Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы
Миры Перекресток миров Книга серебряных рун


А. Соловьев

Мы снова полетим

(современная сказка)

Настойчивый звук будильника будто бы вырвал Андрея из другого мира. Он нехотя разлепил глаза, встал с кровати и, выключив будильник, снова лег. Времени еще немного было. И лишние десять минут были ему просто необходимы, чтобы придти в себя. Было очень трудно поверить, что все происходившее ночью всего лишь обычный сон. Сначала, как всегда, легкая приятная дрожь во всем теле, а потом вдруг ощущаешь, что в состоянии оторваться от постели. Оторваться и полететь! Это началось совершенно неожиданно. Трудно даже сказать когда: пять, шесть дней назад? Сначала Андрей воспринимал это просто как обычный сон. Но вот это стало повторятся каждую ночь. Можно было свободно парить под потолком собственной комнаты, выписывая в воздухе самые невероятные па, или же просто раскинув руки, неподвижно зависать над кроватью, словно гигантская стрекоза.

В самую первую ночь Андрей просто наслаждался чувством полета и не думал ни о чем другом. Но уже во вторую ночь он, что называется, был самим собой и мог думать так же как наяву. И тогда в голову ему пришла великолепная мысль: сон не заканчивался рамками его комнаты. За балконной дверью лежит огромный, уснувший мир в который при желании можно было легко ворваться, стоит только сделать один шаг. Андрей, словно пробуя свои силы, описал круг под потолком и медленно поплыл к балконной двери. Он отдернул занавеску и, приоткрыв дверь, вылетел на лоджию. Теперь оставалось только открыть деревянное окно. Андрей медленно опустился на карниз и стал отодвигать металлические щеколды: сначала внизу, а потом вверху окна. А потом он открыл окно…

В лицу сразу пахнуло ласковым весенним ветром. Хотя был еще май, но на улице было практически лето. Андрей стоял на карнизе у раскрытого окна и смотрел вниз на пустынную ночную улицу. Странно, но в этом сне все в точности повторялось как и в реальной жизни. Яркий свет фонарей падал на пустую дорогу, светил месяц и вокруг ни души. Только он, стоящий на карнизе пятого этажа. Как же тяжело было тогда сделать самый первый шаг. Пусть это был всего лишь сон, но при одной мысли о том, что ему предстоит сделать шаг в пустоту, Андрей немного испугался. Но все же, секунду поколебавшись, шагнул с карниза и полетел. Сначала было немного тяжело, он кувыркался в воздухе как листок на ветру, но потом освоившись, мог выделывать в воздухе самые невероятные пируэты, менять скорость и высоту. Но все это его очень сильно пугала то, что все окружающее его во сне слишком походило на действительность. И не было ни одной нелогичной детали, которыми так пестрят обычные сны. И поэтому он не отлетал далеко от своего окна и всегда возвращался в комнату. Так, на всякий случай.

- Андрей, проспишь институт, - в комнату вошла мама.

- Все, сейчас встаю, - ответил Андрей, не открывая глаз. - Знаешь, а этой ночью я снова летал.

- Значит еще растешь. А почему у тебя балконная дверь опять настежь открыта? Простудиться хочешь? Все же лето еще не наступило.

Андрей вздрогнул от этих слов и открыл глаза. Действительно, дверь была настежь открыта. Странно, но он не помнил, чтобы открывал ее на ночь. Наверное, просто плохо закрыл и она сама открылась от ветра. Наверное…

Целый день Андрей думал о своих необычных снах. Думал о полете и в метро, и в институте. Ну и вид был, наверное, у него тогда. Мучительно хотелось кому-нибудь об этом рассказать, но он побоялся, что над ним посмеются, когда он снова заговорит о "странных" вещах. Странных с точки зрения всех остальных. А посмеивались довольно часто и поэтому, чтобы не портить отношения со своими приятелями Андрей уже давно старался избегать всякого рода "странных" тем.

Приехав домой он все же принял решения позвонить ей. В конце концов попытка не пытка. Что он потеряет от этого звонка? Андрей набрал номер и через минут услышал так хорошо знакомый ему усталый и равнодушный голос.

- Привет! Как дела? - спросил Андрей

- Никак.

- Что значит никак? У тебя что-нибудь случилось? - забеспокоился Андрей.

- Да, ничего у меня ни случилось, - чуть более раздраженно ответила она.

- А как настроение?

- Тоже никак.

- Это плохо или хорошо?

- Просто никак.

- Странно. Мне бывает или радостно, или грустно. Сегодня, например, вот начал новую книгу читать, а вчера два новых стихотворения написал. Хочешь прочитаю?

- Нет, - холодно ответила она.

- Тебе не нравится мои стихи?

- Нет, мне просто это неинтересно.

Андрей на мгновение озадаченно замолчал. Еще несколько минут назад ему казалось, что он с легкостью расскажет ей о свои снах, а теперь он был уверен, что это делать не в коем случае не стоит. У него было такое ощущение, что он вышел голым на улицу и на него все презрительно смотрят. Андрею захотелось сразу бросить трубку, но он подумал, что это будет невежливо. И потому продолжил разговор.

- А я вот просто решил позвонить, узнать что новенького.

- Да ничего собственно.

- Совсем ничего?

- Знаешь, совсем.

Продолжать разговор дальше было абсолютно бессмысленно. Трудно сказать, изменилась ли она или была такой всегда, просто Андрей упорно старался это игнорировать. В человеке, особенно в любимом, стараешься видеть только хорошее и часто попросту закрываешь на все негативное глаза, а этого делать не стоило. Но Андрей понял это слишком поздно и теперь уже ничего нельзя было изменить. Он повесил трубку и твердо решил, что больше никогда ей не будет звонить.

Ночь распахнула над городом свои черные бархатные крылья. Подгоняемая задорным весенним ветром, она неслась над городом, обволакивая все вокруг атмосферой волшебства. Ночь пугает только того, кто ее не понимает или просто боится понять. И поэтому как только за окнами становится темно, люди спешат побыстрее убежать от нее в глубокую дремоту без сновидений, в бездонный колодец своих страхов перед неизвестным. И ночь милосердно обходит таких, лишь принося им призрачный покой, которого они так хотели. Но вот проходя мимо окна художника или поэта, она дарует им последний мазок на холсте или последнюю рифму в стихотворении. Ночь приходит в их творения через лунный и звездный свет, через успокоительную тишину, темные окна напротив и только легкий шелест листьев за окном говорит тебе: "Ты не один, я с тобой!"

В эту ночь Андрей почему-то чувствовал себя намного смелее, чем обычно. Может потому, что светила полная луна? Может быть он уже так привык к своим полетам, что теперь хотел нечто большее. И поэтому он без колебаний вылетел в окно, но не остался где-то поблизости как обычно, а понесся вперед на крыльях ночного ветра. Была ясная весенняя ночь. Звезды были на столько яркими и притягательными, что очень хотелось зачерпнуть их горстью в ладонь. Полная луна словно одела его тело в сказочный серебристый костюм, который не мог бы себе позволить ни один из живших королей древности. Он стремительно несся над землей и под ним проносились знакомые очертания: его дом, дорога, полоса яблоневого сада. Сверху все это казалось просто игрушечным. Огромные многоэтажные дома были просто нереальными по сравнению с тем, что он летел. Андрей не знал плакать ему или смеялся, поминутно его охватывала неописуемая радость или щемящая таска, а потом они сливались вместе в какое-то совершенно другое, неподдающееся описанию чувство. Он кувыркался в воздухе, прыгал во тьму с крыш домов, подолгу зависал в воздухе, а потом камнем кидался вниз, чтобы у самой земли снова взмыть к звездам.

Неожиданно Андрею пришла в голову мысль, что счастье не может быть полным, если с ним нельзя ни с кем поделиться. Как жаль, что он летит один и никого нет рядом. Пусть бы даже это был кто-то из его приятелей. Ночь и полет безвозвратно изменили бы его, и он стал бы таким как Андрей. Но никогда никому просто не приходило в голову: какое же счастье просто летать. И поэтому он летит один. Быть может, если бы здесь была она, то многое стало по-другому. Но только от одной мысли о полете, она как обычно презрительно скривила бы губы и засмеялась своим вымученным истерическим смехом, который так не нравился Андрею. От подобных мыслей у него закружилась голова и он почувствовал, что стал терять высоту. Он опустился на крышу какого-то дома и решил немного перевести дух.

Немного отдышавшись и поглядев по сторонам, Андрей не поверил своим глазам. На самом краю крыши, свесив ноги сидела девушка в ночной рубашке. Андрею это показалось очень странным. Что может делать девушка в таком виде по среди ночи на крыше? Правда, он тут же спохватился, что это всего лишь сон. И поэтому даже обрадовался такому нелогичному событию. Он подошел к ней поближе, стараясь сделать как можно больше шума, дабы не напугать ее своим неожиданным появлением. Но босые ноги бесшумно ступали по крыше, и девушка даже не обернулась. Тогда он кашлянул. И девушка повернулась к нему. Казалась, она была совершенно не удивлена его неожиданным появлением. Она спокойно разглядывала его и трудно было понять, что таит ее взгляд. Андрею вдруг стало неудобно, что на нем нет ни брюк, ни рубашки, но в конце концов он еще раз вспомнил, что это сон и перестал стесняться. Девушка, посмотрев несколько секунд на Андрея, молча отвернулась, и снова начала смотреть куда-то вдаль.

- Не возражаешь, если я присяду рядом? - спросил Андрей.

- Садитесь пожалуйста, - ответила девушка, немного подвинувшись в сторону, хотя на крыше кроме них двоих никого не было и места было предостаточно.

- Красивая сегодня ночь, - решил начать разговор Андрей, - даже и не верится, что это все мой сон.

- А кто вам сказал, что это ваш сон? - удивилась девушка.

- Не могла бы ты со мной быть на ты, а то я чувствую как-то неуютно.

- Хорошо, - согласилась девушка, - Так я задала вопрос: почему ты считаешь, что это твой сон?

- Как почему? - удивился Андрея. - Даже и не знаю как тебе объяснить. Просто я несколько часов назад заснул в своей постели и оказался здесь.

- А почему ты решил, что это сон?

- Ну это очень просто: я могу летать, - довольно усмехнулся Андрей.

Девушка замолчала, думая, что бы ответить своему собеседнику. Яркий лунный свет падал на нее ласковыми, успокаивающими волнами и поэтому ее длинные светлые волосы казались серебристыми. Присматриваясь к ее чертам лица, Андрей сделал вывод, что никогда раньше ее не видел. Это было весьма странно, обычно во сне видишь знакомых тебе людей. Ведь нельзя представить того, чего никогда не видел. У нее был гордый, но не надменный взгляд, большие глаза, в которых читалось глубокое раздумье. Во всех чертах лица царила какая-то суровость и возвышенность, но ни в коем случае не презрение. Просто это был человек, который всегда любил принимать решения самостоятельно, не смотря на то, как на это посмотрят другие. Она чем-то напомнила Андрею скандинавскую валькирию, мифическую воительницу, которая провожала в последний путь павших в битве воинов. Но все же, она была самой обычной девушкой лет восемнадцати, у нее смешно был вздернут кончик носа, а когда она задумалась, что бы ответить Андрею, девушка начала смешно хмурить брови.

- Что задумалась? - улыбнувшись, сказал Андрей.

- Признаться, ты поставил в меня в тупик. До твоего появления я думала, что это сон, в котором я совсем одна. И представь себе: я тоже считала, что это сон только потому, что могу летать.

- Ты тоже можешь летать? - обрадовался Андрей - Я летел над домами и как раз думал о том, что счастье полета не может быть полным, если им не с кем поделится. И вот, как только я об этом подумал, так сразу же увидел тебя.

- Ты не поверишь, - лицо девушки сразу чудесным образом прояснилось и она перестала казаться такой суровой, - Я только успела об этом подумать как ты сразу же появился за моею спиной.

- Знаешь, я тебе верю, - Андрею немного помолчал, а потом добавил. - Если бы я не верил, то не смог бы никогда взлететь.

- Как ты думаешь, а это все сон?

- Не знаю, - вздохнул Андрей. - Иногда мне кажется, что да, а и иногда, что нет. Я вот что думаю: чтобы взлететь, надо искренне в это верить. Не просто думать, получится, не получится, а быть абсолютно убежденным в этом. Словно как в реальной жизни, когда делаешь шаг и совершенно уверен, что у тебя получится сделать второй. Во сне исчезают все барьеры, которые мешают нам в реальном мире. И поэтому, даже, если это не сон, то лучше об этом не думать во время полета, а то можно просто упасть. Хотя мы и можем летать, но мы сомневаемся и опасность рухнуть под тяжестью своего неверия очень велика. Мне кажется, что раньше, когда еще не было больших городов многие могли летать даже днем.

- Потому, что они верили в это. Они тогда считали, что по другому не может просто быть.

- Да, я рад что ты понимаешь меня. Ведь это так важно, чтобы тебя просто понимали, не важно кто твой собеседник и откуда он.

- Совсем не важно. - согласилась девушка. - Главное, что мы друг друга понимаем.

- И можем летать, - улыбнулся Андрей

При этих словах он встал и, подав руку девушке, помог ей тоже подняться. Рука у нее была теплая и нежная. И он тогда окончательно понял, что это не сон. Он почему-то со всей ясностью осознал это именно в тот момент, когда они уже были в полете. Но ничего не произошло. Они так же стремительно неслись вдвоем над спящим городом, а звезды все время путались у них в волосах. И каждый из них был уверен, что полет возможен наяву.

Будильник снова выхватил его из сна, а задорный весенний ветер влетел через открытую балконную дверь в комнату, пожелав Андрею доброго утра. Настроение было просто чудесное и даже не хотелось оставаться в постели в такое утро. За окном ярко светило солнце, как и он, радуясь наступающему лету.

В метро, как обычно, было полно народу. Но мрачный искусственный свет, не мог затмить щемящее чувство полета, которое еще с ночи помнило его тело. Но людям, окружавшим его в вагоне, было на это наплевать. Ох, если бы хоть один из них смог посмотреть на себя со стороны. Думаю, их передернуло бы от отвращения. Все можно понять: и работу, и постоянное недосыпание, и проблемы в семье. Но ведь всегда есть нечто большее, чем обычная жизнь. Есть солнце, есть поздняя весна, наконец можно просто взлететь и посмотреть сверху на мир совсем другими глазами. Андрей хотел уже достать из рюкзака книжку, чтобы не смотреть на все это, но вдруг где-то в противоположном конце вагона мелькнуло ее лицо.

Он узнал бы его из тысячи других женских лиц. Строгое, серьезное лицо, большие глаза и вздернутый носик и яркий лунный свет, серебрящий длинные светлые волосы. Конечно же это было полное безумие подходить к совершенно незнакомому человеку, тем более задавать такой невероятный вопрос. "А вдруг это все таки был сон, - думал Андрей, - Чудовищное совпадение, которое может смутить и напугать совершенно незнакомую и такую красивую девушку. Но все же, попытка не пытка," - сказал себе Андрей и стал продираться через густую толпу. Они встретились взглядами, когда волна из человеческих тел вынесла Андрея прямо на нее. Трудно было сказать, что выражают ее глаза: удивление, восторг или равнодушие. Она просто смотрела на него своими большими внимательными глазами. Но Андрей уже решился. Он был из тех людей, которые если уж на что решились, то доводили это до конца. Он чуть-чуть наклонился к уху девушки и прошептал: "Это мы с тобой летали этой ночью?" Лицо девушки мгновенно просветлело, будто снова на нем светился луч полной луны. Видимо, суровое выражение лица было всего лишь защитной маской, которую теперь с легкой непринужденностью она сбросила. Девушка наклонилась к его уху, едва ощутимо дотронувшись до него губами, и прошептала в ответ: "Следующей ночью мы снова полетим".