Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Нион

Нарготронд


              Тиль
              и Сарэ


Ночная тишина наполняла гулкие переходы Нарготронда, сновала по галереям, шепталась с часовыми, заглядывала в стрельчатые окна королевской спальни, приспособленной под мастерскую и кабинет. Углы комнаты тонули в темноте - у потолка горел неярким светом один-единственный голубоватый светильник. Да еще свеча на столе выхватывала из мрака свитки, наваленные беспорядочной грудой, бросала на край чернильницы золотые блики...

Финрод отложил перо, тряхнул головой, устало прикрыл глаза. Сжал и распрямил пальцы, легко поднялся и прошелся по комнате бесшумной походкой, чуть слышно вздохнул.

Что ж... хорошо. Если выдадутся тихими еще пара ночей - новый свиток будет закончен. "Целебные травы, произрастающие на землях Западного Белерианда"... он должен принести немало пользы целителям. Немало таких свитков уже лежат грудами на полках, разбросаны по всему дворцу - не только в библиотеке их можно найти, но и в лазарете, и в комнатах многих из его воинов... и, говорят, не только здесь, но и в Хитлуме. Будет еще один. Для того они, собственно, и пишутся...

Для того и торопится король Нарготронда - оставить как можно больше, успеть сделать как можно лучше, как можно быстрее. Ибо скоро, совсем скоро - уходить...

Финрод знал, что ему осталось недолго. И не смог скрыть это от сестры в свой последний приезд в Дориат, уже после начала Дагор Браголлах. А вот Ородрету сказать не сумел. Младший брат больше всего на свете боялся теперь мысли о том, что ему - не приведи Эру! - придется потерять старшего, как потеряли они двоих - совсем недавно. А Нэрвен... она лишь грустно усмехнулась и взглянула на Финрода тем своим особенным всепонимающим взглядом, как умела лишь она одна... она и Амариэ, когда-то давно, давно, дома. И никому другому никогда не мог поведать старший сын Арафинвэ того, что поверял - сестре да морю...

Финрод улыбнулся. Письмо для Галадриэль было закончено и запечатанным лежало на столе. Утром гонец увезет его в Дориат. Письмо и подарок - крошечная серебряная брошь с небольшим агатом, хранившимся у него еще с того довоенного времени, как он гостил у Кирдана.

Пора, наверное, ложиться. На удивление спокойная ночь выдалась сегодня, но накопившаяся за предыдущие месяцы усталость давила на плечи. Впрочем, со времени начала войны ему давно уже не приходилось спать много - то и дело случалось что-то, требующее присутствия короля, и часто, едва заснув, он просыпался от тихого, но настойчивого стука в дверь и приглушенных голосов.

Два военных года словно вычеркнули из памяти множество мирных лет. Стало уже привычным сутками не успевать даже присесть, выкручиваться из множества дел сразу, выслушивать ворохи новостей и одновременно отдавать приказы, зная, что за каждым из твоих слов стоит чья-то жизнь. К концу дня сил не оставалось ни на что... свитки, начатые уже давно, пылились на полках неоконченными, и лютня жалобно вздыхала, когда, пробегая мимо, хозяин лишь улыбался ей, но не брал в руки. Потаенное, далекое от войны королевство, скрытое от чужих глаз чарами Ульмо и стрелами пограничной стражи, испытало на себе все тяготы потерь и поражений и притерпелось ко многому.

Только терять друзей они так и не научились...

Но сегодня... кажется, пока все тихо. Настолько, насколько может быть тихим тоскливое ожидание, которое лучше занять делом, чтобы не терзаться тревожными мыслями...

Черную весть о нападении и просьбу о поддержке, принесенную из Минас Тирита, Финрод втайне со страхом ждал. Глупо было надеяться, что такой удобный сторожевой пост Враг не попытается захватить... вот оно и случилось. Теперь все, кого только можно было отправить на помощь, сражаются там, на Тол Сирион, а в Нарготронд стекаются беженцы и раненые, на вопросы отвечая одно: "Наш лорд держит Остров...". Ородрет бьется из последних сил, но и их у него уже немного. И хотя дружина Минас Тирита усилена воинами Нарготронда и теми немногими, кто сумел выжить в войске Ангрода и Аэгнора, все же против сил Моргота это - почти ничто. Надежда лишь на мужество защитников Острова да на расположение крепости, очень удобное для обороны.

Легкие, торопливые шаги простучали по коридору. Манвэ светлый, что еще стряслось? Кому понадобился он в этот глухой час?

Не дожидаясь стука, Финрод распахнул дверь. И обомлел...

На пороге, в запыленной и изодранной одежде, в иссеченных доспехах, шатаясь от усталости, стоял Ородрет. И в глазах его было отчаяние и черная тоска.

- Брат... - задыхаясь, выговорил он.

Одним рывком Финрод втянул его в комнату и захлопнул дверь.

Жив...

Ородрет взглянул на него - и опустился, почти рухнул, на одно колено. Не поднимая головы, вынул из ножен свой клинок, протянул его рукоятью вперед.

- Мы оставили Остров, - прошептал он.

Кусая губы, Финрод принял его меч и вернул снова - так же, жестом старшего и короля. Поднял брата. И - прижал к себе.

Жив! Все остальное - неважно...


- .... Вот так все и случилось, - закончил рассказ Ородрет. - Мы не смогли устоять, Инголдо, против него устоять было невозможно. Из моего отряда осталось не больше половины. Саурон - это сам ужас. Мы отступали последними и... - он снова опустил голову. - Прости... - в глазах его плескалась боль и вина.

Они сидели у разожженного камина и смотрели в огонь. Ородрет так и не снял доспеха и кутался в изодранный плащ, словно не от холода пытаясь спастись, а от воспоминаний. Рассказывая, он вертел в руках кинжал с таким мучительным недоумением, что Финрод вынужден был мягко отобрать у брата клинок - из опасения, что тот, забывшись, поранит пальцы. Когда-то в детстве Артаресто, думая о чем-то неприятном, до боли сжимал в руках первый попавшийся предмет, будь то перо, камень или стакан. Вот... не забылась старая привычка.

- Да за что же прощать, милый? - как можно мягче выговорил Финрод, беря его за руку. - Ты был прав, что отступил - если нельзя удержать крепость, нужно сохранить жизни тех, кто еще жив.

- Но какой ценой... - прошептал Ородрет.

- Любой! Ибо нет ничего дороже, и ты это знаешь.

- Разве я не понимаю, что ты говоришь это, чтобы успокоить меня? - Ородрет взглянул на него и горько усмехнулся. - Я оказался никудышным полководцем, брат, и потерял то, что нам необходимо сейчас... я потерял Минас Тирит, потерял проход на север. Мы отрезаны от Хитлума.

- Не все так страшно, Артаресто, - спокойно возразил Финрод, вставая и отходя к окну. - Да, скверно, конечно: падение Минас Тирита - огромная неудача для нас. Но это поправимо, честное слово. И речь не об этом сейчас. Ты сделал лучшее, что можно было сделать в такой ситуации. Потеря эта - не твоя вина. Успокойся...

Ородрет опустил глаза.

- Прости, брат...Я все-таки...

- Неважно, - прервал его Финрод. - Сейчас неважно ничего... кроме того, что ты жив. Быть может, это важнее... всего, что есть на свете... - шепнул он и умолк, отворачиваясь.

Память тяжким покрывалом накрыла обоих. Память о том страшном дне, когда огонь и ужас захлестнули цветущую Ард Гален, и оба поняли, отказываясь понимать, что две золотые фигуры больше не помчатся навстречу старшим в закатном свете, по колено в высокой траве... Память о том миге, когда они осознали - теперь их на свете осталось не пятеро - лишь трое.

Фиррод тряхнул волосами, вырываясь из жестоких объятий прошлого.

- Как долго я учился жить без них, - глухо проговорил Ородрет, закрыв лицо руками. - Как долго... и так и не смог научиться.

"Увы, тебе скоро придется научиться жить и без меня", - подумал Финрод. И - не сумел вовремя скрыть этих мыслей.

Ородрет вскинул голову.

- Что ты сказал?!

Финрод невесело рассмеялся, подошел к нему, ласково, как в детстве, взъерошил золотые волосы брата.

- Тебе послышалось, малыш...

- Что ты сказал, Инголдо? Почему - без тебя?

- Пойдем лучше спать, Артаресто... Утро само подскажет, что выбрать...

Ородрет вскочил и схватил его за руку.

- Я никуда тебя не отпущу, пока ты не скажешь мне все! - Голос его звучал требовательно и умоляюще. - Сейчас! - И, видя, что Финрод колеблется, он прибавил тихо: - Говори же, Инголдо, прошу, не жалей меня...

- Хорошо, - тихо и спокойно сказал Финрод, высвобождая руку и отступая к стене. - Скажу, если просишь. Я скоро уйду. Путь мой скрыт во тьме, и мне не дано видеть его окончания, но это случится, и случится скоро. Тебе суждено жить, Артаресто, и стать королем... потому что ты заменишь меня. И ты должен будешь сделать это.. ты станешь достойным лордом Дома Арафинвэ... в память обо мне.

- Нет...- Шепот Ородрета был похож на шорох осыпающегося гравия.

- Не надо, Артаресто. К лицу ли принцам нолдор убегать от судьбы? Мы оба знали, на что идем, когда покидали Тирион, не правда ли? Зачем же закрывать глаза и отворачиться от того, что предначертано? И все мы умеем разгадывать знаки провидения.

- Я не верю в такие предначертания! - со стоном закричал Ородрет. - Не верю, потому что не могу, не хочу потерять тебя! Как говорили твои Эдайн? - на судьбу надейся, а сам...

Финрод молча и ласково смотрел на него.

- Нэрвен знает? - тихо спросил Ородрет.

- Да...

- И... что?

- Ничего... Она всегда была мудрой, самой мудрой из нас, хоть и младшей. Ей суждено пережить всех...

- Но... почему? - прошептал Ородрет. В глазах его медленно стыл ужас.

- Не знаю. Я не знаю. Наверное, это все-таки судьба, милый, - Финрод улыбнулся ласково, и не было горечи в этой улыбке - лишь любовь и легкая грусть.



19.02.2003


Текст размещен с разрешения автора.