточении...


На самом же деле прошло всего пять дней, да и свободу у людей не отбирали: они могли навещать друг друга в любое время, и запрета бродить по дворцу и окрестностям тоже не было, однако несмотря на это ни Ариаланна, ни Гарэйн ни Хаттар не нашли в себе сил хотя бы повернуть за угол коридора, где располагались их комнаты. И у каждого были на то свои причины, главной же из которых для Ари и Гарэйна стал четкий приказ их командира не покидать ставших привычными и знакомыми мест.


Хаттар больше всего опасался колдовства демонов: он знал, что зачаровывать и замутнять разум они могут любыми способами, и легче всего им это удается в определенных, особо подготовленных местах, куда они могут заставить забрести молодых и любопытных и завладеть их душами, застав врасплох. Кроме того, командир предпочитал, чтобы последние из его отряда были под рукой, на случай неожиданностей. И он в самом скором времени собирался заявить о желании, отправиться домой. Естественно, от имени всех троих: по-иному, как считал Хаттар, и быть не могло.


К Ари он относился немного снисходительно, смотрел чуть сверху: женщина, да еще и совсем юная.... И поэтому предпочитал делиться своими планами с Гарэйном, от коего, впрочем, требовалось только внимательно слушать, и соглашаться со всем сказанным, изредка задавая вопросы, ответы на которые лишь подтверждали правоту командира.

И юноша был всем доволен: есть, кому принимать решения, причем, несомненно, верные - ведь кто лучше разбирается в окружающем мире, он, зеленый юнец, или Хаттар, что старше и годами и опытом? А уж он, Гарэйн, постарается быть достойным воином Тано Мелькора и своего командира. Да и разве нужно ему что-то еще?


... - Раз, два, три, четыре, пять, шесть... Шестой день пошел, Рыжик, как я тут... А, может, и больше - я же не спрашивала, сколько времени провалялась без сознания... - Ариаланна провела указательным пальцем по черному носику Миэо, уютно мурлыкавшего на подоконнике. Девушка стояла подле, глядя в окно, из которого было видно несколько террас в горном откосе, да далекое небо.


Знакомый стук в дверь вызвал легкую улыбку: демон там, или не демон, но хозяином Фелагунд был внимательным и радушным, и Ариаланна, сама того не замечая, начала привыкать к нему: не шарахалась, когда оказывался рядом, не искала в каждом слове подвоха.... Что же касается постоянно и ненавязчиво пребывающих рядом с ее любимым и командиром воинов-эльфов... тут Ари не могла не понять Финрода. Государь ведь должен заботится о безопасности своей и своих подданных.


- Открыто. - сказала, повернувшись лицом к двери. Фелагунд вошел.

- Здравствуй, Ари. Я не помешал тебе?

- Нет... - пожала плечами, - Чему тут мешать? Скучать, разве что.

- Скучаешь? - улыбнулся, - Неудивительно, ведь тебе действительно почти нечем заняться, а здоровью твоему больше ничего не угрожает.

- Да, я здорова. И надоело безвылазно сидеть в четырех стенах.

- Если хочешь, - сказал эльф, - могу показать тебе город. Тебе полезно будет прогуляться.


Увидеть, наконец, таинственный Скрытый Город! Ари обрадовалась этому предложению больше, чем старалась показать.

- Было бы неплохо... - произнесла, - Пойдем сейчас?


(Попросить позвать и Гарэйна с Хаттаром? Нет, наверное, Финрод откажется. А даже если и согласится, это будет означать самое меньшее четырех телохранителей... Лучше не надо - прогуляюсь так, а потом все расскажу...)


- Можно и сейчас, - эльф посмотрел чуть лукаво, - А знаешь, тебе должен быть к лицу синий цвет....

- Ты о чем? - не поняла девушка.

- Неужели ты еще не примеряла то платье? А я так надеялся, что оно пришлось тебе по вкусу.

- Какое платье? - Ариаланна не понимала, о чем речь. Финрод подошел к стенному шкафу, (тому самому где два дня назад, поднявшись, наконец, с постели, Ари нашла приготовленные для нее штаны и рубаху, вроде тех, в которые одели и мужчин), пошарил на боковой полке и протянул девушке небольшой сверток.

- Вот. Ты, наверное, просто его не заметила.

- Не заметила... - Ари развернула бумагу: прошелестела, падая вниз, почти невесомая ткань.

Платье было - цвета речных предрассветных вод; мерцающая вышивка чуть переливалась на вороте и широких рукавах

- Какое красивое!

- Это подарок. Еще когда ты только оказалась здесь, я попросил наших мастериц сделать его для тебя. Ты ведь все равно выздоровела бы рано или поздно.

- Спасибо... - девушка даже не осознала, что только что поблагодарила белого демона. Все ее внимание было поглощено дивным нарядом.

- Я выйду. - сказал Финрод, заметив как хочется Ари поскорее примерить платье, - Позовешь меня, когда будешь готова, хорошо?

Она кивнула - взгляд уже устремился в зеркало.

Эльф покинул комнату.


Зеркальце у Ари с детства было только одно: крохотное, бронзовое, - подарок матери. А вот такие как здесь, ясные и большие, во всю стену, она видала всего то раза два-три.

И когда оттуда, из зеркального мира, на нее взглянула незнакомая красавица, у девушки на миг перехватило дыхание: неужели это она?...

Нежная воздушная ткань, пушистые волны волос, румянец на щеках, лучистые глаза-звезды...

Ари вышла в коридор. И, не веря самой себе, встретила восхищенный взгляд Финрода ; и с радостным изумлением посмотрел на нее эльф, с которым правитель Нарготронда беседовал на непонятном языке белых демонов...

Девушка даже смутилась под этими взглядами.

- Я готова, - сказала тихо.

- О, я вижу, - Финрод все улыбался. - Что ж, пойдем!

Он сделал приглашающий жест рукой, и Ари последовала за ним.

Коридор пещерного замка освещали спокойным желтоватым светом изящные светильники: Ари никак не могла понять: откуда же свет, ведь огня в них нет, точно.... Сам же коридор вывел на витую лестницу - перила ее были сделаны в виде сплетающихся листьев и трав, на миг показавшихся Ари живыми; в "стержне" лестницы, похожем на ствол дерева, лучились светильники - диковинные плоды. Увиденное поразило девушку: верно, и у них в Аст-Ахэ есть искусные мастера, но сотворить такое им было бы не под силу...

- Финрод, скажи, - решилась спросить, - откуда идет этот свет?

- Такие светильники придумал некогда Феанаро, великий мастер, Ариаланна. Мы называем их фиалами.

- Феанаро? Знакомое имя... только вот не пойму откуда...

Ответ эльфа прозвучал, помимо его воли, резковато.

- Феанор.


Ари вздрогнула, и едва не воскликнула "Сильмариллы!", но сдержалась.

- Ах, вот что. - только и промолвила. - А... а как они светят, эти фиалы?

- Там, внутри, светится сам воздух. Это то, что вы называете - магией....

Девушка дернулась.

- Ваши чары? Я должна бы догадаться.

- Чары! - иронически усмехнулся Финрод, - Наши чары - лишь умение слушать мир, Ари.

- То есть?

- Слушать, - и подпевать песне Мира. И тогда Мир - все, что вокруг - откликается нам.

Девушка подумала немного.

- Это напоминает мне речи наших менестрелей, - сказала, - тоже вот так непонятно но,... но будто и понятно тоже, только... никак не рассказать...

- Да, - согласился эльф, - это трудно выражать сухими словами. Если хочешь, я спою для тебя - когда мы вернемся

- Ты умеешь петь? - удивилась Ариаланна.

- Конечно, умею. Мы все любим петь.


(Да... Они и выглядят такими,... такими, у которых души, - поют...

О, Великая Тьма, почему же мы - враги?...

Ведь все могло бы быть совсем иначе.... Неужели Тано Мелькор, где-то ошибся?)


- Понятно, - кивнула, - государь должен быть наделен многими талантами...

Финрод рассмеялся беспечно и звонко.

- О, Ари, во многом я далеко не так искусен, как хотел бы.

- Например?

- Например, мне никогда не сравняться с Амариэ в сложении песен, и с Румилом в искусстве ламатьявэ - по вашему, словосотворения.... Поверь, многое дается мне сложно!


Разговаривая, они спустились по лестнице, выведшей в другой коридор, своды которого походили на кроны деревьев, и оттуда, сверху, лился свет. Солнечный, - показалось Ари.

- Это солнце? - спросила. Эльф покачал головой.

- Нет, это тоже фиалы. Но скоро будет и солнце.


Они шли, встречая по дороге немало эльфов. Те слегка кланялись Финроду, приветствуя, но Ариаланне показалось - не государя, а друга. Несколько раз звучали фразы на эльфийском языке, и Ари ловила на себе заинтересованные взгляды, однако от девушки не укрылось, что иные из обитателей Нарготронда смотрели на нее с плохо скрываемой неприязнью.


И вот вновь поворот, - и в глаза Ари ударил солнечный луч, - настоящий! Она зажмурилась от неожиданности, но улыбнулась теплу.

Резные, стройные колонны, беломраморный пол... Коридор вывел их на террасу, находящуюся довольно высоко над землей. А внизу,... внизу лежал город. Впрочем, Ари почти сразу поняла, приглядевшись, что это лишь небольшая его часть, и расположена она в естественной долинке между гор.

По склонам сбегали резные, причудливые террасы, похожие на те, что она видала из окна. Широкие лестницы, множество зеленых деревьев...

Город был легок и свеж, будто весенний лист - или бабочка с трепещущими крыльями, готовая в любой миг вспорхнуть и улететь.


Девушка подняла глаза вверх - и остолбенела: там, надо всем этим было устроено совсем уж невероятное: с края на край скал были переброшены как будто ветви - тонкие и ажурные ; между ними что-то блестело, и искрилось под солнцем, а переплетения "ветвей" образовывали нечто вроде гигантских, плоских цветов - и во многих местах сквозь их "лепестки " виднелось открытое небо

- Что это? Для чего оно - такое?!

- Это сделано, чтобы защищать от дождя - когда он нам не нужен. - пояснил эльф.

- А...когда нужен, тогда как?

- Тогда все это, - указал, протянув руку - может открываться. И деревья получают живую влагу... Красиво, правда? - было ясно, что Финроду и самому по душе это творение.

- Да, очень красиво... - согласилась девушка.


- Неплохо, родич, - раздалось вдруг откуда-то сзади. Обернувшись вслед за Фелагундом на голос, Ариаланна увидала стоящего у колонны светловолосого, высокого эльфа. Правильные, будто чеканные черты его лица были бы прекрасны, если б не некоторый отпечаток надменности и холодность глаз.

- Приветствую, лорд Келегорм. - сказал Финрод. Ари не заметила в его голосе особой теплоты.

- Я вижу, родич, ты снова занят северянами? - Светловолосый говорил на понятном Ариаланне языке, но с несколько странным выговором.


(Он ведь мог бы говорить и на своем, эльфийском...

Хочет, наверное, чтобы я понимала.... И вряд ли скажет что-то приятное...)


- Тебе ведь известно о моем велении, Келегорм. - спокойно ответил правитель Нарготронда, - Да, Ариаланна родом с Севера.

- Верно, мне известно об этом. Однако я не могу понять, Финарато, - зачем тебе это нужно?


От тона Келегорма Ари передернуло, но она промолчала. Да и что было говорить?


- Я уже объяснял, Келегорм - я хочу узнать об этих людях как можно больше.

Кроме того, я считаю себя обязанным сохранять жизнь тем, кого можно спасти.

- Мне странно твое увлечение, Финарато. - светловолосый эльф пожал плечами, - Зачем привозить их сюда? Если ты так заботишься о охранении их жизней - не достаточно ли перевязать их на месте?

- Мои воины так и поступают, когда есть вероятность, что раненых подберут свои.

- Не думал ли ты, Финарато, что тем самым ставишь город под удар? - голос Келегорма становился все мрачнее и жестче - Или ты позабыл, чьи они воины? Позабыл, кто может смотреть их глазами?!


Ариаланна слушала, и в ней росла злость на этого высокомерного эльфа. Да что он думает?! Что они предадут спасших им жизнь?! Что подобному их учит Тано Мелькор?!


(Но ведь... Ведь это же враги. И если бы тогда, после битвы, я была бы в сознании, то не далась бы живой им в руки!

Да, однако...

Разве ты чувствуешь себя среди врагов? Разве еще опасаешься или ненавидишь?

Ненавидеть? Ненавидеть Финрода? Нет, для этого у него слишком ясные глаза и теплые руки!

Но вот этот вот Келегорм явно меня ненавидит...

И я его - легко смогла бы.

А они убили моего отца. И наших ребят.

Но разве мы перед ними чисты?! У них такое же право называть нас убийцами, как и у нас, говорить подобное о них. И разве скажешь тут, кто больше виноват?...


Да что же это такое?... Что со мной?...

Наверное, я схожу с ума или меня совсем зачаровали...)


- Нет, лорд Келегорм, опасности для города нет. - ответил Финрод, - Никому из них не ведом путь сюда. Никто из них не узнает обратной дороги, когда придет им пора покинуть Нарготронд.

- Хотелось бы мне иметь твою уверенность, родич. Впрочем, государь здесь ты... - светловолосый поклонился слегка -...и я могу лишь выразить свое опасение, не более того.

- Я достаточно предусмотрителен, Келегорм. И отвечаю за свои действия перед Советом и народом моим.

- Не сомневаюсь. Доброго дня, родич.

Келегорм усмехнулся, коротко взглянул на Ари - будто и не увидев, - и направился мимо нее и Финрода вниз по ступеням.

- Вы родня? - спросила Ариаланна, дождавшись, пока светловолосый уйдет. Отчего то она ощущала себя... грязной.

- Да. - ответил Финрод, после короткого замешательства, - Это лорд Келегорм... один из сыновей Феанаро. У нас один дед: Финве, король Нолдор... ныне его уже нет среди живых.

- Значит, вы двоюродные братья. А он не похож на тебя...

- Все мы разные, Ари. Очень разные. Не буду скрывать - есть и те, кто недолюбливает Смертных. Келегорм из таких.

- Если уж ему непременно надо было говорить обо мне гадости - мог бы хотя бы не в глаза! Или на вашем языке!

Финрод грустно улыбнулся. Подошел к периллам террасы, облокотившись, посмотрел вниз.

- Сыновья Феанаро известны своей гордостью... Которая, к сожалению, иногда переходит в гордыню.

- Честно говоря, - призналась девушка, - вот таким, как этот Келегорм, я примерно и представляла тебя...

Эльф вздохнул.

- Хорошо, что я тебя... разочаровал.

И добавил, меняя тему,

- Хочешь спуститься вниз, в сад, Ари?

- Да. - кивнула девушка, - Хочу.


... Ступени белой лестницы, кружево перил которой казалось невесомым, плавно вывели в зеленую прохладу. Густая трава, странные невысокие деревья, над головой - все тот же ажурный свод, вдруг ставший прозрачным: сквозь него видно было, как плывут по небу ленивые пушистые облака...

- Здесь много деревьев, которые растут на землях Оссирианда и юга... ты не видала таких, наверное... - сказал Финрод.

- Нет, не видала...

- Хочешь посмотреть мое любимое место в этом саду? - Ари кивнула, и эльф поманил ее за собой, легко ступая по зеленому ковру: трава почти не приминалась под его ногами.

Ариаланна, немного робея, последовала за Финродом: вскоре послышался шум воды. Они вышли на открытое место - там, по каменной стене, кое-где поросшей мхом и травой, сбегал в озерцо небольшой водопад. Берега озерца сплошь поросли странными, невиданными девушкой ранее белыми цветами - они походили на мелкие звездочки, нанизанные на тонкие зеленые нити.

Фелагунд подошел совсем близко к темной, непрозрачной глади воды - и опустился на землю среди белых цветов. Ветви низкого дерева словно обняли эльфа, гладя по голове и плечам ; золотые волосы почти светились в обрамлении зеленого венца листьев....

Ариаланна боялась вздохнуть... Место-то особое, полное не только жизни, но и памяти...

- Что же ты, Ари? Иди сюда, присядь. - позвал Фелагунд.

- Я... мне страшно этого коснутся...

- Не бойся. Они ведь живые, эти цветы - они сами хотят коснуться тебя....

Медленно, будто во сне, девушка приблизилась, опустилась на траву, провела ладонью над цветком.... Финрод повторил ее движенье, - и звездчатые нити диковинной травы вдруг зашевелились, еле заметно мерцая.

- Опять колдовство?! - девушке вспомнились все ее страхи.

Цветы обиженно угасли.

- Они с моей родины, Ари... здесь такие не растут. - ответил эльф, - А подобному колдовству я даже мог бы тебя научить. Это совсем просто... нужно лишь слышать. Дотронься - послушай, - они поют.....

Девушка попыталась коснуться цветка, накрыла его ладонью тот вдруг вновь засветился, - и Ари услышала тонкую, хрупкую мелодию...

Это продолжалось лишь несколько мгновений, - но это было.


- Как они называются, эти цветы?

- У вас бы ее назвали гэллаис - звездная трава. Она растет в садах Лориэн, там, за Морем.

- За Морем... - повторила девушка, - там есть много прекрасного, да?

- Да. Там осталось многое, слишком многое... там меня ждут - а я не могу вернуться....

- Ждут? Там твоя семья?

- Там отец мой и мать, и та, кого я люблю, осталась там....

- Почему же ты ушел от них?

- Это долгий рассказ, Ари....

- Но была ведь причина.

- Мы уходили в гневе и отчаянии, не зная, что ждет нас впереди и оставив за собой тьму и кровь....

- Вы убивали своих соплеменников, - странно, но, произнеся это, Ариаланна не ощутила обычной ненависти и отвращения, вспыхивавшего всякий раз, как вновь слышала или вспоминала об этой истории. Кто знает,... может, и есть им оправдание....

- Да. - кивнул Финрод, - Я не сумел тогда остановить то, что произошло - опоздал, все было уже кончено....


(Кому я лгу? Один против безумия, охватившего всех - разве смог бы я что-то сделать? Ответа нет.....

А ведь успел бы тогда - кто знает, как бы все обернулось. Но насколько легче думать, что все равно не сумел бы ничего изменить!)


- Но мне трудно представить тебя участвующим в подобном... Или вы все такие: в один миг - словно солнечный луч, а потом, сразу, - кровавые чудовища?

- Чудовища... - эльф покачал головой - Тогда в одночасье разбился наш мир, Ари. Феанаро обезумел, потеряв Камни и узнав о гибели отца, - и в наступившей безысходной Тьме ему не осталось иных чувств, кроме гнева... Это тяжелая, страшная повесть. Если захочешь узнать, как все было - я расскажу тебе... позже.

- Как было... А что такое - "как было?" Все равно ты поведаешь лишь то, что видел сам.... О Резне рассказы я слышала не раз... И о Феаноре и Сильмариллах... Но предчувствую, - из твоих уст услышу совсем иную историю, - и как мне тогда разобраться, где правда, а где ложь?

- Я мог бы показать это тебе, - голос Финрода стал тихим, - но такое слишком тяжело видеть. А у правды множество лиц, Ари. И какое из них оживет для тебя, - выбирать лишь тебе....


(Показать?! Ну, уж нет, - не хочу эльфийских наваждений!

Не хочу... или боюсь, что никакого наваждения и не будет?...)


- Опять красивые слова... - вздохнула девушка, - Ты... ты лучше спой! Ты же обещал...

- Хорошо. Как вернемся. - эльф протянул руку сквозь завесу воды, разбивающуюся о поросший мхом выступ скалы - Ари обдало брызгами - и достал что-то. То была белоснежная раковина, распахнутая будто веер, и в ней неярко переливалась огромная светлая жемчужина.

- Эту жемчужину нашла Амариэ, - имя прозвучало песней жаворонка, - в один из последних дней Дерев....

- Кто такая Амариэ? Твоя любимая?

- Да. Мы с ней долго думали, как же использовать находку? В украшение не вставить - слишком большая; и оправа золота и серебра ей не подходит... Амариэ посоветовала мне оставить жемчужину в раковине и положить в фонтан, чтобы все увидели ее красоту - я так и хотел поступить, но пала Тьма... и жемчужина осталась со мной. Здесь много таких вещей - воспоминаний....

- Прости, что спрашиваю... но почему твоя подруга не пошла с тобой? Если вы так сильно любили друг друга?..

- Мы шли против воли Валар, Ари. Быть может, она видела больше, чем я - ведь Амариэ из народа Ваньар....

Финрод вдруг встряхнул головой, будто отгоняя наваждение.

- Ты ведь хотела, чтобы я спел?


Спел... На самом то деле Ари сейчас больше всего тянуло задать Фелагунду много, очень много вопросов, но она не могла не заметить: воспоминания причиняют эльфу боль.

- Да. - кивнула девушка, - Хотела и все еще хочу.

- Тогда идем в мои покои: я сыграю и спою для тебя.


Наверх из сада они поднялись по той же лестнице, но дальше Финрод вел девушку другой дорогой.

...В комнатах правителя Нарготронда оказалось светло, и как-то по-домашнему уютно, изысканные неброские украшения радовали глаз. Особенно Ариаланне приглянулась деревянная фигура, стоявшая в одной из стенных ниш - то была девушка, обнаженная, но укутанная своими же золотистыми волосами. Ари показалось, - она знает, кто был резчик, с таким искусством передавший нежные черты...


- Садись. - Финрод указал на кресло, стоявшее у стола с мозаичной столешницей. Сам взял небольшую, тонко сделанную арфу, и посмотрел на девушку, будто спрашивая "Готова слушать?"

Ариаланна жестом выразила согласие, устроилась поудобней, отчего-то немного волнуясь. Не раз уже доводилось ей слышать неплохих и даже очень хороших менестрелей, но эльфийское пение... это же должно быть нечто особенное.... Как и все тут, у них...


...Солнечный луч осветил прекрасное лицо, эльф, будто лаская возлюбленную, коснулся пальцами струн, - и мелодия пролилась капелью утреннего дождя...

Весенняя, живая, она звала раствориться в зеленом лучистом покое....

Финрод не пел пока ; просто играл, но чародейство музыки уже захватило Ари - а звуки разливались, ширились, становясь чище и свободней, - и девушке представилось: плещутся спокойные волны моря, и небо заливает теплый серебряный свет....

Серебро перетекло в золото - и закружились, падая, листья, устилая, согревая предзимнюю землю, и в шуршание листвы вплелся голос....

Он пел на том самом, непонятном Ари языке белых демонов, и слова были незнакомы: "Laurie lantar lassi surinen,

Yeni unotime ve ramar aldaron..."


Но сейчас девушка видела сквозь слова их суть, и вдруг осознала, что понимает песню:

"Золото листьев осыпалось наземь с ветвей,
Годы как легкие листья по ветру летят,
В залах небесных шаги королевы моей,
Песней ее в небесах пролился звездопад.

Кто же наполнит мой кубок медвяной росой
Ныне, коль мира дороги сокрыты в тени?
Мы уходили отныне запретной тропой,
Мы уходили... и пенились волны и дни...

Свежесть весенних Заморья лугов не для нас,
Море туманно и берег сокрылся вдали.
Вечная мгла опустилась, ведь светоч угас,
Сами его возродить мы уже не смогли.

Страшный по воле своей принимали мы дар,
Варда, Владычица Звезд, нашу зрила печаль...
Ныне для тех, кто скорбит на Востоке, пропал Валимар!
Мы потеряли его. Ты ль отыщешь? Возможно...
Прощай!"

И Ариаланна вдруг увидала прекрасное и печальное женское лицо в обрамлении звезд: волосы женщины мерцали, сливаясь со звездами, растворяясь в живой темноте. И Песня, только что осенявшая землю радужными крыльями, устремилась вслед за ними и смолкла....


Ари очнулась, ощутив, как слезы струятся из глаз... тоска, чужая тоска гибнущих от холода цветов, вдруг стала настолько родной и близкой, что перехватило дыхание...


Финрод вглядывался в лицо девушки: так мог бы смотреть на нее старший и любимый брат...

- Ты видела, Ари? - спросил.

- Да... да... было море... и листья трепетали на ветру... И еще, - женщина, очень красивая и величественная... она не человек, это то я сразу поняла...

- Ты видела Варду Элентари?! - эльф не смог скрыть удивления.

- Не знаю... не знаю, кто она... но это было... прекрасно... и печально... будто сон, из которого не хочется уходить.... Или как когда смотришь на полет журавлей с земли и знаешь, что у тебя крыльев нет, и никогда не будет... Как ты это сделал?

- Все, что видела ты - пришло из твоей души. Я не сплетал образов - ты создала их сама....

- Разве так бывает?

- Бывает...


Ариаланна задумалась: бывает ли?... Но ведь... столько всего уже произошло...

Еще вчера вечером она видела в Финроде если не врага, то уж точно непонятного чужака, которого следует остерегаться, кровавого белого демона...

Как глупо!

Да разве может он намеренно причинять зло? Возможно ли, чтобы красота потаенного города быть создана руками жестокосердной и коварной нечисти? И неужели сердце, знающее лишь ненависть, способно, слившись с музыкой, сделать понятным чужой язык?...


Но тогда... тогда получается... что же?!...


Мелькнула привычная мысль "А вдруг все это чародейство?" - но на этот раз Ари с негодованием отвергла ее: всей душой своей, чистой и доброй она знала: нет! Не было лжи ни в словах Фелагунда, ни в делах его, ни в помыслах! Он говорил ей правду. Он показывал правду. Он пел правду, - так вещало девушке сердце.


Однако.... Был Тано Мелькор. И все, чему учили Ариаланну с младенчества.

Истина заученная встала против истины постигнутой душой, - и девушка не знала, какой из них отдать предпочтение...


Но кое-что она все же поняла. И решила. И знала, что иначе теперь просто не будет.

- Финрод, - сказала, - Мне нужно поговорить со своими.

Эльф понимающе кивнул.

- Конечно. Только меня удивляет, что ты не сообщила о вашем решении оставить город...

- О нашем решении? То есть?

- Как? Тебе ничего не известно?

- Нет... Прошу, объясни, о чем речь.

- Сегодня утром, пока ты переодевалась, один из моих воинов, несший стражу у комнаты твоего командира, передал мне, что Гарэйн и Хаттар уведомили о своем желании покинуть Нарготронд так быстро, насколько это будет возможно. Еще сегодня, или завтра, с рассветом. И они сказали, что вы отправляетесь втроем.


(Это еще что за новости?! Если командир отдал приказ, - почему я его не слышала?! Или они вот так просто взяли и собрались, даже ничего не сказав мне?! Как будто я лошадь, которая поедет, куда хозяин велит!

Нет, надо это выяснить.)


- Финрод, мне кажется, это решение принимали без меня. - медленно выговорила Ари, - Тем более я должна спросить в чем дело.

- Я попрошу проводить тебя. Сама ты, боюсь, не найдешь отсюда дороги. - ответил правитель Нарготронда.


7


Ари была немало удивлена, когда застала своего любимого и командира с обнаженными клинками в руках. И это были их мечи!

- Вам вернули оружие?! - воскликнула девушка с порога.

- Как видишь, Ариаланна. - отозвался Хаттар, любовно поглаживая рукоять верного боевого друга.

- Но.... Разве они не опасаются, что?...

- Мы дали слово. Слово чести, что не причиним им вреда посредством нашего оружия, если они вернут нам его. - пояснил Гарэйн.

- Ах, вот оно как...

- Твой кинжал тоже здесь. Я попросил передать его сразу мне. - добавил юноша.

- Хорошо.... Значит,... командир, значит, вы действительно решили уехать?

- Решили. - кивнул Хаттар, - Ведь мы, все трое, теперь здоровы, и вполне можем возвратиться домой. Я посылал Гарэйна передать тебе эту весть, но он не застал тебя, - и резко повернувшись к девушке, подошел почти вплотную, - Куда ты отлучалась этим утром?


Ариаланна немного смутилась под пристальным изучающим взглядом

- Я... Финрод показывал мне дворец и окрестности...

- Фелагунд показывал тебе? - Хаттар подчеркнул предпоследнее слово.

- Д-да... - Ари даже поежилась.

- Это было твое желание или его?

- Он предложил, и я не стала отказываться....

- И что же ты видела?

- О... как раз об этом я и хотела рассказать вам! И... Командир, я считаю, мы не должны уезжать, унося в наших сердцах прежнюю, непримиримую вражду к их народу!


(Что?...

Это еще как понять?!

Что случилось с девочкой? Уж не то ли, чего мы все так опасались?)


- Объяснись. - это уже был приказ.

И девушка заговорила, пытаясь разъяснить, показать, передать то, что до сих пор стояло перед глазами и навсегда отпечаталось в душе...

Гарэйн слушал молча, кривоватая же, презрительная усмешка Хаттара, которую его люди слишком уж часто видели со дня пленения, становилась все более жесткой и неприятной.

Ариаланна раскраснелась, во рту пересохло, она теряла мысли, досадуя, что никак не подберет нужных слов.... До чего же беден язык, - любой язык, - когда необходимо выразить настоящее!


- ...А потом он пел, и эта песня... она звучала как,... как родная! Ну не умеют так бездушные и злобные демоны! Командир, я знаю, о чем ты думаешь: вот, девчонку приманили красивыми штучками да бряцаньем струн, но поверь, это неверно! Они... эльфы... это все была не ложь!... Они и правда такие... особенные.... И они не могут, просто не могут быть теми жуткими тварями, которых нам расписывали! Да, и они не совершенны, да и они убивали, - но мы ведь тоже! Хасдор был прав, нужно покончить с враждой, пока это еще возможно! Довольно с нас войны! - щеки Ари пылали, звуки собственного голоса отдавались в голове колокольным звоном.

- Ты ставишь под сомнение то, что заповедовал Тано Мелькор? - осведомился Хаттар.

- Тано Мелькор заповедовал.... А если он... а если он ошибся?... Пойми, я же... я же хочу как лучше...

- Хочешь - чего?

- Хочу мира!

- Мира с белыми демонами? - голос командира стал странным, шипяще-змеиным...

- Да никакие они не демоны! О нас ведь среди них тоже ходят глупые истории, так что теперь, всему верить?! Мы обязаны, научится протягивать руки друг другу, и стереть, наконец, кровавые следы! - Сердце девушки бешено билось, она ощущала себя птенцом, впервые расправившим крылья, птенцом опьяневшим от необозримого небесного простора и жгучего счастья полета... Безумно отважен в своей радости птенец, мнится ему: невозможного нет!, и что за нужда, если несут крылья прямо на острые скалы....

- Эльфы добры и мудры, пусть не все, но многие из них! И мы, и они заслуживаем прожить весь отпущенный нам Небесами срок, не погибая из-за чьей-то корысти или иных желаний, но они, хоть и не все, поняли это гораздо раньше и отчетливей нас! И пусть вдохновляет нас на битвы Великая Тьма, но я больше не верю в счастье, за которое платят смертью! Тано Мелькор может быть действительно невинная жертва злобы и жестокости Валар, а эльфы их обманутые рабы, для которых нет иного пути к свободе, чем через гибель, и возможно каждый из нас и впрямь поднимает оружие за правое дело, а боль и страдания будут вознаграждены сторицей,... да, пусть все это так, тысячу раз так, но я против Финрода и его народа воевать больше не стану!


(Опасения подтвердились.

Приговор вынесен.)


Миг - и блеснул выхваченный Хаттаром из ножен клинок, и разрубил бы девушку пополам, но Гарэйн оказался быстрее: перехватил в воздухе руку командира, а второй рукой схватил Ари за плечо, и, вышвырнув за порог, с шумом захлопнул за ней дверь.


...Молчание... Словно время застыло...

Воздух хрустел на губах.


- Гарэйн. - тяжело произнес Хаттар: будто молот ударил. Меч командир все еще держал в руке, и юноша склонил голову, стоял не шевелясь, глядя в пол, а сердце постыдно сжалось, в ожидании последнего удара.

Он помешал казнить преступницу, в кощунстве своем посмевшую отвернутся от праведной войны. Более того: он все еще эту преступницу любил.


- Гарэйн. - повторил командир, все так же жестко. - Посмотри мне в глаза.

И взгляды встретились, но совсем не надолго: юноша свой отвел. А Хаттар продолжал рассматривать юного воина, разглядывал долго, наверное, дольше Вечности...

- Нет, - промолвил, наконец, чуть мягче, - Ты не такой как она. Ты не предатель, - ты просто влюбивчивый дурень. Но это не так уж страшно, - исполнительные глупцы под хорошим началом еще никакому войску не мешали. - и добавил, после паузы, - Собирайся. Отправимся домой до заката.


8

Нэйгель, выйдя из-за поворота, успела услышать странный шум. И едва не споткнулась о вылетевшую из двери девушку в синем платье. Ну конечно: Ариаланна!

Упав на пол, дочь атани отчего-то не сделала попытки подняться. Встревожившись, эльфийка опустилась около, тронула упавшую за плечи.

- Ты как? Не ушиблась?

Девушка подняла на нее глаза, перепуганные и вместе с тем пустые. Руки юной целительницы дрожали; лицо было слишком уж бледным.

Нэйгель помогла девушке встать.

- Ты ведь Ариаланна, верно?

Та молча кивнула.

- Пойдем-ка лучше в твою комнату, - предложила Нэйгель.


Ари с недоумением глядела на белокожую, черноволосую эльфийку, почему-то оказавшуюся рядом. Непривычно звонкий голос с трудом пробивался сквозь разум, лишь начавший осознавать ужас едва не происшедшего.

- Пойдем... - пробормотала девушка, и эльфийка, поддерживая ее (что было очень кстати: ноги Ариаланну не слушались, - только сейчас накатило "Командир хотел меня УБИТЬ!") привела Ари в комнату, усадила на кровать, и сама присела около.


- Меня зовут Нэйгель. - эльфийка глядела пристально и немного тревожно. - Мне о тебе рассказал Финарато.

- Финрод?..

- Да. Ты, кажется, поссорилась с друзьями, Ари?

- Поссорилась - мягко сказано... Боюсь, больше друзьями я их называть не смогу... - страшная картина виделась слишком ясно: безжалостное лицо Хаттара и занесенный клинок....


(Свои...свои чуть не убили....

Ох, да какая я им теперь своя?...)


- Подожди, Ариаланна. - видя состояние девушки, Нэйгель успокаивающе погладила ее по руке, - Что случилось?

- Случилось... - вздохнула Ари, пытаясь унять охвативший тело озноб.

- Расскажи все с начала... - мягко попросила эльфийка

- Случилось то, что меня чуть не убил мой же командир!.. и лучше бы убил...

Девушку затрясло, - эльфийка, увидав такое, без лишних слов укутала Ари одеялом.

- Вот оно что... - сказала, - Это из-за нас, верно?

- Нет,... да,... то есть... Нет, наверное, все же, из-за меня... Я сказала командиру, что больше против вас не пойду... А за подобное, смерть - справедливое наказание...

- Ты поверила Финроду - а они не хотят поверить тебе?

- Поверила... я не знаю... Но... Вы не демоны... Вы просто...другие... Я не смогу объяснить. Даже самой себе...

- Ари... а что сделал твой командир, когда ты это сказала?

- Выхватил меч и... - говорить стало легче под теплым взглядом дивных, почти светящихся глаз, - если бы Гарэйн ему не помешал... Он его руку перехватил, а меня вытолкнул за дверь...

- Значит, ваш командир не колебался, решив немедленно с тобой покончить?

- Да. И по праву.

- Нельзя отнимать жизнь у того, кто думает иначе, чем ты...

Ари покачала головой.

- Наказание за предательство - смерть. Разве у вас не так?

- Финарато не отнял бы жизнь у избравшего иной путь.

- Так то Финрод...


Помолчали. Ари постепенно приходила в себя.


- Значит, ты теперь предательница... - промолвила, наконец, эльфийка.

- Да. Я предательница. Я предала Тано Мелькора. - (Нэйгель заметно вздрогнула) - И то, во имя чего он и все мы живем...

- А разве он не учит вас смотреть своими глазами, Ари? - сама того не зная, эльфийка повторила слова, некогда сказанные Хасдором.

- А разве вас не учат тому же? - душа девушки еще не оправилась от недавнего потрясения, однако разум окончательно обрел прежнюю ясность. - Но вот ты дернулась, услышав, как я называю того, кого вы именуете Черным Врагом....

- Верно. - кивнула эльфийка, - Я слишком многое испытала из-за него.

- А мой отец и парни из отряда погибли от ваших рук...

- Но ты же должна видеть, Ари - Финарато не счел тебя, идущую другим путем - врагом. Хоть и наших друзей убивали ваши люди....

- Вот видишь. - с горьким торжеством заключила девушка, - А Финрод вообще... он же... не такой какой - то...

Нэйгель улыбнулась.

- Тогда и я не такая. И многие еще, очень многие... Ты ведь пока никого не знаешь, Ари!

- А какая тогда я?.. Вот Хаттар и думает и чувствует как надо: демоны есть демоны, враги есть враги... Ему ведь вернули оружие, и нарушать слово воина он не станет.... Но в любое другое время и в другом месте убьет если встретит... Или вот этот, Келегорм, - с ним тоже все правильно, он отнесся ко мне, как и должно - подозрительно и враждебно... А Финрод... он... он, наверное, больше певец, чем правитель...

- И вы, и мы - разные, Ари. Есть и те, кто считает, что враг никогда не может перестать, им быть...

- Так и есть, в войне подобной нашей... И не должны жить переметнувшиеся к врагу....

- А Финрод тебе - враг? - спросила эльфийка.

- Нет... - пришлось признать.

- Так разве к своему врагу ты... переметнулась?

- Переметнулась, или нет... Не в этом суть... Вот скажи - если бы кто нибудь из вас исчез на долгое время а затем, возвратившись, стал бы рассказывать, что Враг никакой не враг, что он мудр, добр и... несчастен... чтобы вы сделали с таким?

- Я бы попробовала понять, почему он так считает. Но вряд ли кто-то из нас счел бы Мор... - запнулась, - Мелькора - мудрым и добрым...

- Вы не знаете его!..

- По его вине мы навсегда потеряли свою родину, Ари. По его вине гибнут люди - твои сородичи! - и Элдар.

- Он лишь хотел защитить мир от зла, что несут в себе Камни! Он и сейчас один справляется с этой ношей! - Ари встала было на защиту Тано Мелькора, но вдруг осознала, что делает это просто... по привычке. Да, еще совсем недавно она бы искренне пыталась убедить собеседницу в своей правоте, но теперь...

Кого она пытается заставить поверить теперь?

Неужели - себя?


И, однако, она будет продолжать попытки...

- Камни никакого зла не несли, Ари. - возразила эльфийка, - В них нет силы, а есть лишь свет Двух Дерев - Телпериона и Лаурелина...

- Это лишь твои слова...

- Ты говоришь, - спросила Нэйгель, - Мелькор хочет защитить мир?

- Хочет... - голос Ариаланны звучал устало. - Он... он Возлюбивший Мир... чего же ему еще хотеть?

- Скажи: тот, кто желает миру и людям блага - стал бы вести войну, посылая свои армии убивать тех людей, кто не покорен ему?

- А те, кто хотят мира стали бы вырезать своих безоружных братьев?

- Ты знаешь уже про Альквалонде... - эльфийка вздохнула: слишком тяжело было вспоминать.

- Знаю. Мы все знаем. Тано не утаил этого от нас.

- Альквалонде - порождение Клятвы. А клятва была дана, когда Мелькор погубил Древа, убил Финве - отца Феанаро - и украл Камни. Не сделал бы Мелькор этого - не было бы резни, и не пришли бы мы на эти земли.

- Он не украл! Он забрал их потому, что это было необходимо, потому что иначе разрушения и беды были бы стократ больше!

- Беды - в ваших землях? От кого? Мы не пришли бы к вам.

- В ваших!! В вашем Валиноре! Вы сами перебили бы друг друга из-за этих Камней, а так вам есть хотя бы кого обвинять! - Ари, нарочно, почти кричала, и ждала, с замиранием сердца ждала, что вот-вот нахлынет вновь: возвратится прежняя, ясная вера, и Великая Тьма осенит своими крыльями, придав сил...

Но ничего не происходило, - была только слякоть и серое небо.


Нэйгель покачала головой.

- Камни ведь были у нас долго. Никому и в голову не приходило драться из-за них - многие даже и вовсе не знали об их существовании

- Ну и что? Срок наступил бы - рано или поздно.

- Ари. Зачем драться из-за капли Света, если этот Свет заливает небосклон? А Свет, ныне оставшийся в Камнях, тогда источали Древа.

- Недоступное всегда желанней, трава на поле соседа всегда зеленей.

- Недоступное? Тебе разве недоступен свет Солнца?

- Я не о том... - девушка сбросила с плеч одеяло, - вдруг стало жарко. Слишком жарко. - Может, свет ваших деревьев и был для всех, - но камнями то мог владеть только один!

- Ари... В Амане было много прекрасных творений. Сильмариллы - лишь одно из них.

- Ну и что?

- Мы не прятали сотворенное от других - наоборот, хотели, чтобы созданное нами было доступно всем....

- Опять красивые слова! - с досадой воскликнула девушка.

- Ари, я не хочу сказать, что лишь Мелькор виновен в произошедшем... Мы не разглядели в себе зерна зла, и вина лежит на всех....

- Но прозвание Черного Врага заслужил лишь он один! - перебила Ариаланна, и эльфийка не стала рассказывать девушке о том, что ей, Нэйгель, возможно, было бы легче, тоже вот так получить громкое имя, и выступить одной против многих.... Ведь бунтарем стать так просто, - надо лишь заявить "Я борюсь со всеми за счастье и свободу для всех, путь к каковым ведом только мне!" и начать борьбу; неважно, насколько велики будут жертвы, главное, бунтарь ощутит себя Освободителем, и с чистой совестью сможет гордо смеяться в лицо очередным врагам...


О, так стократ проще!


А вот они тогда пошли за Феанаро, против воли Валар, но каждый - по своим причинам. Противник-то уже был обеспечен...

Разрушать легко, невероятно легко...

Но кто потом попытается отстроить?... Финарато? Подобные ему?...

Да. И она.

И она.


- Мелькор убил Древа. - сказала эльфийка, - Он поверг наш дом в беспросветную Тьму. Он убил одного из нас - впервые смерть пришла в Аман. Он похитил камни, которые могли возродить Древа...

Ари ничего не ответила.

- Но ты права... - продолжала Нэйгель.

- Даже так!? - язвительно воскликнула девушка, - И в чем же?

- Мы ведь могли возродить Свет - если бы Феанаро отдал камни Йаванне. Из капли их света она смогла бы оживить Древа - но Феанаро отказался. Я была там, Ари, я видела, как рыдала Йаванна, обнимая мертвый ствол Лаурелина, словно мать - тело погибшего ребенка... - голос эльфийки задрожал.

- Отчего же он отказался? - спросила Ариаланна, - Не потому ли что слишком любил Камни, что был уже не в силах отдать их кому-либо, - даже Валар?!

- Поэтому. Тогда и начался наш путь во Тьму... но пойми, Ари - я не хочу по нему идти. Сыновья же Феанаро сознают, что идут к гибели - и все же не могут остановиться, ибо дали Клятву, и она овладела ими.

- А вы все - ты, Финрод... вы что, тоже давали клятву?

- Нет. Я и мои друзья вольны в своем выборе. Потому Финрод и не убил тебя и твоих товарищей...

- Думаешь, от этого легче?.. Мертвые хотя бы не мучаются сомнениями...

- Ты предпочла бы смерть - новому знанию?

- Знанию?! Что ты называешь знанием? - вдруг сдавило грудь, и противный ком набух в горле. - Я знаю одно, - мы с Гарэйном должны были стать мужем и женой в середине осени, а теперь этого точно не будет!


(И домой я больше не смогу возвратится.... Не обниму маму, подруг.... Не буду купаться в озере, бродить по траве вечерами.... Не подарят мне смешного щенка от рыжей собаки.... Не будут виться вокруг соседские девчонки, жадно расспрашивая, как там - в отряде...

И Гарэйн...)


Только теперь начала Ариаланна осознавать со всей страшной отчетливостью, сколь же многого не будет...


- Что ты станешь теперь делать, Ари?

- Не знаю... Ничего уже не знаю...


(Стану... плакать, кажется, стану.... Не хочу, чтобы она видела...)


- Ты должна решить - уехать или оставаться...

- Я... Не хочу я сейчас ничего решать! - девушка уже едва сдерживала слезы, - Не могу... Мне нужно побыть одной... пожалуйста, уйди...

- Прости, Ари. Если что - спроси обо мне, я приду....

Нэйгель поспешно встала и вышла, напоследок оглянувшись на девушку, которая лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Та не обернулась.


9


(Значит, Ари сочли предательницей. Что ж, от Хаттара подобного можно было ожидать - он воин, ему нужен враг. Но Гарэйн...

Этот юноша любит ее. Не верю, что он от нее отвернется. Быть может, здесь я смогу помочь...)


Гарэйн и его командир, готовые к отъезду, находились в комнате Хаттара, ожидая, когда эльфы будут готовы вывести их за пределы Нарготронда. Все, что следовало сказать, было уже сказано. За окном лишь занимались сумерки, и оттого, что света в комнате было предостаточно, становилось еще тяжелей постоянно отводить взгляд.


Оба облегченно вздохнули, когда отворилась дверь.


(Наконец-то! Поскорее покинуть это проклятое место!)


(Наконец-то! Уехать от нее подальше, и не вспоминать никогда, никогда! А родным сообщу, что ее убили -командир прав, так будет лучше, -зачем покрывать позором всю семью?

Ари, Ари, что же ты наделала?... Ари... Ари...)


Черные камни, завязшие в море запекшейся крови - вот все, что ему осталось от любви и надежд....


Эльф-страж, не заходя внутрь, позвал.

- Гарэйн, ты должен сейчас пойти с нами.


Юноша даже не выразил удивления, - для этого ему было слишком плохо: безвольной куклой поднялся, хотел идти, но взгляд командира хлестнул - заставил остановиться.

- Зачем он вам? - резко спросил Хаттар.

- Государь Финрод хочет его видеть. - Спокойно пояснил эльф.

- Что же, - человек отвернулся, - Он здесь государь...


И Гарэйн, словно получив разрешение, вышел вслед за стражем.


Его проводили теми же коридорами, великолепием которых восхищалась Ариаланна, но юноша ничего не видел, и не замечал. Он брел будто в мутной пелене тумана, слишком густого, чтобы даже попытаться открыть глаза, и каждый стук сердца отзывался глухой болью, словно вопросом "Зачем я еще живу?"

О, он знал: недостойно воина Тано Мелькора так терзаться из-за преступницы, предавшей своего Учителя и свой народ...

Знал. И считал, что Хаттар, уже успевший высказать все, что по этому поводу думает, был прав, через слово называя его, Гарэйна, ничтожеством.


Эльф распахнул дверь перед юношей и Гарэйн вошел. Остановился в паре шагов от порога.

Финрод, увидев человека, ощутил жалость: несчастный мальчик, даже глаза погасли, и только в глубине будто трепещет подбитая птица....


(Любовь или вера?... Страшная задача.... Сомневаюсь, что сам смог бы выбирать...)


Фелагунд подошел к юноше, взял за руку, подвел к столу, усадил в то самое кресло, где недавно сидела Ари, налил почти прозрачной жидкости в кубок из находившегося тут же кувшина.

- Приветствую тебя, Гарэйн. Выпей это.


Человек не шевельнулся.

- Я не хочу пить. - прозвучало будто из могилы.

- Выпей. Это не отрава.

- Я не хочу.


- Гарэйн, - Что-то неуловимо изменилось в тоне эльфа, - ты ведь хочешь пить.

И человек почувствовал - да, ему действительно хочется пить, очень... рука сама потянулась к кубку, и парень сделал несколько глотков.

Финрод тем временем налил из того же кувшина во второй кубок - себе, и тоже выпил.


Напиток был почти лишен вкуса, однако, чуть ли не сразу же в голове у Гарэйна прояснилось, и туман начал расползаться, - он впервые взглянул на окружающее осмысленно, отметил особенности места, где находился, и заинтересовался, - чего же хочет Фелагунд?

Но в груди заныло еще сильней...


- Итак. - сказал юноша, поставив кубок на стол, - Зачем я тебе?

- Когда вы собираетесь покинуть наш город? - спросил эльф.

- Сегодня. Мы ведь уже сказали об этом твоим воинам. И получили согласие. Твое.

- Ариаланна поедет вместе с вами?

- Нет. Теперь это невозможно.

- Значит, ты бросишь ее?

- Я ее не бросаю. Она предала. - слова были бесцветными. Совсем.

- В чем же ее предательство?

- Те, кто отказываются воевать с нашими врагами, кто не желает более служить делу Тано Мелькора, - как же их еще назвать, если не предателями?


(Как назвать тех, кто отказался содействовать бессмысленному убийству, называемому войной?

Может быть - свободными?)


- Вы зовете его - Возлюбившим Мир... верно? - спросил эльф.

- Верно.

- И его ведет любовь?

- Это так.

- Значит, любовь важнее всего...

- Да. Любовь и преданность Тано Мелькору действительно важнее всего.

- Если его ведет любовь, - сказал Финрод, - то служить ему, значит, служить любви. Не так ли?

- Служить ему, - значит служить ему. Тано Мелькор выше всего: любви или ненависти, жизни или смерти... Он - наша путеводная звезда, он тот, кто придает нашему существованию смысл... - Гарэйн смотрел в пространство, губы его были сухи.

- Ты говоришь, что его ведет любовь. Он ведь человек - вы так считаете... и ты тоже человек. Значит, ваши чувства подобны... и, предав свою любовь, ты предашь и своего Учителя.

- Он не человек... Не такой, как мы... Он - могущественней. Больше. И любовь моя к Учителю превыше любви к женщине. А раз она предала, она недостойна любви - ни Тано, ни моей. - юноша произносил фразы, будто старательный ученик, заучивший наизусть строки объявленные святыми, и почти позабывший, что у него есть собственные мысли...

- Гарэйн, - Фелагунду казалось, - он понимает, что у человека на душе, - она любит тебя. Ты любишь ее. Вы не должны расставаться! Нельзя предавать свою любовь!

- Я не должен любить ее, раз она свернула с пути Тано Мелькора.

- Тебе все равно, что будет с ней?

- Принявший сторону врага заслуживает лишь презрения...- проговорил юноша все тем же заученным тоном... и - вцепился в подлокотники кресла так, что пальцы побелели.

- Что же, - эльф чуть подался вперед, - брось ее. Но знай - ты тогда предашь свою душу!

- Моя душа чиста, пока я храню верность Тано Мелькору и Великой Тьме!

- Ты-то сам веришь в то, что говоришь, Гарэйн?

- Верю! - юноша сорвался на крик, - Я - верю!! И мне все равно, что будет с этой девчонкой! Мне нет до нее никакого дела!!

- Ты лжешь. - спокойно произнес Финрод.

- Нет!!.. - юноша задыхался от сердечной муки.

- Да. Ты предатель, Гарэйн. - Финрод будто поставил печать. Человек отшатнулся.

- Нет! Кого я предал?!

- Того, кто любит тебя.

- Я иду путем, заповеданным всем нам! Это она свернула с него! Она!

- Есть ли в мире что-то важнее пути любви, Гарэйн? - голос эльфа стал печальным.

- Есть! - юноше казалось, - если кричать громче, то станет легче дышать... - Это путь служения Великой Тьме и Тано!...

- Значит, Тьма выше Любви? Значит, вы служите Тьме - и из-за нее готовы предать Любовь?!

- Великая Тьма превыше всего, ибо она - все! И если Ариаланна, - едва выговорил имя, - предала Тьму, значит, она изначально была ее недостойна! Ее и Тано Мелькора! Раз уж эта девчонка оказалась настолько слабой, то от меня она дождется разве что жалости...


(Бесполезно. Его сжигает тот самый огонь слепой веры, что уничтожал и гораздо более твердых...)


- Ты вправе выбирать. - произнес, помолчав, Финрод.- Ты можешь оставить ее - и всю жизнь страдать о несбывшейся мечте. Ты можешь остаться с ней - и идти вдвоем по пути, который вы изберете вместе.

- У меня один путь - и это путь Тано Мелькора! А она... - и парень обрадовался, найдя, наконец, виновного, - Чем ты взял ее, эльф?! Каким колдовством?!


Финрод вздохнул.

- Гарэйн, думаешь, это "колдовство" так просто, что я буду колдовать направо и налево?

- Чем ты ее взял?!! - от крика задрожали хрустальные светильники на стенах. Но Фелагунд лишь досадливо сдвинул брови.

- Подумай сам: что мне в этой девочке?

- Да вы на все пойдете, только чтобы сломать еще одну душу!!

- Что же я тебя не сломал, Гарэйн, если это мне столь важно?..

- Потому что я сильнее! Вам не отнять у меня мою веру!!..


Эльф не выдержал, - усмехнулся вначале, а потом, наконец, открыто рассмеялся


- Думаешь, ты сильнее меня? Всех нас?

- Я докажу тебе это, демон!! - И юноша, опрокинув стол, кинулся на Финрода разъяренным зверем, намереваясь прикончить тут же, на месте, но тот оказался быстрее: каким-то неуловимым движением очутился позади человека, - и словно исчез!

Гарэйн растерянно озирался, пытаясь понять, куда же делся демон. Ярость клокотала в нем, как кипящая вода в котле.

- Ах ты, подлая тварь!! Выходи и дерись как мужчина!!! - вскричал, и вдруг ощутил один за другим два удара - в шею - и тут же тело перестало его слушаться, - человек беспомощно упал на пол, на спину.


Вот тут и возник, словно из ниоткуда, Финрод, поднял парня как ребенка, и усадил на диван у стены.


- Мразь, - пробормотал Гарэйн, - только хитростью и можешь...

Безумное бешенство отступило, осталась лишь досада - оттого, что выставил себя дураком...


- Гарэйн, послушай. - Финрод все не оставлял надежды достучатся до юноши, - Ты нужен Ари, ты ей дорог! Вы заслуживаете счастья - не разрушай его!

- Наше счастье разрушил ты! - выкрикнул человек - О, если бы я убил ее тогда, прежде чем мы оба попали к вам в руки... Ее и себя... насколько лучше бы было!..

Эльф скрестил руки на груди.

- Ты знаешь все. Выбор за тобой. Решай, Гарэйн, но не ошибись.

Ответ последовал немедленно, - словно юноша боялся что, обдумав все, он скажет нечто иное:

- Свое решение я принял в час моего рождения. Тело мое и душа принадлежат, прежде всего, Тано Мелькору и с ним я останусь. Хочешь, убей меня теперь, а нет, - дай уйти вместе с Хаттаром. Больше мне нечего тебе сказать.

- Твой выбор. - Фелагунд понял, что никогда не будет в силах рассказать Ариаланне об этом разговоре. - Я не стану тебя задерживать. Знай лишь, что если ты захочешь вернуться в город - мои воины не тронут тебя.


Гарэйн почувствовал, что тело вновь послушно ему. Поднялся, стараясь, держатся с достоинством.


- Я сюда не вернусь. Незачем.


(Глупый, глупый мальчишка.... Однажды ты затоскуешь о ней, смертельно затоскуешь... Она станет являться к тебе во снах, ее голос, лицо будут преследовать тебя словно наваждение, жизнь без нее потеряет смысл.... И, когда этот день наступит, - дай тебе Эру смелости и разума прийти и сказать "Прости меня!"...)


- Дело твое. - Произнес Фелагунд. - Теперь иди.

В дверь вошел давешний эльф - тот, что вел человека сюда, и Гарэйн подошел к нему, готовый возвратится к командиру, но вдруг обернулся к Финроду.

- Раз уж она по глупости или почему - то еще перешла на вашу сторону... хотя бы позаботься о ней!


И едва ли не выбежал, оттолкнув стража.


10


Ариаланна стояла около Финрода, на одной из террас. Северных террас. Она не просила о встрече, но так уж в жизни выходило, что Финарато часто оказывался подле тех, кому было плохо, и обычно ему удавалось хоть как-то помочь.

Обычно.


Хаттар и Гарэйн уехали вчера. А сегодня девушке просто нельзя было оставаться одной, - чтобы понять это, не нужно было быть правителем Нарготронда...

Вот они и находились вместе: Ари говорила и говорила, и Фелагунд не прерывал ее.

- Все так запуталось, совсем запуталось... Я пятый угол ищу - деваться некуда.... А ты... Вы.... С одной стороны я знаю, - вам верить нельзя, это знание я всосала с молоком матери, но с другой,... после всего, что я тут видела и узнала, уже никогда не смогу видеть в тебе врага, демона... Ты и твои соплеменники так похожи на нас, и так непохожи... Я не умею объяснять, но есть в вас что-то... в вас и ваших странах. Вы прекрасны, вы будто мечты, которые не сбываются, однако кто-то из вас убил моего отца! За это и за многое другое я ненавидела белых демонов, - а вот эльфов Нарготронда и их государя я ненавидеть не могу...

Столько смертей уже было, Финрод! Кровь... она и на белом и на черном, одинаково красная! Смотреть на вас как на друзей, безраздельно доверяя, я не в силах... но иногда этого так хочется!

И все же забыть, - совсем забыть, и совсем простить, - нельзя...

А тут еще вечный страх вашего чародейства, хоть и понятно уже, что никакого колдовства нет и в помине, - и все равно я боюсь!

Я и Гарэйн - мы были здесь как слепые щенки в кадке с водой, в кадке слишком глубокой, чтобы лапы могли достать до дна.... Только Хаттар все время твердо знал, как ему быть.... И Гарэйн поверил командиру, и это верно,... тогда почему не вышло у меня?... Что со мной не так?...


Эльф погладил девушку по плечу.

- Хаттар верил, что поступает правильно. Гарэйн верил ему. А кому - или чему - веришь ты?

- Я потеряла веру, Финрод! Ее у меня отобрали, а с ней - и жизнь. Это болото меня засосало...

- Но из болота можно выбраться, если вовремя протянут руку.

- Только не мне. Я завязла слишком глубоко, и вместо надежной руки хватаю пустоту.

Я будто онемела: голос потеряла со словами правильными.... Все вокруг другое - незнакомое, жуткое...

Понимаешь, там в отряде, вокруг меня была грязь и кровь, и почти привычными стали известия о гибели знакомых, даже друзей... А когда приносили раненного, пускай и совсем безнадежного, времени на ужас и отчаянье просто не оставалось. Я делала все, что могла, и вряд ли что-то при этом чувствовала... Это ужасно, Финрод, ужасно... Но тогда я хоть знала, что все это - и страдания и потери - не зря! Что есть Тано Мелькор, и будущее, которое он старается добыть для нас же. Что его жертвы, его боль - сильнее, ибо он скорбит обо всех! И это... вдохновляло меня, что ли... Я легче переносила выпадавшие мне испытания, зная: это все ради Тано... а он живет лишь для нас!

- А теперь твой кумир пал, - сказал Фелагунд. - Некому больше служить и некому молится. Верно?

- Да... да, верно.... Хоть и жестоко. Понимаешь, Свет или Тьма... все это не так называется - совсем не так! Я видела вас - не-врагов, я видела и Хасдор, но таких как мы ведь мало... Ты видел нас - не-врагов, но многие ли из твоего народа способны на это?! Вспомни хоть того же Келегорма... вот подобных ему много... У вас - много, - а у нас еще больше... Таких, как Хаттар, которым обязательно нужно кого-то побеждать...Я не знаю, не понимаю, почему Тано Мелькор начал все это...или не он начал.. Но какая разница, если никто, - ни он, ни Валар, - не желают остановиться, а ведь ясно, что не желают, потому что нам лгали о вас, и эльф, убивший моего отца, тоже, наверное, думал, что делает благое дело...


(Или ничего не думал. Ты правильно сказала - на это не остается времени. Так почти всегда бывает на войне...)


Ариаланна продолжала

- Я слышала не раз, что не-Тьма, которую вы именуете Светом - это плен, а вы ведь с жалостью и отвращением зовете нас рабами Моргота.... И я очень хочу, чтобы все закончилось, чтобы оба наших народа увидели то прекрасное, что есть в каждом из нас, но такое невозможно. Лишь начни мы с Хасдором призывать к миру, - наши же соплеменники убьют нас, не дав даже дойти до Тано Мелькора, а он, быть может, и выслушал бы. А ты.... Многие ли из эльфов верят в то, что из твоего увлечения северянами получится что нибудь путное?! Или их можно пересчитать по пальцам одной руки?


Финрод задумчиво посмотрел на девушку, покачал головой.

- В то, что с эдайн можно договориться, верят немало эльфов. В то, что можно изменить людей, которые служат Морготу - меньше. Гораздо меньше

- Я иного и не ждала... Возможно, они тоже считают, что убивать таких вот, рабов Тьмы, было бы милосердней?

- Некоторые - считают. - признал эльф, - Однако, вот, ты самим существованием своим показываешь: сила Моргота над душами не так уж велика. А Хасдор - пример того, что для "рабов Тьмы" возможно исцеление не только через Чертоги Мандоса.

- Исцеление... - повторила Ариаланна, - Что ты называешь исцелением?

Фелагунд слегка нахмурился, и ответил не сразу.

- Слыхал я одну человеческую легенду. В ней говорится, что некогда все люди поклонились Владыке Тьмы, и признали его своим Властелином, и его Тьма проникла в человеческие души. И увиделось мне, как частица Моргота вошла в смертные фэар, отравляя их гневом, ненавистью, злобой.... Если было так, то воистину велика сила его. Но, несмотря ни на что, верится: сколь бы ни был силен этот яд, можно изгнать его из себя. Хотя мне трудно, и не совсем честно говорить об этом, Ариаланна.... Ведь я тоже проклят, и на моих руках чужая кровь. Но я все же надеюсь, что не все потеряно и для нас, и для вас.

- И все таки.... Ты так и не сказал, что подразумеваешь под словом "исцеление". Возвращение к вере в Свет, так?

- Возвращение к вере в добро, Ари

- А что, по-твоему, есть добро?

Финрод засмеялся:

- Хороший вопрос

- Вопрос без ответа... - девушка оставалась серьезной.

- Если бы мы могли на него точно ответить, - сказал эльф, полушутя, - мы стали бы выше Валар! Но, попробую выразиться так: добро - это неделание зла. Да, конечно, добро для одних часто обращается для других во зло, и нам не дано предугадать, чем станут наши дела. Но так уж устроен мир

Ари кивнула.

- Звучит. Но ответь - Тано Мелькор отобрал силой Сильмариллы - это зло?

- Мелькор и Сильмариллы... Да, Ари, это было зло

- И кто же совершил его?

- Мелькор уничтожил то, что было сотворено его братьями - Деревья Света. Он убил Финве и украл созданные Феанаро Камни. Из-за этого обезумел Феанаро - и наши руки покрыла кровь братьев.... Если бы не Мелькор, мы не пришли бы сюда, и войны не было бы, и твой народ жил бы в мире.

- Если бы не Мелькор... А вот скажи мне, повелитель Нарготронда - то, что я лишилась своего любимого и, по сути, будущего и дома - это зло?


Несколько мучительно долгих мгновений Финрод смотрел на Ари.

- Ты не лишилась будущего, - произнес, наконец, - И новый дом ты еще обретешь. А Гарэйн... я надеялся, что он сможет остаться с тобой. Ошибся. Все же я, должно быть, слишком наивен.... Но ты обрела знания, Ари, и сама сделала свой выбор - разве не так?

- Я ничего не выбирала! И не собиралась даже - просто, так получилось!

- Ты все еще можешь вернуться на Север. - предположил эльф.

- Вернутся?.. Теперь?... - вскричала с горечью. - Ты издеваешься?.. В лучшем случае - если Хаттар был достаточно милосерден, - мои близкие и друзья уверенны, что я мертва. В худшем - они проклинают тот час, когда я появилась на свет! Мне некуда возвращаться, понимаешь, некуда!

Ариаланна стояла, съежившись, сжав кулаки. Холодно, слишком холодно внутри....


- Если все так, как ты говоришь, - сказал, помолчав, эльф, - и дом для тебя потерян, а близкие тебя не примут - это тяжело... Но есть и утешение: пусть даже тебе некуда возвращаться, - так разве нет дороги вперед? Мир не ограничен Севером и Нарготрондом. Ты видела лишь его крохотный кусочек - а он огромен, и ждет тебя. Мне хочется верить, что ты еще найдешь свое счастье, Ари....

- Но у меня не осталось сил для новых дорог... - проговорила девушка, опустив голову.

- Силы иногда непонятно откуда и берутся. Впрочем, что верно, то верно - пока тебе нужно отдохнуть.

- Отдохнуть... Я не знаю, как это сделать... И...и слишком уж часто в последнее время твержу "не знаю".... Еще десяток дней назад мир был понятным и обыкновенным, таким уютным... А теперь...

- Уютным? - переспросил эльф, - Во время боев?

- Представь себе...

- Странные понятия об уюте... Хотя... я понимаю - твой мир был четким и ясным....

- Верно. Я же говорила тебе, - Тано вел нас.... Тогда я знала, за что мы бьемся, и знала: цель оправдывает средства. А страхи - даже они были привычными... Твердо отмеченные границы - чего надо опасаться, чего не надо - и даже как это делать... А сейчас... да я самой себя боюсь... Вот сегодня утром я вдруг поняла, что боюсь просыпаться: там, во сне был дом и мама, и Гарэйн, а наяву... Наяву нет ничего... совсем.


Финрод коснулся ладони Ари.

- Меня тоже нет?

Девушка отдернула руку, будто обжегшись.

- Ты существуешь,... но со всем, что есть у тебя... Ты живой и теплый... Слишком.

- Тяжело, когда разбивается твой мир, - сказал эльф. - Мы с тобой теперь похожи. Я тоже потерял свой дом и любовь. Но вижу все-таки - жизнь слишком хороша, чтобы перестать за нее бороться, и верю, что мир стоит того, чтобы видеть его не через шоры. А ты, Ари, ты сможешь поверить?


(Поверить,...опять во что-то поверить.... А потом веру снова отберут - или она исчезнет сама, - и я снова останусь ни с чем...)


- Нет... - почти прошептала, все еще глядя в пол, - наверное, нет... Когда ты строил новый дом - с тобой были друзья... А у меня сейчас такое ощущение, будто я последний в мире человек... Хочется забиться куда нибудь, подальше, и забыть обо всем... Превратится в камень или цветок, чтобы только пить теплые воды земли и греться под солнцем и не горевать об ушедших...

- Глупости! - воскликнул Финрод, - Я твой друг, Ари. И еще многие друзья появятся. Не позволяй себе опускать руки!

- А если мне как раз хочется это позволить?.. Так ведь проще... А я устала. Очень устала.

- Выбирать все равно тебе, Ари, от этого никуда не деться, и за тебя никто принимать решений не станет. Но всему свое время - если тебе тяжело думать о будущем сейчас - не думай, просто живи. Ты молода, и в тебе много сил - используй их!

- И рада бы.... - вздохнула девушка - Только вот никак не могу их найти... - и вдруг спросила совсем по-детски, будто у сказочного всемогущего волшебника, - Финрод, ты мне поможешь?

- Конечно, Ари! - кивнул эльф, - Конечно, помогу. Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя одну?

- Ты очень хороший... - девушка опустила глаза.


- Я стараюсь, - засмеялся Финрод, и Ариаланна наконец-то улыбнулась.

- Стараешься быть хорошим?

- Именно!

- Для кого-то, или для себя?

- Для всех. Для себя тоже, честно говоря....

- Тебе так легче? Легче жить?

- О да! - согласился Фелагунд, - Легче и радостней.


Помолчав немного, девушка спросила.

- Значит, я... могу пока оставаться в Нарготронде?

- Можешь. Сколько пожелаешь. Захочешь - выучишь наш язык, прочтешь старинные книги, поймешь наши стихи и песни... А пожелаешь, - сможешь отправиться, например, в Гавани... ты ведь никогда не была у моря?

- Нет, никогда...

- Думаю, оно должно тебе понравится. Там кружат чайки, зовя путников в дальние страны, волны бьются о скалы, и когда солнце по утрам встает, закутавшись в кружева пены, в брызгах отражается радуга. Днем, если нет ветра, море, будто ласковый зверь, разомлевший от жары, а во время штормов огромные валы грозят, обрушиваясь на берег, разнести его в клочья, - и они прекрасны в своем неукротимом буйстве!

А по ночам лунный луч рисует на воде дорожку, уводящую в даль, и дрожат на черной глади неба серебристые капли звезд... Ты сможешь увидеть все это сама, если захочешь...


Эльф говорил - и перед взором девушки вставал океан: безбрежный неизведанный простор... Мир вокруг стал вдруг подобен синей глади: огромный, необъятный, открытый зовущий, - и засверкала радуга, протянувшись у ног бесконечной дорогой...


- Наверное... - призналась девушка, - наверное, захочу... Ты так рассказываешь, что уже, кажется, захотелось... - она вдруг смутилась и покраснела слегка, - Финрод, знаешь,... я всегда мечтала о старшем брате,... но у меня его не было... а,... а... - запнулась и докончила едва слышно, - а теперь вот, вроде бы, есть...


Финрод взял ее за руки и посмотрел в глаза.

- Ты оказываешь мне большую честь, Ари. Спасибо.


Девушка не знала, куда деваться от смущения, и Фелагунд заметил это.

- А как там поживает Миэо, Ари? Я уже давно его не видел...

- Хорошо... Он меня часто навещает.... Вырос, и стал уже не золотисто-рыжий, а красный совсем, как пламя в очаге... - и вдруг вскрикнула, вспомнив, - Ой, я же ему рыбу оставила, а она там, на солнце, со вчера валяется! Пойду заберу! Хорошо, если еще не испортилась!

- Иди, конечно, - кивнул Финрод, и девушка убежала, а эльф, глядя ей вслед, и впрямь с радостным изумлением ощущал себя то ли её старшим братом, то ли вовсе, отцом...


...Обеспокоенная тем, что брошенная на подоконнике рыба может присохнуть к нему намертво, или, что еще хуже, начать испускать запах, Ари слишком быстро мчалась по коридору и уже у двери своей комнаты налетела на двух черноволосых эльфов, едва не сбив их с ног.


- Ох, простите меня! - воскликнула. Один из эльфов смерил ее холодным взглядом, - кажется, в нем промелькнуло даже презрение...

- Смотри куда идешь, северянка. - произнес, и, обратившись к товарищу, добавил какую-то фразу на своем языке, - будто плюнул. Второй расхохотался, и оба пошли дальше, более не оглядываясь.


..В радугу швырнули огромным камнем, и она рассыпалась, оказавшись вдруг бесполезной стеклянной игрушкой... Девушке захотелось завыть, будто смертельно раненому зверю, - раненому подло, стрелой из засады...


(Мне нет здесь места... И никогда не будет... Я не обрету здесь дом...

А ведь вообразила же... Какая дура...

Это ведь эльфы, - Финрод был добр ко мне и та эльфийка, Нэйгель, тоже, - но остальные будут всегда ненавидеть и презирать людей... Северян... Нас...

Наши народы слишком разные. А они так высокомерны...

Я чужая тут. Нежеланная гостья...

Но мне некуда больше идти...

Меня никто не ждет... И никто не заплачет, если умру...А жить не для кого...

Даже прошлого теперь не осталось...)


Ари, на ощупь, словно ослепнув вдруг, добралась до комнаты, упала в кресло... и хлынули из глаз жгучие слезы. Истерзанная душа металась, не находя выхода, а стены, крепкие высокие стены сдвигались, грозя раздавить в лепешку, и не было ни жалости, ни спасения...


...Миэо вошел, бесшумно ступая, удивленно покосился на девушку, поднял левое ухо, прислушиваясь к странным звукам...

Вспрыгнул на колени Ари, - под лапами оказалось мокро; ткнулся мордочкой ей в лицо, лизнул, - и брезгливо фыркнул: соленое, горькое, невкусно! Гораздо лучше то, белое, иногда теплое, которого на кухне всегда вдоволь дадут, стоит лишь потереться о чьи-нибудь ноги, да помурлыкать как следует...



Текст размещен с разрешения автора.