Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Яна (Миримэ)

Пять шагов темноты, или Три зеленых свистка

              "От одной стены до другой -
              пять шагов
              темноты,
              от одной любви до другой..."

              ( * * *, Ахтэнэр)

Перейти от одной любви к другой всего за какую-то неделю. Получилось быстро - осозналось медленно. Как же так?

В памяти - смуглый и стройный, кудрявый, уверенные жесты, прямой взгляд теплых карих глаз. Еще помню прикосновение его ладони к моей, его дыхание - на моей щеке. Всего неделя вместе. Он - гость, я показывала ему город... Наждачной бумагой по сердцу обжигает приписка в конце каждого е-mail'а: "with love". Все еще горит разочарование - ведь не ту любовь он имеет в виду, это он так, по-дружески. Та "лав" сейчас рядом с ним, он сам мне написал об этом...

Перевариваю невольный (или наоборот, очень даже добровольный?) самообман: он честно ничего не имел в виду, просто - разные культуры, разные понятия вкладываются в одни и те же знаки, слова, жесты. Вот и глотай слезы теперь, дитя наивное, угораздило же!


Что делать теперь? Отвлечься... Найти интересное занятие... Лингвистика, а точнее - изучение толкиновских языков - очень неплохо подойдет! Список рассылки: вопросы, ответы, и новичкам помогают...

>>"Please help me with translating into Quenya the following names: Vladimir, which means Owner of the World, and..." *
>"Мне кажется, так как мы оба русские, я могу пренебречь правилами рассылки и ответить на русском же..."


Новая переписка заводится от отчаянья и тоски одиночества, просто, чтобы совсем не взвыть на луну. Да только результат получается странный. Кто - в памяти, а кто - в реале?


>> "Давай встретимся?"
>"Хорошо. Только - на нейтральной территории"
"Ладно."


Иду, сама не зная, чего мне надо и чего я жду от этой встречи, со смесью обреченности и любопытства, предчувствуя что-то странное.

Получилось быстро - осозналось медленно. Ведь полная же противоположность!

И уже в первую встречу...

Прогулка по лесу.

Песни.

Холодные пальцы.

Его слабая улыбка: "Вот, сердце..."

С неловкой нежностью беру за руку, растираю, дышу на ладонь, - "ну как?"

"Лучше. Теплее."


Первая встреча.

Холодный осенний вечер. Остановка автобуса. Ветер.

В автобусе - щека к щеке, у меня текут слезы, ведь эта нежность так непривычна, и я думаю, что для тебя это ничего не значит, потому что ты из другого мира, не из выхолощенной протестантско-баптистской среды, где вот так сидеть могут только помолвленные, да и то - почти равносильно блуду, так что мне вот так с тобой сидеть - то ли как в пропасть, то ли как на амбразуру, а тебе - наверное, ничего. Значит, и для меня ничего не должно значить. Я не хочу снова плакать о том, что могло бы быть. Хватит с меня одного...

Только пусть вечно идет автобус, мелкий и тряский, пусть не кончается ночь, только блеск мокрого асфальта, только наше отражение в мутном стекле, и я постараюсь не жалеть о невозможном, а просто впитать этот момент, выпить его до капли, отложить в памяти - и когда мне станет грустно, я закрою глаза и извлеку эту поездку, эту ночь, это щемящее нежное чувство. Пусть будет только здесь и сейчас, я так решила - но где-то в груди начинает теплиться робкий огонек... Давить!

Ничего, ничего не будет, а если и будет, то ненадолго, и нельзя привязываться к тебе, я не хочу "больно", я не люблю боли. Да что же это такое?!


"Глупая, вспомни, кого ты клялась ждать? Пусть ты ему не нужна, пусть себе клялась, но все же?" Предаю? Кого?

"Опомнись же," - в который раз упрекаю себя, - "что ты знаешь о людях вообще и о молодых мужчинах в частности - вне своего стерильного мирка? Всю жизнь ведь общалась с теми, кто старше тебя лет на тридцать, тинэйджеров за людей не считала, а из молодежи первым, с кем трепалась и гуляла, был этот самый гость! А вот этот, следовательно, второй. Двадцать лет, как в ящике..."

Вот и веду себя, как пуганый зверек; ощущение смутной угрозы, опасности - или это просто страх перед неизведанным? Новое всегда пугает... Хочется бежать, бежать прочь, не позволить себе привязаться к тебе, сероглазый скальд, не отводить тебе слишком много места в сердце.


Но ты зовешь меня, приглашаешь приходить, и я иду, как бабочка летит на огонь, даже считая, что для тебя все это - игра, ничего серьезного, ну и пусть, я уже не в силах сопротивляться. Я больше не хочу сопротивляться.


Сижу у тебя на коленях, шарю мышкой по твоему компу.

- Это ты написал?! Здорово!


- Ох... Голова... - боль такая, что темнеет в глазах, невозможно не то, что идти, но даже шевелиться. Ты осторожно укладываешь меня на диван, заворачиваешь в одеяло, приносишь холодное полотенце на лоб.

- Оставайся у меня. Куда ты такая пойдешь?

- Ладно...


- А хочешь каждое утро просыпаться в моих объятиях?


- Я тоже...к тебе привязана.


Прикосновение твоей руки - и меня бросает в дрожь; я чувствую твое настроение; ты поешь для меня; с тобой я свободно говорю обо всем, мне кажется, будто я знала тебя всю жизнь.


Без каких-либо штампов и бумаг мы становимся мужем и женой.


- Все равно это ненадолго...

Твой удивленный взгляд:

- Как ты могла так подумать?


Когда до меня, наконец, дошло, что это не игра, что это - надолго? Когда поверила, что действительно любима? Когда я поняла, что люблю?

Когда попыталась уйти.

И еще попыталась.

И еще раз.


И было... Было многое. Было почти все, что только может быть, и немного того, что не может. Были "мыльнооперные" сцены, разбитые клавиатуры и чашки, щемящая нежность и истерично-болезненные объятия, громкие ссоры и тихие примирения, и медленное осознание: "Я пропала. Я ведь... уже не могу без тебя". И ты, эхом повторяющий эти мои слова...



* Пожалуйста, помогите перевести на Квэнья следующие имена: Владимир, что значит "владеющий миром"...


Текст размещен с разрешения автора.



Журнальные столики купить журнальный столик.