Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Тэм Гринхилл
О последнем корабле Хранителей
Песня Даэрона
Памяти штурма Серебристой на Нуменорке-2
О потомке Феанора
Повесть об Арагорне и Арвен
Прощание роханского всадника с конем
Вновь сотрясается земля...
Баллада о темном менестреле
Ветер восточный - под ноги дорога...
Песня Охотника
Темный взгляд безумных глаз...
Колыбельная для Тэлли
Аэглору
Звездному Мастеру
Нильфгардец
Когда синий вечер в окошко стучит...
Когда я вернусь домой...
Покажите мне дорогу домой...
Прощание с оруженосцем
Как бы ни долог был наш путь...
То ли всадник, то ли ветер...
Здесь тихо, и в печи горит огонь...
В черной реке холодна вода...
Сон
То ли час, то ли век, то ль мгновенье...
Догорает свеча в руке...
Вот и солнце зашло наконец...
Размышления воина перед битвой
Ночь накрыла землю...
Одинокому менестрелю
Менестрелям, убитым на войне
Хмурое утро, толпа, помост...
Что тебе в трактире этом...
Время бежит к рассвету...
Колыбельная менестрелю
Менестрельская пьяная
Воительница с полуторным мечом
Гимн маньяку
Колыбельная врагу
Кошмарник
Монолог Горлума
Монолог убитого менестреля (ХИ - 94)
Наверное, все-таки посвящается...
Немного о хоббитском счастье
Монолог Эовин
Песня ширского наемника
Сага о вечно пьяном начальнике гвардии и "сухом законе"
Странный "глюк" со следами "классификационной таблицы"
Философские (почти) размышления над высокой историей...



О последнем корабле Хранителей

Белый парусник качается у берега,
Плачут чайки над лазурною волной.
Он похож на улетающего лебедя,
Скоро берег он оставит за кормой.

Паруса его наполнит ветер времени,
Унося корабль в нездешний океан,
Перед ним лежит в пространстве путь немеренный
В край бессмертия, зовущийся Аман.

Путь его лежит в подзвездные обители
Он последним покидает этот край.
В Валинор уходят эльфы и Хранители,
Говоря свое последнее "Прощай!"

Мы остались здесь, оставив наши чаянья,
Что вернутся эльфы вновь когда-нибудь.
Мы сполна постигли горечь расставания
До свидания, прощайте, в добрый путь!

Белый парусник качается у берега,
Плачут чайки над лазурною волной.
Он похож на улетающего лебедя,
Скоро берег он оставит за кормой.

 

Песня Даэрона

Вы Творцом, наверное, друг для друга созданы.
Что судьбой начертано - нам ли изменять?
Исправлять, что сделано, безвозвратно поздно мне,
И печали вам моей не дано понять.
Пусть горят стихи
Золотым костром,
Плач из-под руки -
Ломким серебром.
Золотом рассвет
Чуть коснулся век,
Я не плачу, нет -
Это просто снег...

Я не помешаю вам - слишком счастье хрупкое,
Вслед за ночью снежною я уйду в рассвет.
Гриф, железом вытертый, снова ляжет в руку мне
И печаль рассыпется пригоршней монет.
Уходить певцу -
Такова судьба.
Слёзы по лицу -
Солью на губах.
Крылья  за спиной -
Это просто плащ.
Лютня - девять струн -
За меня поплачь...

Стану лёгким призраком, незаметным странником,
Поутру следы мои заметёт метель.
Ветер, светлый рыцарь мой, боль развеет ранную
И одно оставит мне имя - менестрель.
Не спасти стихов,
Не унять огня.
Тем, кто был со мной,
Не вернуть меня.
На ветру свеча
Мне ладонь коптит.
Мне бы промолчать,
Но как вздох: "Прости..."

 

Памяти штурма Серебристой на Нуменорке-2

Над полем битвы - тишина.
Ты из врагов один остался,
А впереди - щитов стена,
И выбор - умереть иль сдаться.
Стал меч в руках вдруг так тяжел,
И сердце разрывает болью,
Мне сделать выбор час пришел,
И на губах - кровь горькой солью.

А ты стоишь - безумный взгляд,
Рука твоя клинок сжимает,
Тебе дороги нет назад,
И луч на лезвии сверкает.
Ни страха, ни мольбы в глазах,
И лишь презрение в улыбке,
И не забыть, не рассказать
Об этом страшном поединке.

Я не смогу поднять руки,
И отвести взгляд не сумею,
И льдом слепят глаза клинка,
И руки, падая, немеют.
Бей, если можешь, ты же враг,
А мне не нанести удара.
Сознание туманит мрак,
Но не спасает от кошмара.

Я не смогла. Но смог другой,
И насмерть два клинка скрестились.
Недолгим будет этот бой.
Вот он, удар, и все случилось,
И, не склоняя головы,
Ты падаешь, клинком сраженный,
И кровь на зелени травы,
И взгляд, спокойно-обреченный.

 

О потомке Феанора

Слышишь топот копыт
По дороге ночной?
И печальный плач ветра в ветвях.
Скачет всадник усталый
Глухою порой.
Что оставил он
В этих краях?

Лунный свет освещает дорогу ему,
На доспехах искрясь серебром.
Его путь не известен
Ему самому,
И лишь мудрые
Знают о нем...

Кто ты, всадник, ответь,
Придержи скакуна,?
Что ты ищешь на этой земле?
В чем повинен ты был,
И какая вина
Принесла тебе странствий удел?

"Мне не будет покоя
На этой земле,
Тяжким грузом
Проклятье лежит.
Клятва страшная предка
Досталась и мне,
Выпал жребий
Изгнанником жить.

Феанора потомок пред вами...
И мне снова в дорогу пора".

 

Повесть об Арагорне и Арвен

Все давно ушло в забвение,
С той поры прошли века,
Буквы выцвели от времени.
Память смертных коротка,
Но еще живет в преданиях
На земле, среди людей
Повесть древняя, печальная
О потомке королей.

Был последним предводителем
Верных дунаданов он,
Древних северных правителей,
Славный воин Арагорн.
Полюбил он в Дольне девушку
Дочку Элронда - Арвен.
Ей дано было бессмертие
Был не властен над ней тлен.

Было снова время темное,
Мрак над миром нависал,
И однажды Арагорну
Мастер Элронд так сказал:
"Снова в мире приближается
Час великих перемен,
Мы с тобой пока расстанемся,
Не клянись ни в чем Арвен.

Смертный ты, она бессмертная,
И древнее род ее.
Ждет ее дорога светлая -
Ты не пара для нее.
Слушай, смертный, все изменится,
Пусть неведомо, когда.
За кормой волна запенится,
И уйдем мы навсегда.

Эльфы снова уйдут за море,
Стает берег за кормой.
Я уйду, уйду с эльдарами,
И она уйдет со мной."
И ответил тогда Мастеру
Будущий король людей:
"Может где-то ошибаюсь я,
Но решать придется ей."

"Пусть свершится, что назначено," -
Элронд горестно изрек, -
"Времена грядут опасные,
Не известен мне итог.
А пока запомни, юноша,
Пред тобою долгий путь.
Если ты посмел любить Арвен,
Ты ее достоин будь.

Ждут тебя дела великие,
И достоен будет враг.
Либо станешь ты правителем,
Иль никем сойдешь во мрак.
Исилдура клинок сломанный
Будет перекован вновь.
Путь продлится годы долгие -
Докажи свою любовь.

Арагорн ушел в скитания,
Унося любовь Арвен.
Пронеслось немало времени,
И попал он в Лориен.
Там по воле рока встретился
Он с любимою своей,
Поклялись хранить влюбленные
Верность до исхода дней.

Вновь разлука ожидала их,
Даже, может, навсегда.
Потянулось ожидание,
Между встреч прошли года.
Отгремели грозы темные,
В мире победили зло,
Наступило время новое,
Время короля пришло.

Арагорн принял правление,
Принял короля венец;
Постепенно в мире таяла
Сила светлых трех колец.
Так как Элронд и предсказывал,
Эльфы уходили вновь.
Арвен предпочла бессмертию
Удел смертной и любовь.

И прошла их жизнь в согласии,
Долго правил Арагорн.
Королева была счастлива,
И был счастлив с нею он.
Не бывает счастья вечного -
Арагорна час пробил,
И до срока предреченного
Он покинуть мир решил.

Он сказал жене: "Любимая,
Ты меня не осуждай,
Срок настал, тебя покину я,
Я люблю тебя, прощай!
Наши судьбы были ведомы
Нам обоим, и сейчас
Предстоит нам расставание -
Наступил расплаты час.

Пред тобою право выбора,
Право выбора пути:
Смерть принять, забыв бессмертие
Или в Гавани уйти..."
"Мой корабль уже ушел давно," -
С грустью молвила Арвен.
"В ожидании судьбы своей
Я уйду жить в Лориен."

И, когда король покинул мир,
Сердце Арвен лед сковал.
В Лориене эльфов не было,
И он тихо увядал.
Становилась вместе с ним Арвен
Все печальней каждый год.
И однажды отдохнуть легла
На курган Керин Амрот.

Сон ее сменился вечностью,
Там и спит она с тех пор.
Все ушло и не цветет теперь
Золотистый эланор...

 
Прощание роханского всадника с конем

Ты не жди меня, мой конь,
Мне теперь уже не встать.
Посмотри, в моих  глазах
Отражается закат.
Что стоишь ты надо мной,
Отчего не скачешь прочь?
Посмотри, я не жилец
Ты не сможешь мне помочь.
Ты склонился надо мной
И дрожит в твоих глазах,
Словно капелька росы,
Серебристая слеза.
Не грусти, мой верный конь,
Ты вернись в страну лугов,
Там высокая трава
И дыхание ветров.

Ты не жди меня, мой конь,
Выжить мне надежды нет.
Далеко теперь мой дом,
Там горит в окошке свет.
Не вернуться мне туда,
Хоть и знаю - ждут меня.
Я останусь здесь лежать,
Отпустив в луга коня.
Ты не жди меня, мой конь,
И за все меня прости.
Пред тобою - долгий путь,
Мне с тобою не дойти.
Мне совсем не долго ждать,
Скоро я навек усну.
Ты скачи, скачи мой конь
В заповедную страну.

Ты не жди меня, мой конь,
Прошлого нельзя вернуть.
Ухожу я в мир иной -
Бесконечен будет путь.
Ты теперь свободным стал,
Обо мне не вспоминай,
Ты вернись в страну лугов.
Это все, мой конь, прощай..."

Он вздохнул в последний раз,
И в глазах погас огонь.
Словно памятник, стоял
Серебристо-серый конь.
А  потом устало вдруг
К горизонту поскакал
И, прощаясь, навсегда
Конь заливисто заржал.

 

Вновь сотрясается земля...

Вновь сотрясается земля
От топота копыт,
И стонет ветер в ковылях,
И сталь мечей звенит,
Высокий чистый звук рогов
Зовет нас за собой;
Бессчетно воинство врагов,
И снова будет бой.

Не подведет меня скакун,
И верен мне мой меч,
И будет вязь священных рун
В бою меня беречь.
И сердце рвется из груди
В такт топота копыт,
И страх остался позади,
А конь вперед летит.

Играет солнца на клинке
Безжалостный огонь;
Пока я жив и меч в руке,
Не разожму ладонь.
Ложится под ноги трава,
И ветер бьет в лицо.
Не место жалости словам
В стальных сердцах бойцов.

И рухнул первый враг у ног:
Не я - так значит он,
От крови алым стал клинок,
Таков войны закон.
И снова рубящий удар,
И снова звон клинка,
И снова страшный смерти дар
Несет моя рука.

Пускай в безжалостном бою
Хранит меня мой бог.
Ласкает меч ладонь мою,
Зовет к победе рог,
И под копытами земле
Опять назад лететь.
Награда сильным - побеждать,
А побежденным - смерть.

 

Баллада о темном менестреле
                        Посвящается...

Был вечер, падал белый снег.
Я попросился на ночь в дом.
Там в черном платье менестрель
Пел песни перед очагом.
Он пел о проклятых  вождях,
О  том, что свет не есть добро,
О позабытых королях,
И люди слушали  его.

Он пел о том, что не понять,
Где белый, а где черный цвет.
И что давно пора узнать,
Что правды в этом мире нет.
Он светлых проклинал богов,
В глазах его огонь сверкал.
Он не боялся страшных слов
И снисхожденья не искал.

Он был высок, хорош собой,
И чистый голос ввысь летел.
Он звал померяться с судьбой
И песней все сказать хотел.
Я не забуду черных глаз,
Глубоких, словно бездны мрак.
Я видел их всего лишь раз,
Но позабыть  не мог никак.

В них бились блики от огня,
И менестрель вдруг замолчал.
Он оглянулся на меня
И, посмотрев в глаза, сказал:
"Я знаю, ищешь счастья ты
По свету, дом покинув свой.
Но мир не стоит суеты,
И потому пойдем со мной!

Смотри, несовершенен мир.
Где свет, там кровь и правды нет,
Илуватар - пустой кумир,
Ты заблуждался много лет.
Пусть проклинают люди нас,
Но мы свободны и сильны.
Я знаю, наш настанет час.
Он вечен, Повелитель Тьмы.

Ответь, идешь ты или нет
За мной, в бессмертие и тьму,
Кто знает, что такое свет?"
И вот что я сказал ему:
"Не осуждаю я тебя,
Кто знает, может ты и прав.
Я ж не смогу сломать себя
И к свету тянется мой нрав.

Я шел, искал свою судьбу
Через невзгоды и года.
Все это время предо мной
Сияла Запада Звезда.
Да, я пошел бы за тобой,
Ты песней ранил душу мне,
Но мне начертан путь другой
До истеченья жизни дней.

Я знаю, вечен в мире свет,
Мой клич - "Творить", не "Разрушать".
Я не иду с тобою, нет.
Вот все, что я могу сказать."
И улыбнулся менестрель,
Сказал: "Ну что ж, да будет так.
У каждого есть в жизни цель,
Тебе - звезда, мне ночь и мрак.

Вам, светлым - радость и добро,
Мне скорбь и вечная печаль.
Нам общих не иметь дорог.
Я ухожу во мрак. Прощай!"
Надев на плечи черный плащ,
Он тихо вышел за порог.
А я, оставшись у огня,
С тех пор забыть его не мог...

 

Ветер восточный - под ноги дорога...

Ветер восточный - под ноги дорога,
И звенят подковы в лунном серебре.
Мы свои покинем мрачные чертоги,
Чтоб назад вернуться только на заре.

Пусть мелькают звезды, падая под ноги,
Пусть играет ветер гривами коней,
Пусть боятся люди песни одинокой
Всадников в одежде полночи черней.

Так услышать трудно взмах бесшумных крыльев,
Но еще бесшумней впереди нас страх.
Проверяйте, все ли в доме вы закрыли,
И замки надежны ль в ставнях и дверях.

Одинокий путник, уходи с дороги,
Поспеши укрыться где-нибудь в лесу.
Кто там зазевался?! Уносите ноги,
А не то и стены жизнь вам не спасут.

Девять братьев Ночи, быстрокрылый ужас,
Мертвенно сияют блики на клинке,-
Словно звезд сиянье сталью обернулось
И застыло смертью в призрачной руке.

Лишь восточный ветер спутником нам будет,
Только ночь отметит звездами наш путь.
Песней одинокой тишину разбудим,
Что в сердца вселяет ледяную жуть.

 

Песня Охотника

Слушай песню мою,
Дева первой весны.
Для тебя я пою
Средь чертогов лесных.
Ты услышь в этой песне
Небес высоту,
Будем в мире мы вместе
Творить красоту.

Для деревьев твоих
Я создам певчих птиц
И в лесах поселю
Ярко-рыжих лисиц.
Для цветов полевых
Сотворю мотыльков
И красавцев лесных  -
Серебристых волков.

Посмотри, ночь кругом,
В небе звезды горят,
Лишь деревья твои
Меж собой говорят.
Взявшись за руки мы,
Словно дети, идем
Посреди звезд и тьмы
Мы с тобою вдвоем.

Все что я сотворил,
Я тебе подарю,
И однажды светил
Мы увидим зарю.
Мы с тобою пройдем
Через тысячи лет
И мы будем вдвоем -
У любви смерти нет.

 

Темный взгляд безумных глаз...

Темный взгляд безумных глаз,
На бедре - клинок-убийца,
Не вернуть последний шанс
И назад не возвратиться.
Искры - блеск из-под копыт,
Верный спутник - черный ветер,
Распахнув крыла, летит
Вслед за мной по белу свету.

Нет того, кто встать посмел
Поперек моей дороги:
Будь ты даже трижды смел -
Шансов помешать немного.
Мне открыты все пути,
Где не страх, там сталь поможет,
Ни укрыться, ни уйти
От меча никто не может.

Проклят всеми и везде,
Мое имя позабыто,
Нет приюта мне нигде,
Двери для меня закрыты.
Кто такого пустит в дом?
Гость такой нигде не нужен:
Взгляд - на сердце черным льдом,
И в ладонях - мертвый ужас.

Я и сам давно забыл,
Что влечет меня по свету,
Где мой дом и кем я был,
И никто не даст ответа.
В сердце жалость умерла,
А душа оделась сталью,
И дорога в ночь легла
Бесконечно страшной далью.

И несет меня мой конь
По дорогам бесконечным,
Душу черный сжег огонь,
Стали дни длиною в вечность.
Ни друзей, ни близких нет
У меня на белом свете,
Лишь летит за мною вслед
Вечный спутник - черный ветер.

 

Колыбельная для Тэлли 

Засыпай, до рассвета осталось чуть-чуть,
Ты устала, и надо поспать.
Уходи в царство снов, обо всем позабудь,
И душа перестанет страдать.

Лунный свет из окна на холодных камнях
Потускневшим блестит серебром...
Засыпай, пусть уйдут от тебя боль и страх,
И неважно, что будет потом.

Пусть приснится тебе голубая река,
Кони в сумерках на берегу,
И дорога, что лентой уходит в закат -
Я чудесный твой сон сберегу.

Не тревожься, пусть снятся тебе острова
Из цветов в океане травы,
Пусть сплетаются в песню простые слова -
Песню леса и новой листвы.

Первый раз я жалею, что я не колдун -
Я бы в птицу тебя превратил,
И отправил туда, где тебя не найдут,
От врагов и от смерти укрыл.

Но сейчас я могу только песню сложить,
Подарить тебе дивные сны...
Остается недолго на свете нам жить,
Мы сейчас так друг другу нужны!

Я вплету в твои сны отражения звезд
Из серебряной чаши с водой.
Ты пройдешь по дорогам видений и грез,
Что волшебной встают чередой.

Но светлеет восток, и исчезла луна,
Гаснут звезды в небесной дали...
Скрип замка разобьет мир волшебного сна.
Просыпайся, за нами пришли...

 

Аэглору

Хочу подарить тебе светлую сказку
Из ломкого льда и застывшей капели,
В неверном мерцании призрачных красок
С тропой, где следы заметает метелью.
Под пальцами струны - серебряной нитью,
Звенит перебор родниковой водою.
Застывший узор из имен и событий,
Холодное сердце - горящей звездою.

Слова, что сплелись с ледяным перезвоном
В знакомую песню - тревожная память,
Веселое пламя в раскрытых ладонях
И странный клинок, не умеющий ранить.
Послушные ветру раскрытые крылья
Укроют на миг от беды и разлуки,
Рассыпятся звезды мерцающей пылью -
На свадебной чаше сплетаются руки.

И сказка родится несмелой картинкой,
Сплетение. линий неверной рукою,
Летящие буквы на призрачных льдинках
И ветер, грозящий всему непокоем.
Дорога домой,а быть может, из дома,
Жемчужины слов на серебряной нити.
А в жизни как водится, все по-другому...
Прости, я, наверно, неважный Сказитель...

 

Звездному Мастеру

Отчего печален, Звездный мастер?
Отчего глаза твои грустны?
Не терзай своей души напрасно,
Ведь с тобой остались живы мы.

Главное - что мы с тобою вместе,
Не беда, что цепи на руках.
Две змеи, сплетенных в странный перстень,
Памятью останутся в веках.

Мне с тобой ничто уже не страшно,
Не беда, что прошлое ушло.
Отчего молчишь ты, Звездный Мастер?
Правда же, все будет хорошо?!

Мы вдвоем пойдем по этой жизни,
Даже пусть коротким будет путь.
Ну а если время разлучит нас,
Я тебя, мой Мастер, подожду...

 

Нильфгардец

Не спи, королевна, не спи - мой конь под седлом,
И я отпускаю чёрную птицу с плеча.
В глазах отражаются звёзды крошащимся льдом,
И пальцы смыкаются на рукояти меча.
Под пологом ночи, под солнцем, в кромешном аду
Пусть ляжет мой путь - ведь ещё не проигран мой бой.
Судьбу не обманешь - и я тебя всё же найду.
Запомни - однажды я всё же приду за тобой.

Не спи, королевна, не спи - ведь подковы звенят,
Холодные искры меча отмечают мой путь.
Вскипела река, и твой город пожаром объят,
Надежда разбита о камни - её не вернуть.
Ты зря тратишь время на поиски зла и добра,
Хмельное вино обернётся безвкусной водой.
Ты видишь - беда отражается в пляске костра.
Осталось немного, я скоро приду за тобой.

Не спи, королевна, не спи - мятеж во дворце,
Предательства крепкие цепи сомкнулись вокруг.
Я вижу, как страх возникает на бледном лице,
И зова не слышит надёжный и преданный друг.
Ожившим кошмаром твоим я у цели стою,
Я меч, занесённый над миром самою судьбой.
Не смей оглянуться, не смей - ты стоишь на краю.
Я спас тебе жизнь, но сегодня пришёл за тобой.

 

Когда синий вечер в окошко стучит... 

Когда синий вечер в окошко стучит,
Белые свечи зажжем.
Пусть ярко огонь в камине горит,
Мы снова вернулись в наш дом.

Пусть ветер бессильно свистит за стеной,
Мы кубки наполним вином,
Забыв про дорогу, про сумрак ночной,
Мы выпьем за наш старый дом.

Забудем дорогу длиною в года,
Тяжелые лиги пути.
Мы все это время стремились сюда
Сквозь беды и время дойти,

И вот мы до этих дверей добрели,
Как прежде, в окне горит свет.
В открытые двери неспешно вошли,
В тот дом, где беде места нет.

Мы снимем плащи и привяжем коней,
Забудем про холод и зло,
Пусть наша усталость сгорает в огне,
Ведь нам наконец повезло.

Сегодня мы снова вернулись в наш дом,
Пройдя через мрак и дожди;
Мы выпьем за это и снова нальем,
Ведь целая ночь впереди.

И песни польется знакомый мотив,
И струн перебор серебром -
О звездах и море, о вечном пути,
Который ведет в этот дом.

По небу ночному бегут облака,
И ветер свистит ледяной;
Пусть время пройдет, мы уйдем, а пока,
Пока мы вернулись домой.
 

*   *   *

Когда я вернусь домой, на землю придёт зима.
Мой старый учитель откроет мне дверь и скажет: "Здравствуй, сынок".
Под магией тёплых слов отступят холод и тьма,
И я, облегчённо вздохнув, шагну на древний порог.

Когда я вернусь домой, в камнях запляшет огонь,
Согрев остывший очаг, а с ним и душу мою;
И по обломку меча бессильно скользнёт ладонь:
"Прости, учитель, меня - я меч свой сломал в бою..."

Когда я вернусь домой, то там не будет тебя.
Ты даже не ждёшь меня - свобода дороже чувств.
Ты где-то сидишь одна, звезду в руках теребя,
Ни капли не веря в то, что я когда-то вернусь.

 

Покажите мне дорогу домой...

Покажите мне дорогу домой,
Я по свету бродить устал.
Я хочу обрести покой,
Но дорогу в дом потерял.
Сколько лет уж прошло с тех пор,
Как ушел я в ночь за звездой
И, бродя средь лесов и гор,
Позабыл дорогу домой.

Нет, я не был несчастен в пути,
И дорога меня звала.
Я бы мог еще долго идти,
Но мне вдруг захотелось тепла.
Захотелось огня в очаге,
Чтобы руки к нему протянуть,
И под песню ветра в трубе,
Ни о чем не заботясь, заснуть.

Я устал и устал мой конь,
Он немало прошел со мной.
И зовет нас в окне огонь,
Нам пора вернуться домой.
Пусть потом я снова уйду
И недолог будет покой,
Я свой дом никак не найду,
Покажите дорогу домой.

 

Прощание с оруженосцем

Ты не плачь обо мне,
                     мой верный оруженосец.
Без того на земле
         плачет золотом листьев осень.
Кровь с травы смоет дождь,
                      что осенний ветер приносит.
Мне пора уходить -
                      в этой битве устал я очень.

Слышишь, мальчик, не плачь обо мне,
                      ты же будущий воин.
Я оставлю тебе свой клинок -
                      он приносит удачу.
И не смей отрицать -
                     моего ты оружья достоин.
Это капли дождя на лице,
        а я вовсе не плачу...

Я Судьбу свою встретил в седле
                    посреди поля битвы.
Что еще мне желать -
                    я ж умер в тепле и покое..
Брось молиться - ты знаешь,
                    помочь мне бессильны молитвы,
Смерть меня уже держит
                    своею холодной рукою.

Погребальным костром
                    мне послужат алые листья,
Только ты да мой конь
                   в мир иной меня провожают...
Почему опустил ты глаза -
                   неужели боишься?
Слышишь, мальчик, меня -
                   пусть душа твоя страха не знает.

И в слабеющих пальцах, клинок -
                  преклони же колено -
Луч последний на лезвии
       слабым сияньем искрится...
Так прими же мой меч,
       вместе с ним мое благословенье.
Слышишь, мальчик, меня,
       ты теперь не ребенок, а рыцарь.

 

Как бы ни долог был наш путь... 

Как бы ни долог был наш путь
Через снега и ветра вой,
Пусть только ждал бы кто-нибудь,
Когда вернемся мы домой,

Чтобы горел в окошке свет,
И пели в очаге дрова,
Забыть за дверью ворох бед,
Порог переступив едва.

Что может в жизни лучше быть,
Чем возле печки тесный круг,
Где можно обо всем забыть,
Когда с тобою рядом друг!

И пусть наутро мы уйдем,
И затеряется наш след -
Останется открытым дом,
И не погаснет в доме свет.
 

То ли всадник, то ли ветер...

То ли всадник, то ли ветер,
То ли просто ночь.
Луч Звезды неверным светом.
Поздно, не помочь.
Слезы высохли от боли -
Пусть же плачет дождь.
В крупных каплях привкус соли,
В тонких пальцах дрожь.
Лед зеленый, пламень яркий,
Звездный свет дрожит.
Сердца не залечишь раны -
С ними дольше жить.
Смерти нет и нет покоя,
Острой гранью путь,
Время скованной рекою,
И нельзя свернуть.
В серебре холодном чаши
Горькое вино.
Пламя на поленьях пляшет...
Больно все равно.
Темный взгляд. Бальзам забвенья
Годы не прольют,
И не будет облегченья,
Даже во хмелю.
Звезды в черном зазеркалье,
Холод черных плит,
Свет звезды небесной сталью
На камнях разлит.
"Больно..." - еле слышный шепот
В пламенном бреду.
Дикой скачки гулкий топот.
Снова: "Я приду..."
Словно снег, цветок в ладонях,
И роса дрожит.
Не увидеть и не вспомнить -
Снова пережить.

То ли всадник, то ли ветер,
То ли просто ночь.
Луч Звезды неверным светом.
Поздно, не помочь...
 

Здесь тихо, и в печи горит огонь... 


Здесь тихо, и в печи горит огонь.
Здесь можно оставаться до утра,
Но у крыльца мой застоялся конь,
И мне в дорогу дальнюю пора.

И я уже совсем готов уйти,
Осталось лишь переступить порог -
И снова ветер в гриве засвистит,
Сольются вместе тысячи дорог.

И будет песня про очаг и дом,
Про теплый свет в заснеженном окне,
О мире и покое день за днем,
И может быть, немного обо мне.

Я ухожу, надев дорожный плащ,
И в ножнах меч на поясе висит.
А впереди - лишь ночь и ветра плач,
И у крыльца мой верный конь стоит.

 

В черной реке холодна вода...

В черной реке холодна вода,
Но руки твои холоднее,
Глаза твои - из зеленого льда,
И я их закрыть не посмею.
Как сказать тебе, как я тебя ждал,
А мимо летели года,
И вот я снова тебя потерял,
Теперь уже навсегда.

Из мрака ночи сотку я шелк,
А жемчугом станут слезы.
Сестра, как долго я к тебе шел,
Прости, что я снова поздно,
И песню мою над тобой или плач
Уже не услышишь ты.
Я тебе сотворю из тумана плащ,
А в косы вплету цветы.

Сестра, мне рук твоих не согреть,
Как мрамор они застыли,
Крыла над тобой распахнула смерть,
А я перед нею бессилен.
Как в песне твоей, "из цветов и звезд"
Венок я тебе сплету,
Оплакать тебя мне не хватит слез,
Столетья печаль не сотрут.

Как же я мог потерять тебя вновь,
Как это могло случиться?
Знаю, что даже за гранью миров
Нашим путям не скреститься.
Так было начертано злой судьбой,
И все повторилось опять...
Прости, но я должен, расставшись с тобой,
Тебя снова огню отдать.

В черной реке холодна вода,
Но руки твои холоднее.
Глаза твои из зеленого льда
Никто закрыть не посмеет...

 

Сон 


Мне приснился страшный сон: тронный зал и приговор,
Перезвон цепей могильных и дорога на костер,
Ледяная тишь тюрьмы, ночь без сна и липкий страх,
И слова немой молитвы, что застыла на губах,

И нетвердые шаги по дороге в никуда,
И в слепом рассветном небе запоздалая звезда,
Камни площади большой, а вокруг - людское море,
Страх и ненависть в глазах, лишь в немногих - боль и горе.

И внезапно страх исчез, словно выросли вдруг крылья,
И безумный громкий смех, и врагов моих бессилье,
Частый сердца перестук, и душа рвалась на волю,
И в безумии хмельном вдруг исчез страх перед болью.

Пять ступеней шатких вверх, и в глаза глядится вечность,
Вздох ли, крик ли: "Смерти нет! Есть дорога в бесконечность".
Пламя рвется к небесам неприступною стеною,
Ветер искры разметал, унося меня с собою...

Сон ушел, осталась жизнь, ледяной ожог металла,
Скрип замка. За мной пришли. Что же, значит, все сначала...

 

То ли час, то ли век, то ль мгновенье...

То ли час, то ли век, то ль мгновенье,
По глазам - льдистый отблеск клинка,
И удар - молниеносный и верный,
И в защитном движеньи рука.
Бесполезно - доспех не поможет -
Удержать смертоносный металл.
Зазвенев о ступени тревожно,
Меч из пальцев разжатых упал.

Боль - холодное жгучее пламя,
И горячая алая кровь,
В темноту ускользает сознанье,
За границу видений и снов.
В бесполезной попытке подняться -
Нежеланье себя защитить,
Ледяная дрожь в стынущих пальцах,
И клинок, не посмевший добить.

И касание теплых ладоней,
И отчаянный шепот: "Вернись!"
Что разбито - уже не наполнить,
На траву кровью капает жизнь.
И внезапно пошедший вдруг ливень,
И огромное небо в слезах,
Бесконечная тяжесть бессилья,
И никак не закроешь глаза.

В ночь дорога - застывшие звезды,
И назад уже не повернуть,
И в безмолвном величии грозном -
В запредельные странствия путь.
Ночь прольется прохладой на раны,
Не осилив чар вечного сна,
И в ее звездно-траурном храме
Все накроет крылом тишина.

 

Догорает свеча в руке... 

Догорает свеча в руке,
Каплет воск, обжигая ладонь.
Я все жду, когда вдалеке
Черный твой появится конь,

Звон подков полетит в тишине,
Словно крылья за спиной плащ.
Ты, быть может, вернешься ко мне
И, обняв меня, скажешь: "Не плачь!"

Как давно ты ушел от меня
И вернуться не обещал,
Но с тех пор не гашу я огня,
Чтоб ты путь ко мне отыскал.

И хотя я устала ждать
И надежда моя все слабей,
Каждый вечер иду встречать
Я тебя уже много дней.

Сероглазый король в плаще
Цвета воронова крыла,
Нет покоя в моей душе,
Сердце я тебе отдала.

Ты, наверно, меня забыл -
Для чего я тебе нужна,
А быть может, все это был
Лишь обрывок волшебного сна.

Черный всадник на черном коне,
Мягкий шелк светло-русых волос,
Мое сердце горит в огне -
Счастье горькое ты мне принес.

Как непрочен сказки хрусталь,
И дрожит на ветру свеча,
Льется с неба звездная сталь,
И туманом легла печаль.

Догорело пламя свечи,
И все так же кругом тишина,
Даже ветер теперь молчит,
Я стою на дороге одна.

Не вернулся сегодня опять
Мой король на черном коне,
Но я снова тебя буду ждать,
Хоть и ты забыл обо мне.
 

Вот и солнце зашло наконец... 

Вот и солнце зашло наконец,
Капли времени меряют вечность.
Этот день уже не жилец,
Тихо падает синий вечер.

Звездная сеть на небе - белые искры,
Мир и бездонный покой в черном небе цари-ит.
Льется на грешную землю свет серебристый,
И, отражаясь в росе, самоцветом горит.

Льется песни печальный мотив,
Ничего что слова непонятны,
Эта песня о долгом пути
И о мире таком необъятном.

Пусть ведет нас звезда  вдаль по этой дороге,
И не скоро конец, да и будет ли он?
И достанет волнений,забот и тревоги,
Путь ведет в бесконечность по кругу времен.

Смолк певец, и опять тишина,
Но осталась на сердце тревога.
Ночь молчит, но теперь не до сна -
Звездный свет меня манит в дорогу.

Что же, певец, ты наделал мотивом своим,
Так одиноко звенящем в подзвездном покое?
Ведь на земле стало больше скитальцем одним -
Прочь от спокойствия тянет мотив за собою.

 

Размышления воина перед битвой 

Скоро над землею взойдет
        розовый рассвет,
И с восходом солнца
        снова будет битва.

Тот, кому по жребию назначено,
        должен умереть,
И не спасут его даже
        всем богам молитвы.

     Белым огнем в лучах солнца
             сверкнет острие,
     Птицей полетит над полем
             клич боевой.

     Бой всех рассудит,
             и каждый получит свое,
     То, что ему предначертано
             было судьбой.

А пока над нами в небе
        звезды горят.
С темнотой на землю пришел
        временный покой.

И друзья и недруги -
        все забылись и спят,
И во сне, может, им снится
        завтрашний бой.

     Белым огнем в лучах солнца
             сверкнет острие,
     Птицей полетит над полем
             клич боевой.

     Бой всех рассудит,
             и каждый получит свое,
     То, что ему предначертано
             было судьбой.

Знаю я, что не увидеть мне
        этот закат -
Я храброй смертью героя
        погибну в бою,

И враг, убивший меня
        будет не виноват -
Я сам выбирал в этом мире
        дорогу свою.

     Белым огнем в лучах солнца
             сверкнет острие,
     Птицей полетит над полем
             клич боевой.

     Бой всех рассудит,
             и каждый получит свое,
     То, что ему предначертано
             было судьбой.

Все уйдет в века, и травою
        курган порастет.
Те, кого не убьют,
        умрут смертью своей,

И о нас, быть может, только
        балладу споет
Хранитель преданий и песен -
        слепой менестрель.

     Снова белым огнем в лучах солнца
             сверкнет острие,
     Птицей полетит над полем
             клич боевой.

     Бой всех рассудит,
             и каждый получит свое,
     То, что ему предначертано
             было судьбой.
 

Ночь накрыла землю...

Ночь накрыла землю
Черным плащом,
Рассыпав жемчужины звезд.
Засыпают деревья,
Все тихо кругом,
Ветер песню на крыльях принес.

Где-то в чаще источник звенит серебром,
Капли поют...
Все наполнено тайной,
И кажется сном,
Мимо тихо минуты бегут.

Что за странные блики
На синей траве,
Тихий слышится
Флейты напев.
Это эльфы танцуют
При полной луне
Меж огромных,
Заснувших дерев.

И летит над землею
Волшебный мотив,
Чистым звуком звеня в тишине,
Плавный танец теней молчаливо красив.
Танец эльфов при полной луне.
 

Одинокому менестрелю

Плачь, лютня менестреля-одиночки.
Ты выбрал путь - ну так иди вперед,
Покинь свой дом однажды звёздной ночью,
И пусть тебя в пути звезда ведет.

Тй будешь людям петь в дороге песни,
По сто раз умирая и любя,
Но помни.- никому не интересно,
Что, менестрель, на сердце у тебя.

И будет лютня плакать и смеяться,
То веселить, то душу бередить
Нигде тебе надолго не остаться:
Едва привыкнешь - надо, уходить.

Навряд ли в жизни спутницу найдешь ты -
Кто согласится ждать всю жизнь тебя
И будут слезы обращаться в ноты,
И струны плакать, о любви скорбя,

В балладах ты живешь другою жизнью -
Когда поешь, то счастлив ты вполне,
Но спета песня, и печали призрак
Останется с тобой наедине.

И сразу тяжела твоя свобода,
И старый дом заброшенный зовет.
Но поздно и назад уже нет хода.
Ты выбрал путь. Ну так иди вперед.

 

Менестрелям, убитым на войне

Страшна, неприступна стоит цитадель,
И войско у стен ждет команды: "На штурм!"
Вдруг к каменным стенам пришел менестрель
И тихо коснулся серебряных струн.
В плаще, без доспехов, с гитарой в руках...
Безумец, уйди! Здесь война, страх и смерть!
За поясом флейта на месте клинка,
Не страшно ему, он, вздохнув, начал петь.
Он пел о деревьях в зеленых лесах,
О ветре, звенящем в высокой траве,
О звездах, что в небе горят в небесах,
О быстрой реке и осенней листве.
О том, что должна миром править любовь,
Что в мире сильнее, чем ужас войны.
Что в битвах зазря проливается кровь,
А жизнь на земле не имеет цены.
И песня струилась, звонка и светла.
Безумный певец гладил струны рукой,
Весенним ручьем из-под пальцев текла
Мелодия, вверх улетая легко.
И пел менестрель о зеленых холмах,
О волнах, что бьются о берег морской,
О том, как над морем восходит луна,
О снах, приносящих с собою покой.
И в душах у многих, стоящих у стен,
Откликнувшись, песней задета струна.
Во взгляде исчезла враждебности тень
И стало неясно, зачем здесь война.
Вдруг звон тетивы - и запела стрела
Безумец упал, недопев до конца.
Он больше не может напевы слагать
И песней людские тревожить сердца.

Убить менестреля - есть больше вина?
Здесь нет виноватых! Война есть война.

 

Хмурое утро, толпа, помост...

Хмурое утро, толпа, помост,
Певец, осужденный на смерть владыкой,
Во взгляде безумном - ни капли слез,
В толпе как-то разом затихли крики.
Пощады не станет просить певец,
И не страшна ему близкая смерть,
Достойно встретит он свой конец
И просит дать напоследок спеть.

Развязаны руки. Король подождет.
Не порваны струны, гитара цела.
Привычно певец ее в руки берет,
В немом ожиданьи толпа замерла.
И сбитые пальцы прижмут аккорд,
На грифе кровавый след оставляя,
Но менестрель-безумец поет,
Ни крови, ни стали струн не замечая.

Мелодия к небу, как птица, летит,
Слова, словно капли огня, льются в душу,
Последний раз гордый певец говорит,
И хочется до бесконечности слушать.
Звенящие струны, невидящий взгляд,
И сердце бьется спокойно и ровно.
Повсюду жестокость и зависть царят;
За песни певец был признан виновным.

И снова плата за песни - смерть,
И снова погасла звезда на небе.
Останутся песни. Их будут петь,
Хоть ты, певец, и уходишь в небыль.
Кругом тишина. Затаилась толпа,
Минуты текут, и мгновение - вечность.
Закончилась песня. Допета строфа...
Остался один только шаг - в бесконечность.

 

Что тебе в трактире этом...

Что тебе в трактире этом,
Менестрель, ответь.
Кружек стук и звон монетный.
О слезах ли петь?
Бойко треплют языками -
Что для них печаль.
Так зачем же под руками
Снова плачет сталь?

Перебор серебром меж пальцев ручьем...
На столе от кружек тесно,
Разгулялся хмель.
Эй, веселую нам песню
Спой-ка, менестрель!
Голос смолкнет, пальцы дрогнут,
Оборвав аккорд,
Песня радостно метнется
Под высокий свод.

Налейте чашу менестрелю...

Но опять напев печальный,
И глаза грустны,
В звоне кружек оловянных
Струны не слышны.
Так зачем же свою душу
Перед ними рвать!
Кто тебя захочет слушать,
Если не понять...

Ты будешь людям петь в дороге песни...

Уходи опять в дорогу,
Слышишь, менестрель,
Облегчит твою тревогу
Звездная метель.
Здесь тебя уже не держит
Ничего, поверь,
Но дорога ждет, как прежде,
И открыта дверь...

 

Время бежит к рассвету...

Время бежит к рассвету,
И догорает свеча.
Слабые отблески света
Играют на ткани плаща.
Ты бережно держишь лютню,
Едва касаясь струны.
Бегут незаметно минуты,
И, кажется, ожили сны.

Песня твоя печальна,
Но светлая эта печаль.
Песня озер зеркальных,
Дороги, бегущей вдаль.
В ней нету места для мрака,
Для злобы и темноты.
Песня о ночи без страха,
О вечности красоты.

О серебряном звездном мерцанье,
О прекрасном сиянье луны.
О забытых волшебных преданьях
Далекой и дивной страны.
В твоем взгляде отблеск далекой,
Счастливой светлой звезды,
Что горит над твоею дорогой
И хранит от черной беды.

Печальный воитель с лютней,
Откуда пришел ты сюда?
Что в жизни тебе без приюта,
В дороге длиною в года?
Я знаю, не дашь ты ответа,
А лишь посмотришь в глаза.
Я знаю, ты рыцарь света,
Ведет тебя в жизни звезда.

И путь твой опасен и труден,
Но ты не свернешь с него.
Ты будешь нести свет людям,
Взамен не прося ничего.
Ты снова уйдешь по свету,
Лишь солнце взойдет в небесах.
И вспыхнут лучи рассвета
В твоих золотых волосах.

 

Колыбельная менестрелю

Спи спокойно - зимняя ночь длинна,
В черном небе яркие стынут звезды,
Звоном хрустальным кругом легла тишина,
Темные окна укрыты узором морозным.
Пусть гитара твоя в углу отдохнет,
Еще не раз рука ее гриф обнимет.
Отдохни и ты - дорога тебя подождет,
Пусть в эту ночь время твое застынет.
На бледном лице твоем застыла печаль,
Тонкие пальцы край плаща сжимают,
Ты в жизни один. О, боги, как тебя жаль,
А люди кругом часто этого не понимают.
А ты идешь, влекомый светом Звезды,
Ее лучами раненный в душу и сердце,
И в одиночестве не видишь большой беды,
Но от него тебе никуда не деться.
С трудом ты скрываешь, что ранено сердце твое,
Отводишь взгляд, в песне забыться пытаясь,
Закрыв глаза, о чем-то веселом поешь,
В душе о своем все больше и больше печалясь.
И пальцы дрожат, и струны тянутся в плач,
Рвется душа поведать свои невзгоды,
Но ты промолчишь, уйдешь, завернувшись в плащ,
Скрывая под ним гитару от непогоды.
Спи, менестрель, пусть оставит тебя тоска,
Пусть в эту ночь не снится тебе дорога,
Пускай не ищет гитары твоя рука,
Ты очень устал в пути, отдохни немного.
Хоть и длинна, но не вечна зимняя ночь,
И утро, придя, позовет тебя снова в дорогу.
Тебе - твой путь, и мне уже не помочь.
Как жаль... Но, может, помочь тебе смогут боги...
А пока - спи спокойно, зимняя ночь длинна...

 

Менестрельская пьяная

Налейте чашу менестрелю,
Я вам сыграю и спою.
Я пью вино, но не хмелею.
Тем меньше пьян, чем больше пью.
Пусть выпил я бочонок эля,
Но на ногах еще стою.
Нельзя быть пьяным менестрелю,
Я выпивший и я пою.

Мой голос тверд, а взор мой ясен,
И песня струн моих звонка.
Я чувствую себя прекрасно,
Не дрогнет на ладах рука.
И вновь идет по кругу чаша,
Искрится на свету вино.
Я пью друзья, здоровье ваше,
Но не пьянею все равно.

Летит под своды моя песня,
И я еще могу сидеть.
Пир продолжается. Чудесно!
Так будем пить и песни петь.
И вновь мне чашу наливают,
И я не в силах отказать.
Ее я залпом выпиваю,
Мне больше нечего терять!

Но что со мною вдруг случилось?
Тяжелой стала голова.
Я начал на бок вдруг клониться
И как-то вдруг забыл слова.
Чегой-то вдруг лады двоятся,
И что-то очень близко пол.
Я завтра буду извиняться,
А щас я падаю под стол.

 

Воительница с полуторным мечом

Мне мой "полуторник" милей всего на свете.
И кто сказал, что не для женщины война?
Я самолично опровергну бредни эти.
Предупреждаю сразу, в гневе я страшна.

Я не советую на узенькой дорожке
Поближе к вечеру меня вдруг повстречать.
В моей руке, сжимавшей меч, не будет дрожи,
И бесполезно убегать или кричать.

Один сказал, что женщина с оружьем
Подобна обезьяне с Ф-1,
Но объяснять ему обратное не нужно,
Прекрасно с этим справился мой дрын.

Совсем не нужен мне фонарь во мраке ночи -
Горящий взгляд тропу во тьме осветит мне,
Кинжал надежный в рукаве, И меч отточен,
И чуть звенит моя кольчуга в тишине.

Вот впереди меня, в кустах, врагов десяток,
Ну что же, выходи по одному.
Враги живые - это недостаток,
Я быстро объясню вам, что к чему.

Мне не страшен никто - ни Назгул и ни Балрог,
Раз на дороге у меня стоит, то враг.
Я не могу жить без боев, войны и свалок.
Эй, кто посмел сказать, что я маньяк?!

Я не советую воительницы гордость
Вам задевать ни в шутку, ни всерьез:
Легко за это получить по морде,
Никто от мести моей ноги не унес.

Хоть я и дама, но и я такой же воин,
И все мне в этой жизни нипочем.
Все будет тихо, мирно и спокойно,
Пока есть я с полуторным мечом.


 

Гимн маньяку
	в соавторстве с Йовин Лориенской

Служение войне - завидней доли нет:
Доспехами скрипеть и всех рубать мечом.
Катана за спиной, подмышкой арбалет;
Кто в наши встал ряды, тому все нипочем.

Шагай, шагай вперед, отъявленный маньяк,
Сметая, как таран, все на своем пути.
Зачем тебе решать, кто друг тебе, кто враг?
Рази подряд всех тех, кто не успел уйти.

Железные бока, стальная голова,
Извилина одна, и ту оставил шлем.
Силен ты и могуч - зачем тебе слова,
Махнешь своим мечом, и никаких проблем.

Кто сильный, тот и прав - так истина гласит.
Победный гаркни клич, и на врагов вперед.
Мифрильная броня надежно защитит,
В обнимку с топором маньяк везде пройдет.

Топорщится, как еж, победно борода,
В глазах твоих огонь, и страшен твой оскал.
Увидевший хоть раз запомнит навсегда,
Коль от руки уйдет, сжимающей кинжал.

Но вот окончен бой, врагам пришел конец,
Ты всех их порубал и отдохнуть присел.
Ты сам себе маньяк и сам себе певец -
Еще раз победил и сам себя воспел.

 

Колыбельная врагу

	Хороший враг  - спящий враг

Спят все птички и рыбки,
Которых ты, враг, не успел распугать.
Ворота твердыни закрыты,
И ты спокойно можешь поспать.
Я весь день над тобой издевался в бою,
А теперь колыбельную песню пою.

Сколько раз мы пытались
Ворота твердыни тараном открыть!
Сегодня мы все обломались,
Но завтра нам повезет, может быть.
А пока над землею царят ночь и мрак,
Спи спокойно, любимый наш враг.

Часовые на стенах уснули,
Да и нам надоело на них залезать.
Правда, мы бы, наверно, рискнули,
Но во мраке ночном ни фига не видать.
Да и мы по ночам не воюем почти,
Разве только что в гости могём заползти.

Так что спи враг, не бойся
Коль сможешь под эту песню заснуть.
С утра мы с тобой разберемся,
А для этого надо тебе отдохнуть.
Доброй ночи тебе, засыпай до утра.
Враг уснул! Все на приступ! Ура!

 

Кошмарник
         "глюки смотрят из углов..."

Снова морок надо мною
Крылья распустил,
Для борьбы и заговоров
Не хватает сил.
Черно-белый конь крылатый
По столу бежит,
И дракон в ладонях сжатых
Крыльями дрожит.

Пьяный Тэм в обнимку с лютней
Под столом сидит,
И один из странных глюков
Рядом с ним висит.
В дверь стучат. Ну что вам надо?
Кто еще пришел?!
С абсолютно трезвым взглядом
Пьяный эльф вошел.

Вот Гортхауэр в ромашках
У окна в углу,
Рядом с ним мохнато-страшный
Кто-то на полу,
В кресле спит, свернувшись, Назгул,
Не поймешь, какой,
Заслонясь от безобразья
Призрачной рукой.

Вот еще дракон побольше
Распустил крыла,
Неизвестную зверюгу
Кошка принесла.
На моей гитаре старой
Двадцать две струны,
Нет конца кругом кошмару,
В небе три луны.

Ну за что это несчастье?
Не видать конца.
На столе лежат Всевластья
Тридцать три кольца,
Я отбрасываю тени:
Штук так шесть иль семь,
Но зато нет отраженья
В зеркале совсем.

Щит с эмблемой Сарумана
На полу лежит,
А на знамени Рохана
Пьяный конь бежит,
Арагорн в руках дрожащих
Держит палантир,
Рядом притворился спящим
Хитрый Боромир.

Ход часов застыл на месте,
И ни свет, ни тьма,
Крыша в жутком переезде,
Я схожу с ума,
Позабыла напрочь, кто я,
И темно в глазах.
До чего людей доводит
Тетушка Шиза...

 

Монолог Горлума

Профессор, я же никого не трогал,
Сидел в пещере, глядя в озерцо,
Ловил рыбешку в мутноватых водах
И охранял любимое кольцо.
Зачем же хоббит на меня свалился?
Зачем же сразу я его не съел?
За это я жестоко поплатился,
Ведь Бильбо - гад, с кольцом сбежать сумел.

Я день и ночь лелеял планы мести,
Пошел в Мордор, на Бильбо настучал.
Но выйдя от ворот шагов на двести,
Вдруг в лапы Арагорна я попал.
Эльфийский плен мне был, конечно, тяжким,
Но мой хозяин явно не дремал.
Благодаря оказанным поблажкам
И оркам, я оттуда убежал.

Прошли года, и вновь напал на след я
Я сотни миль украдкой прошагал,
Мне все, кому не лень, грозили смертью,
А Сэм "бревном с глазами" обозвал.
Но не сдавались мы, о наша прелесть!
И всяк хотели Фродо погубить.
Но хоббиты, заразы, отвертелись -
Сумели даже Шелоб обдурить.

Но под конец, у пропасти бездонной
Сумел кольцо я все же отобрать
Я не хотел стать Смеагорлом Темным,
Зачем же меня в пропасть-то бросать?!
Профессор, в чем повинен я, открой мне!
Я так страдал, как лучше я хотел.
Чем не понравились мы, бедный старый Горлум?
Чем заработали столь горестный удел?

 

Монолог убитого менестреля (ХИ - 94)

Вот и все, в глазах темнеет
Лютня выпала из рук.
Только что был менестрелем,
А теперь я просто глюк.
Я сижу на поле битвы,
На врагов своих гляжу,
В путь пора, но я - убитый
И немного торможу.

Мне теперь одна дорога -
В гости к Мандосу шагать.
Посижу еще немного
И пойду народ пугать.
Где мой белый хайратник?
Намо, я уже иду!
Знал бы, что пойду в Мертвятник,
Захватил б с собой еду.

Враг мой долго извинялся,
Прежде, чем меня убить -
Без обеда я остался,
Что страшнее может быть!
Очень хочется мне верить,
Что врага настигнет месть.
Нет важнее в жизни дела,
Чем три раза в день поесть.

Я шел тихо, безоружный,
Просто вышел погулять.
Так зачем же было нужно
Менестреля убивать?
Что вам сделал мирный хоббит?
Упади на вас Творец!
Неужели не доходит:
Не маньяк я, а певец!

Но пора, я умолкаю,
В Мандос надо уходить.
Мне теперь все по сараю,
"Духа" ведь нельзя убить.
Как сидел я в Стране Мертвых,
Неохота вспоминать,
Только помню по приходу
Вопль Намо: "Как?! Опять?!!"

 

Наверное, все-таки посвящается...

Посетители трактира не хотят угомониться.
Все вверх дном, дрожит трактирщик, суета и кутерьма:
Человек из следопытов эльфа перепить грозится,
Сразу видно - камикадзе или выжил из ума.

Смотрит эльф из Лихолесья абсолютно трезвым взглядом,
Хоть уже устал трактирщик наливать ему вина.
Человек себя колотит пяткой в грудь, мол, буду гадом,
Но бессмертного собрата напою я допьяна.

И опять же, буду гадом, если я не буду трезвым,
Выпив столько ж, сколько эльфу захмелевшему налил,
Даже если эльф на битву бросит все свои резервы,
Победить его с избытком следопыту хватит сил.

Эльф над ним лишь посмеялся, опрокидывая кружку
(Даже бдительный трактирщик потерял давно им счет),
Но тягаться из прикола с человеком согласился,
Вдруг случится в мире чудо, и он эльфа перепьет!

Потекло вино рекою, счет пошел уже на бочки,
Следопыт держался крепко, но и эльф не уступал.
Пьяный следопыт грозился: "Это, мол, еще цветочки!"
Но эльф ягод не дождался - следопыт под стол упал.

И теперь он крепко спит там с недопитой кружкой рядом
Видно, совершиться чуду в этом мире не дано.
Смотрит эльф на следопыта абсолютно трезвым взглядом
И в свою большую кружку наливает вновь вино.

 

Немного о хоббитском счастье

Что хоббиту нужно
Для счастья вполне?
Уютно кипящий котел на огне
И не помышлять бы
О счастье ином,
Чем теплый, уютный
Свой собственный дом.

И не помешали б
Для счастья еще
Хорошая трубка и к ней табачок.
И чтоб на земле
Было жить веселей,
Позвать бы на ужин
Побольше друзей.

И счастье хороший иметь аппетит,
Побольше припасов съестных запасти,
Ведь счастье тогда наступает совсем,
Когда эль в достатке
И мало проблем.

Еще об одном бы я в жизни мечтал:
Чтоб Гэндальф явившись,
С собой не позвал.
Спросите, ответит вам в Шире любой:
"Нет большего счастья,
Чем мир и покой!"

 

Монолог Эовин

		Славный воин, ты не взял меня на битву.
            Ничего, дойду я как-нибудь сама.
		Пусть не думают, что горем я убита
            И останусь во дворце сидеть одна.

Третий день шагает войско
Теодена-короля,
Третий день в седле я жестком,
И конечности болят.
Я прикидываюсь шлангом,
Не снимаю плащ и шлем,
Я крадусь на заднем плане,
Незаметная совсем.

Я роханская принцесса,
Я сбежала на войну,
Согласитесь, что нечестно
Оставлять меня одну.
Арагорн меня к тому же
Очень круто обломал:
На тропу, где страх и ужас,
Он меня с собой не взял.

У меня эмоций море,
Равнодушен он ко мне,
И тогда решила с горя
Умереть я на войне,
Дядю с братцем обманувши,
Оседлала я коня,
Порешив, что будет лучше
Всем на свете без меня.

А в походе кормят плохо,
Спать почти что не дают.
Этак вот меня до срока
До могилы доведут,
Да еще проклятый хоббит
Занимает полседла.
Видно, хочет Бог, чтоб подвиг
Совершить я не смогла.

Третью ночь мне снится Назгул,
Сам Ангмарский Чародей,
Страшно мне, а он, зараза,
Не уходит, хоть убей,
А еще мне снится хоббит
С длинным арнорским ножом,
Он вокруг Ангмарца ходит,
Явно лезет на рожон.

И во всех моих несчастьях
Арагорн лишь виноват,
Над собою я не властна,
Все страшнее мести яд,
Не видать ему спасенья,
Если встретимся в бою,
Ведь за все мои мученья
Точно я его убью.

 

Песня ширского наемника
	(По мотивам Н.Перумова)

Снова наползает Тьма с Востока,
Снова не дает спокойно жить.
Враг коварный, злобный и жестокий,
Мир себе весь хочет подчинить.

Я отрою старый меч фамильный,
Что мой дед в крапиве закопал,
И пусть хоббит я не очень сильный,
Но зато бесстрашный и нахал.

Да народ мы мирный и не злобный,
Но в нас лучше зверя не будить,
Так как в ситуации подобной
Можем мы кого-нибудь убить.

Не страшен мне призрак Упокоищ,
У меня колчан эльфийских стрел.
Хоббитов опасно беспокоить,
Валит пусть во тьму, покуда цел.

И пускай соседи осуждают,
Говорят, что я маньяк и псих,
Злобный Олмер миру угрожает,
Так что я чихать хотел на них.

Чем я хуже Фродо или Сэма?
Тоже могу подвиги вершить,
В одиночку справиться с проблемой
И врага кинжалом порешить.

Жили бы мы в Первую Эпоху -
Эльфы не возились бы с врагом!
Мелькору пришлось бы очень плохо,
Мы бы сразу вынесли его!

Но не знает даже сам Перумов,
Что прошел совсем короткий срок,
Я поднял в стране такого шуму
И всех хазгов выгнал на восток.

Развернул подпольное движение -
То есть партизанскую войну.
Мне не нравится такое Средиземье,
Быстро я на место все верну.

Ну а если кто еще решится
Продолженье снова написать,
Мне к нему придется завалиться,
И тогда ему несдобровать.

 

Сага о вечно пьяном начальнике гвардии
и "сухом законе"

Начальник гвардии дворца был, как обычно, пьян,
В одной руке он меч сжимал, В другой руке - стакан,
Он в изумлении стоял, никак понять не мог,
Зачем опять нахальный пол уходит из-под ног.

А также он понять не мог, какой злодей-шпион
Подал идею королю ввести "сухой закон",
И как же дальше жить теперь все будут без вина -
Ведь если гвардия трезва, зачем она нужна!

А королеве надоел царящий здесь бардак -
От пьяной гвардии она устала и от драк.
За это дело королю устроен был скандал,
И он порядок навести жене пообещал.

Ведь больше сказок и войны король ее любил,
И он дуэли во дворце и пьянство запретил,
Он пригрозил большим мечом всей гвардии, и вот
Уже полдня во всем дворце никто вина не пьет.

Начальник гвардии дворца по коридору шел,
Все так же из-под ног его увертывался пол,
Он волочил меч за собой, стараясь не упасть,
А меч тянул его к земле, эх, чтоб ему пропасть.

И все бы кончилось ничем, но тут из-за угла
Ее Величество как раз ему навстречу шла.
Начальник поклонился ей, опору потерял
И, выронив стакан и меч, у ног ее упал.

Был страшен королевы гнев, но он не пострадал,
Зато бедняге королю устроен был скандал.
Начальнику же все сошло, живет все так же он
И так же вечно пьян, хотя кругом "сухой закон".

 

Странный "глюк" со следами
"классификационной таблицы"

Белый камень на кургане
Так уютно греет спину.
Интересное занятье
Я себе с утра нашел -
Я лежу и созерцаю
Интересную картину.
То ли это все взаправду,
То ли глюк ко мне пришел...

Ясный день стоит над миром,
Дует теплый, тихий ветер.
Простирается равнина,
Странный лес шумит вдали.
С диким криком пролетела
Стая назгулов на север.
Вслед за ними дунаданы
В ту же сторону прошли.
Без дороги, меж холмами
Грустный Арагорн шагает,
Волоча меч за собою
(Силы нет - 3 дня не спал).
В Ривенделл ходил узнать он,
Как там Арвен поживает.
Охранять границы Шира
Элронд вновь его послал...

Вот на самой кромке леса
Существо мелькает в ветках.
Белкам, что ли, не сидится,
Беспокойному зверью?
Пригляделся я и понял:
Это вовсе и не белки,
Это эльфы охраняют
Территорию свою.

Из горы, что на Востоке,
Черный дым уходит в небо.
По горам шныряют орки
Озверелою толпой.
Снова в мире неспокойно,
Враг всевидящий не дремлет.
Мыслит, силы собирая,
Чтоб пойти на мир войной.

На высокой белой башне
Маг в раздумии маячит,
Периодически кидая
Взгляд суровый на восток.
Если маг обеспокоен,
Значит, это что-то значит,
Что-то в мире происходит
И скорей всего не то...

Что за шорох за спиною,
Очень странное дыханье?!
И народу никакого -
Негде помощи просить.
Извините, все пока что
И спасибо за вниманье.
Позади Десятый Назгул -
Надо ноги уносить!

 

Философские (почти) размышления
над высокой историей...

Ах, нолдоры, зачем же вы ушли из Валинора?
Какого надо было вам в Покинутом краю?
Зачем же вы послушались советов Феанора,
Вы ж навлекли проклятие на голову свою...

Но Феанор не виноват -
Он был великий мастер,
Он Сильмариллы сотворил
И руны изобрел.
И тут - грабеж средь бела дня!
Восстанет тут характер,
Когда б ты камни сотворил,
А Моргот их увел...

Но и его легко понять,
Пусть он и черный Вала.
Тянулась ведь и у него
К прекрасному душа.
И может быть Властитель Тьмы
Не взял бы камни даром,
Но надо ж чем нибудь свою
Корону украшать...

Один создал, другой украл -
Не будет примиренья.
Никто не хочет уступать,
Большой скандал грядет.
Да, враг нанес огромный вред
И смылся в Средиземье,
А бедный мастер Феанор
Стал поднимать народ.

Валары хором: "Не пускать!
Ушедших ждет проклятье!"
А Феанор свое кричит:
"В погоню за Врагом!"
Уже пошла всерьез война,
Дрались друг с другом братья,
И все же нолдоры ушли,
Покинув Светлый дом.

И потянулась сотни лет
Война за Сильмариллы.
Как ни старались - долгий бой
Удач не приносил.
И плохо кончилось бы все,
Неравны были силы,
Но вовремя Эарендил
Прощенья попросил.

Кто виноват здесь, а кто прав -
Понять ужасно трудно.
И тот прав наверняка,
И не виновен тот...
Недаром истина гласит:
"Не лезьте в дела мудрых.
Понять не сможешь все равно,
Лишь наживешь хлопот."



www.stis.ru