Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы
Миры Перекресток миров Книга серебряных рун


Иаран

Скрещение

Рол Эрвинг, аспирант физического факультета, шел по старому университетскому парку и размышлял о предстоящей защите кандидатской диссертации. Парк этот, обнесенный по периметру бетонной стеной, был заброшен и напоминал лес, за исключением отгороженного в дальнем углу сада биологического факультета. Там росли плодовые деревья и кустарники, заботливо ухоженные юными и не очень юными садоводами, в том числе большим приятелем Рола, с которым он делил комнату на первом этаже аспирантского общежития. Там была и любимая яблоня Лина, заботливо выращенная им из семечка. Рол как раз вспомнил разговор со своим другом:

"Вот поймаю деятеля, что яблоки обрывает, и будет он у меня год грядки пропалывать!"

На покосившейся деревянной калитке висел огромный висячий замок, но Рола, как и иных посвященных в секрет, это не смутило - он вполне поддавался обычной медной монетке. В ряду яблонь мелькнула какая-то тень, и парень поспешил туда.

Однако то был отнюдь не какой-нибудь нахальный первокурсник. Около любимой яблони Лина стояла совершенно потрясающей красоты девушка с распущенными черными волосами, одетая в простое белое платье. Стояла и грызла яблоко. А потом бросила огрызок на землю с коротким восклицанием и направилась не к калитке, а прямо к бетонному забору. Миг - и она прошла сквозь него, как будто его и не было.

Рол протер глаза: может, привиделось? Но нет, на земле возле драгоценной яблони валялся огрызок, а чуть поодаль - еще несколько. Он покачал головой, но решил пока ничего не говорить своему другу.


Каждый день, как только заканчивались лекции и иные занятия, Рол спешил в сад и ждал, спрятавшись в довольно негостеприимных кустах боярышника. И, наконец, ему повезло.

- Стой! - Крикнул он, отрезая незнакомке путь к забору.

Вопреки его опасениям, к калитке она не повернула.

- Ты зачем рвешь чужие яблоки? - Строго спросил он.

- Как это - чужие? Я дереву каждый день песни пою, вот они и получаются сладкие. Попробуй! А семена надо отдать земле.

- Как тебя зовут?

- Аэрис Линдаллайрэ. А тебя?

- Рол Эрвинг. А где ты живешь?

Девушка махнула рукой в сторону забора:

- Пошли, покажу.

- Но ведь там же бетонный забор!

- А что такое забор? А, поняла - изгородь. Да там нет ничего такого!

И она решительно взяла его за руку. Рука была теплая и мягкая, но в то же время сильная.

Рол с недоумением смотрел то на руку, то на бетонную стену перед собой. Невидимая Аэрис нетерпеливо звала:

- Ну, что же ты застрял! Нет здесь никакого забора!

- Нет здесь никакого забора! - Повторил Рол и... прошел сквозь него.

- Постой! Я проверю! - Крикнул он девушке. - Есть забор! Нет забора! Есть забор!..

- Какой ты странный! - Смеялась Аэрис. - Есть забор... Ой!

Они пошли в лес, который становился все светлее и светлее, хотя деревья сплетали кроны между собой. Наконец, они достигли полянки, заканчивающейся замечательной древесной аркой. На поляне был человек, который точил о камень длинный узкий меч.

- Мой отец, - сказала девушка.

Лицо мужчины было даже не молодым, а юным, и лишь перехваченные тонким металлическим обручем волосы сияли чистейшим серебром.

- Ух ты! - Вырвалось у Рола.

Он уже много лет занимался фехтованием, но такое оружие видел впервые.

- Да будет свет душе твоей! - Произнес с улыбкой мужчина. - Аэрис, принеси травника встретить гостя!


Девушка пожелала побывать у него дома. Ее удивляло все: и асфальтовая дорога, и деревянный забор вдоль нее, и одинаковые коробки общежитских корпусов. А ему нравилось смотреть на мир то своим, то ее взглядом.

- Осторожно, чтобы не заметила вахтерша! Пройди за моей спиной!

Угрюмая пожилая женщина, ненавидящая весь род людской и особенно студентов, жадно смотрела телевизор, где показывали очередные страдания бедной сиротки Марисабель. Так что пробраться удалось незамеченными.

Лин, как и предполагалось, болтался где-то на вечеринке, но когда Аэрис и Рол решили немного пофехтовать на ручках от швабр, ухитрился вернуться, да так, что подставил свою голову прямо под палку последнего.

- Ах ты!.. Кто это?

- Аэрис, - спокойно отозвалась девушка.

Разумеется, на прополку грядок ее никто не потащил.

Вообще же все развеселились. Аэрис удивлялась местной посуде, хохотала над одеждой, но гитара Рола вызвала ее неподдельный интерес:

- Вот это лютня! Сыграй!

Слух у нее был прекрасный и память тоже, и она быстро начала подпевать молодым людям.

- А с какого ты этажа? - Вдруг спохватился Лин.

- Ни с какого. Мне в лес надо, - ответила девушка.

- В лес? А как же вахтерша? Уже поздно. И окна решеткой забраны. А здесь всего две кровати, - добавил биолог, отхлебывая из висевшей на поясе Аэрис фляги.

- Мимо ведьмы не пойду, - твердо ответила она. - А вон та стена тоже на улицу?

Минута, и Рол с подругой уже смеются на улице, а Лин с воплями "Как это?" бьется головой о стену. Затем, набравшись сил, кричит:

- Нет стены! И правда, нет...- и бросается догонять ушедшую на уже довольно большое расстояние парочку.


Рол и Аэрис шли по улице студгородка, и вдруг впереди раздался чей-то крик. Они едва успели отпрыгнуть к забору: мимо них на огромной скорости пронесся черный "Мерседес". Не сговариваясь, они побежали вперед. На асфальте лежал смятый, как осенний лист десятилетний парнишка. Вокруг него уже начала собираться толпа зевак.

- Это второй случай за последнюю неделю! - Возмущалась старушка-профессорша.

- И куда милиция смотрит! - Поддакивали ей.

- А "Скорую", "Скорую"-то вызвали?

Молодые люди протиснулись поближе. Мальчишка еще дышал, и Аэрис, приложив руку у его груди, удалось заставить его сердце биться хоть и медленно, но ровно.

- Подержи, - попросила она Рола и, достав флягу, влила несколько капель в полураскрытый рот парнишки.

Потом они незаметно выбрались из толпы.

Приехавший врач, укладывая пострадавшего на носилки, пробормотал:

- Он не должен был бы жить, но живет. И я сделаю все, чтобы жил дальше!

Рол успел запомнить первую цифру номера машины-убийцы.


Был такой же погожий сентябрьский день, и они шли, держась за руки, когда навстречу им вылетела черная машина.

- Уурлонренгул! - Закричала Аэрис, метнувшись к забору.

Но "Мерседес" повернул в ту же сторону.

Деваться было некуда. По обе стороны дороги - довольно высокий деревянный забор, а сквозь дерево почему-то ни Рол, ни Аэрис не могли проходить. И в руках ничего нет: ни гранаты, ни даже меча. Зато ближайшая доска забора висит на одном гвозде...

Рол быстро выломал штакетину, отпихнул Аэрис к самому забору, и выскочил навстречу механическому чудовищу. И не было уже больше ни "Мерседеса", ни парня с деревяшкой в руке, но был огнедышащий черный дракон и одинокий воин с обнаженным мечом. Страшное чудовище все приближалось, и единственным уязвимым местом у него были глаза. Рол с размаху рубанул по оранжевому пятну и отскочил в сторону. Но дракон замер, и глаза его потухли. Откуда-то вылез помятый детина:

- Какого...

И тут раздался взрыв, и столб едкого черного дыма поднялся там, где недавно был монстр.

А у забора, сжимая в объятиях своего любимого, смеялась и плакала Аэрис.


Комментарий переписчика.

Данная рукопись была найдена в университетской библиотеке в учебнике по аналитической геометрии. Кто-то, другим почерком и почему-то красными чернилами, приписал к ней эпиграф: "Недеянье становится последним" (Евангелие от Иуды).

Кроме того, не лишним будет сообщить содержание заложенной страницы учебника: "Скрещивающимися называются две прямые, которые не параллельны и не пересекаются. Между скрещивающимися прямыми можно провести ровно один отрезок минимальной длины. Он является перпендикуляром к каждой из этих прямых. Его уравнение..."

Остается добавить, что в той же книге лежал изрядно исчерканный листок со стихами. К моему сожалению, удалось разобрать только первую строку: "Меж скрещенных миров возникающий мир..."