Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Миариэль

Один день из дневника эльфийки, пожелавшей сохранить анонимность


              Прошу не винить автора за это небольшое, но пакостное произведение, ибо в тот черный день моей несчастной конечностью руководила чья-то злая воля…

              Посвящается (в лучших традициях) Нику Перумову.


День обещал быть ужасным, впрочем, с этим я смирилось с первого дня моего путешествия, так как где бы я не проходила, солнце, завидуя моему прекрасному облику, пряталось и изливало свои сопли на исстрадавшуюся Арду. Впрочем, может быть в этом виновата начавшаяся зима, но эту мысль я отмела как не выдерживающую конкуренции.

Немного поразмышляв о вечном, решила спуститься вниз вкусить плоды трудовой деятельности местных аборигенов. Что я делала в этой захолустной таверне? Да очень просто: пару недель назад, повинуясь очередному зову сердца, я решила проведать лориенских эльфов, да и царственные родичи обрадуются моему визиту.

"Какой чудесный день, какой чудесный пень", - вспомнила я древний, мало кому известный нарн, редко кому удавалось передать его утонченную изысканность в собственных творениях. Итак, дочь ..., нет, не буду тыкать пальцем в моих родственников, ни в братца, ни тем более в папочку… хотя таким пальцем не грех в кого-нибудь ткнуть, поразмышляв немного на эту тему, сочинила линнод из двадцати пяти тысяч строф. Продолжила тщательное изучение пальца, в который раз изумилась ошеломляющей красоте собственного ногтя, на этот раз обошлась одиннадцатью тысяч строф. Уже задумала следующее произведение про любимый заусенец, но почувствовала легкий голод и, выйдя из комнаты, грациозно спустилась по лестнице в обеденный зал.

Я, конечно, не ожидала лицезреть в этом притоне высший свет Средиземья, но все же... Итак, в небольшом полутемном зале, почти под лестницей уничтожали хозяйские припасы пожилая пара хоббитов (и как их занесло-то в такую даль). Перед ними громоздились тарелки с холодными и горячими закусками, мисочки с пятнадцатью сортами салатов (салат с килькой, салат с филькой, со шпинатом, с капустой и тому прочее), горшочки с рагу из судака и мумака, кастрюли с неизвестным содержимым, и пара подносов с пирогами и пирожками; под столом уютно устроилась бочка варенья и за неимением места на столе - мешок с печеньем. Видимо они только начинали завтракать. Чуть поодаль, коротал досуг, на пару с бутылью пива, гном в полном боевом облачении, любимая секира уютно лежала рядом. Неловко повернувшись, гном, задел секиру, и та не замедлила грохнуться на пол, попутно задев ногу хозяина: - Вот, shit! - громко выругался гном, извлекая из-под стола оружие.

"Shit-исконно гномье ругательство, видимо, произошло от имени Торина Дубощита - проявила я глубокие познания в лексикологии, словообразовании и культурологии гномов. Вот что, значит, быть высокообразованной эльфийской пр…, хм, девой."

Около входной двери сидели двое юношей, которые ничем себя не проявили, кроме посягательств на свободное время хорошенькой официантки, правда годилась она им в матери, но разве возраст преграда для истинной любви…

Наконец гордо прошествовав к свободному столику, я узрела какую-то темненькую личность, пьяненько тренькавшую что-то на расстроенной лютне и одновременно выцарапывая на столе кривоватую надпись: "Мелькор - жи… ".

Все бы хорошо, но тут мне захотелось любви и ласки: "Моргот! Моргот!" - негромко позвала я. Вроде негромко, но хорошим слухом в этой таверне обладали почти все. Из рук официантки выпал поднос и грохотом упал на пол. Поднос был с моим завтраком.

Темная личность, мечтательно осклабившись, пробормотала: "А какой он был хорошенький в Первой Эпохе, ик!"

Хоббитесса подавилась рогаликом с джемом, а невысоклик завел хорошо знакомую песню:

- "Девочка, - покровительственно произнес он, пытаясь дотянуться до моего плеча, - не поминай имя Врага, мало ли что накличешь."

"Не смей называть Моргота врагом, - строго сказала я ему,- он киска!"

Хоббит, ошалев от такого вольного заявления, тихо опустился на пол без чувств.

Его бурная реакция меня рассмешила, и я не стала обращать внимание на непочтительный термин "девочка".

Отвлекшись от созерцания безвольного тельца хоббита, я поняла, что, несмотря на мой призыв, он не пришел, хотя, у него всегда был непростой характер. Еще бы, после всего, что ему пришлось перенести. Впрочем, иногда я думаю, что он все-таки меня любит.

Мои грустные размышления, прервало появление хозяина таверны. Пылая негодованием, он заявил, что в его заведении, никто, никто даже будь ты самой Галадриэлью, не будет произносить имя Врага. В общем, пришлось мне спешно убираться из этого негостеприимного заведения.

Спустя несколько десятков лет молва донесла до меня сильно преувеличенную версию этого случая: будто бы эльфийка, (по виду светлая, а на самом деле чернее души не встречал, - говорили местные) пыталась проповедовать идеями темного культа Моргота Бауглира, Душителя...

Но это было потом. А сейчас он все-таки пришел, тихо мяукнув, вспрыгнул на плечо…

- Моргот! Как тебе не стыдно, - в который сообщила я своему коту, - опять порвал мой плащ.


Прим. автора


Кот, о котором идет речь в этом рассказе достался мне по наследству, и был назван Морготом в силу двух причин: он являлся обладателем шкурки насыщенного черного цвета с серебристыми отметинами, а также зловредным характером неисправимой пакостности.


Текст размещен с разрешения автора.