Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Кеменкири

Государь

...Я так и не поняла, зачем Сереге понадобилось отправиться на авиасалон, да еще и меня пригласить: ни в нем, ни тем более в себе интереса к "железкам" не замечала. (Причем если я-то имею в виду именно технику, то этот книжный - и компьютерный - червь тем же словечком именовал любое оружие, ровно посреди моего рассказа о каком-нибудь турнире).

Он-то приправил приглашение присказкой о своем "стремительном оцивиливании" в последнее время - ох, сколько же раз я слыхала эту фразу за последний месяц! Притом, что заключить можно было бы как раз обратное: он то и дело, к моему удивлению начинал задавать вопросы о том, как поживает наш клуб. И что новенького планирует Государь - коего он раньше именовал не иначе как "эта ваша... с большим железным мечом... она хоть Сильм-то читала?" - а на рассказы о разнообразном бытии клуба чуть ли не морщился. Правда, без пояснений в стиле "Как ты можешь..." - и на том спасибо. "Завидует" - полагала я. А потом, совершенно внезапно - помнится, ровно с понедельника, что я ядовито и отметила, отношение свое изменил. И первый раз - в ответ на ехидство - ввернул это замысловатое выражение - нет, ну надо же придумать, ни в каком словаре ведь не водится - "оцивиливание"!

Впрочем, обзавелся интересом - и ладушки, мы разве против? Я предлагала пойти да посмотреть - он постоянно бывал горячо "за", да вот занятость проклятая вздохнуть не дает... И при этом: "Ну ты понимаешь, мне все это интересно со спортивно-исторической точки зрения, я человек здравомыслящий, а не эльф в балахоне какой-нибудь..."

Выглядело это все любопытно. Настолько любопытно, что я решила озадачить генеральным "почему" даже не Серегу (бесполезно: не хочет сказать - не скажет), а прямо-таки лично Государя, нахально изловленного в ближайшую клубную среду за хвост. (Вполне натурально - хвост, благо, наличествует, длинный, настоящий нолдорский, хоть и несколько не той цветности. Но к июльской игре обещан самый адекватный оттенок.) И ответ получила еще более любопытный:

- Это бывает... Когда человек из себя квена гоняет. Тут уж пятьдесят на пятьдесят, кто кого - квен человека или наоборот. Но зато уж начисто. А кто это? ... А, тот самый... Ты его приводи что ли, хоть в субботу... нет, в среду, на выходных меня не будет... Там и посмотрим, стоящий ли персонаж, - хотя вряд ли...

Я уже собиралась маленько вступиться за персонажа, но тут в дверь, - как обычно, без стука, - просунулась вахтерша и возгласила:

- Наталья Викторовна! Вас к телефону! Этот, как его, Элдор, что ли... Татарин он, наверное, да? Ну, он уже звонил как-то...

На сем Государю и пришлось удалиться, сказав напоследок пару заковыристых выражений на квэнья и совсем уж в дверях со страдальческой миной добавив:

- Народ мой... Сотворите чай где-то через полчасика - ведь никакущая буду...

А мне уже скоро нужно было убегать, так что разговор наш так и провис в межмировой пустоте...

*

...И если я еще удивлялась самому приглашению, то в субботу пришлось озадачиваться дальше - и вовсе не толкучке непередаваемой в вагоне электрички. Оказалось, что с нами вместе отправляется некая парочка - оба невысокого роста и явно школьного еще возраста (или обе? - пол этих двоих я затруднилась определить даже по жизни) из этих... Эру на мою голову! - то ли трансформеров, то ли чего-то еще в этом роде, с которыми Серега (!) познакомился на канале (!!!). Это тоже, видимо, было проявление мнэээ... "оцивиливания" - раньше я что-то не замечала, чтобы он использовал Сеть для чего-то кроме ученой переписки с теми, кто видел живьем никак не меньше десяти томов "Истории Средиземья"!

Впрочем, им-то, в отличие от нас как раз было что делать на авиасалоне: в технике они разбирались с какой-то остервенелой тщательностью и нескрываемой любовью.

А для меня прогулка по летному полю и десятку металлических павильонов слилась в кашу еще в процессе, и только цветистые размышления наших спутников, какой моделью с какими дополнениями они хотели бы быть, как-то удерживали на плаву: приятно смотреть на увлеченных людей! (и иных существ). Сергей, как ни смешно, вид имел не менее отстраненный, чем я, так что осталось непонятным, какого балрога ему здесь понадобилось. Впрочем, один раз он все же проявил весьма дотошный интерес к некому бомбардировщику - буквально его облазил и обтрогал, а я и двое техногенщиков давно уже созерцали со стороны силуэт машины, напоминавший хищную птицу со слегка наклоненной головой (и Сергей, вылезая наконец из-под нее, задумчиво произнес "Птичка...").

Птички неожиданно всплыли в разговоре еще раз -под вечер. Ноги гудели, солнце садилось, мы упали на стулья в какой-то кафешке на краю поля и что-то пили - наверное, пиво. Трансформеры, хоть и усталые, продолжали весьма специфический треп, я уже почти не слушала их... Потому и не срезу включилась, когда в разговор вступил Сергей - или они его-таки спросили? (Что-то вроде того, какая машина лучше не его вкус - у меня, наверное, на физиономии метровым тенгваром написано было, что ничего я уже не соображаю).

...Говорил он очень медленно и задумчиво, отделяя почти каждое слово паузой:

- А по мне... по мне лучше всего - орел. Просто орел. Птица. С перьями, с клювом... Живая. Да нет, не потому что живая. А потому что прилетит, если позовешь. По крайней мере, если очень нужно. Совсем нужно.

Он прикрыл глаза рукой - и открыл только после того, как задал вопрос один из трансформеров (кажется, все-таки парень ):

- А ты пробовал?

- Пробовал. Один раз. А больше и не нужно... было. Не здесь, конечно, да вы понимаете...

Трансформеры переглянулись и заговорил второй (или вторая?):

- А, это Средиземье, правильно, ты говорил... А ты что же - Гэндальф?

Серега как-то вяло махнул рукой (уморился, бедолага, похуже меня -причем, пока не заговорил, заметно это почему-то не было):

- Да нет, но вроде того, пораньше... - и сразу же предложил собираться по домам.

А я и сама была настолько выжата, что уже только дома, в постели, с сонным интересом подумала: "Квента? А ведь квента..." - и тут же отключилась.

*

На следующий день, как во всякое воскресенье, была у меня злобная куча дел - начиная от "отоспаться", а вчерашнее хождение смутно вспоминалось на заднем плане сознания как что-то утомительное и однообразное. Только когда часиков в шесть мы наконец засели гонять бесконечные чаи с Таурвен (Государь, как и предупреждал, в городе отсутствовал по причине разгула дачного сезона), где-то к восьми я вспомнила и рассказала сию забавную подробность. Про орла. Или Гэндальфа или кого там еще - про себя думая: "Нет, ну надо же, Серега, академический-канонический Серега, - и какая-то там квэнта... Летучая..."

Но Таурвен мгновенно что-то почуяла и встала в стойку (пока - фигурально, все за тем же столом и чашкой):

- Подожди-подожди... Так и сказал: "Пораньше"? И "Один раз, а больше не нужно"? Тааак.... Это который раньше по клубу все проходился, а теперь вроде как наоборот?... Тааак... Орел, говоришь? Ты только при Государе это не брякни! ...Или наоборот - как раз сказать... Нет, пока молчи, и вообще до среды время есть, дай подумать...

Она окончательно запуталась пальцами в прическе - а также, видимо, в собственных мыслях, - а я только недоуменно осведомилась:

- Да подожди, почему?

Таурвен аж из-за стола выскочила:

- Ты Сильм давно читала, милочка? Перечитай, а! Тебе дать? - она чуть ли не прыжком переместилась к полке. - Или так вспомнишь? Там про Государя не так уж много, чтобы склерозничать...

После этого грозного периода Таурвен вернулась к столу, да так и не села - устремила в меня тяжелый взгляд и сурово посоветовала: "Думай!"

То, что в фурию - и некоторые другие сущности - подруга моя способна превращаться мгновенно, а повод для окружающих обычно неочевиден, я знала прекрасно. Но теперь почему-то меня упрекают в нечитании пресловутой книги - прямо как Сергей раньше, странно это... Может, она тоже решила "оцивиливаться"?

...Еще минуты две было мне так же странно и ничегошеньки непонятно - потому что Сильмариллион прокручивался в моей голове с конца (отсекая Кольца и Акаллабет, к Государю, понятное дело, отношения не имеющие). В какой-то момент стало мне вдруг легко и понятно, и я с энтузиазмом вопросила:

- Берен, да? А при чем тут...

- Да ни при чем! - хмуро ответила Таурвен (да что же ее так задело?!). - Берен орла не вызывал... Он вообще в отключке был. Как... - она не договорила и, окончательно обозлившись, отмахнулась от невидимой мухи. - Короче говоря... Если этот твой, конечно, не Лютиэн...

Я отвесила соответствующий взгляд (что-то вроде "Ну не такой он извращенец, наверное?") и снова получила в ответ "Тогда думай. Еще думай!" Пришлось.

И вдруг (когда казалось, что еще чуть - и Валаквента) я добралась. Дошла. Или до меня - дошло. Про этого несчастного, прости меня Эру Илуватар, орла летучего. Тут уж стало мне странно совсем, и некоторое время не занималась я ничем полезным, кроме ловли собственной челюсти...

*

...А при ближайшей попытке назначить очередную встречу получила я пролетающего мимо на бреющем Серегу ("занятость проклятая", конечно же!), а в руках моих остался длинный белый конверт без надписей ("На вот, развлекись пока, а у меня - ни секунды").

А в нем - на нелинованном листе, каким-то не совсем его почерком (или мне показалось?), между фразой "Всегда надеялся на твою догадливость" (подпись "С." зачеркнута) и датой (примерно полуторамесячной давности) наличествовало ВОТ ЭТО:

Государь

		Посвящается

Ты произносишь "Государь!" -
Так пьют судьбу, так вечность дарят.
Но не могу я, хоть ударь,
С тобою славить государя.

Нас разделяло пламя, льды
И небывалой клятвы злоба.
(Но в ненасытный свет звезды
Ушли - неравно, розно - оба).

...Вновь, с легкой спесью, - "Государь!"  -
Ведь ты из тех, кто верно служит!
А мне - былых сражений гарь,
Когда тебе - проспект и лужи.

Мне - вязь покинутых колонн,
Мне - к сердцу севера дорога...
Нас разделял отвесный склон,
Полет стрелы - о, как немного!

...Ты все твердишь передо мной,
И мир бы с грезами твоими,
Но этот мир, не мир иной,
Его опутывает имя!

Ты говоришь... Пожар светил?
Конец изношенного мира?
Нет - "Он кого-то посвятил...
Он выехал на два турнира..."

Нет, не сезон отлета крыш,
Не пламенем, не кровью - реки,
Ты просто снова говоришь
Со мной об этом... человеке.

"Вчера она пришла... пришел..."
Секунда - и сорвусь навстречу.
(Но грянет худшее из зол,
Когда однажды я отвечу).

А из-под сердца: "Удержись.
Подумай, свидимся в конце ли?"
...Нас разделяла - только жизнь,
Уже не помнящая цели.

...Но, окружающую хмарь
Гоня, одна звезда сверкает
Тебе. И вновь - "Мой государь!"
Я понемногу привыкаю,

Я наконец оставлю бой -
С самим собой, самой судьбою...
Я выбираю - быть с тобой.
Что проще, чем не быть собою?!

Стихам - delete. Потом сотру
Все письма из Владивостока.
Останусь чистым - на миру.
...А ты сказала бы "Жестоко!", -

Но я, терпя сто раз на дню
Судьбы уколы и коленца,
Тебе вовек не объясню,
"Что в имени того вселенца".
*

Да... "Гоните глюки в дверь - в стене найдется люк", как говорит Таурвен...

июль - сентябрь 2001г,
Потуданская археологическая экспедиция (Воронежская область);
с. Даниляколь Западно-Казахстанской области


Текст размещен с разрешения автора.