Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы


Г.Ю. Любарский

"Слово" Сергия

А. Косоруков в книге "Гений без имени" (1) утверждает, что расшифровка мифосимволической структуры "Слова о полку Игореве" дает истинный ключ к анализу этого текста.

Тем самым утверждается примат идеальных структур в гуманитарных исследованиях. Идеальный компонент в той или иной 'форме присутствует в окружающей нас действительности. В области неорганической природы идея проявляется как закон, действующий с необходимостью при соблюдении определенных условий. Поэтому для объяснения явлений неорганической природы мы можем формулировать мысли, доказательные по форме. В области органической природы идея дана нам как тип, как гетевское первосущество. При исследовании человеческой природы мы обращаемся к символу. В истории не идеи являются следствием исторических фактов, скорее факты являются следствием идеи. В области же человеческой природы идея, мысль обретают реальность: действительность, описываемую гуманитарным знанием, можно попять, только признав реальность идеи.

Чтобы попять литературное произведение или историческое событие, нам надо найти способ обращаться непосредственно к идее произведения или события. Без этого мы сможем собрать какуюнибудь информацию о них, но не понять. Чтобы понять поэму, рассказывающую о событиях истории Руси и силах, творящих эту историю, надо обратиться к текстам, в аналогичной форме описывающим символичность исторического процесса. Автор "Слова" - реалист, но, конечно, не в том смысле, как это понимается теперь. Для него реальность - это вся область его опыта, для него равно реальны чувственно воспринимаемые события и логически постигаемые категории. Силы, действующие в истории, имеют имена, они должны рассматриваться как существа (2), оказывающие воздействие на ход истории. Текст, описывающий события, в которых действуют такие герои, есть миф (3). Поэтому для сравнения "Слова" с другими текстами надо обратиться к изображениям мифосимволической структуры космоса, восходящим к метаисторическому смыслу происходящего.

В "Слове" есть несколько образов, которые можно сопоставить с таковыми же героями мифологических текстов. Косоруков пишет: "Главным негативным последствием похода Игоревых войск было "пробуждение лжи", которая проявляет себя в междоусобицах князей и в победных нашествиях нечестивых". Вот место "Слова", где говорится о лжи (в переводе А. Косорукова):

Князь Святослав усыпил Лжу, разбив половцев и пленив хана Кобяка, а Игорь разбудил, потерпев от половцев поражение. "Уже из способа усыпления следует, что Лжа - не просто отвлеченное понятие (обман, ложь, зло, коварство), а могучее сверхъестественное существо" (1).

Другое могучее сверхъестественное существо в "Слове" - Обида. "Обида и Лжа считались злыми духами, "работавшими" на стороне Тьмы. Обида сеяла рознь, озлобляла людей, создавая психологические предпосылки для войн, а Лжа маскировала обманом подлинные цели... Она мыслится поэтом как существо, олицетворявшее злое коварство, союз лицемерия и разбоя" (1). Об Обиде известно только, что она - Дева, и что она "въсплескала лебедиными крылы". Демон Обида - женский персонаж, богиня раздора, с мятежным, разрушительным естеством.

Описания существ, играющих заметную роль в событиях русской истории, можно найти в книгах Даниила Андреева "Железная мистерия" и "Роза Мира" (4, 5). Дева Обида (Карпа) является у Андреева вестницей богов. Но описание метущейся Девы наиболее соответствует Велге, демону мятежа, раздора и анархии, демону женского пола, являющемуся взору провидца в образе развевающихся, взметнувшихся над страной черно-фиолетовых покрывал.

В "Железной мистерии" Волга предстает как вышедший из трещины в земле "ядерный гриб", мрачное облако, нависшее над Россией.

Хотя автор "Слова" говорит о событиях, происшедших после разгрома Игоревых войск в прошедшем времени, Андреев утверждает, что поэт был дружинником, современником Игоря (5). Подтверждением этому служит то, что взгляд автора "Слова", дружинника Сергия, на происходящее в то время обращен не из будущего, а с высот мифосимволического понимания мира, откуда ему открывается смысл происходящих событий и грядущие беды Руси. Также и пространство в "Слове" описывается "с высоты птичьего полета", перед автором предстает в едином огляде вся Русская земля. Косоруков пишет: "Строфу <Уже бо, братие, не веселая година въстала..." я считаю поистине пророческой. В незначительном, но символическом событии Поэт увидел трагический поворот в судьбе Руси. Через пятьдесят с лишним лет из Пустынь прилетел Змей Тугарин и смертной тенью прикрыл Русь" (1). Не только судьба всей Руси, но и многих князей предвосхищена в "Слове". "Поэт прозорливо отнес их (Рюрика с Игорем и Всеволодом.- Г. Л.) к одному психологическому типу - "яростных, гневливых, заносчивых, самоуверенных" ("буи"), хотя еще не мог знать страшного преступления, которое совершил Рюрик в 1203 году, приведя половцев в Киев..." "История подтвердила оценку поэта: за исключением одной, Роман выиграл все свои многочисленные битвы..."

Андреев об этих пророчествах Сергия писал так: "Первым, дошедшим до нас памятником инспирации иерархий сверхнарода, остается "Слово о полку Игореве" (5). И точно так же сам Андреев в главах "Розы Мира", посвященных современности, подобно Сергию, дает широчайшую панораму мировых событий. Автор "Розы Мира", выйдя из тюрьмы в 1957 г., через неполных два года скончался. Однако уже тогда Андреев, как бы поднявшись на несколько ступеней выше своих современников, сумел предугадать и бесславный конец оттепели, и грядущее наступление эпохи реакции. Трудно утверждать, верны или нет его прогнозы, сделанные с метаисторической позиции, - для нас история еще не кончилась. Но слово Андреева актуально и интересно сейчас, более чем через 30 лет после смерти автора.

В 1989 г. Ф. Фукуяма (6) предложил вызвавшую большой резонанс, среди политологов концепцию "конца истории". Он утверждает, что либерально-демократическая цивилизация захватила весь мир, никаких альтернатив этой цивилизации за последние двести лет не выработано, и теперь можно констатировать, что наиболее развитые страны пришли к концу исторического движения. Имеющие еще место войны между государствами-атавизм, который исчезнет, как только к концу истории подойдет все мировое сообщество. Тогда начнется бесконечный расцвет общества свободы и изобилия, что лично у Фукуямы вызывает скуку. Фукуяма связал эту идею с мыслью о разрушении соперничающих со "свободным миром" идеологии-фашизма и социализма. Андреев высказал сходные мысли много раньше, когда говорил о том же "свободном и изобильном" обществе, возможном, согласно его историософии, в двух вариантах: либо как космополитическое общество всеобщего равнодушия, беспросветного закостенения, либо как расцвет Розы Мира и установление этического контроля за деятельностью государства, оживление религий и т. д.

Для дальнейшего рассмотрения и соотнесения мира "Слова" с миром Андреева пригодится следующее наблюдение. А. Косоруков раскрывает смысл эпитета "синий", часто употребляющегося в "Слове". Синее Море - это море смерти, неведомый мир, откуда не возвращаются, убежище хтонических чудовищ. Синий - любимый цвет исторических половцев, а также их отдаленных потомков - казахов. Синий - "темный", холодный цвет, непосредственно переходящий в мрак. "Синец" - так называли на Руси беса. В описании Андреева подземные, инфрафизические миры освещены призрачным фиолетовым светом. В нашем мире этот призрачный свет воспринимается как синий. Так, синие огни во дворце Августейшего при появлении "саваофа" Распутина являются знаком присутствия адских сил (4).

Кроме Обиды и Лжи в "Слове" действует Див. В описании Андреева ему соответствует уицраор монгольской метакультуры. Таким образом, главные инфрафизические чудовища, влияющие на русскую историю в мифе, созданном Андреевым, Велга и уицраор, демон великодержавной государственности, присутствуют и в "Слове".

Вторая половина XX века - время рождения двух мифов: мифа Андреева и мифа Толкиена. Сказания о Шаданакаре слагались Андреевым во Владимирской тюрьме в страшное десятилетие 1947-1957 гг., а в тихом Оксфорде начала пятидесятых Дж. Р. Р. Толкиен погружался в историю Средиземья и населяющих его чудесных племен. "Властелин Колец" (7) сразу создавался как сказка, как перерожденный миф, в отличие от традиционного мифа Андреева, что не помешало сказочной эпопее Толкиена восприниматься со всей серьезностью. Поклонники Толкиена утверждают, что в "Сильмариллионе" и "Властелине Колец" описана прошлая и будущая история Земли, в Европе и Америке созданы клубы, где события всемирной истории толкуются по Толкиену.

Среди множества сюжетов "Властелина Колец" мы можем встретить и схожие с "пробуждением Лжи". Содержание этого эпизода "Слова" таково: князь Игорь, отделившись от основных сил русских князей, против воли киевского князя с небольшим числом воинов направляется в Дикую Степь, обиталище исконного врага Руси, в давно потерянные славянами земли. Противники. Игоря - Темные силы, олицетворяющие зло - половцы, воины с кривыми мечами. В битве с ними Игорь терпит поражение и своим падением будит Лжу, Великое Зло.

Сюжет, аналогичный этому, можно найти в мифосимволической эпопее Толкиена. Один из народов Средиземья - гномы - был изгнан со своей земли и оттеснен далеко на север. Через множество поколений один из вождей гномов, отделившись от главных сил, против воли короля гномов Дарина отправляется на прародину добывать себе царство. Противниками гномов, как и всех светлых сил в эпопее, являются орки (гоблины) - раскосые воины, вооруженные кривыми мечами, не выносящие дневного света. Отряд гномов гибнет, разбудив древнее проклятие своего рода-Великое Лихо Дарина, рожденное в предначальную эпоху мощным соратником злых сил. Великое Лихо имеет вид косматого раскаленного облака, его называют также "подземным огнем" (ср. с характеристикой Велги).

Попытаемся сравнить пространства двух миров: мира "Слова" и мира "Властелина колец". Представления о качестве пространственности возникают при делении целого на части. То же самое происходит и с цветом: в колористике есть понятие о цветовом теле, или пространстве цветов. Так же можно сказать о пространстве бессознательного, историческом пространстве и так далее. Когда мы говорим о мифе, состоящем из элементов-символов, имеющих реальную основу и мифологический смысл, то при выделении этих символов в самостоятельные единства мы приходим к понятию мифосимволического пространства, к "символической географии". Понятно, что строение этого пространства будет зависеть от выделенных из целого частей. Основная задача символической географии - выделение частей и сравнение их, то есть упорядочение. Этими вопросами занимается общая морфология - наука о формах. Морфологический метод может быть введен в историю и географию, в первую очередь, символическую историю и географию.

Любые события (формы) могут быть гомологизированы с помощью критериев гомологии, впервые упомянутых Аристотелем и Теофрастом и разработанных в Новое время Гёте, Океном и Жоффруа Сент-Илером. Основными критериями гомологии являются: 1) критерии специального качества, 2) положение части относительно других частей целого, 3) порядок, связывающий на основе первых двух критериев удаленные (непосредственно не сравнимые) части. На основе этих критериев может быть установлено сходство любых объектов, в том числе географических мест и исторических событий.

Морфологический метод в большей или меньшей степени неоднократно использовался в гуманитарных науках (8), но особенно активно это происходило в последнее время (9). Определились и неудобства, возникающие при его применении, главным из которых является чрезмерный схематизм (10). Достаточно корректно использовался этот метод Г. Померанцем (11) (выделившим культурные парадигмы Запад-Не-Запад) и П. В. Савицким (12), однако сам метод не был ими сформулирован. В работе Савицкого выделяется категория места, топоса, символизирующая некий общий смысл происходящих в этом месте исторических событий.

Итак, после выдвижения гипотезы о сходстве целых, мы будем исследовать членение объекта на части и изучать пространство, задаваемое этим членением. Определив некоторое сюжетное сходство, теперь можно попытаться сравнить историко-географическую обстановку, запечатленную в "Слове", и символическую географию Волшебной страны Толкиена. На северо-западе Волшебной страны живут племена эльфов, соседствуя с Великим морем, которое бороздят их корабли. Эльфы уходят на Запад и не возвращаются, потому что они покидают этот мир, уплывая в Неведомые Земли, в далекую страну на Западе, чтобы явившиеся на смену им племена - люди взяли в свои руки судьбу Средиземья. В давние времена эльфы тесно общались с людьми и научили их многому. Их вожди правили среди людей.

К югу от страны эльфов расположена страна людей, сдерживающих натиск вражеских сил и не допускающих Ветер Востока к прекрасной стране эльфов. Южнее и восточное земли людей находятся великие горные хребты и пустыни, а за ними, еще южнее - море. Но это южное море не входит в историческую карту повествования. На юго-востоке живет Великое Зле Враг, пытающийся захватить весь обитаемый мир. Племена подвластные злой силе - раскосые орки, лучники, жестокие дикари с кривыми саблями, говорящие на варварском грубом языке. На северо-востоке от страны орков находится Лихолесье глухие темные леса, населенные дикими зверьми. Равнину лежащую на север от стана Врага, перегораживает протянувшийся параллельно меридиану горный хребет, Каменный Пояс.

Столь же схематично опишем символическую географию Руси времен "Слова". На северозападе от русов живут скандинавы, германцы, у которых бытуют легенды об эльфах и гномах. Скандинавы-морские народы, бороздящие своими ладьями Западное море. В мифах различных народов (13) говорится, что на западе расположена обитель мертвых. Они уходят из мира живых к заходящему Солнцу, за море, через которое их переправляет некий перевозчик (14).

В философии истории существует традиция, идущая от Гегеля, которой утверждается, что вслед за веком германской нации настанет время России. Точно так же, как около двух тысячелетий "око истории" покоилось на территории, населяемой романскими народами, и наступил век греко-романской культуры, сменившийся подобным периодом народов севера Европы, преимущественно германцев, так же эпоху германского расцвета сменит эпоха духовного подъема славянских народов. Этот духовный взлет выразится не в политической гегемонии, скорее он затронет сферу культуры, в которой, возможно, будут происходить наиболее важные для истории человечества события.

Эту гипотезу можно считать одним из мифов Нового времени. Итак, северные племена германцев сменят на исторической арене славяне. В ХП в. Русь, ограниченная на юго-востоке горными хребтами и пустынями, за которыми простирается далекое южное море, борется с врагом из Дикой Степи, с бесконечными полчищами косоглазых кочевников, идущих с юговостока. Эти кочевники-пришельцы, чужаки. Они не похожи ни на один из европейских народов, входящих в привычное окружение русских, и потому они-чуждые, страшные, непонятные. Русь прикрывает от удара Запад, и что бы ни думала по ЭТОМУ поводу Русь, так воспринимает происходящее Запад.

На востоке-русы и скандинавы, кочевники на севере граничат с огромным лесным массивом. Среди великого леса поднимается горный хребет, Камень.

В мире Толкиена за срединным хребтом, в горах, живут гномы. А что за существа обитают на Урале? Мы знаем их, например, по сказам Бажова. Им доступны недра гор, они добывают драгоценные камни и строят великолепные подземные дворцы. Наиболее известный среди этих духов гор - Хозяйка Медной Горы. Духи гор холодны к людям, относятся к ним с насмешкой, своенравны, капризны, иногда покровительствует ремеслам, связанным с добычей и обработкой камня, но бывают и жестоки к людям. Сами духи гор - великие умельцы. Духи, обладающие таким нравом, встречаются в сказках южной Германии, рассказывающих о Шварцвальде, о старых горно-разрабатывающих областях. В пещерах и среди скал обитают тролли и гномы, умелые мастера, искусство которых кажется людям волшебством; гномы иногда помогают людям, но могут и жестоко посмеяться над ними. Сходство гномов с существами, Обитающими в недрах Уральских гор, говорит о том, что и Урал - обитель гномов.

Естественно, определение принадлежности народа к "южному" или "восточному" зависит от выбора центра карты. В схеме, отражающей самые общие пространственные черты Руси XII в., центром является область, находящаяся на границе между областями германцев и русов, область, где расположены столицы России. Выбор этой точки в качестве центральной произошел опять же в соответствии с мифосимволической концепцией. В символической географии пространство, занимаемое данным народом, рассматривается как тело народа, а столица обычно отождествляется с сердцем страны. Отдельные этнические общности в рамках страны рассматриваются как органы, как естественные члены организма, поэтому положение одной точки относительно другой рассматривается не как следствие "объективного" расположения физических объектов, а как отношение одних "органов" - народных тел - к другим. Роль столицы как сердца государства оправдывает выбор этой области в качестве центральной.

На карте Волшебной Страны Толкиена центром является область, из которой родом герои эпопеи - хоббиты. Их страна, Хоббитания, расположена между землями эльфов и людей. Известно, что в первоначальной мифосимволической концепции Толкиена Хоббитании не было, и мифологических параллелей с хоббитами, ее обитателями, нет. Это - условная страна, введенная Толкиеном в повествование для решения определенных художественных задач, для создания из мифа приключенческой сказки, то есть, в конечном счете, для введения мифологической системы образов в современность, а точнее, в миф о современности. Хоббитанния - страна X, условный центр мироздания, необходимый для совмещения двух миров - Средиземья и нашего мира (эпохи и среды, в которой появилась толкиеновская эпопея).

Чтобы соотнести этот центр с "реальностью", с пространством культуры, в котором мы привыкли ориентироваться, можно воспользоваться правилом: местность, при взгляде из которой стороны света обладают теми специфическими чертами, что и земли вокруг Хоббитании, и является областью X, спроектированной на "реальность".

Старинные карты рисовали, размещая их в "системе координат" человека (15). Север означал голову, левая рука - восток, правая - запад, ноги - юг. Отсюда и пошли термины "долгота" и "широта". На первый взгляд, такая карта составляла как бы тело человека. В таком представлении земной поверхности находила выражение древняя мифологема "человек есть микрокосм". На севере (местообитание эльфов) у многих народов располагалась священная земля, земля мудрецов и богов. В области ног, на юге, размещался ад, "подпространство". Отношение между различными географическими регионами определялось разносторонними и глубокими отношениями существ, населяющих эти регионы. Такая "география" существует и по сей день. В качестве примера можно привести опрос, на. один из вопросов в ходе которого о том, с какими странами граничит СССР, многие называли в числе пограничных стран ГДР. Теперь, после объединения Германии, надо полагать, бывшая область ГДР перестала граничить с Советским Союзом.

Из южной областиада, со стороны "ног", приходят в Средиземье орки, слуги Черного властелина. Благодаря такому соотношению головы и ног, верха и низа, мы можем попытаться соотнести "географическую" характеристику Толкиена и иерархическую Андреева. Юго-Восток - это Дно, крайний низ описываемого Андреевым мира, а северо-запад - вершина мироздания. "Голова" картографического человека указывала на полюс духовности, а ноги - на царство материальности, окостенения мира. При соответствующем рассмотрении Земли указывается, что северный полюс - это чаша, в которой растворяются континенты ("освобождение материи") (16), а южный полюс - твердый щит, огромный остров, выступающий из вод. Таким образом, выделяются полюса материализации и дематериализации мира. "Верх" у Андреева - "сверхдуховные" области, низ - "инфрафизические".

Но символическая география как картина мира не остается неизменной. "Центр истории" будет смещаться соответственно изменению окружающих его областей. Ведь это - мифологическое пространство, в котором расстояния и взаимное положение задаются только отношением друг к другу народов, существ, обитающих в этом пространстве. Известно, что эльфы покидают Средиземье, уплывают на Запад. Это значит, что центр, сердце истории будет смещаться на восток. Это легко себе представить таким образом: если местность, которая видна в кадре видоискателя, движется на запад, то центр кадра на этой местности будет описывать траекторию, продолжающуюся на восток. "Кадр" - это Ойкумена, обитаемая земля, область Истории. Уход из этой области - это уход с исторической арены.

Что же это за движение центра истории?

Можно обозначить на карте "столицы мира", определявшие центр истории в разные эпохи. В общем, этот центр движется на северо-запад из Египта и Малой Азии через Грецию и Рим к "Европе Франции" и далее на запад. В Новое время происходит раздвоение: с одной стороны, история "осваивает "Заокраинный Запад"-Америку, с другой, ее ветвь прорастает через "сердце Европы"-Германию - на восток. Движение на запад заканчивается в Калифорнии, движение на восток - во Владивостоке.

Соответственно такой обширной протяженности "оси истории" происходит и развитие исторических процессов. Например, такие процессы, как отмена крепостного права и расцвет эпохи материалистического просвещения, начавшись в XVII в. на западе, в Англии, в XVIII распространились на Францию (Вольтер), к началу XIX-на германские земли (Гейне, Жан-Поль), к концу XIX достигли территории России (Чернышевский, Писарев). Конечно, это лишь краппе упрощенная схема, подробнее эти процессы рассматривает в своих работах Г. С. Померанц (11), говоря о соотношении культуры Запада и Не-Запада. Фронт такого противостояния "цивилизации" и "почвенничества", дойдя до территории Китая, отодвигается обратно, интерферирует, рисуя сложную картину культурной жизни России и Германии XIX-XX вв.

Резюмировать вышеизложенное можно таким образом. Юные годы нашей цивилизации прошли на берегах Средиземного моря. Центр истории долго оставался в Средиземье. Но человечество растет, око истории перемещается. Волна истории, прокатившись по просторам Сибири, выходит к Великому Океану. к городу, называемому Владыкой Востока. Встречаясь с западной волной истории, восточная волна образует для истории человечества "внутренний океан" (наподобие внутреннего моря), движение истории будет продолжаться в Транспацифическом регионе. Пацифика в будущем будет играть ту же роль, какую прежде играло Средиземное море. История, сомкнувшись вокруг Великого Океана, сделает новый скачок, направление и масштабы которого пока неразличимы.

В мифе Толкиена эльфы, населяющие северо-запад, уходят из мира, надвигается юго-восток. Если историческое (мифоисторическое) пространство попытаться вместить в человека, то такое движение истории пересекает человеческую фигуру "от плеча до пояса". Если сердце истории движется на восток, выделяется левая верхняя часть человека. Такие фигуры, отображающие движение исторического пространства, иногда изображались на фронтонах средневековых храмов.

Мифосимволическая структура "Слова" привела нас к рассмотрению мифов XX в. Андреева и Толкиена, достойных встать рядом с такими великими творениями, как мифы Данте, легенды о Дон-Жуане и Фаусте. Через всю европейскую историю проходят эти великие символические картины, организуя космос культуры, в атмосфере которого действуют совсем не мифические люди, творя реальность по образу мифа.

Литература

1. Косоруков А. Гений без имени.-М., 1982.

2. Флоренский П. Имена//0пыты.-М., 1990.

3. Лосев А. Ф. Из ранних произведений.-М., 1990.-С. 11- 195.

4. Андреев Д. Железная мистерия.-М., 1990.-С. 315.

5. Андреев Д. Роза Мира.-М., 1990.

6. Фукуяма Ф. Конец исторни?//Страна и мир.-1990.-№ 1. (55).-С. 89-101.

7. Толкиен Дж. Р. Р. Хранители.-М., 1989.

8. Хлебников В. Творения.-М., 1986.

9. Гумилев Л. Древняя Русь и Великая Степь.-М., 1989.

10. Кваша Г., Лапкин В., Пантин В. Ритмы истории//Наука и религия.-1991.-№ 1.-С. 36-44.

11. Померанц Г. С. Шэньши как тип средневекового книжника//История и культура Китая.-М., 1974.-С. 362-385; Померанц Г. С. Встречи с Достоевским.-М., 1990. Г. Померанц выделяет взаимодействие Запада и Не-Запада, имеющее общие структурные особенности и в Германии XVIII, и в России XIX, а также в странах Азии и Африки XX в. "Честный" автохтон противопоставляется "прогнившим цивилизациям Запада". Прохождение фронта такого взаимодействия в эпоху Просвещения во многом определяет лицо истории. Интересно, что тот же эффект можно наблюдать в паре Восток и Не-Восток: "честные" гунны противопоставляли себя в рамках этой оппозиции "гнилому" цивилизованному Китаю. См.: Вернадский Г. В. Начертание русской истории.-Прага, 1927.-С. 234-260.

12. Савицкий П. В. Географические особенности России. Ч. 1.- Растительность и почвы.-Прага, 1927. Савицкий П. В. О задачах кочевниковедения.-Прага, 1928.-С. 24-106; Савицкий П. В. За творческое понимание природы русско-го мира//Записки русского научно-исследовательского объединения при Русском свободном университете в Праге.- Прага, 1939.-Т. XI. С. 1-27. Геополитической концепции евразийства, развитой П. Савицким и Г. Вернадским, придерживается Л. Гумилев (9). Но членение географического и исторического целого у П. Н. Савицкого тоньше, осторожнее, не столь пристрастно, как у Л. Н. Гумилева.

13. То же у славян: Гальковский А. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси.-Харьков, 1916.

14. Напротив, восток - благая страна рождения душ, отсюда "ориентироваться" - найти направление на восток.

15. Kupcik Ivan. Alte Landkarten. Von der Antike bis zum Ende des 19. Jahrhunderts - Praha, 1980. - S. 17.

16. Указывают на изрезанность очертаний северных побережий континентов и реальное в результате таяния ледовых масс растворение островов и участков береговой линии, составляющих значительный объем "суши" в этих местах.

По изданию:

Экология культуры. Теоретические и проектные проблемы. Вып. 1. М., 1991 (НИИ культуры) с.133 - 144

Размещено: 01.04.01