Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Гимли

Солнце алеет над цепью холмов...
Заокраинной заводью закляты витязи...
Половцы
На погребальном кургане деда...
Вечерняя заклинательная песенка
Эскалибур
Уйдет единорог из колдовского леса...
Всем привет, мы путешественники, потомки и предшественники...
Сегодня монах под сутаной...
Песенка о муках творчества.
Меч фамильный над камином, изолента износилась...
Oh, proud town of Esgaroth...
Blankshield Mutiny

* * *

Солнце алеет над цепью холмов Фермеру - жатва, охотнику - лов, Девушке - мужа, старухе - покой, Нам - ветерок под ольхой. Мир стареет, месяц юный Кто умеет, щиплет струны, Шиповник на ветер вьет Мед Нас не тревожит ни волк ни змея, Травы в лесу наши тайны таят, Тропки сплетаются в дивный узор В нашем краю с давних пор Мир стареет, месяц юный, Кто умеет, режет руны Папоротники цветут Тут. Здраствуй, бедняк на распутье дорог Люди не пустят тебя на порог, Эльфы не служат богине-судьбе Тайны откроют тебе. Ночь сияет звездным садом Травы знают, где все клады Земля их тебе дает. Вот Золотом эльфов на радость владей Мы не скрываем его от людей В жадных руках превращается в прах Золото в наших холмах Время льется, как из чаши К нам вернется, все что наше Не тронь курганов покой. Стой! Юная дева со свечкой в окне, Хочешь со звездами быть наравне? Тысяча лет - как отлив и прилив Спой нам, косы распустив. Голос звонок, всадник скачет Наш ребенок ныне зачат В должный час взойдет на трон Он Солнце алеет над цепью холмов, Фермеру - жатва, охотнику - лов Воину - сталь а лудильщику - медь, Смертным - достойную смерть. День сгорает, дело к ночи Умирает, тот кто хочет Правда мы будем всегда? Да.

* * *

Заокраинной заводью закляты витязи Собраны в воинство стройными соснами Свиты в веревки воловьими жилами В синюю сталь рассвета закованы. Искусные кормчие лодок смоленых Бесстрашные всадники коней белогривых Гордые, гибель принять готовые Небесного края воители смелые. Звонко зовет обессиленный панцирник Мечи в частокол вперед строя колчужного Прах сбереженное трусом! Но верно потрачено, То что суровым бойцом в долгой сече потеряно Кичливый купец за копейку казнит неумелого вора Мрачный чернец одним словом изгонит коварного беса Так неужели же не отомстим за обиды? К знамени, к знамени, к знамени, к знамени! За Эгладор!

Половцы

Имена никогда не дают малчикам до шести Если выживут - тяжкий труд, воевать и стадо пасти Но девочка дело другое - в тепле и присмотре растет Девочке до шести - ласка, семье - почет Черноглазая Диштри в высокой траве - радость отца Зеленоглазая Гали возле шатра всем греет сердца Девочка с самого детства сокровише, кусочек огня Когда станет не нужен семье старик - она накормит меня - Папа, с неба упала звезда, это к радости или к беде? До края желтой травы мы дойдем когда, и завтра мы будем где? О чем смеялся голодный гость, завернувшись в дырявый плащ? - Пей молоко белой лошади, не спрашивай и не плачь Нет различий между детьми до 16 лет Сын пастуха и сын хана учатся рядом держаться в седле Но девочка - дело другое, ей хранить богатство семьи Ей пора различать где чужие а где свои - Папа, с неба упала звезда, это к радости или к беде До края желтой травы мы дойдем когда, и завтра мы будем где? Когда разойдется толпа гостей, что будет тогда со мной? - Пей молоко белой лошади, будь верной и тихой женой Нет голоса в племени ни у кого до 35 лет После - хану и чужаку мужчина может давать совет Но женшина - дело другое, как увянет ее красота Она за детей решает и внуками занята Робкая Диштри седеет, но голос еше молодой Зеленоглазая Гали следит за вечерней звездой Как в старые времена горизонт отрезал чертой закат Время вечернеы песни для чужих детей и внучат - Бабушка, с неба упала звезда, это к радости или к беде? До края желтой травы мы дойдем когда, и завтра мы будем где? Белой луной или серебрянной пылью посыпана тонкая прядь? Пей молоко белой лошади, внучка, зачем тебе это знать.

* * *

На погребальном кургане деда Отец сказал - погляди, Счастье наездника - бой и победа Сладкая боль в груди Солнце с тех пор закрывали стрелы Степь застилали стада Бой и победа - наездника дело Так оно было всегда Конные сотни, десятки тысяч Бились за лес и родник Саблей каленой на камне высечь Так повелел старик: "Верьте, свободные, ветры востока Верьте траве и огню Верьте в радость и верьте в жесткость Верьте лихому коню Верьте могучим камням покатым Скоьлко бы ни было бед Но не верьте ветру страны заката Западу веры нет На погребальном кургане внуки Молчат, глядят тяжело Рядом висят короткие луки И в серебре седло Пусть веры нет, но тянулись тени Сокол плыл в вышине Радость наездника - гибель в сраженьи. Запад? Запад - в огне

Вечерняя заклинателная песенка

Тихий юноша шел на север в хвосте колонны бойцов Эго глаза уже отражали упрямый холод льдин В городке Упсалле он оставил свиты и исчез, не оставив следов Нет опаснее гостя который приходит один. О, грабитель обители жителей скал Где брать силы когда даже ты устал? А, Хеймдал? Младшему поколенью старшее не понять Два умных братья без боя сдались простаки... такие дела Им бы лучше тропки скрещивать да надписи на камнях писать И беречь свое горло от героя, которому можно бить даже из-за угла. О, беспечный шутник хранитель сосен и родниковых вод Где взять веселье, если прямо очерчен даже твой рот. А, Койот? Какого Эреба ты вообше обьявил воину, если на третьем ходу был разбит? Сурово из окон высокого дома смотрят на тех кто вступил в твой отряд А потом кто-то вложил в твои губы ненависть ко всем у кого не болит Так ненавидеть можно толко самого себя, говорят. О, первый мастер, лататель ран мира, борец под грузом цепей Где взять время когда даже ты пришел к окончаниию дней? А, Прометей? "Он ведет мою руку в бой... он жизнь моя, моя честь..." А тот о ком говорил дряхлел на троне третий десяток лет Убитых тайком мы не считаем, тем более их было не больше чем шесть Причем каждый считал что это ошибка, и его вины в этом нет. О, благородный всадник из кусочков легенд и баллад Откуда взять веры в прикрытую спину, если тебе было страшно взглянуть назад. А, Роланд? Ничего не говорите о тех кто вечно хотел остаться один Как насчет священного права пройти не оставив следов? Я заблудился в веселой мозаике улиц, страниц и витрин И стать очередным экспонатом (желателно ценным) морально готов. О танцующий с нагами, вечно смеющееся восточное чудо Пустоты хоть ведром носи - а вот спокойствие взять откуда? А, Сиддхартха Будда? На вершине горы сошлись все пять всадников гордых коней По меньшеы мере один лишний для старых пророчеств Ах, это было в лучшем месте и в лучшем из дней А также других мер о которых, увы, человек говорить не хочет. О, ... а впрочем кто отзовется... кроме как эхо Слава, слава! героям былого... у живых другая потеха. Дайте актерам прошедших премьер спокойно поспать В антракте откроются двери. Они придут к нам опять Александр Бритомарта Кухулин Дилвиш Эрекозе Финве Гwидон Харалд Ингрид Жанна Корум Ланцелот Мерлин Н Онондага Пендрагон Рианнон С Турин У Вивиан Вольга Ксеркс Янг-Йовил З (Alexandr Britomarta Cuhulin Dilvish Erekoze Finwe Gwidon Harald Ingrid Janna Korum Lancelot Merlin N Onondaga Pendragon Riannon S Turin U Wivian Vol'ga Xerks Yang-Yovil Z)

Эскалибур

Стонет земля, не будет покоя, Ей ненавистно все городское, Смутный голос забытого люда Просит чуда Или хотя бы подарка. В электрической сварке В ярком воздухе полуподвала Рождается лезвие из складок металла. Ой, берегись и хорошо слушай, Ой не кончится дело добром У кузнеца острые уши Волосы серебром Выше, на крыше, закутаные в серое Ходят как тени, смеются как дети Эльфы раскинули сети Душу меча обязательно надо закалить в лунном свете Помогай нам, лунная дева. Королева Смотрит вниз, на потоки людей и машин Скоро, скоро Неслышной походкой бродяги, полночного вора Смертный маг придет под защитой ночи Наводить на лезвие руны, какие захочет. По тайной опасной тропе, поступью осторожной Черные карлики из под-земли принесут колдовские нойны. Белые тучи закрыли луну, и созвездия не на месте... А клинке темной вязью "не вкладывай в ножны без чести" Эльфами скован, светом отточен, Днем благословенный, проклятый ночью, Магией правленный - битвы достоин Меч всем хорош. Но где его воин? Стонет земля, ей легче не станет, Король не родился. Он спит. Он занят. Тот, кому в руки просится Эскалибур, Доблестный рыцарь, славный король Артур Погружен в камень, по рукоять Тот меч, что сможет его достать Станет мечом короля, духом рыцарства И возвратится в воды Озера, где обретет свободы.

* * *

Уйдет единорог из колдовского леса, И феникс не найдет открытого огня, Серебрянный дракон, крылатый змей чудесный, Последним улетит, не подождав меня Пусть на распил пойдет корабль восточных магов, И древних языков умолкнет говорок, И заржавеет меч - останется бумага Рабочий стол, тетрадь, чернила и перо. В обложку заключит мои слова издатель, И в круг своих друзей войду я как поэт - Мой старый, верный друг, задумчивый читатель - Я - гид и страж тех мест, которых больше нет. Ты проклянешь того, кто рисовал обложку, Ты выучишь мой мир верней, чем старожил, Ты самого меня обгонишь понемножку - Я только написал, ты взял и оживил. Ты знаешь, как убить бродячего дракона, И как в тавернах пить из медных кружек грог - Но в самодельный мир, в предел моих законов, Тебя не позовут, а я уйти не смог. Не отворится дверь, ни щель в скале фиорда - Такая наша жизнь, романтик-старина - Двенадцать сыновей у сказочного лорда, Но только одному достанется страна. Дороги не найти прочнее, чем проложит На плоскости души графитный карандаш, Я у тебя в долгу - твоим дыханьем ожил Мой неумелый, черно-белый персонаж. ... Стряхну росу с листка с каемкою точеной И погляжу наверх - вдали, над головой, Серебрянный дракон, дракон иссиня-черный Под солнцем совершат свой танец боевой Когда же победит по правилам старинным Крылатое добро чешуйчатое зло, Серебрянный дракон опустит низко спину. Он мой хранитель-зверь, рожденный под седло. На змее, в небосклоне я окно открою И брошу россыпь звезд в бесформенную тьму. А твой последний шанс последовать за мною - Придумать своего дракона самому. 30 Августа 2000 (08:11:42)

* * *

Всем привет, мы путешественники, потомки и предшественники, Мирные и вооруженные - весь спектр от "соль" до "до" Мы горные, мы норные, лесные и озерные, А на соседнем дереве у нас, вообше-то гнездо. От Франкенштейна Шелли до кисти Ботичелли Пути от средства до цели мы делим пополам, Свободные, легконогие, влюбленные в дороги мы, Опасные недотроги мы, а ну не мешайте нам В отличие от думеров не поднимаем шума мы Но смотрим до поворота - а что там за углом? Мы в песенках воспетые, мы солнышком согретые, И платим за все монетами, что падают только орлом Прикладные, теоретические, дороги лежат магические, Земные, а такие космические, в закат, а также в зенит Нас трудно шантажировать, не стоит интегрировать И мы не реагируем на альт-контрол-делит! Мы, в обшем-то нереальные, проекции астральные, Мы личности виртуальные, мы - дымка над головой, Не обращайте внимания, жители и создания, Особенно если услышите копыта на мостовой!

* * *

Сегодня монах под сутаной Нашел фельдмаршальский жезл А солдат в рюкзаке тиару - Тоже, в общем-то, был сюрприз Все веселей и тише Едет у мира крыша По очень сложной спирали Но, в конечном итоге, вниз Пассажиры на судне Хрюмира - Экипаж прошается с вами Температура за бортом Минус двести семьдесят три Бросьте монетки на счастье Вниз по змеиной пасти Если снова выпадет решкой - я проиграл пари Основателей -ий и -измов И ударников людоводства Пропускайте к спасательным шлюпкам Без весел и парусов. Стройте воздушные замки И ажурные рамки Вокруг картин, фотографий, Медальонов, кулонов и слов Сегодня монах под сутаной Нашел фельмаршалский жезл А разбойник в мешке дракона А дворник под лестинцей клад Все веселей и тише Едет у мира крыша Все дальше и все быстрее Чему я нежданно рад.

Песенка о муках творчества.

Посвящается, в основном, Сапковскому... и многим другим. (Пам-пам-пам-пам... пам! пам! пам! Пам-пам-парам... пам! пам! пам!.. и так далее, на мотив "Маленьких Утят". Петь голосом старательной отличницы-пятиклассницы) Месяц бился над трудом, Написал свой первый том Дайте твердую обложку, Буду биться в нее лбом. На странице раза два Есть хорошие слова Остальное мы отправим На обои и дрова. Раз-два-три-четыре-пять Вышел зайчик погулять За такие рифмы надо Нас немедля расстрелять. Книжки весело писать, Только станут нас искать... Спрячет у себя Перумов, Ведь ему не привыкать. Эрикезе приходил Крокодила приводил Воплощение героя - Лучше бы я водку пил Я не в шутку занемог, Дверь закрою на замок Уважать себя заставил, Лучше выдумать не смог. (с лирической патетикой) "Я мгновенье помню чу Я одну тебя хочу..." Перестанут бить ногами Покажусь пойду врачу. В эпилоге Элендил Боромира породил Что-то с родом Исилдура Я немного намудрил. Едут-едут мужики Через поле напрямки У всех черных властелинов Очень хилые стрелки Не умеет Черный Тать Даже кроликом пугать Научу его, пожалуй, Непрерывно хохотать (Раскат смеха, басом, неуверенно) Сорок дней герой скакал Средь болот, камней и скал Его конь потом про маму Очень долго излагал Все что бедный говорил, Записать я не забыл И язык Высоких Эльфов На основе сочинил. (откашлявшись, уголовным тоном) Ексель-моксель, твою мать! Пятью девять - сорок пять! Се - эльфийское заклятье, Век свободы не видать. Мой герой повоевал Правил царством, торговал Что же выдумать такое - Может он и рисовал? То он лыс, то он небрит, То он тролль, то эльфинит, Никогда не наживаю На backspace и на delete! Я прислал к нему в постель А-Бе-Ве-Ге-Де-Же-Зель По сто рубликов за строчку Получает менестрель! Для врагов что он убил Нужно вырыть сто могил Я вчера в своем кошмаре Им всю ночь гробы рубил Он пришел ко мне вчера И остался до утра А к утру меня зажарил В честь победы сил добра... (безумным голосом, под шелест поехавшей крыши) В Ривенделле А и Б Восседали на трубе Равнодушные и к Фродо И к Голлумовской судьбе. Славно пудрим мы мозги Не видать во тьме ни зги... А героя третьи сутки Орки рубят на куски На четвертый день в тоске Он присядет на песке... И отправится на пьянку В придорожном кабаке. А в кабак я в этот день Суну всех кому не лень: Вурдалак, дракон, принцесса, Датского монарха тень. (Вот это уж точно было по Сапковскому) Папа Римский, Исилдур Попивают там здравур Эру же с Илуватаром Отошли на перекур. Исписался до конца, Ненавижу стервеца! В том под номером пятнадцать Тянут-тянут мертвеца... 18 Июля 2000 (19:37:52)

* * *

Меч фамильный над камином, изолента износилась Я еще для ХИ-13 этот свой двуручник сделал Фотография эльфийки под стеклом не изменилась Как ушедшая подруга, полка книг не постарела Убегающее время задержатся не заставить У вчерашнего Котенка уже сыну три недели Надо будет для ребенка пару песенок составить Для чего еше на свете существуют менестрели Спи, драконыш, сын сестрички - в Элдамаре-Валиноре Варда звездочки засветит, Ирмо добрый сон подарит Ауле теплом согреет, Ороме отгонит горе Сохранят и в путь направят маги ордена Истари Девяти свободным расам не тесней на белом свете, Чем в года когда пугался род людской союза с нами Засыпай, крылатый мальчик, пусть куются в лунном свете И мифрильные чешуйки и драконовое пламя Ты не первый на дороге, ты захочешь бранной славы И под звуки труб герольдов выйдешь гордо в ратно поле В легкой боевой кольчуге из космического сплава Мы такое в наше время не могли себе позволить У дракона в сердце горечь, у дракона в сердце злоба Но игра в пять поколений чести и тебя научит Радуйся просторам неба, постарайся не особо Злиться, глядя на циливов и их орковские штучки Ты Серебрянным Драконом называтся, брат, достоин Это имя храбрый воин и поэт носил когда-то Что за славные ребята, Силвер-Драгон и Олорин - Вместе пели в 23ем и грустили в 25ом В эту ночь твоя подруга, золотоы дракончик славный Поднялась на плечи ветра, в первый раз расправив крылья Подрастайте, драконята, ты наследуешь по праву Все что мы наворотили, а она - все что любили Меч фамильный над камином, камни светят в рукояти В полдень фэйри бродят в поле, в полнолунье ведьмы пляшут Дети многих поколений игр, ошибок и заклятий, Неудач, и сожалений чертят будущее наше.

* * *

Oh, proud town of Esgaroth, Her merchants travel back and forth, Yet no strong troops she boasts Since day when the new master came Forbade to drink and to court dames, And say frivolous toasts. Tall Bard, he lived in Esgaroth He shot fat rabbits and lean crows, And sober rarely he was. A group of dwarfs embarked the shore And went straight to the first wine store Best customers in years! They drank on Monday, on Tuesday more, To kill the dragon they all swore, They chased the girls around the floor, Broke doors and damaged chairs. Tall Bard, he drank his ale from flagon, Aimed at a crow... and killed a dragon Town master, well, he had no choice, To go and see what was that noise, But Bard gave him no warning. With tipsy lips he said something That made him, overnight, a king, How awfully his head did ring, And ache, and break next morning. Tall Bard, he proudly strode forward... The ground rose up and hit his forehead. It is impossible to miss When you are in delightfull bliss, When bow and arrow triple, And not one dragon passes by, But flocks and flocks of monsters fly - To hit ONE ... is a trifle!

Blankshield Mutiny

When dukes and barons make peace and rejoice Sheath not thine daggers, ye blankshield boys For engines of war are made but to slay Horse and Hattock, oh, ho and away! Hand on the hilt, for 'tis time to play Horse and Hattock, oh, ho and away! The plow be rust and the plowman be gone The gold be dust, yet remaineth one, One treasure only for lordling swine That which maketh things "dead or mine" Our Lady of Healing and Michael of Might, They avert all ills, but the boiling pride - For man who lacks honor, will find depts to pay Horse and Hattock, oh, ho and away! Hand on the hilt, for 'tis time to play Horse and Hattock, oh, ho and away! As a heathen idol he will rest on furs And will play with gems, gained by naught but scars Naught but wails of women and childrens' weeps Built the proud walls of the lordlings' keeps. He enforced his will over men-in-arms Pray, what sayeth he when Grim Reaper doth come? Nay, that retainer he bids not to delay Horse and Hattock, oh, ho and away! Hand on the hilt, for 'tis time to play Horse and Hattock, oh, ho and away! If Heaven or Hell will harken my charms Good blankshields, pray ye sheath thine arms, And see how he goes on the rump of Death's Steed Tyrant of his subjects in word and deed 'Tis no time for the arrow, or fire, or steel Nay, return to pasture, craft-shops and mills Leave wifes lull and leave bairnes play Ho, Horse and Hattock, I bid thee stay.


Текст размещен с разрешения автора.