Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Ноло Т. Торлуин

Пожалели...


Злодейка-судьба в очередной раз показала коллекцию своих зубов (и не думайте, что это была улыбка).

Утумно сровняли с землей (что было не очень трудно, учитывая, что из-под поверхности наружу торчало только две трубы); темных майар и другую фауну разогнали кого куда (причем куда именно, не знал не только Мелькор, но и его драгоценные родичи), и к тому же мерзавец Манвэ самым подлым образом спер у старшего брата идею создания нового в Арде сообщества - армии, нарушив тем самым законный копирайт и заодно начав войну.

Мелькор кусал губы, сдерживая стоны бессильного бешенства и смутно надеясь, что эта самая эмоция от такого обращения рано или поздно взорвет его облик вместе с цепью. А желательно - и с кораблем.

"Если бы они напали чуть позже… Если бы не этот новоявленный боксер-самоучка… Если бы не эльфы с их Папашей…" Мелькор заткнул мысль подальше. Ссориться ещё и с Эру сейчас было явно неразумно.

И он поклялся, лежа с завязанными глазами на досках корабля, увозящего его в Аман, что ни одного стона не сорвется с его губ, несмотря на все пытки и издевательства (ничего более страшного он придумать не мог - не из-за недостатка воображения, а от отсутствия жизненного опыта в этом вопросе).

И он не подозревал, что уже через полгода от его решимости не останется и следа.

* * *

А ведь поначалу все было, как положено. Суд. Падение ниц перед младшим братом (в основном для того, чтобы тот не заметил, насколько ласково Мелькор на него смотрит - от такого взгляда Саурон бы на месте скончался, не то что эти слабаки). Приговор. Триста лет Мандоса.

Старейший из Валар гордо прошествовал мимо выстроившихся как на параде майар (парады придумал Манвэ, так что тут ничей копирайт не пострадал) и, оказавшись в камере, приготовился к долгому и столь приятному процессу жаления самого себя, гордого молчания, упреков жестокой судьбе и размышлений о несправедливости этого мира…

Но он не учел одного.

Его братья и сестры, такие разные, обладали одним общим для всех качеством.

Совестью.

* * *

- Нет! Все! Хватит! Прекратите!

Крик был так страшен, что Намо посадил на Книгу Судеб большую кляксу.

"Да что там опять, в самом деле?!"

- Ну братец, ну ещё кусочек! - раздался воркующий голос Ваны.

- Ну сказал же - не хочу!

Хлопнула дверь. Вана устремилась к ожидающим Валар.

- Я не знаю, что делать. Он не ест уже третий день!

- Не отощает, - проворчал Намо, в третий раз переписывая одно и то же слово. Крик - это ещё ничего, но каждый взгляд на любимую когда-то рукопись вызывал у него теперь нервную дрожь. Ну просил же, умолял Манвэ выдать заключенному либо книгу, либо фломастеры, но никак не все вместе!

- Какой ты злобный! Вы все его обижали, все! - воскликнула Ниэнна и выбежала вон, ломая руки…

… Когда вся ватага ушла, Намо в сердцах отбросил книгу и тоскливо посмотрел на ближайший гобелен, изображавший Суд. Ну почему он не старший? Почему?

Почему он страдает теперь, хотя ни в чем не виноват, в отличие от существа, которое рыдало теперь в его камере?

Что толку? Даже Ирмо его не понимал…

Ну да. Им всем было стыдно.

Они не очень-то красиво обошлись с Врагом.

И Намо жалел брата больше всех. Даже ему в Мандосе бывало тоскливо, а уж Мелькору… да ещё в одиночестве…

Старший из Феантури не учел одного: те же чувства испытывали все его родичи.

* * *

И началось.

Йаванна, забыв покой и Ауле, каждый день пекла Мелькору пироги с разнообразнейшими и вкуснейшими ягодными начинками.

Вана старательно ей помогала. И вместе с пайкой приносила Мелькору свежий веночек из только что изобретенных цветов. То, что веночки оказывались на полу, ее не смущало: "Мы ведь так его обидели…".

Вскоре к одуряющему аромату цветов добавилась вонь раскаленного металла и Эру знает чего ещё. Это Ауле, чтобы не терять времени зря, перенес свою мастерскую поближе к Старейшему из Валар и увлеченно ставил различные химические опыты, частенько заканчивающие выкатыванием перемазанных экспериментаторов в комнаты Вайрэ и постоянным проветриванием помещения. Что представляло большую сложность ввиду принципиального отсутствия в Чертогах Мертвых окон.

К счастью, Манвэ как-то зашел к жене Намо полюбоваться очередным гобеленом на тему Исправления Трудом, и Намо удалось убедить Короля Арды, что он не собирается привыкать к тому, что кто-то постоянно тусуется у его жены. И если Манвэ что-нибудь не придумает, причем быстро, Намо вполне готов отправиться в Эндорэ. Вместо Врага. Потому что эльфы до химии, по поступающим сведениям, ещё не додумались.

Король подумал и принял меры, заодно изобретя кондиционер.

Дышать стало легче. (Охранять от посягательств честь жены, кстати, тоже).

Ульмо, надо отдать ему должное, держался от единственной в Арде камеры подальше. Но лишь после того, как Владыка вод соорудил для скучающего пленника фонтан с золотыми рыбками и убедился, что все работает. Правда, частенько затапливала помещение Ниэнна, но тут уж даже Ульмо ничего поделать не мог. Уговоры лить слезы не просто куда-нибудь, а именно в фонтан кончались полным отказом всех коммуникационных систем Мандоса.

Варда, найдя, что отсутствие света вредно даже для здоровья Властелина Тьмы, быстренько напела на потолок множество звезд. У нее хватило деликатности не изображать Серп Валар, но зато новоявленные светильники сияли так, что Мелькору даже пришлось намекнуть, что айнурская сущность - это, конечно, хорошо, но облику иногда и спать хочется. После чего именно в тюрьме были проведены первые испытания новейшей разработки под названием "День-ночь", с таким успехом применявшейся потом в деле всеобщей электрификации Эндорэ.

Нэсса в порыве вдохновения предложила ежедневно преподавать Мелькору классический танец, но реакция Старейшего была столь неожиданной, что этот вопрос больше не поднимался. Заключенный впал в состояние, впоследствии названное обмороком, разбил себе лоб и неделю не покидал постели, вышитой руками Вайрэ.

Оромэ вначале не принимал участия во всеобщей акции, названной Намо - разумеется, про себя - "Зажалеем несчастного Врага до смерти".

Но это продолжалось недолго.

На замечание Йаванны "вегетарианство не обеспечивает необходимыми витаминами, к тому же Мелькору явно не хватает белковой пищи", сопровождаемое ударами об стенку серебряных блюд и выпечки, Оромэ сплюнул в сердцах и трижды крякнул, натачивая кинжал и готовя стрелы. (Он совсем недавно поддался моде и столь явно жалеть недавнего противника не привык). Но тем не менее отправился на охоту. Питание заключенного разнообразили с помощью жареной дичи и мяса. Вид и вкус изобретенных Йаванной шашлыков вызвал у Валы приступ обжорства, продолжавшийся дня два.

И Намо сейчас искренне надеялся, что его брату выделят хотя бы неделю на переваривание мясной пищи…

Даже Тулкас принял участие в вахканалии и лет через сто притащил Мелькору в подарок фирменные боксерские перчатки под названием "Очистим Эндорэ от чудищ…"...

Намо не выдержал и послал осанвэ Королю Арды:

"Слушай, эльфы время не считают, у Мелькора поверхности для зарубок кончились... Ну фиг с ним, что прошло не триста лет, а двести. Давай его выпустим, а?"

Манвэ согласился.

Ему тоже было стыдно...

* * *

Злодейка-судьба в очередной раз показала коллекцию своих зубов (и не думайте, что она улыбнулась).

Ангамандо сровняли с землей (что было несколько труднее - труб торчало уже четыре).

На суде Мелькор признавал все.

Абсолютно не слушая, в чем именно его обвиняют.

Раз все закончилось именно так - ему было все равно.

И одни раз он чуть не попался.

- Разоренные же Дориат и Гавани…

- Виновен! - выкрикнул Мелькор.

Манвэ строго взглянул на Намо.

- Ты что, неверно записал?

Мелькор прикусил язык.

Намо хотел было язвительно сказать, что Мелькора в прошлый раз так напугали, что сейчас он готов взять на себя все мыслимые и немыслимые преступления, лишь бы его возненавидели остальные члены семьи…

Но взгляд Мелькора просил о милосердии.

Враг даже повернулся на коленях к Владыке Судеб и протянул руки в жесте беспомощной мольбы.

И Намо, уткнувшись в Книгу Судеб, забубнил:

- Все правильно. Дориат и Гавани разорили сыновья Феанора. Но, учитывая контекст эпохи, а также Клятву о Сильмарилях, в общем и целом можно сказать, что…

Моргот уткнулся носом в ладони.

Он не хотел, чтобы остальные видели, как поистине ласково смотрит он на Старшего из Феантури.

Он, конечно, подлец.

Но не собирается вешать обвинения в неправильной ориентации на Айну, который так его выручил.

И идя к Грани Мира, он еле сдерживался, чтобы не схватить в охапку ближайшую из Валиэр и не сплясать изобретенный в Ангбанде танец, названный потом Смертными рок-н-роллом.



Текст размещен с разрешения автора.