Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Стихи Эстеры

Серебрянная тень.

Творчество человека - продолжение его личности. Ее отражение, зеркало... Поэтому разговор о стихах Эстеры, представляющихся автору одним из самых интересных явлений культуры фэндома, надо начинать с нее самой. Итак, открываем соответствующую карточку "Кто есть кто", и читаем:

"Мои увлечения: философия, богословие (христианское), мифология народов мира, литература (Серебряный Век, особенно А.Блок и Н.Гумилев), Толкин (история Средиземья, эльфийские языки), музыка (скрипка, гитара), ролевые игры (любимая роль на играх - менестрель-бездельник), история неформальных движений (хиппи, панки и т.д)".

Любопытная, личность, согласитесь. Многогранная и необычная в нашем скучноватом мире... Таковы и ее стихи. Очень живые, очень разные: от глубоко лирических ("Это было - не яд и не жало...") до легких пейзажных набросков ("Тополя в золотистом уборе...") или сложнейших психологических зарисовок ("Слишком долго смотрела я в бездну..."). В этих стихах без труда можно найти отражение всех увлечений автора: в этих стихах видятся то любопытнейшие богословские очерки ("Да! Предстоят нам испытанья..."), то многочисленные образы толкиеновского мира ("Эовин", "Остранна"), то философские размышления о пути и цели ("Баллада об идущих сквозь пустыню.")

И естественно, важнейшей паралелью стихам Эстеры является Серебрянный Век. Его образы, слова, мысли пронизывают все творчество Эстеры - то в форме прямых отсылок ("Посвящение Блоку"), то эпиграфом ("Отчаяние"), то скрытыми цитатами ("Ты плачешь: твой друг не вернется назад...").

В чем-то очень важном, творчество Эстеры является отражением всего того слоя нашей культуры, что принято называть Серебрянным Веком. Нет, она конечно не копирует чужого, она торит свою тропинку, но в мире царят незыблемые законы - и потому ее тропинка оказывается во многом похожей, на те, которыми некогда шли Гумилев или Цветаева ...

И потому многое в творчестве Эстеры становится яснее, если глядеть на него через призму истории Серебрянного века. Можно видеть причины и следствия, можно разглядеть то, что пока что лишь намечено тонким пунктиром...

Итак, начало... Первые стихотворения (1994 г.) - очень простые, светлые, добрые. В чем-то по детски-наивные... Многочисленные пейзажные зарисовки ("Прощание с летом", "Августовский вечер"), - первые попытки воплотить очарование ощущения в Слово. И картины иных миров - такие однозначные, не допускающие двойного толкования - прекрасный, несущий свет Солнечный Странник, или рабство Тьмы... В этих картинах чудится мощь Сказки, волшебного мира, не знающего полутонов и компромиссов, прекрасной повести о добром мире...

И удивительно созвучно этим стихотворениям звучат отделенные от них без малого столетием стихи совсем юной Цветаевой - "В люксембургском саду", "Зимой", или чарующие полусказки, полулегенды Гумилева - "Пророки", "Русалка".

А светлые мечты, и скрываемые от самой себя страхи, что из потаенных глубин души изливаются на белую гладь бумаги, едины во все времена - и потому Эстера, автор "Заветного слова" и Ахматова, автор "Сжавши руки под темной вуалью", кажутся почти современницами.

Впрочем, во многом наш мир отличается от спокойного и неторопливого мира начала века и Эстера намного раньше своих коллег встречается с первыми переоценками своей жизни, с первыми ошибками и ловушками. И появляется на свет страшноватое, удивительно точное в описании опасностей, таящихся на иных путях, стихотворение "Слишком долго смотрела я в бездну...". Вообще, талант Эстеры развивается гораздо быстрее, чем у ее двойников - и уже через год, в ее творчестве происходит перемена.

Наступает время переоценки многого. Время ломки привычек, слов, образов... Почти все стихи этого периода болезненно-чувствительны. Расставание с ушедшим другом, безрадостный покой темницы, любовь, превращающаяся в гибель - вот темы этого периода. Не случайно именно на этот год приходится и начало цикла "Читая Блока", осмысливающего творчество одного из любимых поэтов автора, и глубоко пессемистическое продолжение своего собственного "Солнечного странника"...

Но не все так мрачно. В этот же период появляются удивительно светлые, намного более удивительные, чем раньше стихотворения, светлые - не по определению, но вопреки всему, вопреки злобе мира и людской глупости - "Мечты", "Золотой век".

И хотя странная раздвоенность в стихах длится весь этот год - уже в его начале Эстера делает свой выбор, запечатлев его в легких, летящих строчках "Мечты":

Две дороги лежат.На какую ступлю:
К небесам устремлюсь ли душой
Или мир этот грешный,больной полюблю,
Он мне страшен,но все же он мой.
В небеса,в небеса,в их эфирную даль!..
Но бескрылых,оставшихся жаль.

И вновь - многочисленные парралели этому этапу творчества Эстеры мы находим у поэтов Серебрянного века. Противоречивые картины гумилевских "Жемчугов", горькая раздвоенность "Белой стаи" Ахматовой - все эти явления родственны периоду выбора пути, которым 1995 г. стал для нашей героини.

Следующий год был иным. На первый взгляд мы наблюдаем возвращение к образам и сюжетам 1994 года. Тот же оптимизм, те же спокойные образы... Но это лишь на первый взгляд.

Если приглядеться внимательней, мы увидим, что в творчестве Эстеры произошел качественный перелом. Теперь ее стихи рождаются на том пути, который она избрала, преодолев раздвоенность своего настроения... И потому ее оптимизм теперь становится качественно иным. Это не просто уверенность в том, что "все будет хорошо", это глубокая убежденность, основывающаяся на почти мистическом ощущении Промысла, пронизывающего историю. Прожалуй лишь теперь стихи Эстеры можно назвать "зрелыми". В них появляется нечто неуловимое, приходящее в творчество Цветаевой лишь в 1918-1919 году, в "Крылатой душе" или "Комедьянте".

Обратим внимание, как меняются пейзажные зарисовки Эстеры, по сравнению с предыдущими годами. Там, где в 1994 было простое описание, а в 1995 - робкая надежда на исцеление уставшей души, теперь появляется глубокое философское размышление о тщете человеческих страстей... Наверное, сложно найти более яркое свидетельство внутренней перемены, коснувшейся творчества Эстеры.

Пожалуй, лишь в этом периоде в творчестве Эстеры появляются четко различимые христианские мотивы. "Это было - не яд и не жало" или "Да! Предстоят нам испытанья..." представляют собой удивительные примеры христианского осмысления обыденных событий и ситуаций.

Еще одна новая грань в творчетве Эстеры - появление многочисленных психологических зарисовок, таких, как "Смятение" или "Дочь небес". Великолепное мастерство психолога, умение найти нужные слова, чтобы отразить свои мысли и чувства делает эти стихи настоящим шедевром.

Ну и наконец, последняя черта этого периода - впервые Эстера начинает творить произведения по Толкиену. Причем, ее "потолкиеновские" стихотворения не менее живы и полнокровны, чем остальные стихи. Это еще один признак наступившей творческой зрелости.

Следующий период - 1997 год. Почти все стихотворения этого периода обращаются вокруг двух тем. Первая - любовная лирика, которая в этом периоде наполняется особой эмоциональной полнотой, особым изяществом и цельностью. Думается причины этого расцвета, были связаны с переменами в личной жизни героини.

И другая тема - иные миры. А есть ли они?.. Рискну предположить, что эти стихотворения опять таки обусловлены событиями в личной жизни - расставанием с "дивностью", которое никогда не бывает легким...

Не стоит искать параллелм этому периоду творчества Эстеры в Серебрянном Веке. Если они и есть - паралели будут во многом надуманными - потому что, слишком индивидуальны те причины, что привели к появлению этих стихотворений...

Ну и последний период - 1998 год. Это - период нового перелома в творчестве, период болезненных перемен. Эстере становится тесно в привычных рамках, она ищет новые пути, формы, идеи... Прежде всего это отражается в форме стихотворений - появляются многочисленные эксперименты в этой сфере: причудливые ритмы "Авалона", акростихи, рванная ткань "Странно...". И одновременно - Эстера тасует, как карты разные стили и манеры стихотворчества, азартно примеряя то одну, то другую маску.

Очень схожее явление мы наблюдаем и в истории Серебрянного века. Это - гумилевское "Чужое небо", мост между глубокой завершенностью "Жемчугов" и мягкой описательностью "Фарфорового павильона". Обратим внимание - там то же чередование масок, стилей, ритмов, что и в последних стихах Эстеры.

Делать прогнозы бессмаслено - Серебрянный Век на этом этапе близился к завершению, по причинам с поэзией никак не связанным. Искренне надеюсь, что Эстеру минует судьба Гумилева или Ахматовой... А что будет дальше - посмотрим.

P.S. Хочется обратить внимание читателей, что я понимаю всю условность разбиения творчества Эстеры по годам. Естественно, рассмотренные периоды смешивались друг с другом и не всегда совпадали с календарными датами. Иные из стихов 1994 звучат провозвестьем 1995 и наоборот - но общая схема сохраняется...

Гарет. Март 1999 г.