Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы


Скегулль

Унисекс?..

Размышления воинствующего постмодерниста.

Мне так мечталось, чтобы люди хотели иначе...
Земфира, "Снег"

Господи, знай же, что мы не понимаем сами себя,
и мы не знаем, чего мы хотим; более того - мы
бесконечно удаляемся от того, чего желаем.
Св. Тереза Авильская

Литература 20 века - вторична. Эпоха постмодерна потребовала переоценку и переосмысление классики. Попыткой такого переосмысления и является "Черная Книга Арды". Кто-то из критиков говорил, что это вовсе даже не литература.

Назвать можно как угодно: литература, не-литература (Не-свет?), постмодернизм, не-постмодернизм (Не-тьма?). Можно сказать одно: "Черная Книга…" написана на большом эмоциональном подъеме, который невольно передается и читателю. Не мне вам объяснять силу художественного слова. Есть слово, дающее силу, но есть и слово, отбирающее силу, и у того, кто его пишет, и у того, кто его читает, в равной степени. Надо полагать, что все прочитавшие "ЧКА" испытали большое эмоциональное потрясение и легкий сдвиг по фазе.

Можно, конечно, обвинять авторов в ревизионизме, волюнтаризме и прочих "измах". А ведь согласитесь, образ Врага многим кажется привлекательным, но многие боятся себе в этом признаться. "Господень ангел тих и ясен, На нем горит блаженства луч, Но гордый демон так прекрасен, Так лучезарен и могуч!" Что уж тут поделаешь, личности свойственна тяга к Запретному…

Нет, мы не будем теперь разбираться, кто нам друг, а кто нам враг. Это каждый сам для себя выбирает. А поговорим лучше о любви. Да-да, о ней, родимой. А унисекс оставим дизайнерам, тем более, что, по моему, так сказать, нижайшему суждению, это просто модное словечко и совершенно раздутое понятие. Другой вопрос, можно ли сопоставлять художественное произведение с джинсами и носками от Кельвина Кляйна, "Ком Де Гарсон" и прочих модных идеологов. Книга - она все-таки для души.

"ЧКА" чем-то напоминает средневековый роман, точнее говоря, героический эпос. Жестокие военные сцены - на фоне высоких чувств и рассуждений о высоких материях. Скорее всего, это книга-мечта, мечта об идеальной любви, не зависящей от половых различий и не требующей физического проявления. Конечно, можно считать, что у героев имеются некоторые трудности с половой самоидентификацией. Но кому она нужна, эта самая идентификация? Они осознают себя и других прежде всего как личность, а не как мужчина и женщина. А что касается их внешнего облика - так и на средневековых миниатюры изображали женщин утонченных, воздушных, почти бестелесных. Это отражало стремление к духовному совершенству. Так что, то, что написано у Ниенны - это просто хорошо забытое старое. Не больше и не меньше. А грубая мужественность и прущая из всех щелей женственность уже никого не возбуждает. А что такое женственность? А что такое мужественность? Кто-нибудь может объяснить это вразумительно? И наукой доказано, что в каждом человеке присутствует практически поровну женского и мужского. А между формой и содержанием всегда возможны несоответствия. Да и что греха таить, все мы иногда любим прикола ради в Сети выдать себя за человека не своего пола. Только этот прикол имеет ох какие глубокие корни в бессознательном! И еще: если считать постулатом то, что Мелькор исказил материю, то почему и сексуальность его сподвижников не может быть искаженной? Только вот искаженной по сравнению с чем?

Можно сколько угодно говорить об отношениях главных героев и навешивать на них разные ярлыки. И удивляться: а почему они не могли добраться до ближайшего дивана и решить свои проблемы там? А хочется задать встречный вопрос: им это надо? Да, я, пожалуй, соглашусь, что Мелькора и Гортхауэра связывала любовь, но это и есть та самая несбыточная идеальная любовь, о которой, чего греха таить, когда-то мечтал или мечтает каждый! Даже если бы они и добрались до дивана, в сущности это бы ничего не изменило. Даже если слегка пофантазировать и описать диванные развлечения героев в подробностях… Во-первых, это была бы уже не Ниенна, а какой-нибудь Эдичка Лимонов, просто-напросто! Во-вторых, отношения героев лишились бы их прекрасной недосказанности и незавершенности… В-третьих, автор уж наверняка не ставил задачи уложить героев на диван. Это все-таки не любовный роман.

Да, если посчитать, сколько раз за все повествование Мелькор и Гортхауэр ссорятся, мирятся и разбираются, кто кого больше любит (и даже иногда от этого удовольствие получают), то получается картина самых обычных супружеских отношений. Да, в этих взаимоотношениях чувствуется большое напряжение. Только это не тот случай, когда кто-то кому-то "говорит о мирах, половой истекая истомою". Хотят они не того и не так. А вот чего и как - точной формулировки (да и не точной тоже) нет ни на Квенье, ни на санскрите, ни даже на великом- могучем русском языке (а если бы и было, так наверняка непечатное). Как справедливо сказал поэт, во всякой любви кроме любви есть еще много чего. А извратителей и пошляков во все времена хватало.

Еще возникает вопрос: а возможна ли вообще для Черного Валы физическая любовь при данной концепции? Ведь на протяжение всего повествования он ни на одну женщину ни разу не взглянул как на женщину! Сознательно ли он лишал себя удовольствия или просто оно для него было невозможным? И если невозможным, то по какой причине? И спросить не у кого… Да и не нам разбираться. Но уж по крайней мере к Мелькору можно было прийти в спальню просто поговорить, без всяких задних и передних мыслей. А это иногда даже больше, чем физическая близость.

Ничего вроде бы не боялся Черный Вала. А вот простых человеческих чувств испугался. И отправил любящую его девушку тихо-мирно спать в пещеру. Испугался, что она может потребовать у него невозможного? То, чего бы никогда не потребовал Гортхауэр? (Да и у Гортхауэра отношения с физической любовью непонятные, но о нем сейчас не будем).

Образ Мелькора, конечно же, нереален. Можно было бы назвать его совершенным, да уж больно часто задавал он себе так называемые проклятые вопросы. О внешнем облике я не говорю. Тем более, он подвергся большим изменениям не в лучшую сторону, что, на мой взгляд, нисколько не умалило его совершенства. Это просто образ-мечта. Как и его любовь с Гортхауэром - тоже мечта. Не надо смеяться над мечтой. Когда-то все мы мечтали. Это проходит. Конечно, можно считать такие мечты признаком незрелой психики или неразбуженной женственности, но кому от этого легче (или тяжелее)? Человек мечтает - он счастлив!

Кто-то из критиков писал, что над ЧКА будут плакать, "как над дамским романом". Пока, по-моему, все только смеются. Но смеяться и стебаться легче, чем понять.

Я далека от того, чтобы петь авторам ЧКА хвалебную песнь. Понять - не значит похвалить.

Кто-то скажет: совсем распустились тут постмодернисты! Кто-то обвинит меня в каком-нибудь "изме". Или припишет мне кучу комплексов. Я не стану ни от чего открещиваться.


Я скажу: да здравствует Любовь во всех ее проявлениях - возможных и невозможных!

DIXI.

Любящая вас всех Skyogull.