Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы


Юленька

Глюколовство: попытка классификации

Знаете, каково это, когда знаешь, что сейчас откроешь рот и сразу получишь "по мордам", но удержаться нет сил, и рот открывается...

Эта попытка классификации явления, для обсуждения которого мы тут собрались, была сделана какое-то время назад, и некоторые из присутствующих здесь с ней знакомы, прошу у них прощения за повторение. Впрочем, письмо тем и хорошо, что его можно не читать. Итак:

На мой взгляд, слово "глюколов" несет на себе столь явную отрицательную нагрузку в чисто языковом плане (ловит глюки, т.е. либо псих, либо допился до белой горячки, либо наглючился наркотиками), что воздействует через подсознание, не только на серую массу.

Термин "мирогляды" в этом смысле выигрывает, хотя так, как он описан в рассказе Хатуля (я имею в виду Ирисовую Стражу), его можно отнести только к одной возможности "гуляния по мирам" из, по крайней мере, трех, испытанных мною.

1. Речь идет именно о "глядении" либо со стороны, либо глазами одного из жителей того мира, за которым ведется наблюдение. При этом наблюдателю ничего не известно ни о мире (по крайней мере, когда он видит его впервые), ни о существе, органами чувств которого он без ведома хозяина пользуется. Это похоже на ситуацию, описанную в одном из рассказов Джека Лондона.

"Представьте себе, - говорит герой этого рассказа, - что Вы проходите мимо освещенного окна и видите людей, разговаривающих за столом. Вы ничего не знаете про этих людей, Вам не известно, о чем они говорят. Вы видите только картину - люди за столом."

О сути мира и населяющих его существ вам приходится догадываться по скудным сведениям, которые вы улавливаете во время контакта. При этом никто из наблюдаемых не ощущает вашего присутствия, и вы не можете никоим образом вмешаться в события.

Однажды мне пришлось таким образом оказаться в теле существа, более всего походящего на пингвина (весьма условно!). Он был довольно приземистым, с широкими ступнями на коротких ножках. Лицо стягивалось в тупой клюв, а вместо рук были короткие, но тоже широкие чешуйчатые крылья, заканчивающиеся четырехпалой кистью.

Самым невероятным казался способ его перемещения. Существо заводило руки-крылья снизу назад до упора и, делая глубокий вздох (что было крайне важно), резко выбрасывало их вперед и вверх. В земных условиях в результате трения о воздух его бы отбросило назад, но там получался большой, метров на десять, затяжной прыжок. Выдох приходился на приземление. Все это походило на вытаскивание себя за волосы из болота. И само движение и сопутствующее ему дыхание происходило резкими толчками.

Непривычно выглядел и их город, дома в котором стояли на уступах вдоль склона горы. Улиц не было вовсе, их заменяли небольшие площадки на уступах - для приземления и следующего прыжка.

Был там и общественный транспорт: нечто вроде фуникулера, большей частью подземного. Впрочем, город я толком разглядеть не смогла, т.к. дело происходило ночью и в предрассветном сумраке, освещение было скудное. Тот, в теле кого я оказалась, был в тяжелом положении - за ним гнались, насколько я поняла по обрывкам разговоров - власти. Атмосфера была гнетущей.

Он чувствовал, что земля горит у него под ногами, но ему необходимо было успеть передать какие-то сведения. Ему помогали, там были какие-то конспиративные квартиры, переодевания, проводники. И острое чувство обреченности.

При этом я, повторяю, ни на секунду не отождествляла себя с ним, хотя чувствовала его боль, видела его глазами и даже дышала его легкими, что произвело на меня неизгладимое впечатление.

2. Когда Хатуль говорит: "Я физически живу в Мирн-Кайе", он этим определяет вторую категорию "видящих"- тех, кто живет одновременно в разных мирах. Для меня это состояние более характерно, чем предыдущее. Тут уже речь не идет о взгляде извне. Тут каждый из нас является отдельной личностью с собственной историей и судьбой. Там мы действуем, совершаем поступки. И разумеется, таким образом влияем на другие миры в той же мере, в какой каждый из нас влияет на этот мир, в котором ведется сия дискуссия. Альтернатива только одна - не жить. Но это тоже не альтернатива, т.к. уход, как и любое действие, является вмешательством.

3. И наконец, третья категория. Я бы назвала ее - "миротворцы". К сожалению, термин занят другим понятием, но нам не привыкать - что называлось эльфами, например, до Толкина? Помните - эфемерные крохотные летающие создания со стрекозиными крыльями. Кто думает об этом - ПОСЛЕ? Итак, миротворцы! Те, кто творят миры. В рассказе Хатуля это главный герой, который прокручивает мир на тумане. Технология бывает различной, способы ее довольно хорошо описаны (и сказал Бог - Да будет Свет! И был Свет. Или музыка Айнур)

Можно обсуждать, вторичен ли созданный мир по отношению к тому, в котором живет его Творец. И наш мир можно назвать, наверно, вторичным по отношению к миру его Автора.

Можно сказать, что это фантазии, но мы не будем возвращаться к вопросу, реален ли Фродо или Дон Кихот или Гамлет.

Процесс сам по себе весьма мучителен, помните, как извиваясь кричал от боли Флобер, когда отравилась мадам Бовари.

Поскольку своя рука - владыка, то приведу здесь свое стихотворение на эту тему. Каюсь, но тешу себя мыслью, что любой из вас может легко бросить читать мое многословное послание, что вы, очевидно, уже и сделали.

Настоящие миротворцы -
это те, кто творят миры,
а не мирят всех, кто поссорится.
Мир рождается в мыслях сырым,
оплывающим шматом теста
в мутном хаосе форм и идей,
и тогда начинается действо:
Вечер. Утро. И первый день.
И по Образу и Подобью,
чье обличье ему ни дашь,
вновь рифмуется с кровью, с любовью
человеческий сгусток наш.
Тьма опять подступает к границе
и снаружи и изнутри,
вот и им - воевать и молиться,
и взывать: "Господь, помоги!
Ты же все это знал заранее,
так вмешайся же, наконец!"

В смертной муке своих созданий
снова корчится их Творец.


19 июня 1999 года.

Трудно сказать, к какой категории относятся писатели. Наблюдал ли Толкин Арду или сотворил ее? Я думаю, что второе, я понимаю "Лист работы Мелкина" как описание этого процесса. Наверно, в каждом случае это по-разному.

Не могу удержаться и не вынести на обсуждение волнующий меня в связи с вышеизложенным вопрос: кому принадлежит мир - тем, кто живет в нем, или Творцу? Кто отвечает за него? Мы или Тот, кто нас создал? Фродо или Эру? Или - Толкин?

И кто имеет больше прав на мир и в мире?

И - опять стихотворение. И опять мое - простите меня великодушно!

Осторожно - мир истрепался и обветшал,
слишком много немытых рук здесь и грязных сапог,
непонятно, в чем держится у бедняги душа,
до прозрачности истончился, зачах, изнемог.
Как же можно с ним так обращаться, он к этому не привык,
как же можно топтать и лапать, дырявить, комкать,
и не верить ему, не верить в него, не верить - увы,
и об этом неверии говорить на каждом углу так громко.
Вы же можете убедить его в том, что ему конец!
Трепыхается мотылек с полустертой пыльцой на крыльях,
это тельце раздавленное жалко корчится. "Не жилец" -
утверждаете вы в экстазе торжественно-замогильно.
Вам-то что - не вы рисовали его узор,
вам-то что - не вы себя расплавляли в Слово,
вам-то что, вы - временные, это вздор,
что он - ваш потому лишь, что в нем живете, и вашей крови
суждено впитаться в ткань его и разъесть
без того непрочную, одряхлевшую нить основы.
Вы почти не заметите этой гибели - выбор есть.
Старый мир разрушим до основанья, построим новый!

10 июня 1999 года.

Ну вот я и открыла рот и даже закрыла уже. Теперь можете "по мордам". Я ведь не хочу ничего никому доказать. Я рассказываю. Если кто-то считает, что я вру, что у меня богатое воображение, или тем более, что я псих, как я могу спорить? Как я могу доказать, что я не вру или, что я не псих? Да и неинтересно это.

Барк спрашивал, какие есть примеры за пределами фэндома. На мой взгляд, вся "Роза мира" Даниила Андреева целиком и есть описание мироглядства. Он прямо об этом пишет, а ведь никому не пришло, слава Богу, в голову отнести эту книгу к художественной литературе! Это философская концепция, так она расценивается и обсуждается.

С уважением ко всем собравшимся,

Юленька

Вниманию читателей: данный текст представляет собой письмо на дискуссионный лист. Соответственно, именно этим обусловлена неформальность стиля.



Сплит-система Балу сплит системы ballu купить кондиционеры Балу.