Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Мари Жють

Записки Зеленой Травки

Совершенно секретный дневник Леготар Трандуириэль

Перед прочтением сжечь

2980г. Т.Э.

Получила письмо от Арвен (смею заметить - первое за 500 лет). Сообщает о своей помолвке с Арагорном. Эру Милосердный, какого Назгула сдался ей этот смертный? Впала в недоумение. Выйдя из недоумения, вспомнила, что она - потомок Лутиэн, а в этом семействе стремление к низшим расам у особ женского пола в крови.

Все еще пребывая в недоумении, поделилась новостью с Леголасом (в чем немедленно раскаялась). Братец впал в неуместную веселость и пожелал сообщить мне особо экзотические подробности образа жизни Арагорна. На мой вопрос, откуда ему это известно, сообщил, что "поведали птицы". Не сомневаюсь: братец - второй сплетник в нашем королевстве (первый - папочка). Придя к выводу, что выслушивание вульгарных сплетен подобного рода несовместимо с моим имиджем утонченной эльфийской принцессы, гордо удалилась (в чем незамедлительно раскаялась).

3016г. Т.Э.

К нам прибыл Митрандир. Как всегда, явился без предупреждения, и немедленно заперся с папочкой. Мы с Леголасом, разумеется, подслушивали у двери, но информации не получили - беседа велась на Черной речи, а в ней у меня еще недостаточно практики. (Смею заметить - сколько я ни просила папочку поймать мне хотя бы одного Назгула для совершенствования в языке, все впустую. Ну не отправляться же мне в Дол Гулдур, в самом деле.) Просила Леголаса применить свои пресловутые телепатические способности и проникнуть в мысли папочки напрямую, но он отказался - Митрандир-де закрыл комнату мощным силовым полем, свернул пространство, закуклился и остановил время. Отговорки, сплошные отговорки. Впала в гнев и гордо удалилась. Ничего, обойдемся и без телепатии, у меня есть свои методы.

На следующий день

Приказала подать в мои покои вина из Дорвиниона (того самого, над которым папочка трясется больше, чем Феанор над Сильмариллами). Разыскала Митрандира и с присущей мне учтивостью попросила его оказать мне честь мудрой беседой и отведать со мною вина. Он незамедлительно согласился (еще бы! От меня еще никто не уходил.)

Увы мне! Так рушатся самые хитроумные планы. Митрандир болтал, как сорока, но о том, что меня интересовало, молчал, как орк-партизан на допросе. В довершение всего, после четвертого кувшина попытался меня облапить (смею заметить - без каких бы то ни было авансов с моей стороны). Впала в гнев; пытаясь оправдаться, он заявил, что принял меня за Леголаса. Впала в крайнее недоумение, вышибла из-под него стул и гордо удалилась. Вызвала слуг и приказала подобрать и удалить Митрандира.

На следующий день

Загнала Леголаса в угол и устроила ему перекрестный допрос. Он долго отпирался, но, осознав, что уйти от меня сможет разве что в Чертоги Ожидания, глядя мне в глаза поклялся именем Единого, что никогда в жизни не напивался с Митрандиром. Подобного я от него не ожидала. О светлая Элберет, кажется, я начинаю его уважать.

Получила письмо от Арвен. Нарн, поэма для декламации - ее страдания в разлуке с Арагорном. Десять тысяч строф дикого бреда. Впала в растерянность - подобные проявления чувств (уже не говоря о подобных затратах бумаги) по отношению к смертному крайне неуместны. Если она воображает, что я стану декламировать это - она жестоко ошибается.

3017г. Т.Э., апрель

Все тайное рано или поздно становится явным. Вчера в наш дворец доставили тварь по прозванию Голлум. Оказывается, именно об этом существе Митрандир сговаривался с папочкой. Голлума заперли в наших темницах, но до этого мне нет дела, ибо меня терзает сладкая тоска любви. Голлума к нам доставил Арагорн, и стоило мне его увидеть... Остановись, мгновение, ты прекрасно! (К сожалению, я не Майа и остановить время не в состоянии.) Незамедлительно взяла обратно все свои нелицеприятные комментарии в адрес смертных. О Арагорн! Впала в экстаз и удалилась в свои покои.

Чрезвычайно занята - расчесывала волосы и писала линнод в честь Арагорна. Выучила наизусть и спрятала шпаргалку за корсаж; на пиру буду изумлять присутствующих утонченной импровизацией.

Репетируя линнод, пребывая в экстазе сломала арфу. Попросила Леголаса одолжить мне свою. Отказал, с присущей ему бесчувственностью. В ствойственных мне изысканных, но общедоступных выражениях пообещала расцарапать ему физиономию, если он не исполнит моей просьбы. Он внял голосу разума и отдал мне арфу - знает, что я держу слово, а ногти у меня длинные.

Облеклась в подобающие моему сану одежды. Приняла подобающее моему имиджу утонченно-изысканно-печальное выражение лица. Отправилась на пир.

На следующий день

Моргот бы побрал папочку с его лесным шовинизмом! Из-за него мы все вынуждены носить зеленое с коричневым - далеко не самая выигрышная комбинация при моем цвете лица. Пела всю ночь и не охрипла только потому, что эльфийка не может охрипнуть в принципе. Бесполезно - Арагорн был почтителен, и только. Проклятые лесные тряпки!

Попыталась убедить папочку сменить политику хотя бы в отношении одежды. В ответ пришлось выслушать лекцию, что Нолдор - исчадия Зла, а все беды эльфов - от цивилизации. Мои аргументы, что для нас, Синдар королевского рода, подобные взгляды в конце Третьей Эпохи просто неуместны, не возымели действия. Впала в скорбь и удалилась в свои покои.

На следующий день

Арагорн покинул нас. О, горе мне! Но пусть Арвен не рассчитывает заполучить его просто так - дочь Трандуила не сдается без борьбы! Пусть победит достойнейшая.

3018г. Т.Э., 20 июня

Голлум сбежал! Леголас, с присущей ему мягкотелостью, его упустил. Папочка впал в бешенство и отправил братца в погоню. Поделом ему. Мне все равно - мое сердце разбито.

3018г. Т.Э., август

Леголас со своим отрядом, разумеется, Голлума не выследил. Я так и знала. И тем не менее - после двух месяцев беготни по болотам братец явился домой по-прежнему изысканно одетый и безупречно причесанный. Кажется, я продолжаю его уважать. (Менять взгляды, устоявшиеся в течение полутора тысяч лет не слишком приятно, но присущая мне справедливость и великодушие прежде всего.)

Папочка впал в умопомрачение и отправил Леголаса в Имладрис - оправдываться и извиняться. Мудрое решение - отговариваться мой братец мастер. Мое сердце по-прежнему разбито.

3018г. Т.Э., ноябрь

Леголас явился из Имладриса с целым отрядом Элрондовых следопытов. Немедленно заперся с папочкой. Подслушивала у дверей, и, поскольку в этот раз беседа шла, как и положено, на синдарине, узнала все, что хотела. Так я и думала - братца потянуло на подвиги, а Элронд принялся ему в этом потакать. Удивительно, до какой степени молва преувеличила его мудрость.

Три дня спустя

Хвала тебе, о Элберет! Тот, кто ждет, неизбежно дождется (правда, чаще всего, неприятностей...) В поход вместо брата отправляюсь я. О Арагорн, я знала, что нам суждено быть вместе! Берегись, Арвен - королевой Гондора и Арнора может стать другая эльфийка...

Однако, все по порядку. Позавчера мой брат попал в засаду. Неизвестно, сколько там было орков - во всяком случае, больше, чем стрел в его колчане. Как всегда, он в три минуты расстрелял весь свой боезапас, не обратив внимания, что среди недобитых орков были два лучника. (Сколько я ни твердила ему, что лучников надо выбивать в первую очередь - все бестолку. Ничего удивительного - способности военачальника он унаследовал от нашего деда, а тот, да смилуется над ним Намо Судия, так лихо повел свою армию на штурм Барад Дура, что уложил две трети своих воинов и сам остался там же.) В конце концов, этих орков Леголас тоже уложил, но перед этим получил стрелу в плечо. (Смею заметить - совершенно излишне, хотя стрела даже не была отравлена.) Подоспевшая подмога разыскала его среди орочьих трупов и с великой скорбью доставила домой. Помчалась его спасать, позабыв про имидж и декорум. (Сама виновата; но поскольку я в течение полутора тысяч лет убеждала свое окружение в своей невероятной способности читать мысли, идти на попятный уже поздно.) К сожалению, каждый раз, когда ко мне с похоронной физиономией является один из папочкиных советников и замогильным голосом возглашает: "Не медли, леди, твой брат нуждается в тебе", сердце незамедлительно сообщает мне, что этот шалопай уже стучится в двери Намо. (Смею заметить - я еще не встречала орган, который сообщал бы столь недостоверную информацию). Убедившись, что братец, несмотря на весьма достоверный обморок, в высшей степени жизнеспособен, взялась за дело - выгнала из его спальни всех сочувствующих и приступила к исцелению.

По эльфийским меркам мои телепатические способности стремятся к нулю, поэтому разделять страдания своего братца я не могу по определению. Зато я лучше, чем кто либо другой в нашем благородном семействе знаю анатомию, и еще лучше - ботанику. Промыла рану и сделала перевязку; братец мгновенно пришел в себя (поскольку я своевременно удалила зрителей, красиво сострадать ему в его мучениях было некому) и принялся оплакивать свою несчастную судьбу. (Смею заметить - выражения, которые он при этом употреблял, скорее подобали повышенной стервозности орку, чем утонченному эльфийскому принцу. К сожалению, у меня не было возможности выяснить, каким образом ему удалось так расширить свой словарный запас.) Впала в недоумение и объяснила ему в присущих мне изысканных, но общедоступных выражениях, что его так называемая рана затянется через два дня. Он в высшей степени неучтиво прервал мои объяснения (давно заметила его подчеркнутую нелюбовь к медицинской терминологии), сообщив мне, что в драке получил еще одну травму. Произвела осмотр. Разумеется, это был не перелом, а самый обычный вывих плюс сильное растяжение. Вправила вывих, но бегать по лесу и лазить по деревьям мой братец не сможет еще недели две.

И тут, первый раз в жизни, на меня снизошло эльфийское прозрение. Дав Леголасу время как следует осознать ситуацию, предложила оптимальный выход - он остается дома до выздоровления, а я отправляюсь в Имладрис. Под его именем и в его обличье.

Он немедленно согласился. (Очевидно, потеря крови, даже столь незначительная, воздействует на умственные способности гораздо сильнее, чем я полагала.) Но в Арде Искаженной за каждый момент блаженства приходится платить - Леголас, не получив обычную порцию вздохов и стенаний, на которые он явно рассчитывал, возобновил свои жалобы, теперь уже на мою бесчувственность. (Смею заметить - когда мой брат ранен, то в кому впадает весь дворец. Кроме меня.) Объяснила, что если он предпочитает, чтобы его обливали слезами вместо квалифицированного и своевременного лечения, то пусть женится. В ответ он разразился серией междометий, эмоциональность которых была равна лишь отсутствию смысла. Впала в гнев, но в этот раз предпочла не подавать вида. Поправила ему подушку (его постель в этом не нуждалась, но мне не следует забывать об имидже) и гордо удалилась.

Прежде чем отправиться в свои покои, нашла пару лесных эльфиек помоложе и повпечатлительней и отправила ухаживать за Леголасом, предварительно убедившись, что они смертельно боятся одного вида крови. (Дурочки, не в силах постичь всю глубину моего замысла, восприняли приказание с телячьим восторгом.) Посмотрим, как скоро эта сладкая парочка отобьет у него желание разыгрывать умирающего.

На следующий день

Отправилась к Леголасу - проследить за ходом лечения. Мой полный сестринского участия вопрос, почему я не вижу у его постели двух благородных эльфиек, готовых окружить его трепетной заботой, он проигнорировал. (Ах, это отсутствие телепатических способностей! Дорого бы я дала, чтобы узнать, что именно произошло в его комнате.)

Осмотрела так называемую рану. Все уже затянулось, завтра даже шрама не останется (у эльфов их не бывает в принципе). Порадовала братца благой вестью и нарвалась на черную неблагодарность. Вместо ожидаемого изъявления трогательной признательности Леголас уставился мне в глаза и хладнокровнейшим образом начал расспрашивать, почему я так рвусь в поход вместо него.

Захваченная врасплох, впала в смятение (состояние, абсолютно мне несвойственное) и не нашла ничего лучше, чем сказать правду. Его никчемный квест меня совершенно не интересует, но мое законное место - подле Арагорна, и я намерена его занять. Братец впал в совершенно неуместную и крайне оскорбительную веселость; более того, он был настолько бестактен, что напомнил мне мои собственные нелицеприятные комментарии в отношении смертных. Впала в гнев и, выпрямившись во весь рост (очень немалый, как и подобает эльфийке королевской крови), осведомила его, что я и Арагорн суждены друг другу по высокому велению судьбы. В ответ встретила устремленный на меня стеклянный взгляд. О лучезарная Гилтониэль, мой брат настолько невежествен, что даже не в состоянии узнать цитату из "Речей Финрода и Андрет". Ничего удивительного, ибо, если Леголас тратит время на низкопробные стишата полупорнографического содержания ("Энт и Энтица", "Баллада о Нимродель" и тому подобное чтиво), я предпочитаю изысканную философскую лирику. Впала в негодование и удалилась.

Провела несколько упоительных часов в гардеробной Леголаса. Готовясь к походу, примеряла его наряды. Впала в изумление, обнаружив, что у братца тонкий вкус, и он следит за модой. Продолжаю его уважать.

Облеклась в наиболее привлекательные одежды и явилась к брату, желая выслушать его мнение (смею заметить - на самом деле оно меня не слишком беспокоит). Впала в скорбь, обнаружив, что просторная туника полностью скрывает чарующие изгибы моей грациозной фигуры. Утешилась, затянув ремень до отказа, для чего пришлось втянуть живот и проколоть в ремне три дополнительные дырки. Как бы то ни было, игра стоила свеч; если Арвен воображает, что у нее талия тоньше моей - она жестоко ошибается.

Братец вновь проявил присущую ему бестактность. С улыбкой, полной невыразимого ехидства, осведомил меня о необходимости подстричь волосы. Впала в грусть и удалилась в свои покои, дабы без помех предаться скорби и заняться прической.

Укоротила волосы почти на полметра; теперь они едва прикрывают лопатки. Чувствую себя крайне непривычно с короткой мужской прической. О Арагорн! Сколь многим нам, Перворожденным, приходится жертвовать ради любимых нами смертных...

На следующий день

Итак, отступать некуда. Завтра отправляемся в Имладрис. Элрондовы следопыты проявляют неподдельный интерес к состоянию здоровья моего брата. Заверила их, что принц Лихолесских эльфов всем сердцем жаждет участвовать в походе. (Смею заметить - мои слова были чистою правдой. Умолчание не есть ложь, а им совершенно незачем знать, что на самом деле в походе участвует принцесса.)

Отправилась к Леголасу, дабы побеседовать об оружии. С присущей ему бесчувственностью братец заявил, что с его луком я не справлюсь, и предложил подобрать для меня что-нибудь полегче. Впала в гнев, заметив оскорбительное сомнение в моих способностях; впала в полную ярость, угадав истинную причину его беспокойства - он просто боится, что мой стиль обращения с оружием поставит под сомнение его репутацию непобедимого лучника. Пребывая в ярости, совершила подвиг - натянула лук одним движением и взяла брата на прицел. При этом жестоко пострадала - сломала ноготь на мизинце. (Смею заметить - самый длинный, любовно отрощенный.) Боясь жестоких насмешек, не смогла оплакать потерю подобающим образом. Впала в скорбь и гордо удалилась в свои покои. Обрезала ногти.

Перед самым выходом с крайней неохотой дала согласие, чтобы Леголас поддерживал со мной одностороннюю телепатическую связь (иными словами, круглосуточно за мною следил). При первой же возможности он он отправится за нами следом, догонит нас и займет мое место. (Ха! Мечтать не вредно, братец. Мое место - подле Арагорна и таковым останется.)

3018г.Т.Э., декабрь

Марш-бросок к Имладрису завершен. Вчера вечером явилась в Последний Приют, усталая, злая и голодная (две последних составляющих взаимосвязаны). Предстала перед Элрондом, испытывая законные опасения. Впала в изумление, осознав, что он ничего не заметил. Его хваленая мудрость, без сомнения, крайне преувеличена.

Через неделю отправляемся в квест. О Арагорн! Песнь любви не умолкая звучит в моем сердце и льется с моих уст!

3018г. Т.Э., 26 декабря. Первый день похода

Мои опасения оказались совершенно напрасны - в отряде только двое хорошо знают брата и, следовательно, могут разоблачить меня: Митрандир и Арагорн. Митрандир меня полностью игнорирует, а Арагорн ни о чем не подозревает. Неудивительно - мы с Леголасом близнецы, а с короткой стрижкой и в мужской одежде меня не может узнать даже папочка. Провожу время в чарующих мечтах, представляя себе удивление и радость Арагорна, когда я предстану перед ним в подобающем мне облике.

Митрандир отправил меня в арьергард. Противный старик. Покрутилась полчаса в арьергарде; затем, стратегически перегруппировавшись, пробралась к Арагорну. О, часы невыразимого блаженства! Иду рядом с бесконечно любимым, любуясь звездами и слагая нарн. (Смею заметить - присущая мне легкость походки, абсолютно недоступная смертным, дает возможность избегать препятствий, не глядя под ноги.) Пришла к выводу, что десять тысяч строф - отнюдь не предел для утонченной и высокообразованной эльфийки. Дошла до семнадцати тысяч и решила сделать перерыв. Результатом пока довольна.

Петь не осмеливаюсь - голос у меня все-таки выше, чем у братца, и когда я пою, это могут заметить даже туговатые на ухо смертные или полуглухой Майа. Мое счастье столь же беспредельно, сколь и моя любовь к Арагорну. Люблю весь мир.

Третий день похода

Продолжаю любить этот мир, ибо Арагорн оказывает ему честь своим благородным присутствием. Довела нарн-и-Арагорн до двадцати трех тысяч строф. Сделала перерыв. Сэм позвал нас обедать.

После обеда Митрандир опять отправил меня в арьергард. Начинаю ненавидеть его по-настоящему. Связываться боюсь - мы все еще слишком близко от Имладриса, и в случае разоблачения меня запросто отправят обратно.

Юные хоббиты, будучи накормлены и обласканы, действительно очень милы, все четверо. Учусь их различать.

Пятый день похода

Продолжаю любить мир и ненавидеть Митрандира. Научилась различать хоббитов. Первым запомнила Фродо. У него такое прелестное, совершенно эльфийское выражение лица, полное нежной меланхолии (смею заметить - совсем как у меня, когда обстоятельства дают мне возможность поступать в соответствии с имиджем) и чудесные курчавые волосы. Впала в материнскую нежность. Не удержалась и мимоходом погладила хоббита по голове. Фродо был мне благодарен, а Сэм уставился на меня с подозрением. Мерзкий юнец!

Сэма я тоже отличаю от остальных, главным образом, по манере речи. Его отвратительный диалект, самый низкопробный и вульгарный вариант вестрона, до крайности оскорбляет мое эстетическое чувство.

Восьмой день похода

Продолжаю любить мир, но уже значительно меньше. Сменила основной объект ненависти, теперь ненавижу Боромира. Неужели то, что говорят, правда, и этот тип - действительно будущий правитель Гондора?

Арагорн, любовь моя, ты - воплощенное совершенство, но ведь можно же немного чаще мыть руки? И голову, если уж на то пошло…

Поминутно впадаю то в гнев, то в тоску. Что самое ужасное - не могу гордо удалиться; удаляться некуда...

Привал. Сижу в сторонке на камне, спиной к этой вульгарной компании смертных (Митрандир не в счет). Сэм зовет нас обедать. Опять хлебать это варево... Не пойду, пусть едят сами.

3019г. Т.Э., 15 января. Лориен

Не могу поверить, что это правда! Три недели невыносимого кошмара позади, и я снова среди своего народа. О Арвен, Вечерняя Звезда, прими мои искренние соболезнования - жребий Лутиэн куда тяжелее, чем кажется на первый взгляд.

Однако, все по порядку. Нет, не могу принудить себя доверить бумаге те ужасы, что навеки запечатлены в моем сердце (как известно, эльфы не способны забывать). При близком знакомстве смертные оказались исключительно нечистоплотной расой, и Арагорн - мой Арагорн (нет, благодарю, уже не мой) - ничуть не лучше других. (Смею заметить - я говорю исключительно о физической нечистоплотности; но чего стоят так называемые высота души и благородство замыслов, если их обладатель демонстрирует сальные волосы, траур под ногтями и отвратительную щетину?) Я была постыдно несправедлива к моей собственной расе. Слишком поздно поняла, как бесконечно много значит привитая каждому эльфу с рождения манера опрятно держать волосы и руки в любое время дня и ночи и при любых обстоятельствах. Уже не говоря о зубах... Мой брат может быть средоточием дурных привычек (и кому, как не мне, этого не знать) но в том, что касается чистоплотности, Леголас готов подать пример любому.

Митрандир погиб. Благородно и героически. Впала в крайнюю скорбь и оплакала его подобающим образом. Какая жалость, что вместе с ним с моста не свалилась по крайней мере половина нашего отряда!

Прибыли в Лориен. Прием на границе нас ждал весьма холодный. Пришлось разыгрывать миротворца, без малейшего на то желания. Как бы то ни было, облегчила исстрадавшееся сердце получасовым общением с эльфами Лориена.

Два дня спустя

Прибыли в Карас Галадон. Предстали перед владыками. Никогда, никогда более не стану доверять молве! Моего родича Келеборна принято считать подкаблучником и глупцом; смею заметить, что он, единственный из всех мудрецов и магов, разоблачил меня с первого взглада и при этом был настолько деликатен, что не подал вида. Не успела я подняться на талан, как услышала: "Добро пожаловать, сын Трандуила". Лицо Владыки было абсолютно непроницаемо, но его взгляд сказал мне все. Галадриэль веселилась ничуть не меньше; на самом деле, первые десять минут одна вообще не произнесла ни слова - чтобы не расхохотаться нам в лицо, я полагаю. Тем не менее, смертные восприняли ее молчание с подобающим трепетом, и прием прошел отлично.

Как только вся компания улеглась спать, меня снова позвали к Владыкам. Галадриэль, обратившись ко мне под моим настоящим именем, начала меня расспрашивать. Сказала правду (смею заметить - только правду, но не всю правду. Как известно, Арвен - внучка Галадриэль и Келеборна, поэтому упоминать о моей глупой, мимолетной и в высшей степени недостойной меня влюбленности в Арагорна было бы неполитично).

Владык моя версия событий весьма удовлетворила; мне было высказано милостивое родственное сочувствие. Получила позволение навещать владык и быть среди Галадрим, сколько захочу. Келеборн пообещал отдать приказание пограничной страже; моего брата будут ждать и пропустят в Лориен беспрепятственно. Изъявила свою благодарность в изысканном спиче. Импровизировала, разумеется.

Три дня спустя

Провожу время среди Галадрим. Отдыхаю душой и телом. Со своей компанией стараюсь встречаться как можно реже.

На следующую ночь

Какое счастье! Не могу припомнить, когда я последний раз испытывала подобное! На рассвете, едва я успела заснуть, меня потрясли за плечо - смею заметить, не слишком нежно. Проснулась и узрела полную ехидства физиономию склонившегося надо мной эльфа, до неприличия похожую на мою собственную.

Мой брат все-таки догнал нас! (Спустился по Андуину, как я и полагала). Нас незамедлительно позвали к владыкам. Леголас изъявил желание немедленно занять мое место (бедняжка! Невероятно, но факт - первый раз в жизни впала в сестринскую нежность). Галадриэль любезно предложила мне остаться в Лориене - возвращаться домой в одиночку уже слишком опасно. Предложение приняла с благодарностью.

3019г. Т.Э., 16 февраля

В качестве одной из эльфиек из свиты Галадриэль проводила сегодня свою бывшую компанию. (Смею заметить - смертные настолько лишены наблюдательности, что даже не смогли понять, насколько одна из эльфийских дев в свите Владычицы похожа на Леголаса.) Впала в глубочайшую скорбь. Слагала линнод и рыдала, окруженная трогательным сочувствием Лориенских эльфов и своих царственных родичей. Брат мой, увижу ли я тебя когда-нибудь?

Продолжаю этнографические и лингвистические наблюдения, начатые после прибытия в Лориен. Среди Галадрим есть Нолдор. Одни действительно исчадия, папочка был совершенно прав, но исчадия невероятно интересные. Какой темперамент! (Смею заметить - нам, Синдар, подобные всплески совершенно несвойственны, но в этих сменах настроения есть непостижимый шарм.) Будучи лишена дара предвидения, не знаю, что несет судьба; возможно, Тень действительно ляжет на все Средиземье. Как бы то ни было, прерывать свои научные изыскания пока не намерена.


Примечание переводчика: Имя Леготар Трандуириэль (Legothar Thranduiriel) не имеет ничего общего с квэнийским tar- (высший). На самом деле элемент thar (квэнья sare) в переводе с синдарина означает "жесткая трава"; следовательно, имя принцессы Лихолесских эльфов правомочно перевести как "Зеленая травка". Неудивительно, что Трандуил пожелал дать своим детям-близнецам созвучные и близкие по смыслу имена. Следует заметить, что дочь Трандуила была также известна под своим эпессе Марихуана - непереводимая игра слов лесного диалекта. (Горхендад Тук XXIII, доцент Форностского университета, факультет классического языкознания, кафедра фольклористики. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук).



Счетчик меркурий 230 art www.axion-electro.ru. ... http://agrozakaz.ru/ аккумуляторный райдер husqvarna.