Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Гарет

Сборник "Прощание с детством"

Цикл «Умирающий мир» Цикл "Последние" Цикл «Менестрели» Цикл "Перекресток" Цикл "Орлеанская дева" Цикл "Осколки зеркала" Цикл "Стилизации" Цикл "Книга Хроник" Цикл "Смешинка в глаз попала" Стихотворения вне циклов

Цикл «Умирающий мир»

Сумерки мира.

Наш мир похож на древний Вавилон В безумстве тысяч образов и звуков. О будущем не хочет думать он, А прошлое - ненужная докука. Забыты им дела минувших дней, Герои превратились в персонажей. Князь Игорь, Кий, Тристан и Одиссей Сокрыты под забвенья прочной стражей. Нам легче жертвовать другими, чем собой, Любовь и Совесть - выдумки поэта. И ради мелкой выгоды порой Мы ближнего готовы сжить со света. Но иногда в тиши библиотек, Обыденности сбросивши оковы, В мальчишке вдруг проснется Человек, К сражению и подвигу готовый. Но дома охладят парнишки пыл: Одни глупцы геройски умирают. Кто поумней - другим себя прикрыл, Да так, что тот об этом и не знает. И объяснят, что выдумка - Любовь, Что ничего нельзя давать задаром... Так глупо удивляться вновь и вновь, Что в душах ненависть горит пожаром, Что в мире торжествуют Тьма и Смерть, И что все чаще близких мы теряем. Мы раскрутили эту круговерть, Теперь же - злую жатву собираем.

Посвящение эльфийским партизанам.

Ты говоришь: Сегодня Тьма сильна, А значит цель оправдывает средства, Победы Света велика цена, Но никуда от этого не деться. Ты говоришь - нас меньше десяти, А у врага - бесчисленные орды. Враг страны, континенты покорил, У нас - пещеры, катакомбы, фьорды. А значит яд, удар из-за угла, Всего лишь средства для Великой Цели. Пусть в спину подло пущена стрела, Такое зло - Добро на самом деле. Но на мгновение представь: ты пал, Враг победил, твои друзья убиты. Что скажет тот, кого ты защищал? Так им и надо, прокля'тым бандитам? И тот, кому высокою судьбой Дано когда-то Свет вести к победе, Опустит руки ... Что молчишь герой? Иль ты утратил интерес к беседе? Не лучше ли тебе в борьбе со Тьмой Погибнуть, пережить любые беды. Чтоб для идущих следом за тобой, Стать знаменем, стать символом победы ...

Храм Безверия

Мир забылся в тяжелом полусне, От прошлого остались только тени. И пусты храмы в мрачной тишине, Один лишь Храм Безверья неизменен. Незримый храм, лишенный стен, возник, Исполнен потаенного величья. И на листах его священных книг Одно лишь слово - слово "Безразличье". Увы, порой не ведая того, Мы все - жрецы невидимого храма. Лег знак его на наше естество: В душе - незаживающая рана. Наш ритуал безжалостен и слеп, И мы, идя путями лицемерья, Легко бросаем тысячи судеб На алтари холодного безверья.

Цикл "Последние"

Последний эльф

Бывает так - на улице привычной Твой взгляд на чьем-то лике замирает, Уходит гомон суеты фабричной... И слово "эльф" из памяти всплывает. В тот час, когда последние из эльфов На серебристых коряблях-скитальцах Навеки покидали земли смертных, Всего оди низ них решил остаться. Он исходил по всем дорогам мира, Ища вопросы на свои ответы, Сменялись царства, рушились кумиры, Руины засыпал песок столетий... Последний из великого народа, Бродяга на дорогах мира смертных, Устав от странствий, сто четыре года Он жил в покое у истоков Сены. Потом один монах из Сарагоссы Заметил - странный книжник не стареет. Он стал следить и задавать вопросы - Так появился миф об Агасфере. И значит - вновь метания по миру, И снова смена обликов и масок: Вагант, алхимик, ученик факира, Целитель, книжник, сочинитель сказок... А на дворе теперь - эпоха пушек, Разрывы бомб планету рвут на части, И только он - осколок дней минувших К безумию остался непричастен. Мир вновь готов шагнуть в пучину смерти, Динамик звуки рэпа изрыгает... А он идет вперед с надеждой в сердце И звездный свет в его глазах мерцает.

Последний менестрель

Когда-то мир был проще и честней - В нем было меньше лжи и суеверий, То было время истинных Людей, Тогда звучали песни менестрелей. Они умели зажигать сердца, Нести душе измученной надежду, Горел огонь Предвечного Творца В словах их песен яростно-безбрежных. Но мир менялся, рвалась Мойры нить, И крылья тьмы над миром поднимались, Пришла пора навеки уходить Тем, кто когда-то вечными казались... И наконец остался лишь один - Последний менестрель в безумном мире: Не знавший уз, не раб, не господин, Хранящий верность истине и лире. Потом ему пришла пора искать Учеников, но век лишь усмехнулся - И не нашлось того, кто смог принять Великое и светлое искусство. И Смерть взяла его, отняв у нас Осколок древней и прекрасной сказки. Палитра мира в этот скорбный час, Поверьте - не одной лишилась краски. Так что ж... Они исчезли навсегда И в Сказку на века закрылись двери? Не знаю... Может быть пройдут года И в мир вернется Время Менестрелей.

Цикл «Менестрели»

Менестрель.

«Ведь врагу наплевать, есть ли меч у тебя И в крови захлебнулась последняя трель. Тихо выпала лютня, безмолвно скорбя, Безоружный упал на песок менестрель». Йовин. Мой путь - лишь путь печальных слов, Чужих и странных снов. И лжи отброшенных стихов В листах черновиков. Поэта с воином пути Не встретятся вовек И лишь одним из них идти Способен человек. Не уговаривай меня, Я не возьму клинка. Лишь лютне и перу моя Посвящена рука. Поверь, я просто не смогу Себя переступить И в горло меч вонзить врагу, Чтобы остаться жить. Коль суждено мне умереть - И смерть несет мне бой, Я не как воин - как поэт Покину мир земной.

О менестреле, взявшем оружие.

В далеких странах северной земли Жил менестрель - великий мастер слова Его баллады пели короли И пахари от Кельна до Кордовы. Но вот пришла пора жестоких сеч, Час смерти, крови, час клинков и стали И менестрель тогда взял в руки меч, Чтоб заменить бойцов, что в битвах пали. Огонь войны три года бушевал И смерть обильно жатву собирала. А менестрель меча не выпускал Рукой, что раньше только лютню знала. Победа. Менестрель возликовал И думал, что война прошла без следа, Но лишь когда он лютню в руки взял, Он понял, сколь горька цена победы. Он гриф, как рукоять меча сжимал, И струны рвал, как тетиву у лука, И голос лютни плачем душу рвал, Взор менестреля застилала мука. Он почести обильно принимал, Не иссякали пышных здравиц реки, Но он своим для воинов не стал, Быть менестрелем перестав навеки. И он ушел, суровый и прямой С мечой за поясом и лютней за спиною. Он самою высокою ценой Победу оплатил - своей судьбою.

Цикл "Перекресток"

1.

Узка и терниста дорога, - Ведущие к небу пути, Идущих по ним так немного, И мне - не по силам идти. А вот путь порока - прямая, Широкая, черная гать. Сколь многие путь тот избрали... Но я не хочу так шагать. Поэтому я выбираю Иное - путь чуда и грез. Путь в земли Волшебного Края, Мир эльфов и зевсовых гроз... Вольный перевод из JRRT

2.

На перекрестке, на пороге... Тебе пришла пора решать. Перед тобою две дороги, Куда отныне путь держать? Путем широким, без сомненья, Пройти ты сможешь без труда. Его благие намеренья Мостили долгие года. Душа здесь будет бестревожна, Не знать сомнений и забот... Да - так идти отнюдь не сложно, Но этот путь во Тьму ведет. И узкий, полный исскушений Путь по изменчивой земле, Он через шквал тревог, сомнений, Ведет к базальтовой скале. На той скале, исполнен света, Прекрасный древний храм стоит, Вовеки он не канет в Лету, Ничто его не сокрушит: День будущий и день вчерашний, Бурлящий омут сект и схизм, Поскольку истинен сказавший "Я Путь, и Истина, и Жизнь."

3.

Пока твой путь был прям и очень просто В начале жизни по нему шагать, Но как-то ты придешь на перекресток, Тогда наступит время выбирать. Перед тобою сто дорог открылись, Вот - Звездный Мост, далекий Млечный путь, И путь порока - легок, но извилист, И очень тяжело с него свернуть. Дорога из клинков переплетенных, Истертых мириадами ступней, Путь гибнущих, плененных, побежденных... И добровольно не идут по ней. Дорога Тьмы - холодный черный камень Ведет туда, где вечно правит Ночь, Дорога Света - вековечный Пламень, Что гонит беды и несчастья прочь. Путь воина - дорога из железа, Поэта путь, сплетенный из цветов, Презрения толпы, подачек Креза, И путь скитальца - Лестница Ветров. Не стоило пожалуй торопиться, Но вижу - ты уже избрал свой путь, Теперь осталось лишь одно - решиться. Ну а потом... Потом - вперед шагнуть. Что дальше - мрачный сумрак подземелья, Высокий замок черного стекла, Свет храма или мерзость запустенья? Куда твоя дорога пролегла? И если впереди - одни невзгоды, И в бездну обрывается твой путь, Одно запомни - древний дар свободы, Наш дар - с пути неверного свернуть.

Цикл "Орлеанская дева"

Начало пути

Когда стояла Жанна на молитве И возводила взоры к небесам Она молила: дай нам силы в битве Свободу возвратить la belle France. В ответ - негромкий голос: "Ты способна Свободу юной Франции вернуть, Но знай одно - не розами, но терном Усыпан будет твой победный путь. Сперва ты встретишь черни недоверье, Прелатов страхи, герцогов обман, Но превозмогут вера и терпенье Ты поведешь войска на Орлеан. И после - побежденные тобою Захватчики откатятся назад, Тебя в народе назовут святою - А этого бароны не простят. И - ненависть, предательство, измена, Жестокий и несправедливый суд, И клевета, и униженья плена, Костер и смерть - предвестьем новых смут. Теперь скажи - ты к этому готова, Чтоб отвести от Франции беду?" Звучал ответ печально и сурово: "Да, Господи. Готова. Я иду"

Орлеан

Среди сверкающих доспехов И изукрашенных сутан Под звуки музыки и смеха Въезжала Жанна в Орлеан. Купцы, священники, студенты - Людской бурлящею рекой... И флаги, вымпелы и ленты Вились над шумною толпой. ... Звенит гитара, песнь струится "Честь, доблесть, слава, отчий дом", Но знак конца на лоб ложится Незримым пепельным крестом...

Костер

"Хей! Здесь француженку сжигают, Что нам посмела дать отпор". Ее от смерти отделяют Всего три шага - и костер. Она шагнула в Смерть - прямая, В глазах - холодный блеск меча. И кто-то прошептал "Святая" И кто-то "Ведьма" прокричал. Вновь шаг... Она не проклинала Кошона, Карла, Дюнуа - Без горьких слов, она устало Навстречу верной смерти шла. Последний шаг - прощайте битвы, Пурпур заката, синь озер... И прошептав слова молитвы Она шагнула на костер.

Цикл "Осколки зеркала"

(
1)

1

Я помню плач берез в Сухом Ущелье, Учителя прощальный горький взгляд, Когда шагнул я в жерло подземелья, Что б не вернуться никогда назад. Я помню, как горит закат над Ардой, Как ночью подступает серый страх. Я помню Линданэ - мальчишку-барда, Что сгинул в желтых харадских песках. А может быть, все это наважденье, Горячечный, пустой, безумный бред, И память - ложь, обманчивы знаменья, А Истина - лишь то, что Арды нет. Не знаю. Я ответа не добился, А потому - не смею и решать, Уверен лишь - Учитель огорчился б, Осмелься я кого-то осуждать.

2

Плач и молчанье, Память и боль, Горечь изгнанья Вечно с тобой. Истина - в сердце, Дух не молчит. Но - не согреться В черной ночи. Все позабыто, Проклят наш рай. Правда сокрыта, Как ни гадай.

3. Прощание с Ардой

А я ушел - быть может навсегда, Осталась память - зеркала осколки, Холодная хрустальная звезда - Лучи остры и ранят, как иголки. Остались лишь обрывки песни той, Что некогда волшебной называлась, Теперь же это - просто звук пустой, Здесь - ничего от Арды не осталось. Ну что ж, прощай - прекрасный, светлый мир, Куда мне навсегда закрыты двери, Мой жребий здесь - уютный свет квартир, Комфорт, покой... И горечь от потери.

Цикл "Стилизации"

Одностишия. "Арда"

Моргот... Какой Моргот? Ах, это Мелькор... Колец-то больше, чем Ородруинов... Но хоббитов - не трожь! Разбудишь Фолко... Меняю палантир на сильмарилл... В Ангбанде не любили Аст Ахе... А здравур? Стратегический резерв! "Ах эльфы... Монстры..." - Думала Шелоб. День добрый, я - Джон Сильвер из Умбара... Фангорн: "В деревьях лучше зверя не будить" Тулкас: "Я - прям, как Варда. Ща как звездану..." Ар-Фаразон: "А эльфы нас считают за людей..." Саурон -> Фродо "И ты еще останешься без пальца..." Тингол: "To: Берен; Subj: Калым за Лучиэнь"

Бейты. "Клинок"

Я вновь слагаю стихи о тебе - судье, кади, палаче О ставшем нитью в моей судьбе верном древнем мече. Ты помнишь ушедшие времена, я лет твоих счесть не смог Мой прадед еще не родился, когда был выкован твой клинок. Нам людям дарован Творцом язык для песен и для молитв Для клятв, признаний и слов любви. А меч - для безумья битв. Люблю я музыку лютни струн и песнь, что поет ручей, Но более их мне радует слух лихой перезвон мечей. Холодная сталь и живая плот в битве слились в одно Делай что должен, иди вперед - случится, что суждено.

Хокку. "Осень"

Холодный ветер клочья облаков Несет по грязно-серым небесам. Приходит осень - грустная пора. Одежду-листья сбросили деревья, А люди одеваются теплей. Приходит осень - время перемен. На рынках фрукты горами лежат, Там персики, хурма и виноград. Приходит осень - сладкая пора. Свет солнца стал слабей и холодней, Цветы опали, высохла трава. Приходит осень - тусклая пора. Подернул лужи слабенький ледок И робко выпадает первый снег. За осенью всегда идет зима.

Рубайат. "Предсмертье"

Видно время пришло - навсегда уходить, Чашу жизни - до дна, до предела испить, И оставив последний вопрос без ответа, Сделать шаг - и Последнюю Дверь отворить. Для чего я копил мудрецов словеса? Для чего я стихи, о безумец!, писал? Этой суетной жизни суетную мудрость Вряд-ли можно втащить за собой в небеса. Жизнь свою перебрал - как монеты купец, Я молился и крал, я - пророк и подлец, Что во мне истребит очистительный пламень, Что смогу принести я в небесный дворец? Смерть за всяким придет - так не бойся ее, Надо мной и тобой прокричит воронье, Смейся смерти в лицо или бегай от смерти - Но Незванная Гостья получит свое. Я немногих любил, я грешил без конца, Трудно хуже найти подлеца и скупца, Я уйду, в этом мире оставив лишь злобу... Как же глупо растрачен мной был дар Творца!

Цикл "Книга Хроник"

Лас. Закат.

Я снова гляжу на закат, На небо в пурпурном уборе. Закрыта дорога назад... И мне вспоминается море. Там в гавани жил мой народ, Дышалось и пелось свободней. А имя - журчание вод И шелест ветров - Альквалонде. Но дар забывать не дан мне, Вовек не уйти от кошмара Я вижу в закатном огне Проклятое пламя Лосгара. И память о тех, что ушли - Как камень - тяжелый, холодный. В закатной багровой дали Мне видится кровь Альквалонде. Пусть боль наполняет мой взгляд И тело ломает усталость, Я снова смотрю на закат - А там - Альквалонде осталось...

Осада Серого Форта. Закат.

Осада Серого Форта, Закат четвертого дня, О ней не хочу я помнить - Но память сильней меня. Ариэн Московская. Я, скитаясь в этом мире, в рубище или в порфире Не смогу забыть вовеки - кровь. Осада. Серый Форт. Смысла нет в сопротивленье, неизбежно пораженье, Мы стоим, забыв сомненья, на пути у вражьих орд. Помню, как врагу на радость, нас все меньше оставалось, И казалось - нашей кровью небеса залил закат. Помню злой восточный ветер - вестник скорби, вестник смерти, Облаков угрюмый шелест, первых звезд печальный взгляд... Я вовеки буду помнить, как при мрачном блеске молний Сотни смуглых рож угрюмо скалились из-за щитов. Нас немного оставалось, ночь все ближе подбиралась И от глаз луна скрывалась в купах хмурых облаков. Помню - сумрак, стены Форта и нет сил оплакать мертвых, И смешалась кровь заката с вражьей кровью на клинках. На пути у силы черной встала ярость обреченных И от рубки иззубренный меч в слабеющих руках. Мною видено немало, всласть судьба со мной играла, Чаще ночи у штурвала видел я, чем теплый порт, Но в скитаньях в этом мире - в рубище или в порфире Не смогу забыть вовеки - ночь. Осада. Серый Форт.

Цикл "Смешинка в глаз попала"

Монолог самурая

Посвящается справочнику "Холодное оружие Востока и Запада" Приятно катану сжимая Врага превращать в винегрет. Катана - мечта самурая, Но лучше её - пистолет. Люблю утонченность стилета, Изящество, мощь нагинат, Но только, скажу по секрету, Мне все же милей автомат. Еще я люблю Джень-ван-дао Махать целый день напролёт Но все же в час битвы, пожалуй, С собой я возьму пулемет. А если тебя оскорбили, Назвали "японская дрянь", - Не делай себе харакири, Из ножен... базуку достань.

Разлука...

Родимая, я по тебе скучаю Как шри-ланкиец в Сомали по чаю Я без тебя - как бутерброд без хлеба, Я без тебя - как самолет без неба. Я - словно пароход без капитана, Я - словно Дюрандаль без Олифана. Я без тебя - Хеопс без пирамиды, Я без тебя - как Фрейд, но без либидо. Я - словно гладиатор без арены, Я - словно "ЧКА" без Иллет и Ниэнны. Я без тебя - как Саурон без Ока, Короче - без тебя мне одиноко.

Песенка footman-ов

(по мотивам Warcraft I) (Исполняется на мелодию "Песни строителей петровского флота" Городницкого) Peasant: Мы народ артельный, Дружим с топором, В роще или в шахте Дело мы найдем. Ну а если встанут Орки у ворот, То на помощь footman Нам всегда придет. Archer: Из-за спин широких Footman-ов и мы Встретим дружным залпом Всех созданий Тьмы. Footman-ы добавят, Вот и враг бежит. Хорошо, коль footman Пред тобой стоит. Conjurer, сидя на корпусе catapult Мы врага за лигу Можем поразить Но потом придется Ноги уносить. Бегать не умеем, Падаем без сил, Хорошо коль footman Нам прикроет тыл. Warlock, кастуя Dark Vision Блин, куда ни гляну, Все везде не так - Все идет без плана, Хаос и бардак. В клочья здесь порубан Орков целый взвод! Берегитесь - footman Где-то здесь идет. Daemon, любовно поглаживая клинок Вот приходит время Тьме торжествовать. Я сейчас вас, люди, Буду убивать... Footman-ы и сколько, Восемь, девять, де!.. Неужель придется Сгинуть во младе... [шпок] Фаланга footman-ов, хором Наступает время Навсегда решить Кто навек исчезнет, А кто будет жить. Нас не испугаешь Сталью и огнем. Берегитесь орки! Мы на вас идем!

Стихотворения вне циклов

Рождество

Сын Эдома царил в Иудее, Кесарь Август садился на трон... Наступала пора, что позднее Назовут полнотою времен. В напряженном, тревожном покое Жизни путь проходил человек Смутно чувствуя - время иное Скоро сменит дряхлеющий век. Предвещала слепая Сивилла Наступление новых времен, Когда мудростью сменится сила, И низвергнется древний дракон. В полутьме тихих храмов Ирана, В древних капищах странных богов Открывалась великая тайна - Завершение Века Оков. В одеяниях желтых монахи Возвещали Матрейи приход, Вспоминали в Египте феллахи Древний миф о Властителе Вод. Мир застыл в ожидании чуда, Ждали громов, знамений и смут... Не заметив, как чудо шагнуло В вифлеемский убогий приют. Свет костра разгонял тьму в пещере, Еле слышно журчала вода, И младенец лежал в колыбели, И вставал над миром Звезда.

Молитва Келебриэнь

А где то там небес лазурный полог Лучами светлой Ариен согрет, А здесь в пещерах - Тьма, и смрад, и холод, И я шепчу молитву к Элберет. Мне верно суждено уйти из мира - Но всей душой молю - спаси от бед Дочурку, Элладана с Элрохиром, - Храни моих детей, о Элберет. Жестоко тело пытка изломала, И кажется - прошли десятки лет С тех пор, как я в проклятый плен попала, Молю я - дай терпенья, Элберет. Когда начнутся новые мученья, Дай воли мне не простонать в ответ, Пусть палачи не видят униженья Потомка Высших Нолдор, Элберет. Они идут. Пора прощаться с миром... Но нет - дневной в пещеру хлынул свет, Я вижу Элладана с Элрохиром. Хвала тебе, благая Элберет!

"Легко пожертвовать собой ..."

Легко пожертвовать собой, Коль пред тобою враг жестокий, Спокойно встретить смерть и боль, Ввязавшись в безнадежный бой, Как Айо или Златоокий. Легко пожертвовать собой, И знать, что ты еще вернешься, Века спустя, в стране иной, Своей ведомая судьбой, На имя Элхе отзовешься. Легко пожертвовать собой, И петь об истине великой. Вообразить, что ты - герой, И расплатиться головой, За слово правды пред Владыкой. Намного тяжелей избрать Судьбу лихую Дайолена. Когда уже нет сил бежать, И больше нечего терять, И ты - один во всей Вселенной. Пусть кажется нет сил терпеть, Один лишь выбор остается. Нельзя красиво умереть, Красивой не бывает смерть, Достойно - выжить. И бороться. (1) Автор считает необходимым отметить, что данный цикл является лишь своеобразным литературным экспериментом, и автор не разделяет мироощущения т.н. "дивных".

Текст размещен с разрешения автора.



Наркология в пензе областная наркологическая больница пенза.