Главная Новости Библиотека Тол-Эрессеа Таверна "7 Кубков" Портал Амбар Дайджест Личные страницы


Источник Огонек
Дата 21.07.97
Название Прощайте, "Дорогие мои мальчишки"
Автор Т. Рудишина
Тип материала  Статья


"

* * *

Девятый - десятый классы. Отслеживать читаемые книги стало все труднее, да и, честно говоря, в это время для души просто так уже читалось очень немного. «Тусовка» в шкале подростковых ценностей вышла на одно из первых мест. Книжный рынок наваливался все больше чейзами и кингами, Лэдлэмом и особенно Дином Кунцем. А потом Толкиен и, конечно, Роджер Желязны. Фэнтази. Фэнтази. Фэнтази. Жанр, практически не известный поколению родителей. Если родители все больше с пришельцами общались, то детям явно ближе «ушельцы». Теперь приятелей делят уже не на тех, кто читал или не читал «Мастера...», как было в моем девятом-десятом классе, а на приобщенных и не приобщенных к Толкиену или, на худой конец, к Желязны.

* * *

Татьяна РУДИШИНА


Послесловие писателя
НЕДОСТАЮЩИЕ ШТРИХИ

Из вопросов, которые Татьяна Рудишина по ходу дела задает себе и нам, интереснее всех вот этот: «О какой книге, которой не было в вашем детстве, вы сожалеете до сих пор?»

Импульсивно точный ответ моей памяти: Евангелие.

Нет, никакого «тюремного запрета» не было. И Библия с картинками Доре у соседей имелась -- та самая, «в тисненом переплете, с обрезом золотым». И смотреть давали. Просквозило мимо. Почему?

Мало иметь текст, держать в руках. Надо, чтобы это было частью реальности, живым преданием. Нужна аура. В моем поколении (и в моем окружении) аура христианская была срезана. Библия болталась «книгой». Фактически ее не было. Она проросла потом -- горьким, судорожным заполнением пустот.

Татьяна Рудишина, восполняя аналогичные пустоты, приводит ответы некоторых читателей. Жалеют, что не было «Вредных советов» Остера. И Салиаса не было. И Толкиена.

Тут я как-то не чувствую горечи урона. Ну и у нас многого не было. Так было другое. «По части юмора» Ильф и Петров кодировали нас не хуже Остера. Дюма-отец давал побольше Салиаса. Когда хотелось в воображаемую страну, ныряли в «Швамбранию». Конечно, Кассиль не Толкиен, как и Гайдар не Льюис, но каждое поколение кроит из того материала, которое отрезает ему время.

Мое поколение читало «Педагогическую поэму» и «Тихий Дон». Чарской и Вербицкой уже не было, Шмелева и Булгакова еще не было. Поколение Татьяны Рудишиной читало «Мастера и Маргариту». Кассиля и Катаева уже не было, отца Александра Меня еще не было. Сын Татьяны Валерьевны, ныне студент, «вышел» из Толкиена.

[...]

Лев АННИНСКИЙ