Главная Новости Золотой Фонд Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы Общий каталог
Главная Продолжения Апокрифы Альтернативная история Поэзия Стеб Фэндом Грань Арды Публицистика Таверна "У Гарета" Гостевая книга Служебный вход Гостиная Написать письмо


Александр Немировский

Древняя Арда: антропогенез и расообразование

Положение, сложившееся к настоящему времени в области изучения антропосоциогенеза Арды, внушает определенное беспокойство. До сих пор и читатели, и исследователи ограничиваются здесь некритическим усвоением ардианских, прежде всего эльфийских, мифологем, почерпнутых из различных версий "Сильмариллиона" и удостоверенных терминологией "Властелина Колец". Общая картина, созданная этими источниками, такова: сапиенсы Арды были сотворены независимо друг от друга и не связаны филогенетически; к ним относятся (в порядке "сотворения", т.е. убывания свойств "высших" видов): 1) айну, существовавшие "до Арды"; 2) дварфы, "сотворенные" до эльфов, но вышедшие на историческую арену после них; 3) эльфы, и, соответственно, орки, являющиеся, согласно упрощенной канонической версии, мутировавшей расой эльфов; 4) энты, время "сотворения" которых не уточняется, но, судя по всему, считается примерно синхронным появлению эльфов или несколько более поздним; 5) люди, в числе которых выделяется около четырех рас. Вне этой классификации остаются тролли и хоббиты; о последних, впрочем, вступительная часть "Властелина" сообщает, что они приходятся человеку более близкой родней, чем эльфы и дварфы.

Приведенная схема обычно и воспроизводится во всевозможных словарях и пособиях по истории Мидлэрта. Между тем принимать эльфийские этиологические мифы за основу исторических реконструкций ардианского антропогенеза так же бессмысленно, как восстанавливать филиацию человеческих и животных популяций Земли на основании первобытных тотемных представлений о родстве тех или иных племен с соответствующими животными. Подобный подход тем более непростителен, что как раз по рассматриваемому вопросу мы имеем достаточно информации, чтобы применять общенаучный биологический подход, руководствуясь тремя главными объективными и совершенно достоверными критериями всякой видо-родовой близости: морфологическим сходством, генетическими связями, и, самое главное, способностью к продуктивному скрещиванию. Проанализируем в этом духе свойства сапиенсов Арды, непосредственно усматриваемые из источников /1/.

1. Морфологическое сходство. Все сапиенсы Арды , несомненно, относятся к приматам-гоминоидам. Айну, эльфы и люди (причем именно люди европеоидной расы) характеризуются в наших источниках как существа совершенно идентичной (человеческой европеоидной) внешности; практически идентично, судя по всему, и их органическое устройство. При этом айну и эльфы характеризуются т.н. "бессмертием" ("Книга утраченных историй", однако, определяет как будто срок жизни эльфов в 10000 лет и позволяет тем самым предполагать конечную смертность и для айну), в то время как люди недолговечны; обратим, однако, внимание на то, что и различные человеческие группы (в том числе в пределах одной - "европеоидной" расы) - более чем втрое различаются по продолжительности жизни. Внешность орков во многом специфична, но их эльфийское происхождение снимает вопрос (см. выше). Тролли, дварфы и хоббиты все человекоподобны, причем тролли - в наименьшей степени (хотя и достаточной для того, чтобы население Дальнего Харада определялось в "Возвращении короля" как троллеподобное), а дварфы значительно более напоминают людей, причем опять-таки европеоидов, нежели хоббиты (распределение волосяного покрова и рудиментарное оволосение нижних конечностей у хоббитов в противоположность дварфам и людям), и отличаются от людей, по сути, только коренастым телосложением, низкорослостью и повышенным долголетием; они, как и хоббиты, смертны. На основании всего сказанного можно построить следующую предварительную схему морфологического соотношения разумных рас Мидлэрта:

{([айну,эльфы],аданы,дварфы),прочие люди} хоббиты, тролли, энты?
"бессмертны"
е в р о п е о и д н ы
существа человеческой внешности
антропоморфные существа

2. Генетические связи. Реальная, а не мифическая связь прямо зарегистрирована только для орков, основная масса которых произошла от эльфов в результате искусственной или естественной селекции (новых видов таким способом, как известно, получить нельзя; более подробно об антропогенезе орков см. ниже).

3. Возможности продуктивного скрещивания. Материал на эту тему особенно богат:

а) Дающие способное плодоносить потомство браки майар и эльфов (Синголло и Мэлиан ["Сильмариллион"], Тинто Ленве и Гвенделин ["Книга утраченных историй"]) с одной стороны и эльфов и людей (несколько общеизвестных случаев - Берен и Лэтиен, Туор и Идрил, Арагорн и Арвен /2/) с другой доказывают видовое единство для айну, людей и эльфов (что, заметим, целиком согласуется с морфологическим материалом).

б) Точно так же страсть Гимли к Галадриэли носит вполне очевидный характер, свидетельствующий о одновидовой принадлежности дварфов и эльфов /3/.

в) Достаточно неожиданным, но бесспорным фактом является возможность продуктивного скрещения эльфов и хоббитов: об одном из Туков говорили, что он взял в жены эльфийку ("Хоббит"). Вероятная ложность этого слуха никак не опровергает наш вывод: о существах разных видов никто не стал бы распространять и ложных слухов такого рода. Однако особенности хоббитов, противопоставленные ряду общих признаков айну, эльфов, дварфов и людей, побуждают нас рассматривать вопрос о хоббитах отдельно.

Таким образом, мы можем констатировать принадлежность айну, эльфов (с орками), людей и дварфов к одному биологическому таксону, для которого мы предложили бы, по аналогии с Землей, название Homo Sapiens Sapiens Ardae. Именно этот вид соответствует земным людям. Филогенетическое соотношение отдельных перечисленных подразделений этого вида может быть реконструировано на основе следующих соображений:

1) "Бессмертие" едва ли могло появиться конвергентно, т.е. независимым образом у нескольких популяций сразу, поскольку не является адаптирующим признаком. Таким образом, эльфы и айну должны находиться друг с другом в большем родстве, нежели с прочими категориями ардианского Homo. Назовем выделенную тем самым группу "бессмертными".

2) Европеоидный облик айну, эльфов, дварфов и аданов в сочетании с наличием неевропеоидных "собственно человеческих" рас может означать: (а) что первоначально на расы разделились "смертные люди", и только затем из европеоидной расы людей выделились популяции дварфов и "бессмертных", сохранившие, естественно, европеоидный тип; (б) что выделение дварфов и "бессмертных" предшествовало человеческому расообразованию, а их европеоидный облик объясняется тем, что он-то и был с самого начала характерен для нерасчлененных на расы людей, а неевропеоидные расы образовались позднее, в ходе адаптации первичных "квази-европеоидов" к новым природным условиям. Решающим соображением здесь могло бы быть то, что облик дварфов (в отличие от чисто европеоидного облика "бессмертных") действительно имеет много черт, нехарактерных для чистых европеоидов (коренастое телосложение), и вполне естественных именно для первичной, нерасчлененной расы; однако эти признаки могли сформироваться и очень поздно, в условиях адаптации к пещерным условиям существования. Только крайнее долголетие дварфов, противопоставляющее их всем позднейшим расам смертных людей вместе взятым, побуждает нас считать, что дварфы отделились от ствола "смертных" до распада его на позднейшие расы "людей".

При окончательном решении этого запутанного вопроса на помощь действительно может прийти традиция. Разумеется, мифическая последовательность "приходов" в мир тех или иных подрас Homo соответствует не времени их действительного формирования, а лишь времени их первого столкновения с айну и эльфами, но и этого достаточно, чтобы добиться определенных результатов. В самом деле, айну фигурируют как вполне сформировавшаяся и изолированная от других группа уже ок. Х тыс. до х.э. (эпоха Айнулиндалэ), а эльфы, исходившие весь север Мидлэрта, столкнулись с "людьми" (т.е., с позднейшими, окончательно сложившимися расами смертных людей; "людьми" в нашем смысле слова они были и сами) только в VI тыс. до х.э. С учетом этого обстоятельства предпочтение следует отдать изложенному выше варианту б).

Теперь мы можем вернуться к вопросу о хоббитах. Их видовое единство с Homo было доказано выше возможностью скрещения с эльфами; однако крайняя низкорослость и мощный рудиментарный шерстяной покров отличают их от всех прочих Homo и заставляют считать их более примитивной формой (по всей вероятности, в ранге подвида). Если добавить к этому целиком заимствованный характер культуры хоббитов, включая язык, и их пещерный образ жизни, то мы получим образ, целиком удовлетворяющий представлениям о "первобытном человеке", стоящем на стадии, примерно отвечающей земному палеоантропу ("неандертальцу"), в отличие от неоантропов ("кроманьонцев"), являющихся прогрессивной формой того же вида и соответствующих остальным формам ардианского Homo.

К сожалению, крайней скудостью отличаются сведения о троллях и энтах (ясно только, что они относятся не только к другим видам, но и к другим родам гоминид, нежели Homo), но, в общем, первых естественно сопоставлять с крупными нагорными земными приматами типа мегантропа, а вторых - с человекообразными древесными приматами (набор аналогий здесь крайне велик - от дриопитека до гиббона. Основное отличие энта от всех земных приматов - гипертрофированный полидактилизм, т.е. необычайно большое количество пальцев, в хоббитской традиции воспринимаемых как корни и сучья).

Особого рассмотрения заслуживают орки. "Сильмариллион" сообщает нам об орках, происшедших от измененных Морготом эльфов, пойманных им еще до разделения эльфов на эльда и авари, и об орках - не измененных, а просто "одичавших в глуши" и вставших на службу Морготу авари (именно этот компонент был доминирующим в Первую Эпоху). "Книга утраченных историй" указывает, что орки - это перешедшие на сторону Моргота дварфы (откуда их ожесточенная вражда с последними), и, действительно, и сама "Книга...", и ранние версии "Сильмариллиона", помещенные в "Сотворении Мидлэрта" говорят о существовании орков до пробуждения эльфов у Куйвиэнен (на роль предков этих орков могут тогда претендовать только дварфы; ср.: один из текстов "Сотворения..." говорит о создании орков Морготом из камня, что представляет собой явную аллюзию на историю о сотворении дварфов, а, учитывая мифологическую неспособность Моргота к творению, может подразумевать только переход части дварфов на его сторону, что и означало бы "квази-создание" орков). Наконец, "Незаконченные сказания Нуменора и Мидлэрта" сообщают в экскурсе о друаданах, что в орках есть и кровь людей дру. Суммируя эти данные, можно выстроить следующую схему расогенеза орков: первоначально (до "Пробуждения эльфов", т.е. до сер. VII тыс. до х.э.) орками назывались немногочисленные дварфы, перешедшие на сторону Моргота. В середине VII тыс. к ним добавились эльфы-пленники Моргота, подвергнутые им селекции и смешению с его дварфами (в чем, очевидно, и заключалось по преимуществу их пресловутое "искажение"); именно они и стали доминирующим компонентом орков на этом этапе. Наконец, в третьей четверти VI тыс. до х.э. в состав орков влилась огромная масса авари (представлявшая собой северное ответвление их основных популяций); с этого времени орков можно считать расой (собственно, "антирасой") эльфов, во всяком случае по самосознанию и исторической традиции (хотя биологически мы предпочитаем выделять их в особый таксон). Наконец, до конца VI тыс. до х.э. в состав орков влилась часть друаданов (из числа тех друаданов, что пришли на север вместе с племенем Халет). Все эти компоненты полностью смешались друг с другом, при подавляющем преобладании эльфийской крови в конечном счете. Заметим, что сама по себе возможность полного смешения в составе одной расы дварфов, эльфов и людей составляет лучшую иллюстрацию продемонстрированного выше их видового единства. Многообразие подрас орков во II-III эпоху можно, в числе прочих факторов, объяснять и разным соотношением эльфийских, дварфских и друаданских элементов их генофонда.

Все сказанное позволяет существенно уточнить взаимное соотношение "разумных рас" Арды. Внутри семейства гоминоидов существуют всего три рода сапиенсов - Torogus, Onodus и Homo. Внутри рода Homo выделяются, по всей вероятности, два вида: Homo Sapiens Ardae и вид, предковый для него, сочетающий черты палеоантропов и неоантропов, своего рода Homo Erectus Ardae или "протохоббит". Вид Homo Sapiens разделяется на два подвида: более примитивный Homo Sapiens Neanderthalensis (палеоантроп, хоббит) и более продвинутый Homo Sapiens Sapiens (неоантроп, современный человек). Внутри последнего подвида выделяются две надрасы - "бессмертных" и "смертных" Homo, причем "смертные" делятся на расы дварфов (противопоставленных всем прочим и приближающимся тем самым к статусу надрасы), европеоидов - аданов, монголоидов - истерлингов, негроидов- харадримов и друаданов, которые и по внешнему виду, и по аналогии с Землей должны рассматриваться как австралоиды. Наконец, существует поздняя смешанная, промежуточная между "смертными" и "бессмертными" третья надраса - орки.

Наконец, с учетом земных аналогий, повышенной скорости ардианской эволюции /4/ и географического распределения представителей перечисленных разновидностей во II тыс. х.э., а также отдельных указаний на ареалы, занятые ими в предшествующие времена /5/, древнейшие этапы антропогенеза Арды можно представить следующим образом: около 100 тыс. лет до х.э. на северо-западе Мидлэрта уже были широко распространены представители надсемейства Hominoidea. В следующие тысячелетия популяции, принадлежащие к трем родам этого надсемейства, прошли через сапиентацию: это были древесные приматы, близкие земным гиббонам и населявшие лесные массивы западного Мидлэрта (энтоиды), крупные горные приматы, населявшие плоскогорья северо-запада (торогоиды) и, наконец, мелкие неспециализированные приматы, обитавшие в зонах смешанных ландшафтов (род Homo Ardae). Непрерывное развитие этих популяций в местах первоначального обитания дало современных онодримов и торогов, а также протохоббитов. Однако еще до завершения этого процесса, ок. 90000 - 80000 лет до х.э., группа популяций протохоббитов, оторвавшись от основного ареала своего вида, расселилась в Восточном Мидлэрте, на окраинах современного нагорья Палисор. Богатство природных условий и многообразие сложившихся здесь климатических зон способствовало ускоренной эволюции палисорских протохоббитов, ок. 50000 лет до х.э. давших начало виду Homo Sapiens Ardae в его ранней фазе (подвид Homo Sapiens Neanderthalensis, палеоантроп). Часть из них сразу отошла на запад Мидлэрта и поглотила там развивавшихся в схожем направлении поздних пртохоббитов. Образовавшиеся популяции без изменений существуют до настоящего времени; это и есть хоббиты, "неандертальцы Арды". Палисорские же популяции раннего Homo Sapiens Ardae эволюционировали, приблизительно к 30000 лет до х.э., в позднего (современного) Homo Sapiens Ardae (подвид Homo Sapiens Sapiens, неоантроп).

В течение следующих десяти-пятнадцати тысяч лет ардианские неоантропы широко расселились по востоку Мидлэрта, освоив территории от Палисора до Восточного Моря с запада на восток и от Орокарни до южных отрогов Гор ветра с севера на юг. В это время они уже говорили на достаточно развитом языке и имели общее самоназвание adha- ("люди"), хотя политического единства, разумеется, не составляли. Вскоре и генетическое единство на подобных пространствах поддерживаться уже не могло, и к 15-12000 лет до х.э. представители Homo Sapiens Sapiens образовали две надрасы - т.н. "смертных" и "бессмертных" людей. "Бессмертная раса" сформировалась из популяций людей, обитавших вокруг моря Хелкар (можно думать, что именно свойства его воды способствовали удлинению продолжительности их жизни; впрочем, как показывает пример позднейших нуменорцев, ардианские Homo вообще были предрасположены к быстрому генетическому дрейфу в этом направлении). "Смертные", напротив, населяли более южные области, располагавшиеся между Горами Ветра и морем (позднейший Хилдориэн). Видообразование окончательно сменилось расообразованием. Ок. 8000 г. до х.э. от основного ствола смертных отделилась группа популяций, расселившаяся в горных районах на востоке Мидлэрта и превратившаяся к середине VIII тыс. до х.э. в расу дварфов. Тогда же, в середине - второй половине VIII тыс. до х.э. в связи с широким расселением смертных людей наметилось их разделение на 3-4 расы, завершившееся к началу VII тыс. Наконец, изолированная на Нуменоре популяция смертных европеоидов превратилась в долгоживущую в V тыс. до Х.Э., что дает основание рассматривать дунаданов как особую ("Высшую" в мидлэртианской традиции) подрасу европеоидной расы. Так сложилось антропологическое многообразие ардианских гоминид.

ПРИМЕЧАНИЯ

/1/ Мы отказываемся придавать этому термину распространенное расширительное толкование, при котором к разумным расам причисляются все "говорящие животные" Арды. Животные, от муравьев до шимпанзе, могут вырабатывать и адаптировать сколь угодно сложные сигнальные системы, но они, в отличие от человека, не создают принципиально нового способа взаимоотношений с окружающей средой.

/2/ Подчеркнем, что препятствия к этим бракам всегда носят исключительно социальный характер, и никому не приходит в голову видеть в них некую биологическую противоестественность.

/3/ Сама по себе эта страсть, конечно, могла бы носить и характер зоофилии (прямой или обратной - в зависимости от того, за кем мы закрепим человеческий статус), но тогда едва ли она могла бы быть публично санкционирована эльфами и получить соответствующее признание в литературно-эпической традиции Мидлэрта, учитывая ее характер (не говоря уже об однозначно положительном отношении к этому сюжету католика Толкиена).

/4/ Например, продолжительность жизни у ардианских гоминид подвержена особенно быстрой изменчивости. Так, нуменорцам достаточно было нескольких поколений, чтобы в условиях изоляции генетический дрейф привел к многократному возрастанию средней продолжительности жизни; точно так же смешение гондорских дунаданов с местным населением привело к такому же быстрому падению этой продолжительности.

/5/ Так, энты населяют только Запад Мидлэрта: предание о Куйвиэнене не упоминает о них, и сами энты соотносят обучение их эльфами человеческой речи исключительно с древнейшими лесами Эриадора и долины Андуина, где они, по словам Гэндальфа, пребывали до прихода эльфов и дварфов.