Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Маруси

Песня предводителя назгулов
Орочья песня
Мордорская застольная (застойная)
Сонная история Арды,
Песня Саурона
История неравных браков
Хоббитская призывная
Эльфийский маньяк
Песня урук-хая
Волки
Последователи шакала
Идущему
Слова и люди
Ночной полет
Люди Белерианда
Волчий вой с колокольным звоном...

Песня предводителя назгулов

Выбираем ночку потемнее, Выбирайтесь все из-под земли, Главное - завыть погромче, пострашнее, Чтобы эльфы все с ума сошли. Спокойно, спокойно - И не буду я сейчас покойник, А я - покойник, Если мы кого счас не догоним, А мы - догоним, Если рук и ног не оборвем. А кто там бродит на огороде И здоровый держит интервал? Может, там с колечком хоббит бродит? А что он делает на нашем огороде? Вдруг он макароны воровал? Спокойно, по коням - И не буду я сейчас покойник, А я - покойник, Если за шатанье в огороде В Барад Дур его не препроводим - Руки-ноги после оборвем. Ба, а это кто на горизонте? Держит меч, как будто кочергу. Мало ли - принцесса! Нет, увольте - С женщиной я драться не могу. Спокойно, спокойно - От ударов разлетелся щит. Вот и буду я сейчас покойник - Навек покойник, Ведь она меня сейчас догонит - Ей-ей, догонит, И свой ратный подвиг совершит.

Орочья песня

Мы уходим на рассвете, Бьет в лицо холодный ветер, Коли орка ночью встретил - берегись. Смерть нам - детская игрушка, Жизнь не стоит и полушки, Все равно - своя или чужая жизнь. Я всегда был славным малым, Жаль, мне такта не хватало, Только требовать от орка глупо такт. Все, кому мы нахамили, Уж давно лежат в могиле: Было так, и есть, и вечно будет так. Властелин у нас хреновый, Не смотря на то, что новый. Правда, нам на Властелина наплевать. Мы не в дружбе и в не ссоре: Он сидит в своем Мордоре, Мы ж - на Мглистом, так о чем еще мечтать. Если эльф сегодня помер, Значит, орк тому виною. Может, эльф был храбрый воин - ну так что ж. Если ставил так вопрос он, Что хорош орк только мертвым, Значит, мертвый эльф не менее хорош. Мы выходим на рассвете, Бьет в лицо холодный ветер, Робкий лучик солнца прячется в листве. Города горят за нами, С нами лишь мечи да знамя, Да напутствие ЦК СВСВ. Маски прячут наши лица, Только свет в глазах искрится - Этот свет врагу страшнее, чем клинок стальной. Мы не вечны, мир не вечен, Но в последней страшной сече Наши мертвые, поднявшись, встанут в строй.

Мордорская застольная (застойная), сочиненная трезвым орком (печально, но факт).

Забудь про все В бокале пенится вино. Устали петь, устали пить - Не знаем, как теперь нам жить. И тьма вокруг, и тьма - закон, Маши почаще тесаком. Вокруг стола твои друзья, А кто не пьет, тот, значит, враг. И пить легко, и жить легко - Шагай, не думай ни о чем. Здесь или слава, или смерть, Ну, а пока мы будем петь. За перевалом умер день, За перевалом нет людей, Но вдруг раздастся дикий вой - Поют друзья и мы с тобой. Заткни за пояс ятаган, Иди вперед, назло врагам, И будут тысячи столиц перед тобою падать ниц. И будут тысячи побед, Но счастье все-таки тебе Одно и то же - в грозной мгле Стоит бутылка на столе. И мы пройдем - не без потерь, Но все ж вперед - быстрей, быстрей. И будет дождь, и будет снег, И будет плач, и будет смех. Пусть где-то смерть, пусть где-то жизнь - Покрепче на ногах держись. Пока есть на столе вино, Нам это, право, все равно.

СОННАЯ ИСТОРИЯ АРДЫ,

рассказанная толкиенистом, не спавшим три ночи, человеку непосвященному В то утро, где-то около пол-пятого, Арда спала, не ведая про зло, Но что-то разбудило Илуватора. Он недоспал, все с этого пошло. А Илуватор сонным был и хмурым, К нему не возвращался что-то сон. Со злости Эру разбудил Айнуров, Не зная сам, что этим сделал он. Ведь от Айнуров отделились Валары И всех на Арду призывать. А самым сонным был, конечно, Манве, Который с Вардой не успел доспать. Мелкор, проснувшись, обругал Единого, Начал стучать, шуметь, что было сил. Бить Эру самому было лениво. - Он стуком этим Майа разбудил. И в лучшем случае хотелось с кем-то драться им, А в худшем - ставить и валить столпы. Так началась на Арде деградация, А в результате появились мы. Но вот лежат светильники в обломках, А духам скучно - дела нет у них. Тогда-то в мудрых валарских головках Мысля возникла - эльфов разбудить. Все за. Но только мир не изменился: Проснулись эльфы, начали бузить. Круг Судеб в размышленья погрузился: Эльдарам то кого теперь будить? Дождалися совета от Единого: Пускай Аданов будят, мать их так! Ну, ладно. Гномов тоже разбудили. И начался бардак и кавардак. Никто не ждал подобного удара, К покою мог вернуться мир и быт. Ну, кто додумался будить Гортхаура?! Кому мешало, что ребенок спит?!! На тот вопрос ответ нам неизвестен, Последствий же нам хватит на всю жизнь. Ведь Саурон, пылая жаждой мести, Такого натворил, что лишь держись! Кто разбудил его - того и сам недал он. Но этот факт его не очень-то смущал - Этот вопрос научно он исследовал - Эпохи три виновного искал. Взглянуть хотел нахалу он в лицо, Но нет следов. От неудачи зол, Он сразу всем сковал одно Кольцо - Чтоб ни один от кары не ушел. И эльфы шли на битву под знаменами, Как в рай, как на блаженное житье, Пусть нам простятся рожи полусонные - Мы дети тех, кто недоспал свое. Мы спать хотим, но в даль ведет дорога. Мы хочем спать, но надо уходить. Не трожте Эру. Пусть поспит немного. Нельзя на Арде никого будить.

ПЕСНЯ САУРОНА

Нам с Мелкором каюк, Манвэ с Вардой на юг Умотали недавно. Жизнь без Варды не мед, Это каждый поймет. А с Творцом и подавно. Ведь в четверг - вот-те раз! - Папа потчевал нас Лишь березовой кашей. Он в делах, как в дыму, И ему потому Не до шалостей наших. А пошалить хочется, впрочем, Мы ведь не так много хочем. Каждый Творец, глупый не очень, Это поймет. Вот вчера, например, Мэл такое имел: Сильмарилл захотелось. Сами не отдадут - Арестуют, запрут... Мэл решился на дерзость. Мы отстроим Ангбанд, Пусть потом говорят, Что мы с ним негодяи. Если выловят нас, Будет полный атас, А пока все нормально. Пусть где-то там эльфов поляны, Пусть где-то Тулкас рыскает рьяно, Это все чушь - только бы Эру Не увидал. Я почти улетал Но Творец увидал - Представляете, горе! Он расширил глаза, И скатилась слеза - Получилося море. Сделав страшный оскал, Он за мною скакал Лошадиным аллюром. Был ужасный скандал, Но я все же удрал И сижу в Барад-Дуре. У всех Творцов богатый опыт По усмирению непокорных... Вот погодите, сами поймете, Что здесь при чем. Мы Творца не виним, Мы помиримся с ним - Ну, подумаешь, ссора. Он создал порошок, Что горит хорошо, Обозвал его "порох". Я сопру порошка, Пол посыплю слегка, Брошу Барлога на пол... Полетать я мечтал, Папа не разрешалю... - Пусть взлетит тогда Папа! Где-то внизу эльфов поляны, Где-то внизу Мэл строит планы... Слишком зазнался бедный Творец - Вот и конец.

ИСТОРИЯ НЕРАВНЫХ БРАКОВ

В Белерианде солнечном, в центральной его части, Как-то раз вне очереди произошло несчастье. Взвыл Мелкор, не разобрав: "Всех перестреляю!" В общем, так: один эльдар решил взять в жены Майа. Тут поднялся галдеж и звон, И только умный Саурон Вдруг громко крикнул из дверей: - Мелкор большой - ему видней! - Что же, что Айнур она?! - Кричал Тингол любовно. - Волей Илуватора равны все поголовно. Если вся моя родня будет ей не рада, Не пеняйте на меня - я уйду на Запад. Тут поднялся галдеж и звон, И только умный Саурон Вдруг громко крикнул из дверей: - Мелкор большой - ему видней! Папе Илуватору зачем такого сына - Все равно, что в лоб ему, что по лбу все едино. Недоволен Круг Судеб мезальянсом этим: В общем нету на земле паре этой места. Тут поднялся галдеж и звон, И только умный Саурон Вдруг громко крикнул из дверей: - Тингол король - ему видней! В Дориате больше не видать идиллий: Мэлиан с Тинголом льют слезы крокодильи. Но и здесь не обошлось дела без скандала: У Тингола вышла дочь замуж за Адана. Пусть Мелкор дурак и вор, Но виноват был не Мелкор, А тот, кто крикнул из дверей: - Мелкор большой, ему видней!

ХОББИТСКАЯ ПРИЗЫВНАЯ

Сегодня мне не весело, И солнцу я не рад. - Ко мне пришла повестка В хранителей отряд. Пусть мятая и грязная, Но все ж она важна - Ведь на своих защитников Надеется страна. От неожиданности сел. Ведь я на подвиг не гожусь. Походной пищи я не ем И даже Горлума боюсь. Кому то интересно Кого то побеждать, А мне в боях не место, Я должен избежать. Я завтра на рассвете Совет предупрежу, - Что с детства слабосилен я, Я Гэндальфу скажу, И что я вовсе не герой, И у меня радикулит, И что мой старый геморрой Ужасно от колец болит. Что воевать я не могу, И от призыва уклонюсь, А если меч и подниму, То я до смерти надорвусь. Страдаю аппетитом И кашляю до слез, Болею дифтеритом И свинку перенес, Не видят мои очи, Вот год уже лечусь, А ночью, между прочим, Частенько я мочусь... Вот я в Совет с утра пришел И это дело огласил. В припадке падал я на стол И Арагорна укусил. Я бешено и нервно По комнате ходил И Селерберну голову Чернильницей пробил... Но злые дяди из Совета Сказали: "Ты нам подойдешь". И вот отправили в поход, Что б я пропал там не за грош.

ЭЛЬФИЙСКИЙ МАНЬЯК

Довольно считаться маньяком-пропойцей, Я лучше подамся в Совет добровольцем. На их стороне хоть и нету законов - Поддержка и энтузазизм миллионов. Решил я и значит - держитесь в Лугбурзе. Но надо ж узнать мне, за что я деруся. А вдруг в ихнем Мордоре тоже есть люди, А вдруг из-за них мне чего нибудь будет. Но друг мой, Элронд, объяснил мне по пьяни: Мол, это ж они сильмариллы украли. Я принял здравура и понял: тк надо. На тракте отважно устроил засаду. Сижу я в засаде, но гложут сомненья: А вдруг да какое недоразуменье? Народ мне простит, но спрошу я невольно: Как мне отличить, кто тут белый, кто черный. Все ходят в доспехах, бряцая оружьем. - Как мне разобраться, кто лучше, кто хуже? Все меч, если что, вынимают из ножен - Понять это дело никак невозможно. Но тот же Элронд объяснил, как ученый: Коль трезвым гуляет, то стало быть черный. - А как то в пивной мне ребята сказали: - Сухой мол, закон эти гады приняли. Ну, я обозлился - вот твари какие! Они ж нас порежут, пока мы хмельные! Ну, значит, они увели у народа Весь хлеб урожая минувшего года. Они извращенцы - гоните их в шею, Рубите на мелкие части злодеев. Готов на разбой и убийство я, братцы. Мы светлые силы - чего нам стесняться!

ПЕСНЯ УРУК-ХАЯ

У урук-хая век недолог, Но унывать не должен он. Ведь Гондор взят, разгромлен ворог, Хоть матерится Саурон. Ангмарца взгляд буравит спину... Ох что-то будет мне теперь. Не обещайте Властелину Взять Минас-Тирит без потерь. По Мории шагать не шутка. Такая жизнь не для меня. Порой бывает очень жутко. И нет ни ночи здесь, ни дня. Идем-бредем по тьме пустынной - Иного нет у нас пути. Не обещайте Властелину Отряд хранителей найти. У Барлога свои забавы, Он машет огненным бичом. Конечно, он воитель славный, Но урук-хай то тут причем? Ну, вот - обрушил мост и сгинул, А без моста нам не пройти. Не обещайте Властелину Колечко в Мордор принести. И вот здравур течет рекою, И взгляд туманится слегка. Но я немного беспокоюсь - Ведь нет закуски ни куска. Не выпив даже половины, Я был готов уже вполне. Не обещайте Властелину Пить с Раздолбаем наравне.

ВОЛКИ

Не пристало волкам укрываться в тени... Мы же волки! Не правда ли, братья мои? Мы избрали свой путь, свою странную роль: Быть причиной страданий и чувствовать боль. Наша чаша наполнена.Выпьем до дна! Жизнь в блаженстве и неге не нам суждена. От невзгод волк не станет таиться в тени И влачить в бестревожье и серости дни. Беспокойная суть наших братьев - волков Заставляет кипеть в венах алую кровь. В схватке мы не вгрызаемся в горло врагу, Но настигнет нас смерть, как волков, на бегу. Пусть нет острых клыков, но острее их взгляд, Хоть глаза наши желтым огнем не горят, Но опаснее мысли клыков во сто крат... В путь же, волки! Для нас нет дороги назад. Слышишь вой вдалеке под осенней луной?! Это песня волков. В ней свобода и бой. Эта песня взлетает, пронзив небеса, И пугают богов волчьих стай голоса. Кто сказал, будто волки не могут летать? Мы взлетаем затем, что б вернуться опять. Что б святыни разбить, сбросить идолов в прах, Что бы снова почувствовать соль на губах. Наше племя безумцев, стремящихся ввысь, Принимает, как благо, недолгую жизнь. Что нам проку от выбравших тишь и покой? Кто умеет летать - тот рискует собой. Не пристало волкам укрываться в тени... Мы же волки! Не правда ли, братья мои? Мы взлетаем... Кто смеет сказать, что нельзя?! Мы вернемся, друзья. Мы вернемся, друзья.

ПОСЛЕДОВАТЕЛИ ШАКАЛА

Когда израненный волк упадет, Когда на бегу задохнется олень, Новый властитель мира придет - Землей будет править серая тень Шакала. Схватка венчает неистовый бег. Бьется олень с перегрызенным горлом, Тяжкий удар оборвет краткий век Хищника... - Мы же дождемся исхода. Свет отгорит и отступит тьма. Мчитесь, безумцы, не нам торопиться. Стая шакалов идет по следам, Чтобы в конце теплой крови напиться. Легкие жертвы - вот это для нас. Зверь искалеченный станет добычей шакала. Бейтесь - ведь после сраженья настанет наш час: Вы храбро дрались, а мы поедим до отвала. Ваши стремленья и храбрость достойны похвал, Вы истребите друг друга, а мы подождем. Будь терпелив и неспешен, о мудрый шакал - Ты над поверженным встанешь в величье своем. Нам не дано быть бегущими "от" или "за". Нам ни к чему тратить силы, жизнь ставя на кон. Сгинут олени и волки, минует гроза. Здесь будет серое царство, шакалий закон. Когда израненный волк упадет, Когда на бегу задохнется олень, Новый властитель мира придет - Землей будет править серая тень Шакала.

ИДУЩЕМУ

Радость стран, где растут цветы, Горечь стран, где трава - полынь, Суровый Север и жар пустынь - Все это было в твоем пути от изначальных дней. Как много пройдено дорог, Как много было перекрестков, И выбор был - нещадный, жесткий, Но выбор был - и ты не смог Быть гранью чистого кристалла. И ты гармонию разрушил, Внося смятенье, раня души - Только б не быть частицей малой От общих мыслей, общей веры, В единстве в целым безупречной. И вот - ты выбрал бесконечность, Свой путь, хоть, может быть, неверный, Но только свой: быть лишь собою, Иным быть средь похожих граней, Средь тысячи непониманий... И спорить с миром и с судьбою, Ломать безликие законы, Лишь свой закон в себе оставив, Творить усталыми руками, С улыбкой разбивать каноны... Иди вперед. Твоя дорога Навек останется твоею... О, как не много тех, кто смеет... И будет путь безмерно долог. Солнце закатное сядет во тьму, День увенчает безумство лун, Смолкнут мелодии порванных струн. Ты же уходишь, не глядя назад... что тебя ждет в пути? Что тебя ждет?

Слова и люди

"...выполняем свой долг..." - только что за долги? Почему мы должны вечно что-то кому-то? И слова - как туман, и не видно ни зги, и, слагаясь в века, исчезают минуты. Просим мы: "Говори! Расскажи о своем, песней или стихом разбередь мою душу!" Замерев в ожиданье, пророчеств мы ждем... Но, увлекшись собой, забываем их слушать. Пишем Книги - как жизнь. Пишем мы Бытиё. Жаждем свежих ветров - но зашторены окна. и в дверях - сто замков, и стремленье свое обращаем в проклятье свободы и стоны. Говорим о любви - не о нашей, простой, - о вселенской, объемлющей годы и страны. И от собственных слов мы теряем покой. Но любить не умеем, как это ни странно. Отправляем "во имя" на смерть и на бой, и твердим имена как молитву, как песню. И стоим: отрешенно любуясь собой. Лишь собою горды, лишь себе интересны.

НОЧНОЙ ПОЛЕТ

вызов ночному небу - крылья. хлестким ударом ветра - горечь. площади вверх швыряют пылью, кроны деревьев шепчут: - помнишь? помнишь ли трав приречных шелест, тропок неверных лесных сумрак, песни, что синим звездам пелись, гонку в рассвет навстречу утру? - я не забыл. я вернусь прежним. дождь принесу, подмигну братьям: - там, где грозу облака нежат, молнии пляшут - летим, схватим! - и закружит нас шальной ливень, месяц промокший качнет рогом. тучам седым растрепав гривы, грома услышим глухой рокот. кончится день - мы помчим дальше. над распростертым во мгле морем, над остриями витых башен, путь в бесконечную высь торя. ...вырвался день - темноты пленник. солнце грозит нам лучом тонким. а в изумленном небе - тени: по ветру хвост и уши - волки! 1995

ЛЮДИ БЕЛЕРИАНДА

нам твердили жрецы - что на Западе Свет. нас надежда вела к неизведанным странам. уходили народы за солнцем вослед из земель сумеречных, из царства тумана. по дорогам, на теле планеты распятым, веря в счастье, живущее там, где нас нет, покидая дома, мы стремились к закату, и стонал за спиной уходящих рассвет. выверяли по дальним зарницам пути, гибли и, придорожной травой прорастая, даже смертью своей продолжали вести остальных, как по вехам, к заветному краю. годы шли. завершились и наши скитанья - в горной выси, где ветер плетет кружева, призрак серой давящей тревоги истаял, и ворота в мечту отворил перевал. нас встречали долины в уборе цветном, Эльдар приняли нас, точно старшие братья. в эти дни обретали мы заново дом, и, казалось, в нем будет безоблачным счастье. но манивший нас отблеск был тенью пожаров, пламя битв, чуть утихнув, взъярилось сильней. и холодное небо в глазах отражалось - в наших мертвых глазах. на не нашей войне. ... нас учили жрецы, что для жаждущих знать есть один только путь - к стенам черной Твердыни. ...от восхода к закату брели племена, растворяясь в дыму за горами седыми. так ночами летят мотыльки на огонь. 1995

* * *

волчий вой с колокольным звоном после боя над полем смешан: плачет колокол о сраженных, волк горюет об уцелевших. медный жезл в зеве медной чаши, древним маятником разлуки, время тех, кто не станет старше, исчисляет в ударах гулких. над землею туман распластан, словно звонницей саван соткан ненасытной могилы братской прикрывая стыдливо соты. волчий стон - о живых актерах драмы битв, чьи зрачки - провалы, с чьих ладоней узоры стерты многолетним трудом кровавым. гимн потерям звучит все глуше, вязнет в ветре молочно-белом. мертвым - смерть, а прощанья стужа мир живых инеем одела. волчий вой с колокольным звоном... шаг чеканный побед притворен. в сумерках над землей сожженной волк и колокол вечно спорят. 1999

Текст размещен с разрешения автора.



http://msk-artusmed.ru/ способов замена тазобедренного сустава стоимость.