Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Сказочника

Цикл "Уленшпигель"
Вводная песня Уленшпигеля
Во Фландрии весна
Пепел Клааса
Песня гезов
Песня Неле
Еще одна песня Уленшпигеля
Песни к спектаклю "Жажда над ручьем"
Баллада об ошибках
Баллада о судьбе
Снимите меня с креста
Хор собутыльников
Баллада истин наизнанку
Баллада о любви
Финал
Средневековые сюжеты
Посвящение ХИ-91
Старая сказка
Песня сказочника
Черно-белая баллада
Как-то раз в стране волшебной...
Дорожная песня Дика Найтингейла
Трактирщица
Я увидел в жизни немало бед...
Плач Исаака
Король Робин
Исповедник
Песня о дракончике с Кринна
Дорожная песня одинокого рыцаря
Паладин
Молитва Нэнси
Средневековые жанровые сценки
Рыцарская баллада
Зелененький дракончик...
Кельтская воинственная
Кельтская погребальная
Кельтская застольная
Cюжеты Средиземья
Песня Арвен
Боромир (перевод)
Древнее заклятье...
Страдания молодого хоббита
Монолог бывшего эльфа
Дунландский эпос
Легенда о бавлонах
Легенда об Ахаргелоне
Легенда о Арлихаре
Песня о Бубконе
Песня о горном цветке
Песня о судьбе
Монолог Гэнчина
Рождение Ниланда
Песня степняков
Ожидание
Прощание
Призыв
Баллада о вещем сне
Песня о Брэлоне
Песня о древних временах
Травы Огленда
Боевая халонская
Ты моя любимая...
Арканарский цикл
Цурен
Сайва
Сонет Цурэна
Каррр!
Дурацкая песня
Стихотворения вне циклов
Посвящение свече
Предсмертный марш
Таборвиль
Черно-белая песня
Зазывальная песня бродячего театра
А я люблю напутать роль...
Осенний блюз
Дорога - моя невеста...
Песня Запретников Крифты
Намариэ
Позвони мне, Гилтониэль...
Собиратель ветра
Как только пляску начинает...



Цикл "Уленшпигель"

Вводная песня Уленшпигеля

Вы меня найдете тут, Где дурачит плута плут, Без событий и минут не бывает. Где толпятся простаки, Чтоб облегчить кошельки, - В том и я им помогал, каюсь, Но без корысти. Мной азарт лишь только двигал. Я - ваше зеркало, Ik ben ul lieden Schpiegel! Я готов начать рассказ Хоть про каждого из вас, Попадая каждый раз в точку. Взгляд проворный для меня Скажет больше, чем родня, Лучше мамы знаю я дочку. Весь этот мир я сплавил в свой веселый тигель. Я - ваше зеркало, Ik ben ul lieden Schpiegel! Посмеяться каждый рад, Верят в сказки все подряд, А про правду говорят - враки. Каждый шуткам рад моим, Но смеется над другим, Для себя непогрешим всякий. Ведь ранит смех больнее самых острых игл. Я - ваше зеркало, Ik ben ul lieden Schpiegel! А бывал и грозный рык Тех, кто властвовать привык: Мол, заплатит за язык шея. Не видать удачи им, Я, как смех, неистребим, Не понять врагам моим, где я. Как зайчик солнечный, я взял да и упрыгал. Я - ваше зеркало, Ik ben ul lieden Schpiegel! Я - ваше зеркало, а проще - Уленшпигель!

Во Фландрии весна

Во Фландрии весна! В ясном небе жавронка трели Возвестили с приходом тепла, Что весна и на самом деле Власть во Фландрии забрала; Май наполнит хмелем все ночи, Страстью сердце наполнит он; Не удержат матери дочек, А мужья не удержат жен... И любовною мукой ныне кто не маются, те смешны! Что же снятся колдунье Катлине Страшные сны? "Что это значит, - виденья тсмны! Свадьбы назначены - да кто их вспомнит! Нынче зачатым - не быть рожденным! И стоны не страсти - а боли стоны..." Во Фландрии весна! И мягки, как и раньше, постели, Только в них не до сна сейчас; Ах, как сладки губки у Неле, А особенно - в первый раз! Разве сдержат морали плотины Наводненье страстей земных... Что же снятся колдунье Катлине Страшные сны? "Почему Сатана в короне? Почему льстся кровь по трону? Почему крест на законе? И - стоны, стоны, стоны..." Во Фландрии весна! Беззаботно звенит бубенчик, Ноги сами просятся в пляс. Кто обычаем майским повенчан, И не спрячет счастливых глаз; Пухом кажется сено в овине, Медом кажется воздух весны... Что же снятся колдунье Катлине, Что же снятся безумной Катлине, Что же снятся вещунье Катлине Страшные сны?

Пепел Клааса

"Имущество осужденного отходит в казну Его Католического Величества. Добровольному же помощнику правосудия причитается: пятьдесят флоринов с первой сотни, и по десять - с каждой последующей..." Руки мне обжигает прах, Боли не знал больней. Тот, кто нянчил меня на руках, - Пепел в руке моей! Кажется, было сто лет назад Светлым наше жилье... Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое! Я и мертвых умел смешить, Жил без права на грусть. А теперь не могу шутить, Даже слез не стыжусь. Я не верю, что хуже ад, Чем земное житье... Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое. Платит король процент за донос, Будет Иуда сыт. Фландрия, словно червями навоз, Рыбниками кишит. В час, когда братом торгует брат, Сребренник может все. Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое! Многое вынести мы смогли, Долго же терпим мы. Ветер заразный с чужой земли Хуже любой чумы. Ветер, что дарит нам гарь и чад, Манит к нам воронье. Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое! Сколько же в прахе еще сердец, Как и твое, Клаас. Родина-Мать и Народ-Отец, Я отомщу за вас! Время не скроет, кто виноват, Зло следы не сотрет. Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое! Пепел Клааса, вечный набат, В сердце стучит мое!

Песня гезов

Царят в родном краю Правители чужие. Им родину свою Спешат продать иные. Рожденным здесь - шипы, Пришельцам наглым - розы. Мол, слишком мы тупы, Поэтому и гезы! Мы видим, для чего Даем последний пфеннинг. Как множится скотство От наших жалких денег. Нас нищими зовут, Награбив с нас обозы, Нас подло предают, Ведь мы всего лишь гезы! Рожденным вдалеке Должны мы подчиниться. На нашем языке Не петь и не молиться. Должны мы получать Их смех за наши слезы. Нам нечего терять, Ведь мы всего лишь гезы! Мы любим мирный труд, Не кнехты и не воры, Пока нам жить дают, Ни с кем не ищем ссоры. Но чем сильней печет, Тем громче грянут грозы, И бой ужасен тот, Когда дерутся гезы! Иудам, палачам, Наш гульден не по чину. Уж лучше храбрецам Заплатим десятину. Не так богат наш люд, Не моты и не крезы. Зато всегда найдут Все то, что нужно гезам! Мы - просто мужики, И знаем цену пота, Мы в пахоте крепки И в воинской работе. Не могут долго ждать Посеянные слезы: Настало время жать - На поле вышли гезы! Пусть опытных вояк С цепи на нас пускают, Силен и злобен враг, Но время наступает, Когда во всех дворцах Почувствуют угрозу, Когда внушает страх Одно лишь слово "гезы"! И море, и поля В союзе верном с нами, Пускай горит земля Под злобными врагами, И что нам целый мир, Ведь явью станут грезы, Коль с песней, как на пир, Идут на битву гезы! Wir haben keine Geld, Wir onlich Gozen lauchen, Noch aber alles Welt Met ons hast nicht zu machen! И что нам целый мир, Ведь явью станут грезы, Коль с песней, как на пир, Идут на битву гезы!

Песня Неле

Звуки марша стихли вдали. Слишком кратко всегда прощанье... Это доля женщин земли - Ожидание, ожиданье... Срок безвестный хранить тепло Для того, кто пока далече, Наполнять опустевший дом, В каждый миг ожиданьем встречи. Беды есть пострашнее разлук, И, уж раз так судьбой завещано, Из остывших любимых рук Брать мечи научились женщины. Хоть не женское дело - война, Все же нету бойца опаснее, Чем та, что драться должна За детей и за женское счастье. К бедам старым плюсуют века Беды новые, - больше, меньше ли, - Но земля простоит, пока На земле остаются женщины. Хоть пути каждый торит сам, Будь земные то или вселенские, Только тот творит чудеса, С кем любовь и забота женская... Годы мчат друг друга сменить, Только жизнь не хочет меняться, Долг зовет мужчин уходить, Призывает женщин остаться, Вновь любимый исчез вдали, Неизвестность встает за прощанием. Доля вечная женщин земли - Ожидание, ожиданье...

Еще одна песня Уленшпигеля

Неле! С именем нежным твоим Был всгда я, где бы я не был. Пусть мы в разных постелях спим, Но над нами единое небо. Я все помню, и ты не забудь - Быть твоим я решил навечно. И, куда бы ни вел мой путь,- Знай, иду я к тебе навстречу! Бог, который на свете един И в попах никогда не нуждался, Подтвердит - где бы я не бродил, Верным я лишь тебе оставался. Хоть бывал и кабацкий хмель, Сталь и порох, и запах крови... Ты мне вечно - как птичья трель, Как глоток воды родниковой. Ты же знала всегда сама, Знала прежде, чем путь наш слился, - Вовсе я не сошел с ума, Я безумцем на свет родился! И бродяга я по судьбе, Шут, поэт, менестрель и воин... А другой и не нужен тебе, и другой - тебя недостоин!

Песни к спектаклю "Жажда над ручьем"

Франсуа Вийону

Баллада об ошибках

Я в этот мир явился по ошибке, Не в нужный год, не в должный век, Мне говорят с упреком и улыбкой: "Несовременный человек!" Да я и сам гляжу на мир с улыбкой, Раз я на свет явился по ошибке. Я наступал на пятки очень многим, Меня убить пытались, и казнить, Но не судьба мне умереть, ей-богу, Лишь потому, что не судьба и жить, Нет места мне на плахе и под пыткой, Ведь я на свет явился по ошибке! Я знал успех, а счастья не досталось, Хоть мне интрига ведома, и страсть, Меня любовь, наверно, не дождалась, А может быть - еще не родилась? Хоть дарят мне красавицы улыбки, И не подозревая об ошибке. Да, я - злодей, и пьяница известный, Известный плут, но в главном я не лгу. Я в этой жизни жить пытаюсь честно, Раз мир другой я выбрать не могу, И угадать не делаю попытки, Когда - и как?- исправится ошибка. Да, я - несовременный, но, поверьте,- Исправлю мир, коль сам неисправим! Я все возьму от жизни, вплоть до смерти, И это время сделаю своим! И пусть потом историк, мучась шибко, Распутывает все мои ошибки...

Баллада о судьбе

Мы все пришли из тех времен, Когда наш род был сотворен, Но только память потеряли... В делах давно минувших дней Узнать нетрудно тех людей, С которыми сейчас встречались. Нас Бог тасует, как колоду, Все мишура - наряды, моды, Лишь позорчее приглядись: Пока живут на свете люди, Хитросплетеньем тех же судеб Останется земная жизнь. К чему я это говорю? Ведь я ищу судьбу свою В охапках судеб человечьих, Каким был я, кем ты была, Зачем нас снова жизнь свела, И что нас ждет за этой встречей?

Снимите меня с креста

Догорает воск свечи в ночи, Проклятый вопрос в мозгу стучит, Кричи - и услышат - не поймут, На землю спуститься не дадут, Хоть просят мои уста: Снимите меня с креста! Снимите меня с креста! Нету больше сил, я так убог, В самом страшном сне и знать не мог, Замок на моей висит судьбе, Хоть бритвой по горлу себе, Чтоб смолкнули сорок сорок - Какой же я, к черту, бог! Снимите меня с креста! Снимите меня с креста! Хоть бы кто-нибудь взамен меня, Укажите путь на склоне дня! Но дороги нету, и света в глазах, Глупые советы, и зависть в сердцах, И черт мою святость возьми - Я просто хотел быть с людьми! Снимите меня с креста! Снимите меня с креста! Снимите меня с креста!

Хор собутыльников

Ну что ты мелешь, Франсуа! И не сходи-ка, брат, с ума! Налей-ка кружку, целуй подружку, Все мудрецы не стоят и понюшки Хоть самого дрянного табака! Мы знаем и без них наверняка, Как не свалять нам в жизни дурака!

Баллада истин наизнанку

Как надоел заученный подход! Вот Франсуа весь мир перевернет, Послушайте, не мудрствуя лукаво: Кто любит солнце? Только крот! Кто знает цену деньгам? Мот! Красоткам нравится? Урод! И лишь влюбленный мыслит здраво! Лентяй один не знает лени, На помощь только враг придет, А постоянство все - в измене, Кто крепко спит - тот стережет, Дурак нам истину несет, Труды для нас - одна забава, Всего на свете горше - мед, И лишь влюбленный мыслит здраво! Все наизнанку - а как верно, право! Я повторю совсем не для забавы, Как часто в мире все наоборот: Красотку в жены взял - урод! Ослу дан приз, что так поет! Взял дурака в правители народ, А праведника суд в тюрьму ведет, И как к деньгам стремится мот - Ведь лишь влюбленный мыслит здраво!

Баллада о любви

Будто в первый раз, Хоть, казалось, то же: Свет вот этих глаз, Нежность этой кожи, Этот тихий смех, Этот облик милый, Лишь одна из всех Целый мир затмила! И за что меня Прежде бог обидел: Столько видел я, А тебя - не видел! Или - по судьбе Я прошел так много, Только, чтоб к тебе Отыскать дорогу? Лишь на этот миг Все мои надежды, Словно черновик, Все, что было прежде. Я прошел не зря Столько испытаний, Ты - моя заря, Солнышком ли станешь?

Финал

Избыток сил - бессилие мое, То зорче сов в ночи, то слепну днем, Кого ищу - уходят от меня, Кого не жду - не в силах отгонять, Кем не был я за свой недолгий век? То бог, то тварь - а все - не человек! То я, как червь, вгрызался в толщу книг, То, бросив келью, жизнь со дна постиг. Изнанки душ, суть всякого вранья Ясны как день, понятны для меня. Тружусь напрасно, мысли теребя,- Я знаю все, но только - не себя! Своей неповторимостью горжусь, Но быть, как все, бесплодно я стремлюсь, То, что есть сил, опять о стены бьюсь, То в хрупком мире сильным быть боюсь. Всю жизнь в пути, не пропустив ни дня, А горизонт все дальше от меня. К дворцам и свалкам путь меня ведет, Я свой у нищих - и среди господ, Сто языков, наверно, знаю я - Ни на одном не поняли меня! Чужбина мне родней, чем отчий дом, И все привычней жажда над ручьем, И все привычней жажда над ручьем...

Средневековые сюжеты

Посвящение ХИ-91

В тревожном зареве углей Мелькает слава прежних дней; Проносит шепотом река Зов древних слов издалека. Все было так во все века, И будет впредь наверняка ... Течет река, горит костер; Опасен враг, но меч остер; Добро и зло всегда в бою, Но как найти судьбу свою? А стены крепости тверды, Пока защитники горды; И сто дорог легко пройти, Покуда светит цель в пути. Все было так во все века, И будет впредь наверняка ... Когда друзья к плечу плечом, Любые беды - нипочем, Когда соблазн зовет свернуть, Подскажет сердце верный путь. Развилок много - жизнь одна, За выбор сам плати сполна, И умирают только раз, Встречай достойно этот час. Ведь было так во все века, И будет впредь наверняка ... И шелестят страницы вновь. Все те же слава и любовь, Опять на выбор сто дорог, А сказка - ложь, да в ней намек, Что было так во все века, И будет впредь наверняка, Все было так во все века, И будет впредь наверняка ... 2/3.08.1991, Яхрома.

Старая сказка

"Факелы на стенах, блики на мечах" Айнэ Чтоб не забыли, стоит повторить: Что когда-то было, снова может быть. Выцвели краски, видно едва... Старая сказка - новые слова. Мечутся тени, свет дрожит в глазах. Факелы на стенах, блики на мечах. Храбрость напрасна - сила неравна! Старая сказка - новая война. Птицей слетела с покорённых стен. Смерти хотела, а достался - плен... Ждут твоей ласки тюремщики твои. Старая сказка, правды не таи! К свободе для милой путь не напролом. Воину под силу сделаться - шутом! Корчится маска, тешатся враги... Старая сказка, снова помоги! Мраком повенчан колпак шутовской С верностью вечной, с порваной фатой. Факелы гаснут, спряталась луна... Старая сказка... снова ночь темна! Шутовские песни - нешуточный меч. Двум на свете тесно - голову с плеч! К чёрту опаску - дорога ли жизнь? Старая сказка - новый путь лежит! Верные кони, кровь горяча. Следом погоня - хитрость, выручай! Дальше - неясно... Сможешь - подскажи! Старую сказку снова пишет жизнь! осень 1995

Песня сказочника

Я сказочник бродячий, Степенства ни на грош. Изменчива удача, Да что с меня возьмёшь. Серьёзным и надутым могу я возразить: Без сказок почему-то Не могут люди жить. Припев: Дорога, ты вприпляску Беги себе, кружись. Венком сплетайся в сказку, ...Раскрытая как жизнь. На ниточке на тонкой Печали или смех - Лежат в моей котомке Истории для всех: О странах чужедальних И славных храбрецах, О туфельках хрустальных И алых парусах. припев. ...Чудесная как жизнь. Глазам, как небо чистым, Ни в чём солгать нельзя. Правдивей скучных истин Фантазия моя... Глупцы твердят напрасно Что, мол, убога жизнь - Кругом - сплошная сказка Лишь видеть научись припев ...Правдивая, как жизнь припев. Не верьте мне, не верьте, Пора ещё придёт. И эта сказка в сердце Былинкой прорастёт. Всё бренно, как известно, Развеют ветры прах. А сказка или песня Останутся в веках. припев ...Извечная, как жизнь Вот так несу по свету Простое волшебство. А сказки - не монеты, Да плохо ли с того? Лишь кто-то или что-то Меня бы ждали бы За новым поворотом дороги и судьбы припев ...Раскрытая как жизнь. Дорога, ты вприпляску Беги себе, кружись. Венком сплетайся в сказку, Раскрытая, Волшебная, Прекрасная, Чудесная... такая же, как жизнь.

Черно-белая баллада

Вспомню легенду прежних времен. Белая дева, Черный барон... Ангел во плоти, и - сатана, Двое - не пара, хоть муж и жена. В белых доспехах, в черной тоске, Рыцарь вернулся с войны вдалеке. Грозный хозяин с гостем, как зверь, Взглядом хозяйка просит:"Поверь!" Черные кони, белый наряд, Прочь от погони двое летят... Стража хмельная, не видно ни зги, Ночь воровская, хватай да беги! Белой горячкой черная злость. Пса обманули, выкрали кость! Стуком копыт и гзвоном монет свора усеяла тающий след. Белые ночи, черные дни... Бог и законы - все против них... Краткое счастье,- пьянящая жизнь! Черные с белыми, кудри сплелись. Тянут, петляя, счастливую нить, только вот сколько веревку ни вить... Черный и белый, сшиблись мечи, Кровь заалела, кричи - не кричи! В сказках добро торжествует всегда, а на земле побеждает беда... Черный и белый, были - и нет: Красный, кровавый тянется след. Сердце без боли кинжалом нашла. Жизнь после воли в плену не мила. Черного пса добела не отмыть, Белой вороне черной не быть! Белый снежок двух влюбленных одел. Черный бурьян замок тот одолел... В памяти живы с давних времен Белые лебеди, Черный барон... Белые лебеди, Черный барон... 09.12.1993.

Как-то раз в стране волшебной...

Как-то раз в стране волшебной Очень толстый жил дракон. Голоданием лечебным Заниматься начал он; И ведь надо ж так случиться, Как дракон затеял пост,- Прискакал какой-то рыцарь, Начал тыкать чем-то в хвост... Тут дракон промолвил слово,- "Отвяжись ты! Бог с тобой! Мне ж совсем нельзя мясного, Ну какой тут, к черту, бой!" Но его не слушал рыцарь: "Дескать, что за ерунда! Пост, не пост - пожалуй биться! Зря ли ехал я сюда?!!" У дракона пусто в брюхе, Но остался лишний вес, Так что крылья с голодухи, Не поднимут до небес... И пустился без оглядки, Бедный ящер по горам. То ли салки, то ли прятки, Ну, а рыцарь - по пятам... Долго так они и мчались Через горный лабиринт... Гномы все обхохотались, Наблюдая этот спринт. Но дракону не до смеха, И, судьбу свою кляня, С'ел он рыцаря в доспехах, А в придачу - и коня... От физических нагрузок Сразу был немалый прок: Стал дракон предельно узок Там, где раньше был широк; Да еще от огорченья, Что такую гадость с'ел, Наш дракон на удивленье Эффективно похудел... Достается по наследству С той поры до наших дней ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЕ средство Для драконов и людей! А теперь пора открыться, Для чего я начал петь: ПРОДАЮ ! МИКСТУРУ !! "РЫЦАРЬ"!!! ВСЕМ !!! КТО ХОЧЕТ !! ПОХУДЕТЬ !!!

Дорожная песня Дика Найтингейла

Опять ухожу в сырую ночь, завернувшись в дорожный плащ. И здесь ни в чем мне нельзя помочь, поэтому зря не плачь. Есть в прощаньи грусть, но она светла, значит, встречу опять готовь. Говорят, земля для того кругла, Чтоб ушедший вернулся вновь. Приходит каждому час устать и странствовать перестать, но я еще не настолько стар, чтобы в землю, как пень, врастать. И уют не должен мне клеткой стать, я обязан везде успеть -- соловей, когда перестал летать, не способен уже и спеть. Я память тщательней берегу, чем свой узелок в руках. И я предать уже не смогу надежду в родных глазах. Чтоб вернуться -- надо исчезнуть прочь, путь непройденный так манящ... Опять ухожу в сырую ночь, лютню бережно пряча в плащ... 1993

Трактирщица

Hачат день весенний, чудный, для дороги лучший час, Hо даются что-то трудно все шаги на этот раз. Менестрель живет в дороге, ты же к этому привык, Отчего ж томит тревога, что невесел твой язык? Все на месте в этом мире,- как обычно, как всегда. Лишь хозяйка в том трактире так мила и молода, И, всего лишь, взгляд нескромный выдал как-то, что она И с другими в этом доме так же в точности нежна... Hочь прошла, и что за дело! звать любовью не спеши Удовольствие для тела, развлеченье для души,,, Зря себя воображаешь для кого-то лучше всех, И, когда тобой играют, и тебе играть не грех... Ухажеров здесь хватает,- что ей пришлый менестрель? Через год и не узнает, даже вновь маня в постель. Что ей клятвы в страсти вечной - вся любовь часов на шесть! У нее супруг, конечно, то ли будет, то ли - есть. Ты - певец с бродячим стажем, и тебе ли нежить грусть?! Ведь, когда на сердце тяжесть, то в дороге лишний груз. Что себя дурманить ложью, будто чувствует спина Взгляд, и нежный, и тревожный из далекого окна... Как неровно сердце бьется... но проходит,- не беда! Все на месте остается, - как обычно, как всегда... Месит солнце с грязью бренной неразборчивый апрель, И кочует по Вселенной одинокий менестрель. Hачат день весенний, чудный, для дороги лучший час,- Hо даются очень трудно все шаги на этот раз...

* * *

Я увидел в жизни немало бед, Оттого так радость хочу воспевать! Если пепел окрасил все в серый цвет, Значит, самое время цветы сажать. Изучал я теорию лютни моей, Как веревки, неловкие пальцы свив, Чтобы просто петь, как поет соловей, Позабыв все науки, кроме той, что - в крови... Где добро, где зло; кто - герой, кто - вор, Различит не наука, а сердца дар. Благодарность тому, кто развел костер, Но проклятье тому, кто разжег пожар! Тот не праведник, кто не познал искус, Тот не грешник, кто не познал благодать; Но из тех, кто попробовал кровь на вкус, Лишь немногим хочется повторять. Как удобно вингу всю валить на власть, Самому ни за что не держа ответ; Но, когда нас всех застваляют красть, Кто-то только рад, кто-то скажет - нет! Если вся наша жизнь - словно бред наяву, Где все мчатся по кругу, брызжа слюной, Что-то значит - просто уйти в траву, И, наверное, кто-то уйдет за мной. На пожарище если запел соловей, Кто же станет камни в него бросать? Если мир от золы все темней и темней, Значит, самое время цветы сажать! (1995)

Плач Исаака

(памяти Исаака из Йорка, сына Адоникама, с "Робин Гудовки-93", Иваново) Промолвил гордо Исаак: "Отсель грозить мы будем шведу. Здесь будет заложен кабак назло надменному соседу." Ай, что же делать бедному еврею? Hе жить мне в этой Англии никак Я ж только неприятности имею, А мне еще достраивать кабак. За год ни разу не был в Синагоге. Разгневается бог, азохэн вей! Замучили расходы и налоги, Все грабят лишь за то, что я еврей. Припев: Три пенса за тарелку, Три пенса с каждой сделки, Два за дрова кузнецу надо отдавать. Прыгаю, словно белка, Прибыли очень мелки. Ох, чтоб я сдох, Hу скорей бы помирать. Жаднее нас, "жидов", назареяне: За шилинг, ну того гляди, убьет. Прево бесстыдно взятку вымогает. Hа, чтоб ты подавился, живоглот! А дети - это ж звери, а не дети. Отцу их не заставишь помогать. А дочь еще хвостом бесстыдно вертит, Да с гоями, ну вся в плутовку мать. Клянусь я бородой семи пророков И лысиной Иакова клянусь, Что, если не убьют меня до срока, Я ж сам через неделю удавлюсь. Я долго так не выдержу, пожалуй, Пошлю такой гешефт ко всем чертям. Вот дочка в спину целится кинжалом... Ура! Шолом алейхем, Авраам!

Король Робин

(Hародная :-) английская песня XIII в. :-)) По мотивам РобинГудовки-94 Жил-был славный Робин, да стал королем. Пускай себе стал, не жалко. А нам от того, что корона при нем, не холодно и не жарко. Hароду он вольности дать обещал, да все позабыл, как "Величеством" стал, вот так-то, люди, вот так-то. В палате лорды отныне сидят. Пускай посидят, не жалко. А нам от того, что они говорят, не холодно и не жарко. Все так же в почете дурной человек, а честный богатым не станет вовек. Вот так-то, люди, вот так-то. Чиновники, судьи, шерифы, попы, уж им-то народ не жалко. И все, как один, и жадны, и скупы, то холодно нам, то жарко. Хоть Шервуд на месте, да проку ли в том? Там жил славный Робин, - да стал королем, вот так-то, люди, вот так-то. Политику Робин успел поменять, теперь ему нас не жалко. У бедных берет, чтоб богатым отдать, то холодно нам, то жарко. От власти, видать, не дождемся чудес, пора нам самим в славный Шервудский лес, вот так-то, люди, вот так-то.

Исповедник

Если мне говорят "Послушай", Для меня звучит "Помогите", Мне несут залатать души Разговора тоненькой нитью. Что, болит? Ну, где - покажите! Вот и все... Теперь - улыбнитесь! Помогите - значит - поймите, Не - пройдите, не - отвернитесь. Что во мне зовет их открыться? Как я вижу, чем они дышат? Я читаю немые лица, Я в речах больше слов слышу. Разве мне от этого легче? В многом знании - много печали... Оттого так давит на плечи Все, что люди в меня сказали. Я - как все, и мне - не последнему, Мне - щедрей достается грусти. Исповедник я, исповедник! Кто ж мои-то грехи отпустит? В час, когда желты светофоры И дневные обиды душат, Я иду сквозь пустынный город Хоть кому-нибудь выплакать душу. Вот идет, на меня похожий, Может, он мне как раз и нужен? Ближе, ближе шаги - и что же: Он мне тихо сказал: "послушай..."

Песня о дракончике с Кринна

Я - бедный маленький дракон, Живу годков всего лишь триста. Вся жизнь моя - кошмарный сон Из-за проклятых пацифистов. Ну до чего их развелось - С ума сойду от их заботы: Нельзя наружу сунуть нос - Тотчас сбегутся, идиоты! Чтобы во мне наделать дыр, Летит сюда со страшным криком Очередной борец за мир С восьмихитовым пацификом. Я сам вполне миролюбив, Но все же плюну раздраженно, И храбрый рыцарь, задымив, Запахнет мясом пережженым. От пацифистов - воз проблем. От них болит и пучит брюхо. Уж если я кого и съем, То не со зла, а с голодухи. Лелею я мечту одну: Взрослеть недолго остается. Я сам борьбу за мир начну, И пацифизм переведется!

Дорожная песня одинокого рыцаря

По тревожной стране, На надежном коне, Я в неблизкий направился путь. Чтобы встретиться с ней, Милой леди моей, И в глаза ее только взглянуть. Припев : Далека дорога, опасна, и все же Для бродяги-рыцаря беды не в счет. Песня мне в подмогу, и конь мой надежен, Да и сам я стою чего-то еще. Много было дорог, И боев, и тревог,- Как обычно, не в этом и суть. Я уже у ворот, а за ними живет Та, что будет наградой за путь. Только чья тут вина, - мне не рада Она, Рядом с Ней возвышался другой. Он невежливым был, И грубил, и грозил... Я не вытерпел, начался бой. Жаркий бой закипел, Я его одолел, Но не в радость мое торжество. Леди с грустью глядит, и молит:"Пощади! Я люблю не тебя, а его". Знать, насильно не мил... Я его пощадил, а Ее постараюсь забыть. И надеюсь я вновь на такую любовь, Что сумеет мне верность хранить. 08-10.93.

Паладин

Паладин, паладин - долг им правит один, Не прикован к земле, днём и ночью в седле! Коль тревогу трубят - "Кто же, если не я?!" Должен быть хоть один на земле паладин! "Паладин, паладин - ты дожил до седин, Погляди - ты один, сам себе господин! Ни земель, ни рабов, - только горсть гордых слов, Замок твой обветшал и уже развалиться готов!" "Мне не дорого то, что для мелочных душ Составляет основу всего бытия. Долг и честь променять на увесистый куш Может быть, кто угодно готов, Но только не я!" "Ты учился в боях всю дорогу свою, Не ленился науку меча изучать. Но какой нынче прок в благородном бою, Если лезвие в спину и яд сильнее меча!" "Вечно жить на земле не дано никому. Кроме чести да имени, что мне беречь? Кто убьёт меня подло - проклятье тому! Гибель в честном бою лишь прославит мой меч!" "Уж тебе ли не знать, как капризна молва; Ей, как женским причудам, нельзя доверять. Через год осмеёт, и забудет за два - Неужели же стоит тому жизнь свою посвящать?" "Нет, не ради толпы мне нельзя отдохнуть - Ради нескольких тех, кто способен понять. Может, этот мальчишка продолжит мой путь, А вот эта малышка научится верить и ждать!" Паладин, паладин - долг им правит один, Не прикован к земле, днём и ночью в седле! Коль тревогу трубят - "Кто же, если не я?!" Должен быть хоть один на земле паладин! январь 1996

Молитва Нэнси

Говорят, девице не пристало По лесу шататься с кем попало. Говорят, я очень виновата, Что не выдаю шерифу брата. Хитрый поп шептал в исповедальне, Как ему от дел моих печально, То грозил, то ласков был, зануда, Лишь бы все узнать про Робин Гуда. Господи! Прости мое притворство И мое преступное упорство! Все тебе поведать я готова, Но твоим прислужникам - ни слова. Знаю я, шерифу не случайно ведомы всех исповедей тайны. Знаю, как своих губили милых Девы, что наивны слишком были. Потому я в церкви и солгала, Но потом все честно рассказала, Рассказала все монаху Туку, Хоть он был не с требником, а с луком. Господи! Ты знаешь все на свете, Ведь тебе рассказывает ветер, Для тебя насвистывают птицы Обо всем, что в мире ни случится. Знаешь ты, о Боже, если надо, как зеленый лес манит прохладой, Знаешь, как нежны бывают руки, дружные с дубинкой или с луком. Славные ребята дружат с братом, хоть они не нравятся аббату, Знаю, вам, Исусе и Мария, тоже любы молодцы такие. Господи! в твоей я вечно власти! Нет греха в тебе известной страсти. И о том, что было всякий вечер, Знаешь ты, как знают эти свечи. Господи! Прости мое притворство И мое преступное упорство! Все тебе поведать я готова, Но твоим прислужникам - ни слова. 31.10.93

Средневековые жанровые сценки

С утра на рынке шумно, людно: Молитвы, брань, торговцев крик... Вот о паломничетве трудном Поет оборванный старик... Ему посулят рай на небе, И толстый поп благословит; А он хотел - всего лишь! - хлеба, И очень не любил молитв... Вот в уголке укромном - двое... Он говорит, держа цветок: Ах, как презренно все мирское, Как он не понят, одинок... Ей повторяя то и дело, Что небу дорог их союз, Так хочет он - всего лишь! - тела, Но только - без священных уз... Она - то робко намекает, Что разделяет эту страсть; То - вдруг стыдливо замолкает... Она греха вкусила всласть, Ну с виду - ангел, если нужно,- Силен в коварстве слабый пол!- А нужно ей - всего лишь! - мужа, Поскольку возраст подошел... Вот возле лавки - покупатель. Купец красиво говорит: И о семье расспросит кстати, И что угодно раз'яснит Любому, будь то вор, бездельник, Неважно - молод или стар, Ведь ждет купец - всего лишь! - денег За залежавшийся товар... А вот восторженный художник, Наносит жизнь на полотно: Святой старик с сумой дорожной Отверг и мясо, и вино; Вот в страсти подлинной мужчина Готов на подвиг - позови!- А в юной девушке невинность Сопротивляется любви; Купец, заботлив не по чину, Готовый все раздать из рук... "Что за правдивая картина!",- Решили хором все вокруг... Холсты бывали быстро сбыты, Звенело золото в руке... Художник, ставший знаменитым, Сидел подолгу в кабаке. Сломавши кисть, просил мадеры, И пил, пытаясь захмелеть, Ведь он хотел - всего лишь! - веры, В то, чем играли лицемеры, А не подделаных монет... (1987)

Рыцарская баллада

В недобрый день и в проклятый час Я вдруг увидел Ее, Прекрасных дам встречал я не раз, Но дрогнуло сердце мое, Был в тот день турнир, я бой посвятил Небесной Ее красоте... Я и прежде бойцом не из худших был, Но в тот день я сам себя удивил: На турнире всех шутя победил С Ее именем на щите. Восхищались все, лишь Она одна Безразлична и холодна. Взял я лютню в грубые руки свои, Что привыкли только к мечу, И решил: за улыбку моей любви Хоть такой ценой заплачу! И терзал я пальцы о медь ладов, Проклиная пальцы свои... Как я петь научился в конце концов! И верней, чем раньше в бою бойцов, Я затмил всех известных досель певцов, Прославляя силу любви. Только та, чье имя прославил я, И не хочет видеть меня... После этого я в разврате затмил Всех живущих в мире мужчин, Много знатных дам лишь затем соблазнил, Чтобы вышибить клином клин... Все таланты, что для Нее растил, На других растрачивал я, И, когда я весь жар души разорил Ради многих тех, кого не любил, Среди них пришла та, что я забыл, Чтоб сказать: "Милый, я - твоя"...

Зелененький дракончик...

Зелененький дракончик Послушный на руках. Дракончик тоже хочет Резвиться в облаках; Но мирно пьет из плошки, Клюет с руки овес,- Что делать, он немножко,| Немножко не дорос... | 2 раза Драконов настоящих Боятся все кругом; У них наряд блестящий, И голос, будто гром. Дракончик и синичку Не тронет нипочем. Его берут, как спичку, | Он фыркает огнем. | 2 раза Смущен дракончик очень, Твердит который год, Что, если он захочет, Так тоже подрастет... Он в детстве был упрямый, Никак не мог понять, Что надо слушать маму, | И кашу доедать, | 2 раза (1992)

Кельтская воинственная

Hа свете каждый путь открыт, Hо нужно выбирать. Тому, кто хочет долго жить, Hе стоит воевать. Пусть тот, кто любит звон монет, Становится купцом, А кто умрет во цвете лет, Подружится с мечом. Чей лучше меч, чей крепче щит, Удар точнее чей, Один на свете суд решит- Веселый пир мечей. Когда качнет земную твердь Сраженья торжество, То каждый сможет выбрать смерть Достойную его. Оставьте струны для певцов, Монеты-для скупцов. Крестьянам дайте тень садов, А битвы - для бойцов. Кто первым рваться в бой готов, Отважно смерть презрев, Тем первым милости богов И ласки юных дев. Их краток срок, их долг - спешить, Чтоб все от жизни взять. И раньше в битву уходить И раньше погибать; Теряет первыми земля Отважнейших бойцов, Hо славa богу, сыновья Похожи на отцов!

Кельтская погребальная

Хозяин яблок! К тебе мой путь, прими мой усталый дух! Одень в зеленое, щедрым будь, Дай место средь верных слуг. Все верно сделано, и теперь легко мне к тебе шагать; Стыдиться нечего мне, поверь, И нечего мне скрывать. Три дня я шел, презирая лень, И путь был достойным мой. Зеленым лугом шел первый день, шел вереском день второй. А третий день был уже в саду, боярышник нес цветы; И вот стою у реки и жду, прими мою душу ты. Хозяин яблок! Теперь я - твой, мой жребий в твоих руках! Прими меня, подари покой в зеленых твоих холмах. Хозяин яблок! Возврата нет, прими мой усталый дух! Открой просторы, зеленый цвет, для новых достойных слуг, Хозяин яблок!

Кельтская застольная

Хэй! Пусть звенят бокалы - снова нам мало, Хоть наливали вовремя нам сполна! Пей, чтоб не вспоминали мы про печали, И забывали горести, - пей до дна! Вновь кубок наполни, лучше мы вспомним Словно бы молний, яростный блеск мечей. Пой, как мы сражались, ран не боялись, Живы остались - будем же веселей! Хэй! Пусть красотки пляшут - к радости нашей, Путь наш украшен ласками юных дев. Долг вечный наш - любовью или же кровью Жребий мужской доказывать на земле. Пусть жизнь быстротечна, радость не вечна, - Помним, конечно, это мы, но сейчас Грусть гоним беспечно пылом сердечным, - Хоть не навек, но дан же нам этот раз! Хэй! Пусть звенят бокалы - снова нам мало, Хоть наливали вовремя нам сполна! Пей, чтобы не знали мы про печали, И забывали горести, - пей до дна!

Cюжеты Средиземья

Песня Арвен

Хоть из разных мы народов, Друг без друга нам не жить. И законы и природа Нас стремятся разлучить... Только так ли это важно, Нам ли кланяться судьбе, Раз однажды, мой отважный, Я поверила тебе... Рядом мы почти немеем, Но всегда - глаза в глаза. Губы вымолвить не смеют То, что взгляд давно сказал... Я - принцесса ледяная, Ты - суров, как бог войны... И никто еще не знает, Как бываем мы нежны. Для меня века - не мука, Для тебя года - беда. Ждут нас многие разлуки И одна, что - навсегда... Только я тебя не брошу. Раз нельзя иначе нам, Я с приданым, мой хороший, И бессмертие отдам. Снова долг велит проститься, Наползает хищно ночь. Слишком многим, милый рыцарь, Должен ты еще помочь... Что тебе бои и время - Ты умеешь побеждать! Стань достойным перед всеми, Я сумею подождать.

Боромир (перевод)

Сквозь Рохан ,где топи и поля, заросшие длинной травой, Западный Ветер летит, пыля, проносится над стеной. "Какие вести из Западных стран, о ветер,ты мне принес? Видел ли ты Боромира стан при луне или в свете звезд?" "Я видел - скакал он за семь рек, где пенные воды текли. Я видел его средь пустых земель, пока он не скрылся вдали Средь северных теней, и потом я видеть его не мог. Лишь Северный Ветер услышать мог Денеторова сына рог." "О Боромир! С высоких стен на Запад я вдаль глядел, Но ты еще не вернулся ко мне из безлюдных чужих земель." Из уст морских Ветер Юга мчит, от дюн и немых камней. Рыданье чаек, что так горчит, в ворота несет ко мне. "Какие вести, о ветер-вздох, готовишь ты для меня? Где Боромира путь пролег? Нет его, и тревожусь я." "Спроси не меня! Я видел прах столь многих,кто был живым, На светлых и темных морских берегах под небом штормовым. Столь многих приносит мне Андуин качать на морской волне. Ты Северный Ветер о тех спроси, кого он прислал ко мне." "О Боромир! От ворот моих к морю дорога, на юг. Там нет тебя,- только чаек крик, и волны тревожат слух." Мчит Северный Ветр с Королевских Ворот, минуя ревущий поток. Над древнею башней громко зовет холодный и ясный рог. "Могучий ветр, зачем ты просил внимания моего? Что с Боромиром Храбрым, скажи ? так долго я жду его" "Под Амон Хеном он в рог трубил, он многих врагов сразил. Но сломан меч,и разрублен щит, иссякли остатки сил. И с гордой осанкой, и с ясным лицом он лег навек отдохнуть. И Раурос, водопад золотой, принял его на грудь." "О Боромир! С Башни Стражи взгляд будет к северу устремлен На Раурос, Золотой водопад, до скончания всех времен."

Древнее заклятье...

Древнее заклятье тебя спасет, Яркий звездный свет в темноте зажжет; Если ты в пути, и прекрасна цель, - "А Элберет Гилтониэль..." Если ты силен и отважен сам, Можешь ты довериться чудесам Выручат они средь чужих земель,- "О менель-палан дириэль" Если нет злодейства в душе своей, Если ты спешишь выручать друзей, Если гневом сердце твое зажглось,- "Лэ нэллон си дин'гурутос" Честен кто и доблесен - лишь того Выручит эльфийское волшебство, Чтобы, что назначено - все сбылось: "А тиро нин, Фануилос!" А Элберет Гилтониэль, О менель-палан дириэль, Лэ нэллон си дин'гурутос, А тиро нин, Фануилос!

Страдания молодого хоббита

Я сам не свой, и в глазах печаль, И пишет само перо, Про то, как манит в дорогу даль и лунное серебро; Все так добры, сострадальцев тьма, и слух облетел народ: Бедняга-хоббит сошел с ума, Куда же его несет?! В родных и близких кипит любовь, Все думают, как тут быть; Твердят, что зараза проникла в кровь, и надо меня лечить; Готовы силой, лишь волю дай, творить для меня добро; Меня же манит в дорогу даль и лунное серебро. В хоббичьей норке такой уют, на полке любая снедь; Соседки пончики мне пекут, А я не хочу толстеть; Отстаньте, ваша ли в том печаль, Спасибо за все добро, - Но мне нужнее дороги даль и лунное серебро.

Монолог бывшего эльфа

Три года маялся на нарах в Барад-Дуре (в натуре!), Три года Мордор мне пришлось топтать, И на моей эльфийской прежде шкуре, в натуре, Вдруг начали чешуйки прорастать. Привык я жить немытым и небритым, И раз в неделю пайку получать. И вместо ног остались лишь копыта,- Вот не совру, век воли не видать! И я пахал, как все мои друганы, но наступили новенькие дни: Я скорешился с орком из охраны И понял: я - такой же, как они. С тех пор я неприятностей не знаю (ты че!), Кайфую, как в законе оркаган, Мои друганы все, с понтом, урукхаи, (ты понл?!) А их начальник - для меня пахан. И я бы мог давно слинять оттуда, мне кум скостил со срока 200 лет, но, гадом буду, я Мордор не забуду и вам с Ородруина шлю привет. Я не хочу в Раздоле быть шестеркой, Ошиблись страшно мама и отец: я должен был родиться вольным орком, и я им стал, в натуре, наконец! И сердце рвется к Мордору поближе, Обрел я в жизни подлинную цель: Ух, до чего я эльфов ненавижу (позорных!), а элбереть твою Гилтониэль!

Дунландский эпос

Легенда о бавлонах

В далекие годы в долинах предгорных Жил странный народ - водяные бавлоны. Скользили на лодках по глади озерной, На пищу готовили рыбу и зерна. Озера и реки давали им пищу, Они на воде создавали жилища. За то и назвали их так, безусловно: "Бобриный народ"- вот что значит "Бавлоны". Они невысокими, рыжими были, Сильны необычной, отчаянной силой. Отвагой и ловкостью славилось племя, Но были добры, дружелюбны со всеми. В то давнее время в долины предгорий Пришли наши предки, спасаясь от горя; А следом за ними зловещим потоком Стремились кувары, Ульфанга потомки. Бавлоны приют беглецам подарили, За это враги покарать их решили. Мы вместе сражались с той вражеской силой, Друзьями остались, и кровь свою слили. Бавлонов тогда оставалось так мало,- И вот их уже, чистокровных, не стало. Единый народ, что назвался "халоны", В высокие горы ушел от погони. Хоть племени нет, и забыто наречье, Возможны с бавлонов потомками встречи. Средь черных голов вспыхнет рыжее пламя,- Бавлонская кровь навсегда будет с нами. Глаза голубые, и рыжие кудри,- - примета счастливая, скажет вам мудрый. Им много дано, и судьба благосклонна К далеким потомкам ушедших бавлонов.

Легенда об Ахаргелоне

Три ветви одного ствола, И три судьбы,- а кровь одна... Их чаша горькою была, Но выпита до дна она. Единым прежде был народ, И был могуч, не знал преград, Но разошлись пути, - и вот Враги погнали всех назад... И был второй величья миг, Но рок раздора вновь настиг. "Т`мен родлинты дорот ваэл, Ба тэлтай ро кетофриэл." Охотник Гел бродил в лесу, И у ручья, на склоне дня, Он встретил девушку-красу, Их страсть была, как всплеск огня! Меж их родов была вражда, Был страшным гнев вождей, и вот Гел с Айной смог бежать тогда, Влюбленных принял третий род... Их первый сын, Ахаргелон, Стал сыном равно трех племен. Энар т`нен лон, Ахаргелон, Тэлтай хэ ро тарфламталон. Впитавши мудрость трех племен, Он рос, отважен и могуч, До посвященья барса он Смог победить средь горных круч. Направил бог его шаги, Объединил собратьев он. Бежали в ужасе враги От грозной силы трех племен... И трех красавиц трех племен Взял в свой шатер Ахаргелон. Тэлтай тар фламта гиброт хэ, Тар ахэл каната фо хэ. Три сына разом родились, Пока отец в сраженьях был. Кто первый - споры начались, Но царь раздоры прекратил. Законы братства соблюдать Учил детей Ахаргелон, И кто захочет первым стать,- За то последним станет он. И каждый мальчик рос, как он, В отца отважен и умен. Се ро тар ахэл ильконта, Силэл ун суэл, кэл т`хен тат. Разбивши всех врагов в бою, Царь на охоту взял собак. И вот тогда стрелу свою Ему нацелил в спину враг... Пропела тетива свое, И навзничь пал Ахаргелон. А перья, древко, острие Убийца взял от трех племен... И разгорелась вновь тогда Уже забытая вражда. На кровь земли, на стон ее Врагов слетелось воронье! Ул ар музагта дорот сэг, Т`нэ кушро т`ми, кэл крудэл крэг! Величья миг прошел, как сон, Но не пропал бесследно он: В крови народа растворен Великий царь Ахаргелон. Дела тех дней, о дети гор, Должны мы помнить каждый час, Забыть должны былой раздор, Чтоб общий враг боялся нас! И в третий раз величья час Когда-нибудь придет для нас! Се рэ энтар т`мен ваэлтай, Т`ме хабрэ викритай нэлтай!

Легенда о Арлихаре

В этом мире спокойствие редко гостит, воин должен быть вечно готов от разгула стихии родных защитить, и от натиска злобных врагов... Если тают надежды и силы людей, А беды все страшнее удар, ( Появляйся скорей, )2р. Появляйся скорей, Арлихар! (Т`мэтинури - ра сэг,)2р. Рану сэг, о Арлихар! Говорят, что немало сменилось веков, много в реках сменилось воды, не менялся лишь тот, кто все время готов защитить свой народ от беды. Тот же меч, конь такой же, под тем же седлом, Добрый взгляд, и славный удар... Называют его - одиноким бойцом, Называют его - Арлихар. (Хэ иннимри лих сэл, )2р. Хэ иннимри - о, Арлихар! В мире доблестней путь, и трудней, не найти: Суждено ему быть одному. Ни семьи, ни угла, - чтоб все время в пути, Чтоб ничто не мешало ему Мчаться ночью и днем, ощущая душой Каждый дальний набатный удар... ( Ты не знаешь покой,)2р. Ты не знаешь покой, Арлихар! ( Тэ кезноври ленрил,)2р. Тэ кезноври, о Арлихар! Может быть, он бессмертным за подвиги стал, Или, может быть, время велит, Чтобы имя достойнейший вновь принимал, Словно меч от отца, или щит, Чтоб скакал без оглядки навстречу судьбе, Чтоб шептали, и молод, и стар: ( Путь счастливый тебе,)2р. Путь счастливый тебе, Арлихар! ( Ахэл эмрил доти,)2р. Ахэл эмрил, о, Арлихар!

Песня о Бубконе

Владыка Бубкон, лучший царь всех времен, Издал знаменитый закон: Велел он веселье считать не бездельем, \ 2 И этим прославился он. / раза Владыка Бубкон был настолько умен, что звезды подсчитывал он, но выпитых кружек во время пирушек не мог сосчитать даже он. Владыка Бубкон был в сраженьях силен. Войну вел по-своему он: Три дня пировал, только день воевал, И враг был всегда побежден. Хоть было все это давно, Нам точно известно одно: Был молод он вечно, Ведь жил он беспечно И пил молодое вино ! Владыка Бубкон был во многих влюблен. Везде, где ни странствовал он, Уж как это вышло,- рождались мальчишки Точь-в-точь, как Владыка Бубкон ! Владыка Бубкон был объемист нутром, мог всех перепить за столом. Однажды спьяна, выпив речку до дна, Спросил: "Что случилось с вином?" Владыка Бубкон - лучший царь всех времен, пусть кружек наполненных звон звучит бесконечно, чтоб славился вечно веселый Владыка Бубкон !

Песня о горном цветке

Не счесть прекраснейших цветов, Но есть всего один, Способный жить среди снегов, На высших из вершин. Как правда, прост, и бел, как снег, Как горец, прям и тверд, Цветок, совсем как человек, Быть выше прочих горд. Куда тучней земля равнин, И дождь там теплый льет, Но там цветок моих вершин Зачахнет и умрет... Хоть здесь - холодная метель, И летом виден снег, Не ищет он чужих земель, Совсем, как человек. Врагам на свете нет числа, Но вражая рука Еще коснуться не смогла Свободного цветка. Коль кто, как он, в горах рожден, Чей прям и честен взор, Тому дается в руки он, Цветок свободных гор. Коль в жизни раз придет твой час, Тогда лишь только рви Цветок, который стал для нас Признанием в любви. Любимой все расскажет сам Яснее лишних слов Цветок, прозрачный, как роса, И нежный, как любовь. Бывают в мире чудеса, Приятные для глаз. Прекрасны степи, и леса, Но только лишь у нас, Где так близка небес лазурь, Есть чудо из чудес: Цветок яЧор-Флавон, Бэлеур, Иначе - эдельвейс.

Песня о судьбе

Легенду старинную слышал любой О Норе, который поспорил с судьбой. Силен, и неглуп, и упорен, и смел, Он все же уйти от судьбы не сумел. Течение Жизни, великой реки, одним - по пути, а другим - вопреки, теряются силы в напрасной борьбе, но каждый судьбу свою носит в себе. Не складывай руки, и зря не тони - теченье пойми, и себе подчини, найди свой поток, чтобы выиграть бой за гордое право поспорить с судьбой. Коль воин владеть не умеет собой, ему бесполезно бороться с судьбой. Кому не указ ни гордыня, ни страх, судьбу свою держит недежней в руках. Не думай о том, что сулит тебе рок,- начертан ли путь, и назначен ли срок... Душой не криви, оставайся собой - - тогда ты, бесспорно, владеешь судьбой! Коль верен себе, значит, владеешь судьбой!

Монолог Гэнчина

Я - сын двух народов, сплетенных войной, Дитя нелюбви и погибельной страсти, Везде - нежеланный, повсюду - чужой, Но сильный вдвойне и стократно опасный! И гор высота, и просторы степей В крови у меня не находят покоя, Мы вместе могли быть стократно сильней, Но предки мои не сумели без боя... Очнитесь! Не поздно нам руки сплести И кровь свою слить, чтобы вырастить племя, Способное наши равнины спасти От пришлых, желающих править над всеми. Нас порознь сомнут, как былинки в степи, Почти не заметив, сминают копыта, Я вижу так ясно,- но вы так слепы, И заткнуты уши, и очи закрыты! Две крови во мне, примирить их не смог,- Пусть мне покорятся, и та, и другая! Я - волк, и пускай я пока одинок,- -Уже подрастает достойная стая! Пусть я - полукровка! Уймите свой смех! Гордитесь вы крови своей чистотою? Я вам докажу - я сильнее вас всех, Я,- сын двух народов, сплетенных войною!

Рождение Ниланда

Здесь еще ни один из рожденных в ущелиях не был, Мы из тесных долин ворвались на пьянящий простор. Сколько вдаль ни гляди, только травы смыкаются с небом, Только путь впереди гордым детям нахмуренных гор. Горы нас, полюбив, и сурово и больно учили, Стали зорче глаза, тверже сердце, вернее рука. Если бой впереди - кто посмеет померяться силой?- Пусть узнают враги твердость духа и ярость клинка! Где-то там, впереди, мир поделен на черных и белых, И за это давно льется кровь всех людей, всех племен. Мы же - сами собой, и какое до прочего дело! Нам друзья и враги - по делам, не - по цвету знамен. Наше все, что возьмем, и чужое - что нам не под силу, Стал чужим прежний дом, но об этом - уже не жалей! Наши предки - в горах, мы найдем на равнинах могилы, Но на наших костях будет родина наших детей. Будет так, ради них мы уйдем в непривычную землю, Пусть над нами летят скакуны, проносящие их. Мы еще прорастем в новых травах и новых легендах, И посмотрим на мир через очи потомков своих.

Песня степняков

Степь стремится, звеня, под копыта коня, Все пути нам открыты на свете, И в любые века мог догнать степняка Только ветер, один только ветер. Много пришлых вождей рвались в бездну степей, Чтобы править на всем этом свете. Нам чужой не указ, и свободнее нас Только ветер, один только ветер. Отыскать, где степняк, все старается враг, Но напрасны старания эти. Хоть ищи сотню лет, знает этот секрет Только ветер, один только ветер. Вольным ветром дыша, рвется в песню душа, Кто-то песней на песню ответит. Хоть немало друзей, всех родней и верней Только ветер, один только ветер.

Ожидание

( Песня Лирис ) Было ли сном То, что вижу, как наяву? Кто он, о ком Я мечтой отныне живу? Кажется мне, Эта сказка станет судьбой: Было во сне, Наяву случится со мной. Знать бы, когда,- Можно ночи глаз не сомкнуть. Знать бы, куда,- Я готова тронуться в путь! Речи без слов, Теплота от взглядов его... Это - любовь,- Вот разгадка сна моего. Много людей Очень славных встретилось мне, Только родней Не нашлось того, что во сне. Сны позабыть, Жить попроще разум велит... Как же мне быть, Коль упорно сердце молчит? Веснам сгорать, Стыть чужим следам на снегу... Сколько мне ждать? Что еще я сделать могу? Снова свеча На моем окошке горит, В звездных лучах Путь любви на небе блестит...

Прощание

( Дуэт Бариша и Лирис ) Бариш: Путь воина опасен. Так надо - ну и пусть! И взгляд мой прям и ясен, И все же я - боюсь; Боюсь тебя обидеть, Но есть силнее страх: Боюсь я не увидеть Себя в твоих глазах. Лирис: Путь воина опасен, Но знаю: ты придешь, Твой главный страх напрасен, Но зря ответа ждешь, Боюсь тебя обидеть, И жду тебя назад, Хочу тебя увидеть, Мой самый лучший...брат! Бариш: Все так же, как и прежде, И снова - долгий путь, И сладкий яд надежды, Что - вдруг, когда-нибудь... Лирис: Исход еще не ясен, Трудна с собой борьба... Путь воина опасен. Храни тебя судьба!

Призыв

Воины гор, собирайтесь на зов! Рог боевой не трубит понапрасну. Все, кто с оружием, все, кто готов К битве любой и к дороге опасной. К нам приближается войско врагов! Воины гор, собирайтесь на зов! Воины гор, пусть заблещут мечи, Вспыхнет на них наша древняя слава. Пеший и конный, беги и скачи, Чтоб защитить от расправы кровавой Женщин, детей и седых стариков... Воины гор, собирайтесь на зов! Горное эхо умножит наш хор, К нашему войску примкнут и вершины. Так не уроним же, воины гор, Наше высокое званье - мужчины! Горы помогут нам против врагов. Воины гор, собирайтесь на зов!

Баллада о вещем сне

(песня Гитриша) Во сне связал нас дивный звездный мост В алмазной радужной пыли. Вдвоем всю ночь бродили между звезд, Наговориться не могли. Но дивный сон унес рассвет, С тех пор к тебе иду, Ищу, зову, но где ответ? Лишь эхо вторит мне:"Ау!" Семь пар надежных, крепких башмаков Сносил без отдыха и сна. Семь раз я шел сквозь сумерки снегов, Семь раз сияла мне весна. Лишь раз, во сне, я знал любовь, Найду ли наяву? Пою я песню, вновь и вновь, И эхо вторит мне:"Ау!" Тебя узнал, лишь только я узрел, Сомнений нет - ведь это ты! Но видно, я в дороге постарел - Не узнаешь мои черты. Меня тогдашнего ты ждешь, Не видя наяву... Зову тебя, и ты зовешь, И эхо вторит нам:"Ау!"

Песня о Брэлоне

Враг одних, и кумир - для других, что творил, он не ведал и сам. Не жалел ни чужих, ни своих Тот, который шагал по телам. Он купался в крови, как в росе, Только в битве на месте он был, И его ненавидели все, Кроме тех, кто - безумно любил. Но, когда запылал небосвод, И в дыму солнце скрыло свой лик, Смог страну защитить только тот, Кто был даже в злодействе велик. А когда уже не было сил Осознать, что победа пришла, Тот, который врагов победил, Продолжал несвятые дела. Что тревожить забвенье могил! Каждый после подумает сам: Хорошо ли, что он победил,- Тот, который шагал по телам? Что он значил, и кем же он был,- Тот, который шагал по телам...

Песня о древних временах

Я трону струны осторожно Старинной песней многосложной. Я трону память лет тревожных. Молчать об этом - невозможно. Спою о тех, что раньше жили, Чья кровь струится в ваших жилах. Чтоб вашим детям послужили Те песни, что тогда сложили. Давно на прах распалось тело, Доспехи прочные истлели, Но все же имя их и дело С бесплотной песней долетели. Года сменяются годами, Но песня властна над веками. Как наяву, перед глазами Дела тех дней да будут с вами. Хоть время грудится горою, людей столетия не скроют. Подлец и трус мелькнут порою, И вечно в памяти герои. Судьба людей, как ветер, вертит. Поступки тщательно проверьте: Ведь жить нам долго после смерти, Хотя бы в в памяти - поверьте! Всю память прожитых столетий Вы завещайте вашим детям, Поскольку, кто не помнит это, - Тот недостоин жить на свете...

Травы Огленда

Честны вершины, но бедны, Людей не радуют вершины, Мы, как от брошенной жены, Ушли за счастьем на равнины, Где так раскинулись поля, Где так мягки, пахучи травы, Звала нас щедрая земля Для кратковременной забавы. Из гор ворвавшись на простор, Река мелеет и слабеет, Суровы дети древних гор И жить в покое не умеют. У этих трав коварный нрав, Опасный для непосвященных, Мы растворились в море трав С неосторожностью влюбленных. Шептали травы по ночам Слова, что нам опасно слушать, Вязали травы ноги нам И оплетали наши души. Там не для нас цветы цвели, Там нам по праву - лишь могилы, И мы исчезли с той земли, Но позабыть ее не в силах. Мы - дети проклятых отцов, У нас в крови с тех пор поныне, Как обманувшая любовь, Горчит настой чужой полыни. Не скроет память, чей ты сын. Нам никуда не деться снова. Мы - дети преданных вершин, Чужой травы и странной крови...

Боевая халонская

Были наши времена, Были наши племена сильней. Нам знакомы все пути, И отважней не найти людей. Много лет тому назад Поднял меч на брата брат - вражда. Враг не мешкал между тем, И пришла тогда ко всем беда. Не отнял свободу враг, Хоть и кровь струилась как вода. Лучше гибель, чем позор, Так считали дети гор всегда. Припев: Помни, воин - в жилах кровь Древних доблестных родов. Гордись! Гордись! Гордость - для твоих детей, Кровь за это не жалей И жизнь. И менялись времена, Шли чужие племена сквозь нас. Кто приходит - все умрут, Только горы вечно ждут свой час. Топчут землю чужаки, Пьют чужие из реки сто лет. Лишь свобода есть у нас, Значит, к нам вернется час побед. Припев. О ахар, мемра тен род, Тен родришта ахвитрот, Гитра! Гитра! Гитрил ри фо тен линта, Тэл фо круд ун тэн виттай, Гибра.

Ты моя любимая...

Тен зерилта ри кэл эвикью, Тен хэрта ри кэл акрил, Тэ ри дани ув до кинта, Тэ ри витэл мен дримрил. Тэри мен иналариэл, тэри арлих ун ахлеур! Звсзды глаз неповторимы, Прядь волос - струя ручья... Ты - прекрасная богиня, Наяву мечта моя... Ты - моя любимая, ты - единственная моя! Ал фурилта ри кехарта, Ме кезноври ал ко рэн, Ув телтай ко т'ме ри дарта, Мен герсо ри нив до тен Тэри мен иналариэл, тэри арлих ун ахлеур! Не страшит любое горе, лишь бы длился без конца Миг, когда, друг другу вторя, Бьются рядышком сердца... Ты - моя любимая, ты - единственная моя!

Арканарский цикл

Цурен

"Румата навсегда запомнил его таким - иссиня-бледным от пьянства, когда, вцепившись тонкими руками в ванты на палубе уходящего корабля, он звонким молодым голосом выкрикивал строчки своего прощального сонета "Как лист увядший падает на душу..." АБС "ТББ" Цурэн. Какое мне дело до этой страны, Где души - замшелы, дороги грязны; Леса да болота, и прОсвета нет... Но здесь я, всего-то, родился на свет... Какое мне дело до этой страны, Пропитой без цели, за четверть цены, Лжеистина гаже засаленных губ. И кто не продажен - наверное, глуп... Какое мне дело до этой страны, Где звон до предела зажатой струны, Где смерть - в изголовье, но медлит пока; Где пишется кровью любая строка... Какое мне дело до этой страны, Где сердце хмелело от каждой весны, Наукою горькой расщедрились дни, Ночные задворки всё память хранит... О, сколько страданий в болоте родном. Мне сто оправданий найдстся потом. И ветер попутный, и ясный маяк... Но чувствую смутно - всё как-то не так. Живучий, беспутный цветок пустырей Зачахнет в уюте, лишившись корней; В спокойствии скучном тоска о былом Царапнет мне душу увядшим листом... Успеть бы проснуться сквозь вязкую тьму, Успеть бы вернуться к себе самому, Понять, подытожив сплетение дней, Что жизни дороже и смерти сильней... В горячие строчки всю душу вложить. Чтоб стоило точно - не выжить, а Жить Понять у предела последней стены - Какое мне дело до этой страны... ...до нашей страны.

Сайва

Пашка крался по сайве, а сайва не шутит. Сайва, приятель, спросит. И надо успеть ответить..." АБС "ТББ" Белых деревьев кроны, узкий просвет небес. Мало ли мест укромных прячет великий лес? Луч одинокий косо дарит во мраке свет... Сайва, приятель, спросит! Готов ли твой ответ? Странная птица Сиу, Пэх или вепрь Ы... Но пострашнее силы спрятаны средь листвы... Слухи молва разносит, правды не знает свет. Сайва, приятель, спросит! Готов ли твой ответ? Ветви нависли тучей, душно от комарья. В этих лесах дремучих люди страшней зверья. Звук в тишине несносен, каждый тревожен след. Сайва, приятель, спросит! Готов ли твой ответ? Ночью себя согрею скрытым от глаз костром. Выживет, кто умеет ухо держать востро. Эхо ли крик доносит, лязгнул ли арбалет? Сайва, приятель, спросит! Готов ли твой ответ? Кто не в ладах с законом, кто рисковать привык, Входит под эти кроны. Выйдет ли? Бог велик! Нету гарантий вовсе, сколько б ни прожил лет - Но сайва однажды спросит - готов ли твой ответ? Сайва любого спросит - готов ли твой ответ? Сайва, приятель, спросит!

Сонет Цурэна

Нас учат, что презренна наша плоть, И слушать зов её не должно душам, - Но неужели в нас вложил Господь Стремление закон Его нарушить? Меня или попов попутал бес, Но лада нет в потоках книжных истин: Ведь то, что нас возносит до небес, Не может быть греховным или низким. Пусть старцы - те, чья плоть давно нема, - Являют нам примеры воздержанья; Им проще, растерявшим прыть ума И позабывшим прелести желанья; Я сам, когда мне стукнет сотня лет, - А лучше бы, конечно, чтобы тыща, - Дам тоже воздержания обет, Но прежде дам раскаянию пищу. Ещё нас учат в прозе и стихах, - И эта мысль на истину похожа, - Тот грешник, что раскаялся в грехах, Десятка вечно праведных дороже; Пред Богом быть хочу не хуже всех, Свершив Ему угодное деянье, Но если не допущен прежде грех, Не может быть затем и покаянья. Я верю - Бог, что правит в небесах, Всеведущий, всеблагий, всемогущий, - Читать умеет в душах и сердцах, И различит притворство или сущность... Зов сердца только слушай в этот час - И Бог поймёт, и не осудит нас.

Каррр!

"При чуме - окуривание дымом икуна болотного" (Арканар - 97) Каррр! Засыпает Арканар, тает облачный пожар, И спускается степенно стая чсрная на стены - Каррр!!! Почернел внезапно мир, вороньс спешит на пир, Лишь по улицам пустым проползает едкий дым - Каррр!!! Будь ты молод или стар, обожжст смертельный жар, То явилась к нам сама господарыня Чума - Каррр!!! Для кого судьбы удар, а для стаи божий дар, Безошибочно свос угадает вороньс, - Каррр!!! Потушили мы пожар, и забыт уже кошмар, Но опять на стены птица многомудрая садится - Каррр!!! Каррр!!! Каррр!!!

Дурацкая песня

Тем, кто сверху, вечно сладко; те, что снизу - ни гу-гу. Всс-то шепчутся украдкой, всс-то жизни берегут! Двери в ад всегда открыты, рисковать ли головой; Хоть не сытый, да не битый; хоть побитый, да живой! Говорить возможно много лишь поэтам да шутам. А иным в петлю дорога, или к пытошным столбам. По заслугам и награда - что захочешь, выбирай; Что поэту хуже ада, то для лавочника - рай! Кинут кости, как собачке, за умение "служить". А впридачу к тем подачкам - право правду говорить; Пусть замазывает пятна верноподданная ложь; Ну а я возьму да брякну, с дурака чего возьмешь! Если ты не в меру весел, а сказать попроще - шут, То за правду не повесят - лишь пощсчину дадут! Говорить мне можно вволю правду горькую в лицо; Дураком быть хорошо ли? Только лучше ль - подлецом?! Дураком быть хорошо ли? Только лучше ль - мертвецом... Дураком быть хорошо ли?... 1997

Стихотворения вне циклов

Посвящение свече

От свечи будто нимб Засиял в волосах. Нас равняя к святым, Тает свечка в слезах. Так и раньше, и впредь, Чтобы мир освещать, Чтобы всех отогреть, Должен кто-то сгорать... Чтобы круг тот светил, Собирающий нас, Тает жизненных сил Небогатый запас; Чтоб чужой голове Быть на чьем-то плече, А иначе - зачем Жить на свете свече? Не гасите свечу, Сберегите огонь, Лишь навстречу лучу Протяните ладонь! Пламя мечется вновь От шальных сквозняков. Против пошленьких слов Беззащитна любовь... Слишком короток срок. Слишком холоден век. Почернел фитилек, И ушел человек... 06.06.91.

Предсмертный марш

Как на рассвете облака нежны, Kак небеса прозрачны на рассвете. Дарованы минуты тишины Рожденным жить - за полчаса до смерти. Тем кто пришел - пути обратно нет, О, сколько их - воинственных и бравых, Оставит ныне свой последний след - Cлед кровм на еще росистых травах. Hедолгий след на вражеском мече, Hедолгий свет в глазах любимых женщин, Hемного лет дано гореть свече, Им горя нет - им нужно много меньше. А нужно им - немногое успеть, Растратить жизнь, что не дается дважды , Им нужно лишь достойно умереть, А за кого, когда, и как - неважно. Звучит приказ, и мысли не нужны, Кто мыслит - не мужчина и не воин, И ни к чему минуты тишины Рожденным жить - за полчаса до боя.

Таборвиль

Время заносит песком города, Царства стираются в пыль, Но не исчезнет с земли никогда Царство бродяг - Таборвиль! Где его стены? Везде - и нигде, Все же не сказка, а быль Мир, где на каждого есть по звезде, Братство бродяг - Таборвиль! Щедрой рукою на всех подели Хлеб и хмельную бутыль. Счастье и горе скитальцев земли Делит на всех Таборвиль. В пышных дворцах, как в стоячей воде, Быстро заводится гниль, Но не подвержен подобной беде Вечно живой Таборвиль. Наши законы известны везде, Лучше, чем чей-нибудь билль. Граждан своих не бросает в беде Царство бродяг - Таборвиль! Титул и злато - что рябь на воде, Прах, как дорожная пыль. Верность, талант и упорство в труде Ценит в любом Таборвиль. Мир наш бродячий весельем богат, В том наш особенный стиль. Шут, чародей, менестрель, акробат,- Знайте, ваш дом - Таборвиль! Крепок просторнй наш дом - небосвод, Лес или пряный ковыль... Волей, добром и любовью живет Вечно живой Таборвиль. Время заносит песком города, Царства стираются в пыль, Но не исчезнет с земли никогда Царство бродяг - Таборвиль!

Черно-белая песня

В мире вымыслов и снов Всем - свое наречие. Перекресток всех ветров Одарил нас встречею. Встреча та никчемная, Что же тут поделаешь: Твои крылья - черные, Мои крылья - белые. Крылья слишком длинные На земле губительны, Да и в небе близко нас Не подпустят мстительно. Нам тесны бы сделались Небеса просторные: Мои крылья - белые, Твои крылья - черные. А внизу нам жить нельзя Даже по отдельности: Черный с белым - лишь края, Мир - оттенки серости. Учат нас ученые, Истина замшелая: Нет ни чисто-черного, Ни тем паче белого. Но дана на всех одна Беспредельность вечности. Даже крайностям дана Встреча в бесконечности. Янь ли, Инь - кто именно, Но не зря, скрученные, Слиты в древнем символе Белое и черное. В мире вымыслов и снов Всем свое наречие. Перекресток всех ветров Одарил нас встречею. Для полета сделаны, Равно обреченные, Мои крылья - белые, Твои крылья - черные.

Зазывальная песня бродячего театра

Спешите ли, местные жители, Услышав мое объявленье? Театр приглашает вас, зрители! Всего лишь одно представленье! По строгости стоит судить ли, Коль в сцене оплошность позволишь? Актсры и зрители - все мы любители, Все - дилетанты всего лишь! Актсры и зрители - все мы любители, Все - дилетанты всего лишь! Мы все примеряли чужие печали, И радости радостно крали, И часто бывало, что роли играли Для вдруг повстречавшейся крали. Кто трагиком будет, кто - комиком, - Всс в жизни решается скоро: Талант находить подходящих поклонников - Вот в чсм удача актсра! Талант находить подходящих поклонников - Вот в чсм удача актсра! Склонюсь перед вами, прекрасные дамы, - Вы все рождены для кулисы! Актсры всю жизнь - слабаки перед вами, А вы - от рожденья актрисы! Творите всс сами, играете тайно, Без рампы и без музыкантов... Прекрасные дамы не ищут рекламы Своим театральным талантам! Прекрасные дамы не ищут рекламы Своим театральным талантам! Нам что - мы беспечны, Ведь так быстротечны случайные наши гастроли, А вы остастесь доигрывать вечно Свои повседневные роли... Где - мусор блестящий, а кто - настоящий, Под гримом разгадывать тщетно - Ведь в каждом театре талант декоратора В том, что его незаметно! Ведь в каждом театре талант декоратора В том, что его незаметно!

А я люблю напутать роль...

А я люблю напутать роль! Чтоб заметалась суматоха, Суфлер испуганно заохал, Нелепо дернулся король... Пусть автор выронит перо, И цензора охватит ужас... Герой-любовник сядет в лужу, Но вспыхнет серенький Пьеро! И мы посмотрим, кто есть кто, Сам по себе, без режисссра; Покуда занавес не скоро, Мы - сами - роли перечтем! ...Продумал все, почти готов... Но этой шутке знаю цену: Меня тишком спихнут со сцены, Потом - массовка, и - без слов! Мы чтим покой, не ценим боль; Мы - лишь актеры и актрисы... Мой выход! Шаг из-за кулисы... Я четко повторяю роль.

Осенний блюз

Город спит, Мелкий дождик моросит, И, старательно залит, Асфальт блестит. Фонари Отражаются внутри, Ждут на страже до зари - Смотри, смотри! Вот опять Осень тронет листьев прядь, Станет тихо напевать, Мечтать, страдать. Этот блюз Никому подарит грусть, Я один его дождусь, А город - пуст. Лишь мельком, Торопливо под дождём, Прижимаясь под зонтом - Вдвоём, вдвоём... В тишине Гаснут лампочки в окне, Люди прячутся во сне, На дне... А мне - Этот блюз, Мне знакомый наизусть, Снова дождик сеет грусть - И пусть, и пусть... Я вернусь, И в дожде не растворюсь, Но прощаться научусь Под этот блюз. Нет, не зло - Осень щедро и светло Раздаёт своё тепло, Взмахнув крылом... Отлегло Всё, что сердце обожгло, Если в чём не повезло - Прошло, прошло... Этот блюз Полюбить научит грусть... Я промокнуть не боюсь - пройдусь, дождусь... Время пусть Мокрых листьев сбросит груз, Я прощаться научусь Под этот блюз... 1987 (?)

Дорога - моя невеста...

Под куполом небосвода О сытости не тужи: Когда дорога свобода, Расплатой за это - жизнь. Но мне, я скажу вам честно, Другая жизнь не нужна: Дорога - моя невеста, Дорога - моя жена. Поманит мираж-известность И славы пьянящий дым, Но я ухожу, а песни Послужат теперь другим. Мне нет в этом мире места Для отдыха и для сна: Дорога - моя невеста, Дорога - моя жена. Красавицы с нежным взглядом, С кем счастье изведал я! Меня ревновать не надо, Меня ревновать нельзя, Поскольку давно известно, Кто та, что мне суждена: Дорога - моя невеста, Дорога - моя жена. Лишь только бы не напрасно Вела бы она меня, Покуда хватает счастья, И нужен кому-то я. Опять мне на месте тесно, В душе круглый год весна... Дорога - моя невеста, Дорога - моя жена.

Песня Запретников Крифты

В том мире, который не верит слезам И жалости к слабым не знает, Не может быть места бесплатным цветам, И все же - они расцветают! Живут в этом мире душонок пустых, Под гнетом обыденной прозы, Пламя и песни, стихи и мечты, Свеча и дикая роза! В том мире, где властвуют наглость и ложь, Стыд выжит во имя наживы, Житья нет тому, кто с толпою несхож, И все же - мы все еще живы! Сгораем, чтоб только не знать темноты, И смехом встречаем угрозы... Пламя и песни, стихи и мечты, Свеча и дикая роза! Мы сами себя научились беречь, Нас гнуться никто не научит! Мы - пламя, что может светить - или жечь, Цветы, что на ветках колючих; Трава, что пронзает броню мостовых, И ветер, ликующий в грозы... Пламя и песни, стихи и мечты, Свеча и дикая роза! В веках не сгниет человеческий род, Пока остается на свете То странное племя, что вечно живет За гранью нелепых запретов; Пока не продажны хоть эти цветы И воска горячие слезы, Пламя и песни, стихи и мечты, Свеча и дикая роза!

Намариэ

Те, у кого и днём и ночью Нездешний, звездный свет в глазах, Разбросаны поодиночке В шумливых душных городах городах; Привычней собственной квартиры, Важнее всякой суеты Для них все тропы в странном мире, Куда их заносят их мечты. Им полстраны пройти несложно, Не жалко многое отдать, Чтоб только встретить тех, с кем можно Быть понятым - и понимать, С кем все мгновения бесценны, Сердца и руки - горячи, Слова и песни откровенны, Как пламя трепетной свечи. Но время мчится неуклонно, А встреча нам - не навсегда. Стоят покорныне вагоны - Как в Серой гавани суда. В прощальный миг светло и больно, Мечты и песни в голове, И раздаётся на перроне - "Намариэ!" - "намариэ!". Намариэ, намариэ...

* * *

Позвони мне, Гилтониэль, Номер вдруг угадав случайно... В лориэнских лесах метель Скоро скроет остатки тайны, Только верный мой друг - рюкзак До весны сохраняет прах жизней прожитых... Меч испытанный невзначай На крючок у стены повесив, Следопыт бы зашёл на чай С новостями из Лихолесья... Но вокзал поскучнел, откуда Поезда уходили в чудо Средиземское... Принеси, Лучиэнь, мечту, Ту, что я никому не выдам, Только тайну и красоту Не оставь на крючке с прикидом. А гитара не хуже лютни Нам поможет забыть минуты Ради вечности... В жизни всё чересчур хитро, Дел полно, да не видно цели; Но нет-нет, да мелькнёт в метро Плащ весёлого менестреля, Запах лета мелькнёт знакомо В травном чае на кухне гнома Где-то в Свиблове... Все мы - дети одной мечты, Ищем то, что пока не знаем, В нашем бегстве от суеты Мы, как птицы, находим стаю, Близко нам то, что прочим странно, Клич ликующий Джонатана в небе слышится... В этот мир я ещё вернусь, Где намешаны все культуры, Где барон бородатый Брюс Всё колдует с клавиатурой, Где деревья золото носят, И совсем не с того, что осень В Подмосковье... Позвони мне, о Элберет!

Собиратель ветра

Быть рождён бродягой и певцом, Воля мне милей всего на свете. Лишь один мне промысел знаком: На дорогах я собираю ветер. Нет покоя - вечно поспешай, Чтоб успеть и в те края, и в эти. Но зато - богатый урожай: На дорогах я собираю ветер. Мой улов богат, но вот беда: Не приносит звонкие монеты. Редко сыт, но весел я всегда. На дорогах я собираю ветер. И везде останутся друзья, А порой - объятья до рассвета. Но - прощайте, медлить мне нельзя. На дорогах я собираю ветер. Сколько было, и не перечесть, Разных стран, миров или столетий, Для меня всегда работа есть: На дорогах я собираю ветер.

* * *

Как только пляску начинает Язык огня во тьме каминной, Невольно с губ моих слетает Сам по себе напев старинный. Играет пламенем чудесным Рубин вина в бокале тонком, И вдруг окажется принцессой Со мной сидящая девчонка. Письмом ко мне проступят руны В узорах, мне неясных прежде, И запоют негромко струны О самом тайном, само нежном. Весь мир уйдёт, забьётся тенью В углы, как в сумрачные норы, И повторяют рук движенья Свечой рождённые узоры. "Родришен тай ри сэг унартай, Харриэл тай ун алари тай!" Прошлое вновь вскипает в крови, Время сражений и время любви. Остынут угли, сгинет пламя, Потом золу развеет ветер, Но остаётся вечно с нами Тот мир в неясном звёздном свете. лето 1993

Текст размещен с разрешения автора.



http://www.raduga-msk.ru/ коробки для переезда купить - купить коробки.