Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Гарет Ольвес

Лэ

Летние ночи удивительно приятны. Особенно, когда ты сидишь у костра, окруженная могучими соснами, рядом верный меч, а на траве разбросаны гадательные палочки с искусно вырезанными рунами. Звезды светят мягко, словно от начала мира прошло совсем немного времени. Да, наверное так и было на берегах Куйвиенен... Представить - можно, хотя вряд ли получится точно: Заклинательница была эдайн по рождению. Много веков прожила она здесь, память ее была глубока, как бездонный мировой Колодец. И умела она говорить с Великими...

Лэ долго любовалась из темноты на Силлин, невидимая до поры. Рослая, крепкая дева сосредоточенно острила меч. Ее жесткие, седеющие волосы были собраны тесьмой с простеньким узором из охранных рун, кожаные штаны красиво обтягивали стройные икры. Руки так же сильны, как много веков назад... и так же старательно Силлин скрывает их тонкую аристократичность под широкими рукавами и жесткими мозолями. Сама Лэ никогда не держала в руках меча и лука, нежные пальцы ее были унизаны перстнями с горящими в ночи самоцветами. Стройная, как молодая березка, - как много знала она! И как мало могла сказать...

- Что нового в подлунном мире? - наконец начала разговор Лэ, неслышно вынырнув из темноты на освещенную отблесками костра поляну.

Неожиданно! Но дева не подала виду, что появление гостьи застало ее врасплох, лишь глаза тревожно блеснули.

- Воюем, - откликнулась она нарочито небрежно. - Нельзя сидеть без дела, тем более нам.

Лэ пересекла поляну и села прямо на траву напротив Силлин. Под ее золотыми туфельками не шелохнулся ни один спящий стебелек. Какое-то время они с любопытством изучали друг друга, потом Лэ серебристо рассмеялась:

- Знаешь, я уже давно тут. Смотрела, как ты возишься со своим оружием, словно с любимой кошкой! Любовалась. Ты красивая, атани.

Даже ночная темнота не смогла скрыть румянца на щеках девы - Силлин, чувствуя это, отвернулась.

- Не к лицу мне, Светлая... Лучшая похвала для меня - вражья кровь на этом мече!

- Вы гордые. Как же, помню! Порою и жаль, что я так плохо понимаю вас.

Силлин положила меч и, опершись крепкими руками о землю, пытливо глянула на свою гостью. Коротко глянула, ибо глаза Лэ светились так, что долго смотреть в них было невозможно: душа переворачивалась и сердце начинало щемить от странных, не своих чувств.

- Вижу, тесно тебе. Ой, тесно! И если бы держал тебя кто... Так нет ведь: сама пришла, по своей воле остаешься, и срок своего заточения продляешь. Знаю. В девчонках тяжело очень - тоже знаю. Кто вас поймет? А без вас и нашим трудам грош цена. Поклон тебе низкий, Светлая...

Силлин встала и с почтением поклонилась. Лэ благодарно вернула поклон.

И говорили они до утра, и никто не знал - о чем. А на рассвете расстались, уверенные, что обрели друга на всю жизнь. Верного друга - надежную опору в борьбе, такой тяжелой и невидимой для окружающих...


Текст размещен с разрешения автора.