Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Личные страницы


Ассиди

Правда и вымысел – где же истина?

Отдыхала я как-то на юге на политеховской турбазе. Давно это было, между перестройкой и капитализмом, в сентябре 1991 года. Делать было нечего, пьянки-гулянки никогда меня не интересовали, игра в карты имеет обыкновение надоедать после трех часов подряд, приличной литературы на нашей турбазе не водилось и от нечего делать я пыталась рисовать. С натуры. Села на берегу моря и попыталась изобразить то, что вижу – пляж, горы, и разноцветное сборище купальщиков. Не так уж много их было, этих купальщиков во второй половине сентября в небольшом поселке на берегу Черного моря. Рисовала я два дня, потом мне надоело и картинка так и осталась недоконченной. Не помню почему – возможно, погода испортилась. Запомнился мне следующий эпизод. На второй день моей усердной работы подходят ко мне двое парней и спрашивают: “А нас вы нарисовали?” Я объясняю, что так мол и так, всех я нарисовать все равно не могу, и они наверняка в поле моего зрения не попали. “Ну как же, – говорят парни, – вот у вас нарисована девушка в красном купальнике, а рядом мы должны сидеть”. “Не, – возражаю я, показывая на рисунок, – это моя подруга, только она на самом деле в синем купальнике, это я изобразила в красном, потому что так красивее”. Парни ничего не поняли и отошли.

Это я к чему? А к тому, что реакция на творчество, особенно когда пишешь об окружающих тебя людях, очень напоминает реакцию этих парней. Ой, новый рассказик о тусовке! А я там есть? А почему меня описали именно так? Почему в красном купальнике, когда я была в синем? И не понимают, что художественное произведение – это не семейный альбом, что невозможно один к одному перенести на бумагу реальную историю, даже в документальном очерке. Почитайте хотя бы отчеты разных лиц об одной и той же игре, или о каком-нибудь КОНе... да что я говорю, любую газету возьмите! Впрочем, не будем о газетах, иначе слишком грустно получится.

Какая должна быть доля правды и вымысла в художественном произведении? Умолчим об апокрифах, о них разговор отдельный. Я уже неоднократно говорила, что когда мы с достоверностью не знаем, что есть на самом деле в другом мире (если считать его реально существующим миром, а не вторичной реальностью), то мы можем рассматривать все варианты его устройства и развития. Отсюда и апокрифы. Совсем другое дело, когда пишешь о “здесь и сейчас”. Не о мире Толкина, например, а о толкинистах. Сразу начинаются претензии. Например, Дарт Вейдер и Анакин Скайвокер в рецензии на “Галахэда” придираются к тому, что образ Кинн в рассказе показан неправильно. “Во-первых, на Больших ХИ Кинн не играла мужских ролей.... Но если авторы "Галахэда" знакомы с Кинн хотя бы в той же степени, в какой знакомы с ней мы (хотя бы по статьям на А-н-К), то нам кажется чрезвычайно странной та роль, которую они отвели ее "альтер эго" в своем повествовании. Ибо сдвинутость Кэтрин Кинн на текстах Толкина столь велика, что она, находясь в роли светлого эльфа, и помыслить не могла бы об использовании Кольца Всевластья для чего бы то ни было – пусть даже для блага всей Светлой стороны”. Я не знаю, как бы повела себя Кинн в ситуации описанной в рассказе. Но, согласитесь, образ Нэрвен-Эрестора – яркий и запоминающийся, образ человека, который не остановится ни перед чем ради признания своей и только своей правоты. Разве подобное не проскальзывает в выступлениях Кинн на Досках и мейл-листах? В явном или в неявном виде – не суть, главное – ее патетические речи способны навести именно на подобные мысли. А сколько мужских ролей играла Кинн на ХИ (тем более, авторы статьи признают, что одну роль – лорда Эгнора на “Путях Людей” она все таки играла, чему я сама была свидетелем), не имеет значения. Это всего лишь красный купальник вместо синего. Я лично принципиальной разницы между лордом Эгнором и советником Эрестором не вижу (имеется в виду не поведение персонажа, а отыгрывание мужской роли, как таковой).

Какую вообще цель преследует литература фэндома? Разумеется, их множество, но я хотела бы выделить основные направления. Безусловно, одно из главных направлений – рассказы о мирах, описанных ил выдуманных. Но чем дальше, тем больше взор обращается то, что мы видим вокруг, на мир, в котором мы живем сейчас. И появляются произведения о связи миров, о фэндоме, о тех, кто живет на грани, там и здесь одновременно. И без вымысла здесь не обойтись. Ибо для большинства пишущих, главное в произведении – не факт, а идея. Антураж уже не существенен. Можно переселить героев в абстрактный мир с неудобоваримым названием, чтобы решить все те же наболевшие проблемы – о любви, о дружбе, о выборе пути... Есть, впрочем, и вещи повествовательные, цель которых – рассказать о каком-то интересном эпизоде, о жизни и быте определенной группы людей (я называю это “производственными” рассказами и если они хорошо написаны, читаю с удовольствием). Здесь, казалось бы доля вымысла должна быть минимальна. Но она все равно должна быть! Ведь автор описывает не всех попавшихся ему на глаза людей, а лишь самые характерные для данной обстановки типы. И нет никакой беды в том, что несколько случаев, произошедших в разные дни, объединяются, как события одного дня, возможно при небольшой замене действующих лиц. Разумеется, вымысел должен быть в меру. Нет никакого прегрешения перед истиной, если художник изобразит девушку на пляже в красном купальнике вместо синего. Но если он изобразит ее в шубе, картина приобретет абсолютно иной смысл.

Самое интересное начинается, когда автор пытается воплотить в своем произведении некую идею, отталкиваясь от некоторых имеющих быть место фактов. Когда мы в Политехе на втором курсе изучали философию, во вводной лекции преподаватель сказал нам примерно следующее – откуда берется философия? А вот когда ты сталкиваешься в жизни с чем-нибудь необычным и начинаешь думать – а откуда это берется? Схлопотал ты, например, от лучшего друга по морде и думаешь – а что такое дружба, что такое предательство и так далее... Мне это определение очень понравилось, несмотря на то, что дальнейший курс философии меня разочаровал – вместо объяснения всех тайн мира, нас принялись пичкать марксизмом-ленинизмом. Так не только философия, и художественные произведения рождаются примерно по такому же принципу. Допустим, рявкнул какой-то чересчур самоуверенный товарищ на форуме, распугал всех участников дискуссии – и вот уже рождается стихотворение о попытке закрыть дорогу, которая никогда не удастся, потому что настоящая Дорога себя закрыть не позволит. Пусть этот товарищ ничего подобного в мыслях не имел – но ведь мог и иметь! Может он поступил не со зла, может он такой записной флеймер, может он в то день слишком пьяный или, наоборот, слишком трезвый был, но ведь слово сказано! А сказанное слово породило идею у наблюдающего, идея вылилась в стихотворение. Стихотворение существует уже само по себе, независимо от человека, который на эту идею вдохновил. И будет глупо со стороны этого человека предъявлять претензии к автору за выведение себя в непотребном виде.

Когда пишешь, отталкиваясь от конкретных событий, не исказить тенденцию, не упустить идею. Опять-таки, флеймер, затыкающий всем рты, может стать грозным диктатором. Но может и не стать. А если читатель сделает вывод, что всякий флеймер обязательно станет диктатором и пойдет бить морды флеймерам... ну вы поняли, ничего хорошего из этого не получится. С обобщениями всегда надо быть осторожным. Даже, если автор не делает обобщения, его может сделать читатель и не всегда направления мыслей читателя совпадают с направлениями мыслей автора. Так, из моих рассказов об “энергуйской” тусовке некоторые делают вывод, что любое мироглядство и визионерство – занятие безусловно вредное, ибо чревато такими и такими шишками (дальше приводятся цитаты из “Ловушки для демонов”, “Приказано вспомнить”, “Пленницы Звездной Империи” и так далее). Ну есть шишки, а где их нет? Без проблем жизнь будет пресной, а литература скучной. Многие авторы любят писать именно о проблемах, о конфликтах, не дается им размеренное описания спокойной жизни, так что же, из их произведений делать вывод, что жизнь из одних проблем и состоит? Если о чем-то легко писать, это не значит, что только оно в жизни и существует.

Получается, что выбирать прототип надо так, чтобы не породить у читателя ложное обобщение. Что это такое, мы все прекрасно знаем из родной нашей советской литературы. Вроде как автор сам видел, сам знает о чем пишет, а получается в итоге одно и то же – как до революции люди жили хорошо и как после революции они стали жить плохо. А возьми другого писателя, не стоящего на коммунистических позициях – и получается прямо противоположные факты и, разумеется, противоположный вывод. Тут мы имеет дело с очень опасным явлением – подгонка фактов под идею. Такая вещь пройдет во вторичной реальности – на основе другой идеи можно просто создать новый мир (мое мнение по поводу Арты и Арды давно всем известно), но не здесь. Либо не делай обобщений, либо следи за чистотой фактов. Можно написать леденящий душу рассказ из жизни ролевиков, после которого ни одна порядочная мама ребенка на ролевую игру не отпустит. Но ведь это будет явное передергивание фактов (недоброй памяти советских времен...)!

Что же делать с неизбежным искажением реальности при написании рассказа (повести, стихотворения и т.д.)? А ничего не надо делать. Талантливый автор всегда знает, что ему следует изменить для наиболее полного выражения своей идеи. А умный читатель правильно его поймет и не будет обижаться на то, что кого-то одели в красный купальник вместо синего. Вся правда – это еще не вся истина...

Размещено: 16.10.01