Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Скегуль

Видение о Мелькоре и Унголиант

Посвящается Павлу Кожеву ака Адану,
любителю пауков.

/Руководство по эксплуатации: для пущего эхвекта читается вслух голосом Радзинского, желательно в темноте и в узком кругу товарищей./

Долго бились они
На крутом берегу...
Народная песня.

По льду Хэлкараксэ идут двое, и нипочем им холод и лед. Они идут рука об руку и ласково смотрят друг на друга. И мы прекрасно знаем этих двоих. Вот тот, который мужчина, держит за руку прекрасную женщину, а в другой руке у него небольшой мешочек, а в мешочке... вы, наверно, догадались что. Это же он, он, Враг наш Извечный, Мелькор то есть! Или Моргот. Кому как нравится. А в мешочке у него то, что он у Феанора стянул самым подлым образом. Ну вы догадались.

А кто эта прекрасная женщина? Вы не поверите - Унголиант! Пустота может принимать совершенно любую форму, но при этом она остается пустотой. Так вот. (Просто умная мысль). А уж в корыстных целях Унголиант и не на такое способна. Уж больно ей хочется того, что у Мелькора в мешочке.

Так вот, пока народ в Валиноре стонал на тему "врубите свет, дышать темно и воздуха не видно", прельстился Мелькор красотой Унголиант и отдал ей все сокровища, что стащил у Феанора. Кроме того, что в мешочке, разумеется.

Но Унголиант не остановится ни перед чем и будет обольщать Моргота всю дорогу.

Наконец дошли они до развалин Ангбанда, и тут Мелькора охватила такая страсть, что не смог он ее больше сдерживать, а Унголиант не сопротивлялась. Чего не сделаешь ради... И предались они страсти, не отходя от развалин, и околдовала его Унголиант, и длилась их страсть много дней и ночей... Пока не взмолился Мелькор:


- Отпусти меня, прекрасная Унголиант, ибо не могу я больше! Хотя я и Вала, но это уже слишком!

- Ну уж нет! Поделишься награбленным - отпущу! А не поделишься... (непереводимая игра слов)

- Так я с тобой поделился - и хватит с тебя!

- А Камни Света? Вот отдашь - отпущу на все четыре стороны!


"Ах так, подумал Мелькор, тебе не нужна моя любовь - тебе нужны камешки! Ну будет тебе от меня славный подарочек - только не сейчас, а попозже, попозже!"

Собрал Черный Вала последние силы и продолжил... предаваться страсти, шепча нежные слова. Это Унголиант думала, что он шепчет нежные слова, а на самом деле он шептал отнюдь не нежные заклинания.

И оплела его Унголиант тугой паутиной, и впились ее ногти в тело Врага, и не смог он ни оторваться от нее, ни мечом отбиться.

Тут Мелькор как закричит! И имел этот его крик далеко идущие исторические последствия... Но это уже другая история.

А Саурон (или Гортхаур, или Гортхауэр, а может и Ортхэннэр - кому как нравится) в это время прятался в развалинах и играл в преферанс с Балрогами по придуманным им самим правилам. Но на этих самых правилах мы останавливаться не будем, дабы не оскорбить ничьих лучших чувств и не отвлечься от темы сего повествования, и без того полного извращений...

И только Саурон замахнулся канделябром, чтобы треснуть им Главного Балрога за слишком честную игру, как услышал голос своего господина, и выполз с Балрогами из развалин посмотреть, что, собственно, происходит, и узрел, какое непотребство творят с его господином у развалин Ангбанда, и разгневался зело... Насилу отбили Балроги с Сауроном господина своего у Унголиант. И долго обессиленный Мелькор приходил в себя. Кроме того, Саурон отвесил ему довольно ощутимую затрещину: "Будешь знать, .......... (непереводимая игра слов), как изменять мне со всякими пауками, герой кверху дырой! Я тебя триста лет не видел, а ты...! Думаешь, весело мне тут с Балрогами!" Но когда Моргот наконец пришел в себя, Саурон ответил за эту самую затрещину по полной программе. Ну ничего - милые бранятся, только... чешутся. Но это уже другая история...

Долго смеялись в Валиноре над этим происшествием, несмотря на скорбь великую и долгое сидение без света. Тулкас, совершенно понятно, так хохотал, что Манве с трона свалился и долго потом искал его в темноте. Не Тулкаса, а трон. Хотя Тулкаса тоже искал. Чтобы влепить ему подзатыльник. И попался под горячую руку Манве впотьмах вместо Тулкаса Феанор... Что было потом - вы знаете. Но это уже другая история... Даже Ороме, уж на что мрачный тип, и то усмехнулся, и сказал, что, мол, так ему, Врагу, и надо.

А обманутая, обломившаяся и побитая Балрогами Унголиант прокляла и Мелькора, и Саурона, и роды их обоих до четырнадцатого колена, буде такое случится. И пошла, обиженная, куда глаза глядят, то есть в неизвестном направлении, и долго так шла она, пока в положенный срок не родилось у нее НЕЧТО невообразимое. Это НЕЧТО известно нам под именем Шелоб, а вот имя, данное ей Унголиант, никто не знает. И очень не обрадовало Унголиант то, что у нее родилось, и догадалась она, что это подлянка Моргота, и снова прокляла Мелькора и весь род его до пятнадцатого колена. Совершенно понятно, что дитя Унголиант попадало под данное проклятие автоматически. Но это уже другая история... А Унголиант после такого огорчения почти сразу же испустила дух, ибо отравила ее страсть Мелькора, и лишилась она силы.

А Моргот с тех пор до безумия боялся женщин. И прятался в случае чего за широкой спиной Саурона. А после того, как его напугала Лютиэнь, вообще заикаться начал.

Но это уже совсем другая история...

Текст размещен с разрешения автора.