Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Тайэре

ИЗГНАНИЕ

Валар расступились. Он встал со скамьи, на которой выслушал свой приговор. Звякнула цепь, которой были скованы руки. Кто-то из Майар усмехнулся - в тишине это прозвучало, как гром. Валар и Майар - эти чуть позади - стояли по обе стороны ступеней, образуя коридор. Он опустил глаза на свои руки, заметил, что рукав на левой руке разорван. Привычным движением мысли привел одежду в порядок - и усмехнулся сам себе. Это уже было не нужно.

Медленно, очень медленно и осторожно он поднимался по беломраморным ступеням, глядя в лица Валар. Вспомнил, как уже был у этих ступеней в прошлый раз - ничком, вниз лицом в холодный мрамор ступеней, отводя взгляд от холодного мрамора лиц братьев и сестер - мятежный, но почти покоренный. Теперь они предпочли человеческое обличье. А он давно уже не был мятежником. Ему было все равно. И он поднимался по ступеням, зная, что там, за дверью, его ждет покой. Вот стоит Вала Тулкас - подбоченясь, на губах торжествующая усмешка. Его давний враг - и он победил, на этот раз навсегда. Рядом с ним Оромэ - этот спокоен, лицо невыразительное; только в глазах легкая тень удовлетворения. Напротив них - Ирмо и Намо с супругой. Намо выглядит равнодушным. У Вайрэ в глазах внимательное и жадное любопытство. Ирмо - не поймешь, о чем думает, глаза ни о чем не говорят. Эстэ стоит, оперевшись на руку мужа - явно испугана. Рядом Ниенна - слезы на лице, но вместо жалости в глазах странная радость. Вана и Нэсса рядом, на красивых лицах только облегчение. У Йаванны на лице торжество и радость - ее враг наконец-то получил по заслугам. Аулэ - напротив нее. Этот просто опустил глаза, словно боится встретить взгляд. Ульмо нахмурил густые брови - он был против до конца. И у самой Двери - по обе ее стороны - Варда и Манвэ. Спокойное, достойное торжество: они выполняют свой долг. И спокойная достойная скорбь: они изгоняют своего брата.

Он помедлил, вспоминая. За этот приговор были восемь. Против - шесть. Он молчаливо слушал, как каждый из Валар поочередно излагает свое мнение, и хотел только одного: чтобы все кончилось побыстрее. Ему было все равно. Он сам давно хотел уйти. А кто-то просил других не делать этого. Темный Вала равнодушно слушал - и не слышал - споры. Он просто смотрел на черную дверь, к которой вели ослепительно белые ступени. И считал шаги до нее. Против изгнания высказались Ульмо, Ниенна, Ирмо, Намо, Эстэ и Аулэ. В другое время он был бы благодарен им. А сейчас - со смутной благодарностью слушал речи Йаванны и Тулкаса.

Ступени, казалось, притягивали его к себе : каждый шаг давался с трудом, словно ноги вязли в густом клею. И все же он дошел до конца. Дверь распахнулась сама собой и из абсолютной черноты повеяло ледяным холодом. Перехватило дыхание. Лицо мнговенно онемело. Он попытался отстраниться от ощущений тела - но сейчас это не получилось. Он смутно вспомнил, что когда-то так уже было. Здесь. Давно.

И он шагнул за порог.

Нестерпимый холод сжал тисками его тело, цепь стиснула запястья. Он мучительно ловил жадно раскрытым ртом воздух - но тщетно: здесь не было воздуха. И звезды были колючими. Словно кристаллы льда. Он рванулся вперед, к звездам - но что-то не пускало его. И все же он рвался, вновь и вновь, по ниточке отрывая все те связи, что были у него с Ардой, забирая - насколько это было возможно - себя из нее. Каждый такой рывок был мучителен. Это длилось бесконечно...

Он ненавидел все то, что когда-то любил настолько, что стал ради него смертен. Все то, во что вложил столько себя, что оказался здесь не в силах оторваться от него даже в смертный час – желанный час. И каждую связь, каждую часть себя, удерживавшую его, он проклинал тысячу раз.

А где-то там, внизу, на Арде, земля стонала, не желая отпускать от себя того, кто вложился в нее почти до конца. И рушились горы, уходили под воду земли, валились наземь вековые деревья. Он уходил - и Белерианд гиб в страшных катаклизмах, и никто ничего не мог поделать, даже Валар. Было уже поздно. И когда ушел под воду последний камень, рухнуло последнее дерево, рассыпалась песком последняя скала - он понял, что освободился.

Прошла боль. Ему больше не был нужен воздух, не был страшен холод. И звезды уже не казались колючими. Он наконец-то умер. И -- родился вновь. Измененным. И кто-то звал его, и с удивлением он понял, что это тот человек, что был рядом с ним в Эндорэ.

Рука протянулась к руке.

А может быть - это просто пронеслась комета.

Текст размещен с разрешения автора.