Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы


Любелия

Вверх по лестнице, ведущей вниз

"Подниматься по лестнице следует передом вперед, ибо перемещение задом наперед либо же боком вызывает значительные трудности"

Кортасар "Инструкция, как правильно подниматься по лестнице"

Кто из нас прошел все ступени лестницы? Кто из нас вообще в какую сторону движется по ней? Вверх или вниз? Честно топая по каждой ступени или прыгая через три-четыре зараз, а то и вовсе весело скользя по перилам. По перилам, правда, как правило, - вниз.

"Ступени" – очень жесткая книга. Именно потому что так реалистично написана. Именно потому что зло в ней гораздо больше похоже на зло – настоящее. Реальное. Майа не может быть банальным садистом? А Курумо, описанный Ниэннах – не банальный ли садист? Кто сказал, что зло обязательно должно быть возвышенно? Кто сказал, что зло – это прекрасный и обаятельный персонаж в черном плаще до пят, благородный разбойник? Зло – вот оно: грязно, грубо и так банально. Так пошло и мелко. Жестокость не всегда низка и отвратительна? Она может быть вынужденной, но отвратительна – всегда. Это, кстати, тот же ниэнновский Гортахуэр прекрасно понимает.

Самая большая ошибка, которую можно допустить – преукрасить зло. Ну попробуйте у той же Ниэннах найти хоть одного благородного злодея? Нет таких. Мелькор ЧКА – не злодей, а злодеи – не благородны, а злодеи и есть: трусы, слепцы и подлецы. Чем Саурон Тайэрэ отличается от Курумо? Ну разве что тем, что Курумо – еще хуже. А где величие в толкиновском Морготе? Разве что в масштабах разрушительной деятельности. Ну конечно, когда описываются страдания конкретной несчастной девушки – нам противно. Когда уничтожаются целые континенты, рушатся города, погибают миллионы – мы восхищаемся величием деяний.

Гибель одного – трагедия, гибель сотен тысяч – статистика.

"Ступени" реалистичны и показывают истинный лик зла. Вот был хороший Артано, но его долго долбали по одному и тому же месту (причем любимый же Учитель и долбал) – и он переродился в Саурона. Обаяние и сила остались, а вот душа пересохла. Никакого величия нет в этой истории, истории слабости и падения. Проблема заключается в том, что сам автор героя своего любит – и склонен прощать ему слишком многое. Но любить благородного разбойника – это еще куда ни шло, черный плащ и благородные манеры кого угодно заворожат. А вот такого, как Саурон... Бр-р-р.

Лестница только кажется бесконечной. Она упирается в сияющий небесный свод и становится радугой, звездами, дождем – чем-то иным. Она упирается во тьму – становится пропастью. Большинство героев Тайэрэ идут по ней вниз. Поэтому эти книги и причиняют боль – нормальный-то читатель стремиться вверх...