Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Werewolf

(Перенесено из Гостиной)

Когда мир был меньше похож на круг...
Мир по ту сторону добра и зла...
В оркестре фальш-мотив без всяких интонаций...
Шелест печальных крыльев судьбы...
В моем городе ночь...
Мой дом стоит на окраине неба...
Хоровод отряда слепцов...
Среди разоренных гнезд...
Холод вступает в права...
На дне бокала капля сна...
Рыцари, взнуздавшие крылатых...
Луна качается на хрустальных цепях...
Развей меня по ветру прахом и пеплом...
Я сижу на облаке в полдень...
Когда он пришел, он не постучался в дверь...


* * *

Когда мир был меньше похож на круг, Когда мир был объемней, чем обычный шар, И, пройдя по лезвию бритвы внутрь, Можно было выпустить лишний пар, Когда мир прорастал из семени тьмы, Изменяя свою форму, цвет и размер, И каждый мог шагнуть в глубину, Чтоб услышать музыку небесных сфер - Так вот, тогда он позже ложился спать И гораздо меньше тратил денег на кир, Тогда он в самом деле умел летать И по ночам выходил в свободный эфир. Он был родом оттуда, где Ничто и Нигде Имеют плоть и пустота полна. Он брел босиком по талой воде, Он поднимался на холм и сходил с холма. И он мог проникать сквозь стекло зеркал И там ловить отраженья заблудших душ, Он терял, находил и снова терял, Знал бездонную воду и великую сушь, Он придумал себе мир людей, как игру, И правила к ней создавал наугад: Одним - наверху - он построил рай, А другим - внизу - он построил ад. Он смотрел в глаза меднолицего Будды, Рисовал откровения звезд в небесах, В языках огня танцевал с саламандрой, Вместе с гномами золото прятал в лесах. Он поставил врата и стражей у врат И спустился к людям играть свою роль, Но, увы, он не смог вернуться назад - Потерял ключи и забыл пароль. И, лишенный крыльев, обычный бог, Он бродил среди тех, кого создал сам. Он влюбился в забвенье, дающее сон, И во снах опять привыкал к чудесам. Вот только жаль, что драконы не спят, Их нельзя подкупить и нельзя обмануть, И вечность проклятьем лежит на плечах, А сошедший с холма продолжает путь.

* * *

Мир по ту сторону добра и зла - Последний надрез на мышце любви. Номер зверя в пылающем небе - Мир, утонувший в слезах и крови. Мир, согнутый по форме нуля, Сладкий садизм, запятнавший стекло, Ночная атака вместе со стаей, Мир, рожденный себе же назло. Добро пожаловать в этот кошмар, В котором герой с тысячью лиц Играет в игру под лезвием мрака, И слышится крик растревоженных птиц. Спиной к спине у врат зари Звезды все медленней тают Среди проповедников медленной смерти Рожден сокрушитель скрижалей Мир, сотворенный в шесть дней - Падший ангел, созданный в гневе. Воля к власти в стадии бреда - Мир, задушенный в собственном чреве, Мир, совершенно чужой глазам, Познание света движением рук, Время пути по горящим следам, - Мир, образующий прерванный круг. Апостол язычников с пеной у рта Стучится в дверь с черного хода, И корчится в муках девятого дня Утерявший единство с природой. Спиной к спине у врат зари Звезды все медленней тают Среди проповедников медленной смерти Рожден сокрушитель скрижалей

* * *

В оркестре фальш-мотив без всяких интонаций, Не спите, граждане, дождемся декораций, Призывно манит королева декаданса Детей откормленной судьбы... Сезон дождей - конец сезона навигаций. Расслабьтесь, хватит неизменно напрягаться. Мы начинаем бал привычных деградаций - Архангел снял чехол с трубы. И он играет астматические танцы - Под эти звуки веселятся оборванцы, И жарят мясо людоеды-африканцы - У них к столу миссионер. Мы знаем из отчета орбитальных станций (Мы были в курсе раньше, чем американцы) - На солнце пятна есть и есть протуберанцы, Они вписались в интерьер. Ну что ж, пора уже спектаклю начинаться - Вас ожидает хит-парад галлюцинаций, Они заставят вас и плакать и смеяться, Здесь вы на нашей частоте. Когда объявят нас в разделе номинаций, Под шквалом бурных продолжительных оваций Мы станем глупо, неприлично улыбаться И растворимся в суете.

* * *

Шелест печальных крыльев судьбы. Хрустальная тишина. Мечется диск безумной луны В слепом пролете окна. Плавится воск зажженной свечи. Ласковый танец огня. И музыка мрака маняще звучит - Ночь искушает меня.

* * *

В моем городе ночь. В моем городе сны. Мой город болен Безумием новой весны. Шепот растущих трав. Мелодия первой грозы. Дождь умывает асфальт Свежестью чистой слезы. И я тебе только снюсь, Я исчезну, как пух с тополей, Ночь начинает блюз Уличных фонарей...

* * *

Мой дом стоит на окраине неба. Там, где рассвет обвенчался с зарей. Мой дом слегка припорошен снегом, Отгоревшего лета белой золой. Где струна горизонта сорвется, Завиваясь мгновенно в тугую спираль, Связь пространств и времен разомкнется И покажется вечная даль. За порогом сознанья и плоти, Где нет грани меж явью и сном, Где шаман в черный бубен колотит, На окраине неба мой дом.

* * *

Хоровод отряда слепцов, Бессмысленный танец, прах под ногами, Отрава в крови юнцов, В клочья разорвано ветхое знамя. Роскошь прощальных слов, До блеска напыщенных траурных фраз Гром орудийных стволов Всхлип тишины, как любовный экстаз Загробная вечность не в счет Листая страницы затертой тетради Смерть терпеливо ждет Часа, когда в подвенечном наряде Сможет войти туда Где, в ярких огнях, жизненный бал Как холодна вода Сыграна пьеса, трагичен финал Солнцем выжженный смех Молчание - золото, в топот шагов Вплелось дыхание тех, Кто оскверняет лики богов Пораженный жестокостью мир Агония веры. У адских ворот Зверь - хозяин и командир Скомкано время, прерван полет Немыслима логика сна Но тебе предстоит пройти этот путь Горькую чашу до дна Испить и в глаза пустоты заглянуть Снова порочный круг Раскроет объятья. В блеске зарниц Мечется яростный звук Запутался свет в паутине границ Время пришло, их имена Огненной кистью начертаны в небесах Попробуй на вкус слово война Запах стали и крови, жизнь и смерть на весах Всадник на черном коне, всадник с истинной мерой Рабу и властителю - мера одна Все это ждет впереди, а пока только серый Серый и пыльный пейзаж вид из окна

* * *

Среди разоренных гнезд Надрывные крики птиц Две жемчужины-капельки слез Скатились из-под ресниц В горле упругим комком Сжалась немая печаль И за раскрытым окном Снег, тающий словно свеча Немеет разум врача Скальпель выпал из рук С первым восторгом луча Тысячи новых мук Губы скривила дрожь Не о чем больше петь Скошена спелая рожь Часы возвестили смерть Парадом в царстве теней Завершается каждый бой Если не видно огней Как я пойду за тобой Но в начале нелепой игры К любым сомнениям глух Ты не слышишь еще до поры Беззубого плача старух Время упало ниц, Где кровь виноградных лоз Течет из пустых глазниц И снова распят Христос Небо покрыла ржа Ветры чужих сторон Пляшут и листья, кружа Земной отдают поклон Кто-то покинул мир Кто-то еще уйдет Зажег фитиль канонир Может быть наш черед?

* * *

Холод вступает в права Белыми хлопьями снег Снегом покрыта моя голова Это зима берет разбег Тень притаилась под пеплом погоста Пальцы сами собою сложились в щепоть Это так трудно и это так просто Стать острой сталью, пронзающей плоть Но повремени, я еще не уверен Я еще вижу старые сны Спектакль окончен и лица в партере То мертвенно-бледны, то кроваво-красны Жить в белом безмолвии - поза От одиночества сходят с ума Цепкие пальцы мороза Сдавили реки - это зима Страх, что клыками вгрызается в нас Липким уродцем уселся на плечи Снежная вьюга, безжалостный вальс Сечет, словно плетью, и души калечит Но повремени, далеко до предела Я еще помню дыханье тепла Лики святых в перекрестье прицела Рука напряглась, но стрелять не смогла Солнце на запад. И мгла Родилась и гонит свет прочь Стужи холодная пелена Стая волков воспевает ночь Сорваны маски, таить нет резона То, что от света скрывается днем Уровень ноль, доброта вне закона Хочется лечь и уснуть подо льдом Но повремени, солнце не умирай Я еще верю, но плата вдвойне Господи Боже, возьми меня в рай Я не умею гореть в огне

* * *

На дне бокала капля сна Напитка мастера иллюзий Что не допил бокал до дна Развязывая жизни узел Реальность сна - вот парадокс Что череду бессонниц множит И губы жжет немой вопрос До крови обнажая кожу

* * *

Рыцари, взнуздавшие крылатых Звездногривых пепельных коней. Путь свой устремляют от заката, Расплескивая лужицы теней. А после, пришпорив, мчатся во тьму Без рукопожатий и напутствий И дробят копыта тишину Черных дыр, разбрызгивая сгустки. И на взмахе замер лунный серп. Время ли для жатвы, для молитвы - В час, когда натянут каждый нерв, Словно тетива в преддверье битвы.

* * *

Луна качается на хрустальных цепях Одинокий вопль совы запутался в ветвях Беги, беги под звуки обезумевшей флейты Пока стая волков не вцепилась в плечи Беги, детка, беги ведь ты вне закона Твои следы на песке пробиты гвоздями А тебе так нужно успеть обогнать ветер Ветер, который звенит колокольчиком В такт барабанному бою конских копыт Выстукивающих ритм страстного фламенко Беги, костер уже лижет своим языком небо И если ты опоздаешь, твой прах смоет дождь Рожденный туманом, разорванным в клочья И если ночной мрак спросит твое имя Промолчи и не говори, как тебя зовут Просто опусти свое имя на дно глубокого колодца Куда даже луна не дотянется взглядом Спрячь свои мечты под камнем в пустыне И беги, детка, беги без имени и без судьбы Не позволяй им ставить свою печать

* * *

Развей меня по ветру прахом и пеплом Рассыпь меня бисером в ноги прохожим Расплескай меня дождиком на мостовые Разбей меня в мелкие брызги осколков Растолки меня в жаркую пыль на подметках Разбавь меня водкой дважды к рассудку А я нарисую в ладонях душу И легким дыханьем согрею заблудшую

* * *

Я сижу на облаке в полдень Плюю в раскаленные крыши И слышу шипение влаги Это пот выступает на пальцах У тех, кто скользит по краю Вдоль безнадежности будней Пытаясь из битого счастья Слепить свой осколок уюта Их танцы вполне неказисты Чтоб стать продолжением рода Нахальная птица удачи Хрипит им вслед с раздраженьем Но несколько вырванных перьев Сверкают за правым ухом И дальше по жизни кромешной Зубы сцепив в ухмылке Они матерятся привычно Не книжные, в общем-то, черви Такие обычные парни С картин Иеронима Босха

* * *

Когда он пришел, он не постучался в дверь Он вошел, он прорвался через окно Она не испугалась, а он сказал ей Пойдем, такая чудесная ночь, пойдем погуляем Город спит, эта ночь и шепот листвы и звезды А если нам наскучит город, сонный и глупый Мы уйдем с тобой в пустыню, мы уйдем И там, в шорохе песка и молчании ветра Там мы потеряем себя, потеряемся друг в друге Мы повернемся спиной ко всему миру Сливаясь в огне, соединяясь с небом и землей Мы не станем оглядываться на тех, за спиной Иди ко мне, убей меня, мой ласковый убийца Иди ко мне, смерть не страшна, она - это вечность Я говорю тебе: давай не будем бояться, вместе Не думай, иди ко мне, не жди, только вместе Но я лгу, когда говорю, что ничего не боюсь Мне иногда бывает страшно, ведь город ждет Иногда мне страшно, что город вернет нас обратно Большой безликий город может украсть тебя Но это неважно, пусть я лгу, но доверься мне Любовь - это колдовство, а я шаман в круге тьмы Безумие крови, сумасшедший драйв в крови Смерть - это не конец, только конец любви - настоящий конец И когда я уйду, я уйду не через дверь Я открою окно и шагну прямо в пустоту Только скажи, и я начну свой полет Я не умею летать, но это не имеет значения Ничто больше не имеет значения, ничего Только вечность - слепой соленый темный океан Любовь - шальная пуля, ну что же, стреляй Иди ко мне, мой ласковый и нежный убийца.