Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Хель Итилиенская, из Эдайн

Семизвездье Валар

(Конец света отменяется...)

Полуночная фантазия на темы Толкина и Ниенны,
написанная с подачи Эльдинор Синдариэль
и, вероятно, под сильным впечатлением
от романа Макса Фрая "Мой Рагнарёк"

 

Словно дымное марево повисло над Благословенными Землями, и в этой белёсой дымке даже золотые троны Валар в Круге Судеб казались тусклыми. Не сверкала алмазная диадема Варды. Огромный сапфир в скипетре Манвэ походил на затянутый бельмом глаз.

Голос Манвэ, наверно, впервые за всю историю Мира, звучал растерянно:

- Явил мне Видение Единый - и узрел я конец Мира, что грядёт вскоре. Не похоже это было на тот Дагор Дагорат, коего ждали мы много веков, - и боюсь я, что не суждено сбыться твоему Пророчеству, Владыка Судеб, - чуть обернулся он в сторону Намо. - Мир... должен просто исчезнуть... вместе со всеми, кто обитает в нём. Если вновь, как и некогда, откажемся мы от своей власти над ним, потеряет силу Заклятье Единого, что привязало нас к Арде, и сможем мы возвратиться в Его Чертоги, что пребывают в Безвременье, по ту сторону Эа. Только там, быть может, найдём мы спасение от беды, что нависла над Миром...

- Но, может быть, и не найдём? - негромко уточнил Ирмо.

Манвэ развёл руками:

- Этого я не могу сказать. И никто не может. Единый... Я взывал к Нему, но не было мне более ответа...

- А что собою представляет этот конец Мира? - нахмурясь, спросила Йаванна.

- Мгла и пустота, пыль и пепел... - Словно заново переживая страшное видение, Манвэ на мгновение опустил голову, но тотчас поднял её и обвёл взглядом Маханаксар. - Надлежит ещё добавить, что ныне нет более силы, способной удерживать извечного нашего Врага за Гранью Мира, и ведомо мне, что возвратился он на Эа. Вот теперь вы знаете всё. Решайте, как нам быть. Я не тороплю с ответом, но прошу не медлить с решением...

Он снял с себя золотую корону, бережно опустил её на сиденье золотого трона, положил туда же скипетр и молча покинул Круг Судеб.

Тринадцать оставшихся смотрели ему вслед.

Аулэ подумалось, что Манвэ сутулится совсем не по-божественному - плечи Короля Мира поникли, как у человека, на которого обрушилась неимоверная тяжесть. Неудивительно - трудно быть королём, когда королевство твоё летит в тартарары и ты бессилен спасти его...

Стремительно вскочил с места могучий Тулкас Астальдо:

- Да чего тут думать? Если мы ничего не можем, пускай Эру спасает нас! Хотя бы нас - а уж потом мы опять... заново...

- Тебе легко говорить, - возразила Йаванна. - Ты не созидал... не растил... ты не знаешь, каким трудом это даётся... - Кементари откинула назад тяжёлую косу цвета спелой пшеницы, обвела всех взглядом зелёных глаз. - Вы можете уйти. Вас ничто не держит в этом мире. Но мои олвар и келвар... Ведь они - живые! И они - беспомощны, словно малые дети, беззащитны перед бедой.

- Всё равно ты не спасёшь их, сестра, - рассудительно сказала ей Варда. - Даже если останешься с ними...

- Если я не смогу их спасти, то хотя бы разделю их судьбу, - ответила Йаванна. И совсем тихо добавила: - По крайней мере, тогда мне не в чем будет себя упрекнуть...

Варда величественно поднялась:

- Это глупо! То - МЫ, а то - какие-то жалкие травинки и букашки. Нет, я согласна с Валой Тулкасом: пусть Эру спасает нас, а этот Мир... Если Моргот вернулся в него - пусть пропадает с ним вместе!

 

...Вана поднималась на Таниквэтил, глотая слёзы. Последняя надежда!

Если уж и здесь не помогут...

...Варде же её тревоги показались смешными:

- Муж пропал! Да сбежал твой Оромэ, давно уже сбежал!

- Только пятки засверкали! - смеясь, вторил ей Тулкас - а уж могучий Асталдо всегда смеялся.

- Нет, - тихо сказала Вана, как и обычно, мучительно робея в присутствии мудрой и многоопытной сестры, к коей благоволил сам Единый. - Не мог он бросить меня в опасности...

- Мог! - уверенно сказала Варда. - Мой-то вон меня бросил.

Со вчерашнего вечера его не вижу. Только я, в отличие от тебя, плакать не стану. Не он - так другой, какая разница! Вала Тулкас меня не оставит...

Она обняла заплаканную Вану.

- Брось горевать, сестричка! Идём с нами! Мир рушится - надо спешить!..

Вана высвободилась из её объятий.

- Нет... Я ещё... - Она всхлипнула. - Я спрошу Йаванну...

Варда нахмурилась.

- Йаванна глупа! Погибать из-за каких-то деревьев и зверюшек... Такого вздора я от неё не ждала!

- Ну так пусть погибает, коли охота, - вновь захохотав, отозвался Тулкас. - Моя вон дурочка тоже остаётся. Оленей своих она, видите ли, оставить не может. Вот и пускай со своими оленями целуется!

Королева Мира обворожительно улыбнулась.

- Ты, как всегда, прав, могучий Асталдо.

 

- ...Нет, я не видела Оромэ. - Голос Йаванны звучал сухо.

- По крайней мере, он ещё не соизволил явиться, дабы упрекнуть меня в глупости. Ты первая, сестрица... и спасибо ещё, что не вздумала с порога меня осуждать!

- Нет! - Вана, повинуясь порыву, схватила руку старшей сестры, прильнула к ней губами. - Как я могу осуждать тебя? Ведь это - наш мир! Мы творили его, мы жили для него, жили в нём. Мы - были им! Йаванна, ты, может быть, самая отважная из нас! У меня сердце разрывается от горя - но остаться... Это так страшно! Только ты одна могла решиться...

- Почему одна? - Йаванна чуть заметно повела бровью. - Аулэ тоже остаётся. Он только отправился предупредить своих любимых Нолдор...

- Предупредить? О чём? - слабо удивилась Вана.

- Мир гибнет. Может быть, они и не смогут спастись. Но они должны хотя бы знать, какая участь им уготована...

- А... потом?..

- Потом? Потом он возвратится, мы отправимся в Альквалондэ, сядем на большой серебристый корабль и поплывём в Эндорэ.

Вана смотрела на сестру с изумлением. Кажется, Кементари была почти счастлива. Её уста трогала чуть заметная улыбка.

- Ты... тебе не страшно, Йаванна?

- Это НАШ мир, Вана. Понимаешь: НАШ? Какая мать бросит своё детище в минуту опасности?

- Но ты не сможешь его спасти.

- Нет. Но я разделю судьбу возлюбленных детей моих и пребуду с ними до конца. Это и моя судьба, я выбрала её, когда сходила в этот мир в Начале Времён.

- Но... там, в Эндорэ, говорят, бродит жестокий Моргот. Ты... ты  помнишь, Йаванна?.. Он будет мстить... Разве можно простить ТАКОЕ?

И тут Кементари засмеялась в открытую.

- Да ты и впрямь дурочка, Вана! До нас ли будет Морготу, если гибнет мир, который он считает - своим? Он и не взглянет в нашу сторону!

 

...В Альквалондэ качались на волнах серебристые корабли-лебеди.

Что-то многовато их было.

И народу на причалах - не пробиться...

Ах да, поняла Вана: Аулэ ведь предупредил Нолдор, те наверняка сказали Тэлери и Ванъяр. Может быть, и зря стремились они покинуть Валинор - разве меньшая опасность ожидала их в Эндорэ? Но, видимо, совесть нашёптывала Старшим Детям, что в трудную минуту должны они прийти к младшим братьям своим - Атани. Помогут - не помогут, вопрос другой. Но быть рядом для них, наверно, столь же важно, как для Йаванны не оставить своих олвар и келвар...

Возле сходней одного из кораблей царила суматоха. Причиной тому был огромный белый конь, сверкающий на солнце, подобно слитку чистого серебра. Он бил копытом, всхрапывал и отчаянно упирался, противясь воле того, кто тщетно пытался возвести его на корабль.

- Нахар!.. Нахар!.. Ну, идём же, упрямец проклятый, идём, родной мой, прошу тебя, идём!..

- Оромэ!

Вана бросилась к мужу.

Он повернул к ней лицо.

Впервые в жизни видела она слёзы в его глазах.

- Испугался... - Голос Оромэ дрожал. - Все суетятся, кричат... А он - он ведь всё понимает. Не идёт!..

Одной рукой он продолжал удерживать Нахара, другой прижал к себе плачущую, перепуганную жену.

- Я думал... Я хотел, чтобы ты ушла со всеми. Опасности - удел мужчин, - шептал он, целуя её волосы. Глаза его горели мрачным огнём. - Если уж Моргот там... Да что же - в Амане и достойных более не осталось? Все сбегут, как крысы с тонущего корабля?..

- Кто - все? - всхлипнула Вана.

- Ну, Манвэ, Намо, Тулкас, Аулэ...

- Аулэ здесь. С Йаванной. А ещё к нам Нэсса по дороге пристала. Со своими оленями. Они ведь от неё ни на шаг... - Вана засмеялась сквозь слёзы. - Тулкас сказал, что она - дура, вместе со своими оленями. И Йаванна дура. Наверно, и меня дурой считает...

- О да! - Оромэ важно кивнул. - По части ума Тулкас у нас дока. Как бы мы без него и разобрались - не представляю!

К ним подошла Нэсса, как и всегда, босая и простоволосая. Как и всегда, она по-детски улыбалась чему-то своему. Тулкас был не прав, упрекая жену в глупости, - скорее всего, она менее остальных принадлежала этому миру. И тем не менее она тоже осталась в нём.

За Нэссой, легонько постукивая копытцами по дощатому настилу, шло семейство оленей. Среди всеобщей суматохи они да их хозяйка были единственными, кто умудрялся хранить спокойствие. Нэсса отстранила брата.

- Пусти. Ты только пугаешь его. Дай лучше я...

Обняв коня за шею, она стала что-то ласково шептать ему в ухо.

Нахар склонил голову, прислушиваясь к словам Валиэ, а затем, повинуясь её мягкому жесту, медленно двинулся за Нэссой по сходням на корабль.

Следом, всё так же неторопливо и безмятежно, шли олени.

Оромэ, Вана, Йаванна и Аулэ тоже поднялись на борт. И - обомлели.

На палубе, угрюмый и мрачный, как туча, стоял Манвэ.

- Ну? - резко и зло бросил он. - И где вас носило столько времени? Могли бы и поспешить!

Они молчали.

Потом Оромэ, как-то непривычно оробевший, пробормотал:

- Да вот... Нахар... понимаешь...

- Понимаю. Нахар. - Манвэ дёрнул головой. - Теперь, надеюсь, все явились?

- Нет! - Йаванна показала на берег. - Вон Ирмо торопится, а с ним - Эстэ, Намо, Вайрэ...

- А кого это Ирмо несёт? - удивилась Нэсса.

- Мэлиан, - присмотревшись, ответила Вана. - Мэлиан нашла забвение среди белых цветов его колдовского Сада - но ведь оставить её там было нельзя, правда?

- Правда, - тихо ответил Манвэ. - Правда...

- ...Ну вот, - заметил Оромэ, окинув их взглядом. - Вроде, все в сборе... кроме тех, кто сбежал. Тулкас струсил... И Варда ушла...

- Да, знаю, - сквозь зубы бросил Манвэ.

Лицо его исказила болезненная гримаса.

- И Плакальщицы нашей нет, - сказал Аулэ.

Серая тень у борта шевельнулась.

- Я давно уже здесь, - раздался отчётливый серебряный голос Ниэнны.

Манвэ подошёл к сестре, положил руку ей на плечо.

- Тогда руби концы, капитан. Держи курс на Эндорэ! Может, нас там не больно-то ждут... - Он вздохнул. - Но наше место теперь - там.

 

Так пришли они в гибнущую Арду - чтобы разделить с нею её судьбу.

Манвэ Сулимо - уже не Король Мира, но всё ещё Повелитель Ветров и сильнейший из Валар Амана.

Йаванна Кементари - Подательница Жизни.

Аулэ Кузнец - Мастер и Созидатель.

Оромэ Алдарон - Владыка Лесов.

Намо и Ирмо - Властители Душ.

Ниэнна Скорбящая.

Эстэ Целительница.

Вана Вечноюная.

Нэсса Плясунья.

Вайрэ Пряха.

А Улмо Морской Царь никогда не покидал Арды, и немного времени ему понадобилось, чтобы присоединиться к ним...

 

...Дымное марево над Эндорэ было ещё гуще - земля, словно горькая вдова, укрылась под туманным покровом. И тихи были Серебристые Гавани - никто не рвался в Валинор.

...А на причале их ждали двое.

Оба в чёрном.

Оба седые.

Лицо одного разодрано длинными шрамами.

И на запястьях - будто железные браслеты.

А у другого на поясе - крылатый меч. И рука на рукояти...

Валар смутились и почему-то стали отступать от этих двоих, пятясь, пока не оказались все за спиной Манвэ (мол, ты - Король, тебе и ответ держать!).

Не по себе стало Манвэ. Суровый взгляд Мелькора холодом обдал его - аж мурашки по спине забегали. Но, пересиливая накативший страх, сказал тот, кого величали Королём Мира:

- Ты... вернулся?

- Вернулся, - ровно сказал Мелькор.

Манвэ обернулся к своим, будто ища у них поддержки, и неуверенно продолжил:

- Вот и мы... вернулись...

Долгое время Мелькор молча смотрел на них, а потом ответил:

- Что ж, коли так - милости просим!

И сделал широкий жест рукой, словно открывая для них Арду. Валинорцы вздохнули с облегчением.

Даже Саурон, казалось, расслабился и выпустил рукоять меча из онемевших пальцев.

Правда, глаза его всё ещё смотрели настороженно и недружелюбно.

Сколько он помнил себя, пришельцы с Запада всегда несли с собою лишь горе для Эндорэ. А уж эти... Великие Валар... Слишком много зла было на их совести, слишком много крови на руках! Словно в открытой книге читал Манвэ мысли мятежного Майя. И понимал Вала, что пока не сломлен лёд недоверия, никто не примет их в Эндорэ, ибо здесь воистину - Царствие Мелькора, который по своей воле не покидал Мира ни в бедствиях его, ни в радости и ныне примчался - защитником его и спасителем.

...Вот только сможет ли спасти?

Если даже Эру отрёкся...

А тут - всего лишь Вала.

Тяжёлые железные наручники на запястьях. И ладони сожжены Сильмариллами - даже меча, пожалуй, не удержать...

...Манвэ подошёл вплотную к Мелькору.

- Дай мне твою руку... брат...

Последнее слово далось с трудом, оцарапав горло. Удивление промелькнуло в глазах Чёрного Валы. Он протянул Манвэ искалеченную руку.

Король Мира жадно схватил её - будто жаждущий в пустыне кружку воды.

...Смогу ли - я?

Заклятье Варды.

Вместе - мы были сильны.

Я - давал ей силу.

А теперь - я один...

...Но я - должен!

Самым могучим был я среди Валар, и даже думы Илуватара были раскрыты мне, и воля моя - превыше снежно сияющей вершины Таниквэтил и твёрже камня недр её.

И не могу я отступить.

Я - должен.

Должен.

Должен...

Так стояли они друг против друга, соединив руки, и ровное серебристое сияние, сходное со Светом Тэлпериона, окутывало их, подобно облаку, пока не сокрылись они от глаз всех, кто смотрел на них.

Только - Свет.

Чистый, незамутнённый Свет.

...Когда же рассеялось облако, даже Валар ахнули - ибо редко являл им Владыка Амана подлинную мощь свою.

А перед ними стояли - воистину два брата, явившиеся некогда в Мир для великих дел.

И светел был лик Манвэ - лик Дня Арды.

И ясен был лик Мелькора - лик Ночи Арды.

Два бога.

Два Творца.

Два Созидателя.

И, взглянув на брата, счастливо засмеялся Манвэ, впервые ощутив себя по-настоящему свободным:

- Получилось! У меня - получилось!

И улыбнулся в ответ ему Мелькор:

- Да, брат мой. Теперь у нас всё получится.

 

...Всё получится.

Они жили этой верой, этой надеждой - и даже приближающаяся опасность перестала казаться неодолимой. Они вместе - и больше нет вековой вражды, а значит, у них всё получится. Они отреклись от бессмертия. Они все - и Валар, и Валиэр. Отреклись, переплавив бессмертие в небывалую мощь. Мощь эта должна была стать щитом для Арды - их Мира, который создали они в Безвременье Музыкой своею и который так и не смогли бросить на погибель.

И, усиливая прочность незримого этого щита, вослед за ними отреклись от бессмертия младшие Айнур, тоже покинувшие Валинор. И Старшие Дети Арды сравнялись с Младшими, избрав удел Смертных. Всё, что могли они сделать для Мира. Мира, к которому привязаны были судьбой своей, долгом и памятью.

А когда приготовления закончились, семь Валар отринули одеяния Зримого Мира и вознеслись в просторы Эа, воздвигнув там щит, что должен был уберечь Арду от беды.

И улыбнулся Манвэ на прощание:

- Всё у нас получится!

 

...А потом из бездн Авакумы надвинулось безликое грозное Ничто, ударило Серой Стрелой в подставленный щит - ударило и рассыпалось прахом.

Ибо щит - выстоял.

И серебрился, сгорая в слоях Илмэна, серый пепел, лёгкий, бессильный, безвредный, - мириады сверкающих искр, словно вновь на Арду обрушился звездопад.

И стояли под ним Валиэр, глядя вверх в тревожном ожидании, как от века ждут на Земле женщины своих мужчин с войны.

Но никто не вернулся.

Лишь долетел к ним шёпот-шорох - может, ветер степной траву колыхнул, может, птицы ветви дерев качнули:

- Получилось...

И заголосила Йаванна, зашлась в рыданиях Вана, упала без чувств на землю Эстэ, рвала на себе косы Вайрэ.

Но сказала скорбная Ниэнна:

- Не плачьте, сёстры мои. Они вернутся.

И указала в небо.

Там, высоко над головами, подымалось новое созвездие - семь ярких звёзд, словно семь воинов, вставших плечом к плечу за родную землю.

И звала их по именам Ниэнна:

- Манвэ Высокий Повелитель Ветров. Мелькор Чёрный Властелин Ночи. Аулэ Кузнец Владыка Камня. Улмо Могучий Властитель Морей. Оромэ Алдарон Защитник Лесов. Намо Глашатай Судеб. Ирмо Целитель Душ. Да сохранится навек в памяти Детей Арды подвиг ваш! И если даже забудутся ваши имена, Семизвездье* будет вечно восходить над спасённым Миром как знак любви вашей...

 


 

* Попрошу не путать с семизвездьем Валакирки - Серпа Валар, грозящего Мелькору, под которым Толкин подразумевал Малую Медведицу, в самом деле указывающую север (где находились владения Мелькора в Первую Эпоху)! Под  этим Семизвездьем подразумевается звёздное скопление Плеяды, они же - Стожары, одно из красивейших звёздных скоплений северного неба.

 

  Текст скопирован со cтраницы "Бесконечный круг миров"